А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 


Древнейшей формой восприятия мира в его целостности, нерасчлененности выступает миф. Для первобытного сознания характерным является не противопоставление самого себя природе, а скорее отождествление с нею, осознание собственной включенности в нее. Как справедливо отмечает В.В. Соколов, для первобытного человека характерно "отромное преобладание коллективного над индивидуальным. В эту эпоху почти еще нетронутой природы субъект минимален, а объект максимален"2.
Важнейшие структурные компоненты мировоззрения - "Мы", "Оно" и "Я" - связаны при этом таким образом, что "Я" (осознаваемая индивидуальность), с одной стороны, сильно зависит от "Мы" (осознаваемая коллективность), а "Я" и "Мы" вместе неотторжимы от "Оно" (как осознаваемой внешней природы). Человек этого периода еще не ставит вопросы природе, он непроизвольно
Л
воспринимает ее и тем самым, конечно, познает. Результатами такого познания-восприятия выступают не понятия, а образы, совокупности которых складываются в мифологические системы. В них "мир, видимый первобытным человеком, заново создается его субъективным сознанием как второе самостоятельное объективное бытие, которое отныне начинает противоречиво жить рядом с реальной, не замечаемой сознанием действительностью"3,
Мифологические представления могли быть только образами. А ""образ", как бы мы ни мудрили, есть зрительный "внешний вид", зрительная "наружная" сторона предмета. Пространственные, ограниченные внешней зрительной данностью, однократные и неподвижные представления... при всей их суммарности не содержали ни доли обобщения. Мифотворческий образ - производное именно мифотворческого мышления со всеми законами мифотворческого восприятия пространства, времени и причины, с его слитностью субъекта и объекта"4. Поэтому метафоры мифа, хотя и носят очень конкретный характер, выступают бескачественными образованиями. "Отсутствие качественных признаков вытекает из отсутствия понятийной мысли, способной отвлекать признаки и строить "качество" предмета. Нужно осознать, что никакой эпитет, никакое описательное имя, семантически относящееся к эпохе мифотворчества, не выражают никаких качественных признаков, ни дурных, ни хороших"5. Как процесс познания-восприятия миф, имеющий дело с особой сознательно сконструированной реальностью, обладает собственной внутренней логикой, не менее жесткой в следовании заданным правилам, чем современная формальная логика. "Логика мифа" определялась характером мышления: оно, как мы уже сказали, было не абстрактным, а конкретным, не расчленяло, а, напротив, стремилось буквально все объединить в целостном представлении.
Как форма целостного, синтетичного восприятия мира миф является формой сознания, адекватной первобытной эпохе, а следовательно, он не только объясняет мир, но и выполняет регулятид-но-прагматические функции. Он поучает, так как "основан .на истине, воспринимаемой как непреложный закон и священное слово, неверие в которое равно богохульству"6, его предписания не требуют дополнительного обоснования.
Философия, хотя и строится на принципах доказательности и обоснования, преодолевая тем самым миф, тем не менее сохраняет с ним изначальное родство. Именно этим объясняется поэтичность античной философии, которая, как абстрактное мышление, вырастает из мышления образного. В философию переходит установка на целостное понимание, мира. Она, как и миф, признает некие абсолютные истины, что придает философским принципам черты категоричности, свойственные мифологическим представлениям, а философ всегда, кроме профессиональных, выполняет и пропо-
12
веднические функции. В философии сохраняется также установка на сознательное конструирование особых реальностей, которые не всегда могут верифицироваться действительностью. Кроме того, родство с мифом проявляется в диалогичное(tm) античной философии. Первобытный человек буквальным образом слышал мир, а пророчествующие олицетворяли собой вещающий Логос. "Логос говорит деревьями, землей, птицами, животными, водой, людьми, вещами"7. Соответственно, античный философ, претендующий на то, что он понимает смысл мира, должен уметь вслушиваться и говорить, т.е. вещать, пророчествовать. Философия, следовательно, - это жанр общения, диалог, диалог человека с другим человеком или с Космосом. А любой диалог - это еще и борьба мнений, представлений, пониманий8. Для античной философии это абсолютно естественная вещь. Диалог (как, собственно говоря, и все в античности) был сопряжен с ритмом: мысли можно было и танцевать, и выкрикивать, и изображать в поэтическом диалоге. Ритмичность обеспечивает узнавание-предугадывание .ответа9.
Итак, миф как первая историческая форма целостного понимания мира на уровне первобытного сознания был одним из важнейших источников философского знания. Подвергшись определенной рациональной интерпретации, ряд особенностей мифологического сознания перешел в философию. В первую очередь - поэтическое, образное восприятие мира, которое очень важно для любого человека при его стремлении к целостному ощущению бытия. В то же время в противовес мифу с его неразделенностью субъектно-объек-тных отношений философия с самого начала выступает как форма максимально рационального постижения бытия10.
Историческую точку отсчета начала философии вряд ли можно определить точно. Нельзя точно и однозначно установить момент рождения философии как особой формы сознания, но можно выделить некоторые особенности, характерные для зарождения философии во многих цивилизациях древности.
Философия везде возникает и существует довольно долго в форме предфилософии, все еще тесно связанной с мифологией и религией. Философия развивается как становление человеческого самосознания. В этом смысле "каждая система философии необходимо существовала и продолжает еще и теперь необходимо существовать:
ни одна из них, следовательно, не исчезла, а все они сохранились в философии как моменты единого целого... новейшая философия есть результат всех предшествующих принципов; таким образом, ни одна система философии не опровергнута. Опровергнут не принцип данной философии, а опровергнуто лишь предположение, что данный принцип есть окончательное абсолютное определение"".
То же, что мы сегодня называем философией, во всех существующих цивилизациях исторически возникает почти одновременно - в период с VII по V в. до н.э. В Вавилоне из шумерской мифологии и
13
эпоса зарождаются философские представления о мире и месте в нем человека. В Древнем Египте, который оказал такое сильное воздействие на греческую философию, существовали элементы философского знания, связанные с процессами демифологизации. В Иране именно в этот период возникает зороастризм с его учением о зависимости устройства мира и торжества справедливости в нем от свободной води человека. В Индии в VI в. до н.э. возникают классические ортодоксальные философские системы, такие, например, как веданта, йога. В тот же период появляются неортодоксальные философские системы джайнизм, буддизм, санкхья. В Китае в VI-V вв. до н.э. возникают конфуцианство (Конфуций, Сюн-цзы, Мэн-цзы), моизм (Мо-цзы), даосизм (Лао-цзы) и почти все известные нам варианты философского постижения мира от скептицизма до материализма и нигилизма. В Древней Греции в VIII в. до н.э. в творчестве Гомера и Гесиода обнаруживаются первые элементы философского подхода к миру, тогда же создаются космотеогоничес-кие системы орфиков и философия семи мудрецов.
По масштабам всемирного исторического процесса, насчитывающего тысячелетия, это действительно почти одновременные события. Не случайно немецкий философ К. Ясперс говорит об осевом времени всемирной истории, когда почти одновременно в рамках многих культур происходит резкий поворот истории и появляется "современный человек", человек философствующий. Он "осознает бытие в целом, самого себя и свои границы. Перед ним открывается ужас мира и собственная беспомощность. Стоя над пропастью, он ставит радикальные вопросы, требует освобождения и спасения... В эту эпоху были разработаны основные категории, которыми мы мыслим по сей день, заложены основы мировых религий, и сегодня определяющих жизнь людей"12. Таким образом, зарождение философии представляет собой своеобразный социокультурный взрыв, отражающий кардинальные изменения, происходящие в сознании и мышлении человека, во всей культуре.
Оговоримся сразу, что становление философии мы будем рассматривать сквозь призму прежде всего античной философии Древней Греции. Это принципиальная позиция, основанная на классической традиции, для которой философия в ее истинном значении реализовалась именно в Древней Греции.
Дело в том, что внешним условием развития философии как свободного мышления должна быть практическая (при всей ее относительности) свобода мыслящего человека. "Вследствие этой общей связи политической свободы со свободой мысли философия выступает в истории лишь там и постольку, где и поскольку образуется свободный государственный строй... философия поэтому начинается лишь в греческом мире"13. Правда, свобода греков - лишь ограниченная, но это значит, что развитие мировой философи
14
осуществляется в соответствии с возрастанием степени свободы, получаемой человеком в государстве.
На Востоке развитие философской мысли осуществлялось в условиях деспотических государств и поэтому шло по иному пути, уходя от внешних проблем и погружаясь в проблематику, касающуюся индивида. Для Востока характерны религиозные формы философии и разработка главным образом этико-эстетичеекой проблематики. Философское учение при этом преподносится как завершенное знание, не требующее дополнительного обоснования, и чаще всего - как система некоторых нравственно-религиозных кодексов и норм. Гегель писал по этому поводу, что восточный народ убегает в "пустую абстракцию как в .бесконечное; это встречается преимущественно у индусов, которые истязают себя и углубляются в состояние наиглубочайшей абстракции; так, например, индусы смотрят в продолжении десятков лет на кончик своего носа,^ а окружающие их кормят, они, таким образом, живут без всякого духовного содержания, кроме как знания абстракции; содержание этого знания есть, таким образом, нечто совершенно конечное. Это, следовательно, не почва для свободы"'4.
Присмотримся же более внимательно, что лежало в основе свободы мышления древних греков. Греческие племена, достаточно поздно придя на ту землю, которую мы называем Грецией, быстро научились земледелию местных племен. От них же они перенимают практику освоения моря. Корабль и виноградная лоза надолго становятся любимыми объектами поэтического творчества греков. В Греции отсутствовало то, что Гегель называл "массивностью географических отношений". Страна представляла собой территорию, расчлененную на множество отдельных земель. Горы были не слишком велики, чтобы отгораживать друг от друга селившиеся здесь племена. Люди жили между гор и имели выход к общему для них морю. "Такой рельеф создавал благоприятные условия для той политической организации, которую греки назвали полисом"15, и способствовал реализации принципа разнообразия, сформировавшего подвижность и гибкость духа людей, здесь обитающих.
Вследствие относительной культурно-географической неоднородности государств-полисов они жили в постоянном соперничестве. Войны не прекращались, так что в Греции заключали не мир, а были лишь перемирия, которые, как правило, нарушались. Это сформировало особый характер грека, который иногда обозначают термином "агональность" (соревновательность)16. Греки как индивидуально, так и на уровне городов-полисов соревновались между собой буквально во всем - не только в военном искусстве, но и в экономической, политической, культурной сферах. Самым ярким выражением духа соревновательности становятся Олимпийские игры, в которых участвуют, не только спортсмены, но и поэты, драматурги, певцы, плясуны и даже проводятся конкурсы красоты. При
15
этом в большей степени ценится не материальная награда, которая, впрочем, была незначительной, но слава победителя. Отличительными чертами характера древних греков становится страх вызвать неодобрение со стороны равных себе и стремление проявить себя перед лицом соплеменников с наилучшей стороны. Причем желание снискать славу и почести любыми путями приобретает часто психически болезненную форму17.
Наконец, важнейшей предпосылкой возникновения и формирования греческой философии'как, проявления свободного духа является выработанная ими форма политического правления - демократия, которую Гегель называл художественным произведением в политике. Конечно, это была демократия не для всех. В V в. до н.э. в Афинах жили 130 тыс. граждан, включая их жен и детей, около 70 тыс. иностранцев и 200 тыс. рабов. При этом правом голоса обладали лишь мужчины из числа граждан, т.е. около 30 тыс. Это была эгалитарная демократия - демократия для меньшинства, и рабство было ее условием. Как подметил А.Ф. Лосев, раб и рабовладелец не были цельными людьми. Раб представлял собой некую вещь, способную производить работу, В философском смысле раб представлял собой некоторую потенцию, смысл и действие которой придавало движущее начало в лице рабовладельца как особой "формообразующей идеи". Поэтому они не могли существовать друг без друга и образовывали некоторое единое целое18.
И тем не менее активная политическая и культурная жизнь, демократия и публичность в принятии решений, частые открытые споры и дискуссии - все это формирует характер греческой философии. Ее пронизывает атональность, она принимает форму диалога, столкновения разных точек зрения. Это, с одной стороны, дает начало доказательному типу мышления, основанному на разработке разнообразных приемов и типов доказательств, что позже становится предметом такой философской дисциплины, как логика. А с другой - дополняет логическое доказательство психоэмоциональными приемами воздействия на сознание человека, что приводит к возникновению такой дисциплины, как риторика. Заметим, что риторика занимала важное место в политической борьбе. Цель политической риторики - привлечь на свою сторону как можно большее число людей. Стремясь к этому, политик желает не столько логически обосновать свои взгляды, сколько возвысить самого себя или иного человека или, напротив, очернить противника и опирается при этом именно на систему риторических приемов, позволяющих эмоционально воздействовать на слушателей. Самопрославление или очернение противника было нормой греческой культуры, причем чисто риторические ситуации могли иметь и трагические последствия19.
Культура античности была также проникнута идеей гармонии, которая распространялась на все сферы жизни человека. Здесь не
16
было господства ни культа грубой силы, ни физически бессильной интеллектуальности. Не случайно Диоген Лаэртский иронизирует по поводу Платона (от греч. платюс - широкий), настоящее имя которого было Аристокл, что еще неизвестно, получил ли он данное прозвище за ширину плеч как победитель Олимпийских игр или за ширину лба как философ.
Таким образом, рационалистическое преодоление мифологического сознания приводит к тому, что проблемы добра и зла, блага, ответственности и другие начинают ставиться в рациональной форме с обоснованиями и доказательствами выдвигаемых утверждений; делается значимым субъект мыслительной деятельности, личность; оказываются важными не только знания, но и сфера эмоциональных переживаний человека.
Рационалистическая традиция, зародившаяся в античности, имела огромное цивилизационное значение. Ведь как заметил Андре Бон-нар, "...греческий народ был совершенно таким же народом, как и всякий другой... Его цивилизация распускалась и взращивалась на том же черноземе суеверий и мерзостей, на котором выросли все народы мира... Именно этот примитивный, легковерный и жесто-^ кий народ изобрел... цивилизацию - нашу с вами цивилизацию"20. ^\> Греческая культура, в которой центральное место принадлежало ''> философии,, своими рационалистическими традициями предопределила рационально-технологический путь. развития современной цивилизации (связанный как с огромными достижениями, так'и просчетами, вплоть до угрозы самому существованию челове-чества)^ по которому, нравится нам или нет, идет и сегодняшний мир.
Таким образом, миф как бы распадается и та его часть, которая была связана с попытками описания мира, моделированием его закономерностей, т.е. его рациональная часть, реализуется в философии. Философия требует доказательства, тогда как религия - веры. Философия делает ясным то, что было смутным в мифе (Гегель), она начинает свое существование в качестве понятийного мышления, когда на первое место выступает культивирование рациональных знаний, а мыслитель начинает оперировать абстракциями (И.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13