А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

Сандерсон Айвен

Карибские сокровища


 

Здесь выложена электронная книга Карибские сокровища автора по имени Сандерсон Айвен. На этой вкладке сайта web-lit.net вы можете скачать бесплатно или прочитать онлайн электронную книгу Сандерсон Айвен - Карибские сокровища.

Размер архива с книгой Карибские сокровища равняется 536.11 KB

Карибские сокровища - Сандерсон Айвен => скачать бесплатную электронную книгу



OCR Busya
«Сандерсон А. Т. «Карибские сокровища»»: Мысль; Москва; 1991
ISBN 5-244-00569-3
Аннотация
Известный американский зоолог рассказывает о своем путешествии – с целью сбора коллекций животных – в некоторые районы Центральной и Южной Америки, прилегающие к Карибскому бассейну.
Хотя путешествие состоялось полвека назад, наблюдения автора сохраняют научную ценность. Тонкий юмор повествования, с которым описаны комичные и опасные ситуации, очарование живой природы делают книгу необычайно привлекательной.
Для широкого круга читателей.
Айвен Сандерсон
Карибские сокровища
Альме, которая притерпелась к многоножкам и ко мне

Так как мне вовсе не хотелось превращать свое повествование в нескончаемый бессвязный монолог, изобилующий сплетнями, личными предрассудками и доморощенными анекдотами, я совершенно сознательно свел все, что касалось нас лично, к сухой скороговорке, сообщая только об отъезде или прибытии на место. Джунгли и обитающие там животные – вот то, ради чего мы отправились в путь и что меня прежде всего интересовало. А сопутствовавший этому пестрый калейдоскоп волнений, удовольствий, разочарований и забот, несомненно для нас немаловажных, на всех остальных, я уверен, только нагнал бы невыносимую скуку. Во всяком случае такие подробности могли пригодиться лишь для фельетона газетного борзописца, который бы всех нас сильно недолюбливал, и меня в первую очередь, вот там все это было бы описано с подлинной объективностью.
Однако рассказ, лишенный какой бы то ни было последовательности, может вызвать у читателя раздражение, особенно если в нем то и дело возникают и неожиданно исчезают некие таинственные личности, обозначенные только именем или прозвищем. Чтобы избежать обеих нежелательных крайностей, я предлагаю карту наших странствий в самом примитивном исполнении и сопровождаю ее нижеследующим лаконичным пояснением.
Мы с женой отбыли из Англии за два дня до рождественских праздников, в конце 1936 года, и прибыли на Ямайку как раз к каникулам. Затем мы отправились бродить без маршрута по Вест-Индии, наслаждаясь ее красотами, однако таская за собой повсюду ящик для сбора коллекций. Мы старались отдыхать, насколько это возможно для страстного зоолога и не менее страстного фотографа, в стране, где каждого из них манит множество интереснейших объектов. В феврале мы добрались до острова Тринидад с набитым битком ящиком для коллекций.
Больше мы были не в силах сопротивляться. Слишком неодолимо манила нас страна, где было такое изобилие невиданных зверей, особенно ее джунгли, перед которыми мы не могли устоять. До нас как раз дошли слухи о том, что там намечаются некоторые зоологические исследования. Иного предлога нам и не понадобилось, и мы, не мешкая, запаслись самым необходимым для жизни в джунглях. Теперь мы искренне считаем, что именно тогда и начались наши настоящие каникулы.
На Тринидаде мы провели всего два месяца – жили в палатке почти на самой вершине горы в государственном лесном заповеднике, занимающем большую часть северных нагорий. В этих лесах никто не живет, только изредка туда забредают охотники-одиночки с лицензиями. Это последний клочок первозданной тринидадской земли, какой она была до Колумба. Вместе с нами там обитал тринидадец по имени Вернон Диксон Каприата, в чьих жилах текла кровь англичан, французов, испанцев, негров и, без сомнения, карибских индейцев. Смею вас уверить, эта удивительная личность обладала всеми наивысшими достоинствами своих предков. Он был лучшим из охотников, каких нам приходилось встречать в Новом Свете, и самым расторопным помощником во многих других делах. Если вы собираетесь вести такую же работу в тех местах, советую вам запомнить его имя.
Когда мы наконец спустились с горных высот и ознакомились с ожидавшей нас почтой, выяснилось, что нужно добыть несколько очень редких видов животных на Гаити – а мы как раз туда и собирались! Более того, научные общества, которым были нужны эти животные, весьма великодушно соглашались оплатить расходы по их отлову. Итак, мы распрощались с Тринидадом и отправились через Кюрасао на Гаити, куда и прибыли в конце мая.
Мы провели там большую часть времени, собирая рептилий, змей и прочую мелочь, о которой я писать не буду. Положа руку на сердце – ни окружающая местность, ни наша добыча не интересовали и до сих пор не интересуют нас так, как жизнь джунглей. На Гаити нам дважды сказочно повезло: во-первых, мы получили, практически даром, настоящий «роллс-ройс», а во-вторых, свели знакомство с неким Фредом Олсопом, который стал нашим постоянным спутником и сотрудником. Англичанин, он прожил много лет на Гаити. Бесчисленные, не поддающиеся определению причины связали нас троих крепчайшей дружбой, так что Фред решил провести свой отпуск вместе с нами, в путешествии в Сосновые леса. Привело это, попросту говоря, к тому, что Фред, увлеченный зоологическими открытиями, бросил прежнюю работу и связал свою жизнь и судьбу с нами.
Примерно в то же время в Соединенных Штатах вышла моя книга,[i] где были описаны самые веселые эпизоды нашей экспедиционной жизни в Западной Африке, и на нас свалились деньги, совершенно не нужные в жизни бродячих зоологов. Это неожиданное богатство, притом что до обычных мест, где принято сорить деньгами, было далековато, привело к тому, что я составил собственный план применения этих богатств. Экспедиция в Западную Африку проводилась на средства научных обществ, которые оплатили все расходы. Добычу экспедиции можно разделить на три части: первая – коллекция из нескольких тысяч экземпляров, предназначенная для изучения в музеях; вторая – оригинальные исследования, впоследствии записанные и опубликованные в целом ряде научных журналов, в том числе сведения, послужившие исключительно ценным вкладом в познание животного мира; и вот теперь третья часть – книга.
Мне казалось вполне естественным вложить доходы от предыдущей экспедиции в новую вылазку в джунгли и продолжить те исследования, которые принесли уже много интересного.
Как бы там ни было, Альма, Фред, Роллс и я отбыли из Гаити в Нидерландскую Гвиану в конце 1937 года. Я выбрал эту страну по нескольким причинам. В Британском музее, насколько я знал, нет коллекций из этих мест! Я обнаружил, что эта территория вообще почти не изучена и покрыта джунглями, где мы сможем продолжить исследования, подтверждающие теории, сложившиеся у нас во время работы в джунглях Западной Африки. Наконец, нам всем очень нравились голландцы.
Мы прибыли в столицу, Парамарибо, в начале января 1938 года и покинули страну перед самым рождеством того же года. Два месяца мы провели в Парамарибо, создавая запас экспедиционного оборудования, чтобы было чем оправдать расходы за весь год. Затем мы предприняли серию коротких вылазок (некоторые из них описаны ниже), стараясь охватить как можно больше интересных мест. Точная последовательность или продолжительность этих походов не имеет значения; интересны только особенности ландшафта и животные, которых мы нашли. Мы приняли в свою компанию еще двух местных молодых людей – Андре и Ричи, – они взяли на себя соответственно заботу о технике и о домашнем хозяйстве. Это были славные, хотя и довольно суматошные ребята, с особым чувством юмора – его мы полностью оценили только много времени спустя. Их главным достоинством была молодость. Они оставались всегда веселыми и не теряли бодрости духа ни при каких обстоятельствах; как бы туго ни приходилось, эти ребята, казалось, получают такое же удовольствие от всей этой жизни, как и мы сами.

Маршрут путешествия
Вот так и получилось, что щедрая поддержка американских читателей помогла организации серьезного научного предприятия, которое, насколько можно судить по предварительному результату, принесет очень ценные материалы. Нашей целью был не просто сбор множества заспиртованных животных. Главной нашей целью было изучение животных в природных условиях, составление на месте подробнейших описаний их внешнего вида и поведения, с тем чтобы впоследствии можно было сравнить эти данные с экспонатами музеев и материалами специальных статей. Несколько лет назад мы разработали некоторые методы и приемы сбора таких данных, что позволило наглядно показать их выгодное отличие от музейных обработок. Это чрезвычайно важно для научного описания и классификации животных, то есть для раздела зоологии, носящего название «систематика». Наша работа имеет более широкое научное и даже экономическое значение.
Но книга, которая перед вами, – отнюдь не научный трактат об оригинальной методике или результатах нашей работы в поле. Научные материалы, детально излагающие все специальные аспекты этой работы, в свое время будут опубликованы в соответствующих изданиях, что позволит заинтересованным специалистам полностью ознакомиться со всеми находками и открытиями. Но на это понадобится время. Например, самые важные результаты экспедиции в Западную Африку только сейчас выходят в свет. А пока что мне придется просить специалистов дожидаться подобных публикаций и извинить меня за то, что некоторые наблюдения кажутся случайными и не подкреплены необходимыми, но отсутствующими здесь выводами.
Эту книгу надо воспринимать как рассказ о менее серьезной – бытовой и человеческой – стороне экспедиционных приключений, но, поскольку повествование ведется от лица зоолога, в ней содержатся также результаты наших трудов, хотя и предварительные. Снова, как и в прежней книге, я привожу научные названия множества видов животных, чтобы дать вам возможность впоследствии получить о них более точные сведения. Латинские названия – единственные, под которыми эти животные известны; они не имеют аналогов на английском языке; я лично определял всех животных, латинские названия которых привожу, поэтому полностью отвечаю за их классификацию. Но мне хочется добавить, как бы это ни походило на жалобу, что научные сведения о животных Южной Америки находятся в весьма плачевном состоянии, и нам при дальнейшей обработке собранных коллекций, и в частности фауны региона, придется вносить множество дополнений. Но та информация, которую мы даем здесь, выверена настолько точно, насколько позволяет уровень современной науки.
Никто не может позволить себе надеяться на полный успех зоологической экспедиции. Куда бы вы ни отправились и чего бы вы ни достигли, домой вы неизменно возвращаетесь с печальной мыслью о том, чего не сумели увидеть или не успели сделать. Честно говоря, описанные здесь приключения изобиловали неудачами, намного превышавшими скромные успехи. Ряд особых заданий, ради которых мы и отправились в путь, нам выполнить не удалось, в этом вы сами убедитесь, читая книгу. Однако и то, чего мы достигли, безусловно, оправдало затраченные усилия; замечу, что для науки отрицательная информация не менее важна, чем новые открытия.
С чисто человеческой точки зрения мы получили очень много. Начать с того, что мы провели много месяцев кряду в состоянии небывалой радости и счастья, а в наше время слишком часто забывают, что это дорого стоит. Кроме того, мы оказались владельцами крайне необходимого для нашей дальнейшей работы снаряжения, которое мы своими руками усовершенствовали и отлично приспособили к делу. Наконец, мы сделали еще один шаг вперед в чрезвычайно значительных и интересных исследованиях, какими бы маловажными они ни представлялись со стороны.
Название книги может показаться читателю необдуманным, и я попытаюсь объяснить его возникновение. Прежде всего, слова «сокровища», да еще «карибские», непременно вызовут в вашем воображении дублоны, пиастры и прочую пиратскую добычу. Тем не менее и автору, и издателям хотелось напомнить о связи новой книги с предыдущей, которая называлась «Сокровища животного мира», где речь шла о таких же поисках драгоценных для науки богатств. Слово «карибские» столь же многозначно, как и слово «джунгли». Разные люди вкладывают в него совершенно различные значения. Карибские земли – по сути дела земли карибских индейцев, которые обитали во всех Гвианах, а оттуда распространились на Тринидад и большинство островов Вест-Индии. В наши дни «карибские» стало синонимом Вест-Индии, к которой, строго говоря, не относятся ни Гвианы, ни Тринидад, хотя они считаются вест-индскими владениями Англии, Нидерландов и Франции.[ii] Поэтому страны, где мы побывали, проще всего обозначить одним словом – «карибские». Кроме того, это удивительно красивое и выразительное слово.
А. Т. Сандерсон
Часть первая
Из Тринидада


I. В джунглях
Растительность, пекари и мапипи
Наше нехитрое жилье на горе Арипо в Тринидаде было очень разумно устроено. Не считая палатки и навеса из пальмовых листьев, где мы готовили пищу, у нас была еще не пробиваемая дождем mjupa, то есть лесная хижина, где мы работали и ели. К ней примыкала расчищенная площадка, а за ней стоял аккуратный маленький домик с каменными стенами и крышей из пальмовых листьев. Ее абсолютно вертикальные стены, гладкие и безукоризненно параллельные друг другу, создала Природа без малейшего вмешательства человека. Узкая дверь и три ступеньки, спускавшиеся к площадке, были такими же творениями природы, как и деревья, стоявшие вокруг. Каприата добавил только крышу и раздобыл три камня для очага, чтобы было где готовить пищу; интерьер он искусно украсил ярким, изумрудно-зеленым мхом и двумя пучками висячих орхидей. (Я знаю в Англии две семьи, которые жили в еще более тесных домишках, чем этот, и обстановка там была столь же скудная, а уж о красотах интерьера и речи нет. Вот вам и достижения цивилизации.)
Как-то раз в тени нашего домика мы занимались разбором и сортировкой крохотных улиток. Был полдень, и лес был залит мощными потоками солнечного света; сверкающие зеленые и золотые мухи сновали в воздухе, неизвестные птицы монотонно перекликались на неведомых языках, и кэрри из курицы с рисом аппетитно булькало на огне, источая ароматный парок. В такие минуты тропический лес словно залит слоем тишины высотой в четыре фута…
Вот почему мы с Альмой мгновенно подняли головы, услышав доносившуюся из домика Каприаты слабую возню. Мы подождали, прислушиваясь. Потом услышали тихие-тихие звуки – словно лилипутская собачка с аппетитом грызет косточку. Как можно осторожнее мы вылезли из-за стола и стали подкрадываться к двери домика согласно заранее разработанной стратегии наступления. Хруст прекратился, послышался шорох, и что-то как будто двинулось с места. Альма в этот момент уже заглянула вовнутрь и принялась отчаянно размахивать руками. Я подобрался поближе и тоже заглянул в домик. Поначалу я ничего не заметил, потом что-то там зашевелилось.
На полу сидела маленькая ящерка вида Gonatodes ocellatus, которых местные жители окрестили «собачками». Она была красновато-коричневая с ярко-желтыми полосками и пятнышками, обведенными черным, у нее были черные как смоль лапки и громадные золотые глаза. Это было само по себе прелестное и забавное существо, но нас поразило другое: своими острыми зубками этот малыш вцепился мертвой хваткой в черного скорпиона, который был в длину не меньше и куда объемистее самого охотника. Впрочем, оба воина терпели адские мучения: ящерка отгрызала хвост скорпиону, а тот старался не остаться в долгу. В тот момент, когда мы появились на поле боя, силы примерно уравновесились, а так как скорпион уже лишился своего наиболее опасного оружия (с тыла, так сказать), то я рискнул схватить обоих драчунов разом.
В мгновение ока они выпустили друг друга и вцепились в мою руку, так что мне удалось стряхнуть их только резким, сильным движением. Ящерица звучно шлепнулась на покрытую мхом стену и словно прилипла к ней. Мы, не мешкая, завладели скорпионом и стали подбираться к ящерице, но она и не подумала удирать в какую-нибудь трещину, а повернулась к нам и оскалила зубы! Я попытался ее схватить, но она свирепо вцепилась мне в руку. Никогда мне не приходилось видеть маленьких ящериц, которые бы так себя вели. Меня поразила ее смелость, и, хотя она не могла укусить больно своими мелкими зубками и слабенькими челюстями, мне пришлось повозиться, пока я ее отцеплял, чтобы не повредить ее непрочную шкурку. Ящерка была не только бесстрашная, а еще и умница – сначала она незаметно бочком отступала в сторонку, а потом нырнула в глубокую трещину стены у самого пола. Мы заглянули туда – она сидела, припав к земле, и грозно разевала пасть.
Мы сломали длинный прут и попробовали выдворить ее оттуда, но ящерка отступала все дальше и глубже, поэтому мне пришлось, пока Альма тихонько подгоняла ее прутиком, обежать вокруг дома и сторожить у щели, откуда она могла выбраться наружу. Стена утопала в густой траве, а внизу скопилась куча сухих громадных листьев: я принялся расчищать эту кучу, чтобы добраться до щели. Тут я неожиданно нащупал рукой что-то очень теплое. На ощупь оно смахивало на лысую голову человека с повышенной температурой, хотя мне, признаться, не приходилось в жизни сталкиваться с таким редким явлением. Но вот кончик прута, которым орудовала Альма, высунулся наружу и зашевелился среди травы. В ту же минуту нечто вынырнуло из глубины – это была небольшая головка с подрагивающими ушами и парой любопытных черных глаз; высунувшись наружу, она обнюхала прут. Потом опять скрылась. Я не успел ни опомниться, ни сообразить, кто это был, когда зверек вылез из укрытия и оказался весь на виду.
Зверь был маленький, округлый и крепко сбитый. Он протрусил по площадке на цыпочках, чихая, тряся головой и хлопая ушами – точь-в-точь как поросенок. Он был облачен в панцирь и оказался броненосцем Tatusia novemcincta, хотя по виду совершенно не походил на свои изображения в книгах.
Я спохватился и бросился в погоню, но зверек и не думал удирать: он завернул за палатку, негромко похрюкивая себе под нос. Я опрометью помчался за ним – прошло не больше двух секунд, – а малыш как сквозь землю провалился! Я стоял в нерешительности, озираясь и соображая, куда он мог подеваться, пока прямо в меня не полетела земля, с силой выброшенная из палатки. Я нырнул под походные раскладушки, протискиваясь на животе туда, где «тату» с непостижимой скоростью углублялся в мягкую почву под стенкой палатки. Альма примчалась на помощь, я завопил, чтобы она перехватывала его снаружи, но зверек в считанные секунды выбрался из палатки и трусцой направился через площадку, так что Альма не успела его перехватить. Малыш взбежал по трем ступенькам к двери домика Каприаты, приостановился и негромко, испуганно и пронзительно хрюкнул. Оказывается, Каприата со связкой хвороста уже вернулся в домик через заднюю дверь.
Теперь «тату» был с трех сторон окружен врагами, а все остальные пути для отступления перекрывали каменные стены. Он застыл в недоумении, затем галопом поскакал прямо на меня, остановился, на минуту стряхнул презренную трусость и принял мгновенное решение. Развернулся, как гоночный автомобиль на гаревой дорожке, и ринулся в дыру, из которой вылез вначале. Не успели мы опомниться, как он уже протиснулся между стеной и большим камнем и был таков. Мы расчистили все пространство вокруг дома и откатили несколько больших камней, пока не докопались до скального основания. Но хотя было слышно, как маленький беглец похрюкивает и скребется где-то внизу, нам так и не удалось ни увидеть его, ни добраться до его убежища. Я не очень-то огорчался, честно говоря: за те минуты, что он был у меня на глазах, я понял, какое это славное, безобидное маленькое существо, а жизнь у него и без нас ужасно беспокойная, полная неожиданностей.
Кэрри к тому времени превратилось в нечто совершенно несъедобное. В джунглях все самое интересное случается как раз в обеденное время.
Гора Арипо сложена известняком, породой, которая с виду кажется очень прочной и плотной. В сущности так оно и есть. Только вот к воздействиям погоды известняк гораздо чувствительнее, чем любая другая порода. Известняк неплохо растворяется в дождевой воде, которая в атмосфере отчасти насыщается углекислым газом и приобретает свойства слабой кислоты. По этой причине дождь может воздействовать не только на поверхность известняка, но и на его самые глубокие слои, проникая туда по трещинам и щелям. Трещины постепенно увеличиваются, их стенки разъедает вода, и в конце концов с течением времени под землей образуется лабиринт, подобный сотам в улье. Разумеется, в тех странах, где льют проливные дожди и в воздухе много углекислого газа, процесс идет гораздо быстрее. Вода постепенно просачивается, протекает все глубже, образуя небольшие подземные полости и ручейки. Ручейки в свою очередь собираются в подземные потоки, реки и озера, продолжая разрушать известняк и образуя все более обширные полости. В результате под твердой на первый взгляд поверхностью земли во всех направлениях разбегается прихотливая сеть пещер, коридоров, пропастей, сифонов и колодцев.
Время идет, и вода прорывается все глубже, оставляя бесчисленное количество сухих пещер в верхних горизонтах. Гора Арипо вся источена пещерами самого разного вида и конфигурации, и, если с нее снять всю растительность, она предстанет перед нами испещренной беспорядочно разбросанными круглыми оспинами. Наверху лежат крупные обломки породы, затем – глинистая почва, нашпигованная обломками, еще ниже – скальная порода, изрезанная на отдельные блоки трещинами, которые неустанно разъедает вода, и, наконец, просто каменный массив, пронизанный полостями всевозможного вида. Вот каков был тот камень, на котором мы построили свой дом.
Вся территория вместе с горой Арипо и несколькими другими, пониже, образующими северный хребет, густо заросла девственными джунглями. Лесные дебри, удаленные не более чем на двадцать миль от первоклассных автострад, по которым ежегодно проносятся мимо тысячи туристов из Соединенных Штатов, куда более изолированы от цивилизации, чем дебри Африки, и образуют своеобразный растительный мир – самый прекрасный из всех, какие мне случалось видеть на своем веку. Лес здесь невысокий, и лиственный полог не слишком густ – видимо, поэтому внизу буйно разрослась всякая растительность. Землю, каменные завалы, стволы деревьев вверх до того места, где они переходят в толстые сучья, сами сучья и ветки до последнего кончика, даже листья, каждое ползучее и вьющееся растение, будь оно обвито вокруг чего-нибудь или просто отвесно свисающее вниз, – все заполонили бесчисленные паразитические растения, от крохотных пухлых звездочек размером с пуговицу на рубашке до гигантских пучков громадных зеленых листьев: ни дать ни взять – капуста-переросток, только кочаны диаметром футов десять!
Сквозь эту массу зелени пробиваются, занимая все промежутки, диковинные вертикально стоящие растения под названием бализе (Heliconia bihai), родственные бананам и внешне похожие на них, только на месте малоприличных лиловатых выростов, которые бананы выдают за свои цветы, у этих растений находятся самые невообразимые образчики авангардного искусства, созданные самой природой.
Кроме бализе в этой битком набитой оранжерее теснятся во множестве другие странные растения, а два вида доминируют в ландшафте. Это пальма анаре (Euterpe pubigera) и дикая тания; оба растения настолько удивительны, что я попрошу вас подождать, пока мы снова на них не наткнемся, в буквальном смысле слова, что, кстати, крайне болезненно.
После полудня стояла удушающая жара, и в середине дня Каприата объявил, что вся вода кончилась. Я решил пойти вместе с ним, чтобы запасти побольше воды и покончить с этим нелегким делом. Мы жили на одной из вершин гребня, с двух сторон обрывавшегося в глубокие ущелья. Вся местность была пропитана влагой от ежедневных дождей, но проточной воды, кроме двух журчащих ручейков, на дне этих ущелий не было. Чтобы набрать запас воды на день, приходилось несколько раз спускаться вниз с ведрами без крышек – других у нас не было. Дело это в высшей степени нудное, поэтому мы подошли к краю обрыва в мрачном молчании.
Вдруг Каприата встал как вкопанный и прислушался. Я поначалу ничего не услышал, но немного спустя до меня донесся звук, который можно сравнить разве что с тихим хныканьем, – он шел из густых зарослей пальм и таний на самом дне ущелья. Поскольку звуки, которые издают животные в природных условиях, ни в какой мере не соответствуют их внешности, я оставался в полном неведении относительно того, кто их издает.
– Кванки! – прошептал Каприата, но для меня это был пустой звук; я еще слишком мало жил в этих местах и не разобрался в названиях местных животных.
– А на кого они похожи? – спросил я.
– Тш-ш-ш! – предостерегающе зашипел он. – Они очень хитрые.
– Может, сбегать за ружьем? – спросил я.
– Да, пожалуйста, сэр, а я постерегу их.
Я поставил ведра на землю и со всех ног бросился обратно в лагерь. Когда я вернулся запыхавшись, Каприаты на месте не оказалось. Животные все еще были внизу, и производимый ими шум стал сильнее. Я стал оглядываться – нет ли следов нашего великого охотника? Он согнул и переломал множество мелких веточек, и я больше по догадке, чем по следам, обнаружил наконец его на верхушке высокой скалы, круто обрывающейся в ущелье. Я вскарабкался наверх и протянул Каприате ружье.
– Ничего не вижу, – прошептал я. – А если бы и видел, то не разобрал бы, что это; и я нипочем ни в одного кванка не попаду.
– По-моему, они уходят вниз по долине, – сказал он. – Куда ветер дует?
– Вверх по долине. А они большие? – не смог я удержаться от вопроса.
– Прошу вас, зайдите с верхнего конца, сэр, – умоляюще сказал он, словно не расслышав моего вопроса.
Я стал забирать дальше по ветру, вдоль края ущелья, двигаясь со всей доступной мне скоростью и не имея ни малейшего понятия, что за дичь я скрадываю. Я был вооружен только мачете, но не слишком беспокоился – крупные и опасные звери в этом регионе не водятся. И все же я пожалел, что не попросил Каприату хорошенько запомнить цвет моей рубашки и не стрелять, не присмотревшись, – тогда я еще не знал, как виртуозно он владеет ружьем.
Джунгли кажутся великолепными, когда любуешься ими, лежа в гамаке, но когда нужно быстро и бесшумно продираться через них, сталкиваешься со множеством неодолимых препятствий. Под ногами – сплошной ковер из сухих веток, которые щелкают, как батарея старомодных электрических выключателей, стоит только опустить на них ногу. Затем обнаруживаешь повсюду ямы и исключительно зловредную разновидность пальм (Maximiliana caribea), которую здесь называют кокорите. Эта тварь – а я убежден, что в ней живет жестокая и беспощадная душа, – растет купами. Каждый прямой, высокий ствол сплошь покрыт щетиной из тонких, как иголки, шипов длиной от трех до шести дюймов, черных, твердых и упругих, как металл, заканчивающихся крючком, который впивается в кожу, да так крепко, что вытаскивать его – сущее мучение.
Вдобавок именно в этом месте джунгли представляли собой густые заросли из множества других коварных растений, вооруженных копьеподобными шипами всех форм и размеров, которыми усеяны все их видимые и невидимые части. Но этого мало. Было там еще одно растение – его систематическое положение мне неизвестно, в Кембридже ботаники в такие подробности не входили, – похожее на жесткий гигантский тростник, цилиндрический стебель которого казался абсолютно гладким, и за него было бы очень удобно ухватиться, если бы не пара острых как бритвы ребер на внутренней стороне, смазанных какой-то липкой гадостью, от которой кровь перестает свертываться. И конечно, там росла все та же четырежды проклятая дикая тания.
Это растительное чудовище представляет собой пучок листьев, как у великанского ревеня, торчащий на стволе, который как две капли воды похож на пальму и кажется таким же прочным. На самом же деле он не крепче сельдерея: ствол в восемь дюймов диаметром можно скосить одним легким ударом мачете. Но дело в том, что его сок, в котором, кстати, обитает масса мельчайших нитевидных паразитических червей, с силой разбрызгивается во все стороны и действует на кожу как купорос, обжигая ее иногда до пузырей. В зарослях всегда таится эта бестия, о чем узнаешь только в тот момент, когда наткнешься на нее и она даст о себе знать своим особым, неподражаемым способом.
Даже человек с железной волей – более того, даже зоолог в погоне за самой драгоценной добычей – не может прорваться сквозь эту ощетиненную чащу с какой бы то ни было скоростью. Мне показалось, что прошли буквально часы, пока я поднялся к началу ущелья достаточно далеко, чтобы можно было рискнуть перебраться на другую сторону, не боясь спугнуть животных.
Я стал спускаться вниз по склону ущелья, вышел к ручью и, несмотря на азарт погони, застыл, потрясенный видом неописуемой красоты. Ярко-зеленые кроны деревьев сливались над головой в сплошной свод, сквозь который пробивался солнечный свет, озаряя блестящие кроны пальм, растущих на берегах ручья, и буйно переплетенные стебли и листву всех форм и размеров. Вода, которая струилась и кипела среди зеленых камней, была прозрачнее чистейшего хрусталя и на вкус оказалась более свежей, прохладной и пьянящей, чем любое шампанское, каким меня когда-либо угощали. Когда я преклонил колена, чтобы вволю напиться, откуда ни возьмись вылетела и закружилась в солнечном свете стайка крупных колибри, искрившихся такими радужными цветами и оттенками, которых я не ожидал увидеть даже среди птичьего народца. С шумом, похожим на мурлыканье и на гудение шмеля одновременно, они возникали то там, то тут среди россыпи изумительных белых цветов, клонивших к самой воде свои прекрасные восковые венчики с оранжевыми язычками. Зеркальные капли золота или меди с раздвоенными, как у ласточек, хвостиками ослепительно посверкивали перед моими глазами изумрудными, аметистовыми и сапфирными искрами, когда птички мгновенно перемещались из одной точки в другую.
В тихих заводях на воде кружились золотые лепестки, внизу, под водой, плавали ярко-голубые рыбки с алыми глазками, а между камнями громадными купами росли мелкие цветочки нежного, пастельного, розовато-лилового оттенка.
Опьянев от этой воды и буйства красок, я снова вступил в чащу нерукотворной колючей проволоки. Ни слуху ни духу ни о Каприате, ни о тех животных, ради которых я совершал все маневры; они были примерно в полумиле ниже по ущелью, откуда тянуло ветерком.

Карибские сокровища - Сандерсон Айвен => читать онлайн электронную книгу дальше


Было бы хорошо, чтобы книга Карибские сокровища автора Сандерсон Айвен дала бы вам то, что вы хотите!
Отзывы и коментарии к книге Карибские сокровища у нас на сайте не предусмотрены. Если так и окажется, тогда вы можете порекомендовать эту книгу Карибские сокровища своим друзьям, проставив гиперссылку на данную страницу с книгой: Сандерсон Айвен - Карибские сокровища.
Если после завершения чтения книги Карибские сокровища вы захотите почитать и другие книги Сандерсон Айвен, тогда зайдите на страницу писателя Сандерсон Айвен - возможно там есть книги, которые вас заинтересуют. Если вы хотите узнать больше о книге Карибские сокровища, то воспользуйтесь поисковой системой или же зайдите в Википедию.
Биографии автора Сандерсон Айвен, написавшего книгу Карибские сокровища, к сожалению, на данном сайте нет. Ключевые слова страницы: Карибские сокровища; Сандерсон Айвен, скачать, бесплатно, читать, книга, электронная, онлайн