А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

Берроуз Уильям Сьюард

Города ночи - 2. Пространство мертвых дорог


 

Здесь выложена электронная книга Города ночи - 2. Пространство мертвых дорог автора по имени Берроуз Уильям Сьюард. На этой вкладке сайта web-lit.net вы можете скачать бесплатно или прочитать онлайн электронную книгу Берроуз Уильям Сьюард - Города ночи - 2. Пространство мертвых дорог.

Размер архива с книгой Города ночи - 2. Пространство мертвых дорог равняется 261.58 KB

Города ночи - 2. Пространство мертвых дорог - Берроуз Уильям Сьюард => скачать бесплатную электронную книгу






Уильям С. Берроуз: «Пространство мертвых дорог»

Уильям С. Берроуз
Пространство мертвых дорог


Города ночи – 2



A_Ch
«Берроуз У. Пространство мертвых дорог»: ACT, Адаптек; М.; 2005

ISBN 5-17-028998-7, 5-93827-042-1 Аннотация Во втором романе трилогии действие переносится из Городов Красной Ночи и Латинской Америки времен испанской колонизации в США эпохи Дикого Запада и Северную Африку. Ким Карсонс (очередное альтер-эго писателя) создает «Семейство Джонсонов» – тайную анархическую организацию, защищающую территорию человеческой свободы от посягательств государственной тирании, за фасадом которой смутно проступают контуры подлинных хозяев этого мира – тех, кто в преданиях и мифах человечества именуется богами или Богом. В «Пространстве мертвых дорог» Берроуз с провидением обрисовывает новые эволюционные вызовы, которые становятся очевидными лишь через четверть века после написания романа – клонирование, биотехнологию и тотальный киберконтроль. Уильям С. БерроузПространство мертвых дорог Дентону Уэлчу для Кима Карсонса *** В первом варианте эта книга называлась «Семья Джонсонов». «Семья Джонсонов» – это сленговое выражение начала века, означавшее бродяг «и воров в законе» воров в законе», которые соблюдают определенный кодекс поведения. «Джонсон» никогда не забывает о своих обязательствах по отношению к ближним. Его слово крепко, и иметь с ним дело одно удовольствие. «Джонсон» не лезет в чужие дела. Он не из тех, кто повсюду сует нос и думает при этом, что всегда и во всем прав; он не скандалист. «Джонсон» всегда поможет тому, кто в этом нуждается. Он не будет стоять в сторонке и смотреть, как кто-то тонет в реке или гибнет под обломками горящего автомобиля.Единственное, что способно объединить всю нашу планету, – это планетарная космическая программа… Земля превращается в космическую станцию, и война просто исчезает из повестки дня, даже мысль о ней превращается в безумие в контексте исследовательских центров, космопортов, восхитительного ощущения, возникающего из совместного труда с людьми, которые тебе нравятся и которые испытывают глубокое уважение к своим, определенным по взаимному согласию целям – целям, которые принесут выгоду всем, кто сможет их достичь. Счастье есть побочный продукт осмысленной деятельности. Планетарная космическая станция предоставляет всем членам своего экипажа возможность действовать осмысленно. НЕЗНАКОМЕЦ, КОТОРЫЙ ПРОХОДИЛ МИМОДуэль в Боулдере 17 СЕНТЯБРЯ, 1889-й. Вчера боулдерское городское кладбище стало ареной дуэли в лучших традициях Дикого Запада. Личности дуэлянтов установлены: это Уильям Сьюард Холл, шестидесяти пяти лет отроду, спекулянт недвижимостью с интересами в Колорадо и Нью-Мехико, и Майк Чейз, мужчина за пятьдесят, о котором более ничего пока не известно.Холл проживал в Нью-Йорке и писал вестерны под псевдонимом Ким Карсонс. «Он приехал в город, скорее всего с деловым визитом», – заявил полицейский источник.На первый взгляд могло показаться, что Чейз и Холл убили друг друга, но при осмотре выяснилось, что никто из них не успел выстрелить; их убил кто-то другой пулями из одной и той же винтовки, выпущенными со значительного расстояния. Чейзу пуля вошла в грудную клетку спереди. Холл же получил пулю в спину. Выстрелов никто не слышал; полиция предполагает, что убийца воспользовался глушителем.В кармане Холла был найден ключ от гостиничного номера, после чего полиция обыскала комнату в отеле «Орлиное гнездо», которую занимал убитый. При обыске полицейские обнаружили одежду, револьвер 38-го калибра и роман Кима Карсонса «Quidnes?» Кто там? (исп.).

. Некоторые фразы в книге оказались подчеркнутыми.Сыщики, расследующие это странное происшествие, на настоящий момент не располагают ни малейшими предположениями о мотивах преступления. «Похоже, какие-то давние счеты», – заявил шеф полиции Мартин Уинтерс. Когда ему задали вопрос, были ли у Чейза и Холла причины, чтобы вознамериться убить друг друга, он ответил: «Мне по крайней мере таковые неизвестны, но следствие еще не закончено».
В воскресных газетах происшествие осветили несколько подробнее: были напечатаны портреты, погибших и вид городского кладбища, а также схема, показывающая расположение тел и возможную точку, из которой велся огонь. Судмедэксперт в ответ на вопрос о калибре и марке орудия убийства сообщил: «Это, несомненно, винтовка». Размер выходных отверстий соответствует разрывной пуле калибра 45-70, но осколков самих пуль мы так и не нашли».В статье также цитировался подчеркнутый отрывок из романа «Quien es?», найденного у Холла.Старые газеты на чердаке… пожелтевшие вырезки из «Манхэттен комет» за 3 апреля 1894 года.
Три члена банды Карсонса были убиты сегодня при попытке ограбления «Манхэттен сити банка». Полицейское подразделение, высланное на поимку уцелевших, угодило в засаду и понесло потери… Майк Чейз, федеральный судебный исполнитель, заявил, что засада была организована не бандой Карсонса, а дезертирами из армии южан, вооруженными мортирами и гранатами…Это стихотворение написал Ким Карсонс после перестрелки на Бликер-стрит 23 октября 1920 года. Ливерная Колбаса Джо и Джио Красный Нос, киллеры мафии, открыли из машины, за рулем которой находился Фрэнк Губа, огонь по Киму Карсонсу, Бою Джонсу, Марсу Кливеру по кличке Шарики-Ролики и Гаю Грейвуду, следователю прокуратуры. Единственным ущербом, который потерпела группа Карсонса, оказалась простреленная куртка Боя, в которую попала пуля, когда тот пытался спрятаться от нападавших за пожарным гидрантом.«Куртке конец, – пожаловался он. – Дерьмо дело! Куда только полиция смотрит?»
Из-за «предосудительных пассажей» на французском языке само стихотворение не могло быть процитировано в газете, но сообразительный замредактора снял с него копии, снабдил их подстрочным переводом пресловутых «предосудительных пассажей» и продал коллекционерам и собирателям курьезов по пять долларов копия. Незнакомец, который проходил мимоUn grande principe de violence dictait a nos mbiurs(наши нравы продиктованывеликим принципом насилия)Песнь эта для людей словно сильный ветер, Колышущий железное древо,Шуршащий опавшими листьями в зимнемписсуареJ'aime ces types vicieux qu'ici montrent la bite…(Мне нравятся эти порочные типы,которые выставляют здесь напоказ свои штучки…)Simon, aimes-tu le bruit des pasSur les feuilles mortes?(Симон, нравится ли тебе звук шаговпо опавшим листьям?)Ароматы войны и смерти?Пороховой дымок над разбитым ртомПороховой дымок и каштановые волосы?Смерть является со скоростью миллиона ветровСпасительное небо тоньше листка бумагиСегодня днем я увиделКак ветер отодрал надорванный клочок небаИ небо начало складываться пополамРваться на куски, на мелкие клочьяЗастигнутый в Нью-ЙоркеЖивотными ВиллиджаКрысолов потянул за край небаПУСТЬ ОНО РУХНЕТ
Встреча на кладбище… Боулдер, Колорадо…17 сентября 1889 года.Майк свернул на тропинку в северо-восточном углу кладбища, настороженный и внимательный. В руке он сжимал полуавтоматический револьвер Уэбли-Фосбера 45-го калибра, который опытный оружейник снабдил резиновыми амортизаторами на рукояти, уменьшающими силу отдачи и предотвращающими выскальзывание. Дружки поджидали его не более чем в десяти ярдах на противоположной стороне улицы.Ким появился на тропинке со стороны кладбища. «Привет, Майк!» Ветер подхватил и понес его звонко-ледяной голос, сахарно-сладкий, искушенный и полный коварства. Ким всегда старался подходить к противнику с подветренной стороны. Он был одет в желтовато-коричневую твидовую куртку с накладными карманами, парусиновые краги и темно-красные бриджи для верховой езды.Завидев его, Майк испытал неприятное deja vu и посмотрел по сторонам, ища взглядом своих дружков.Он понял все с первого взгляда. Все его дружки, одетые как один в куртки цвета пожухлой листвы и краги, расположились вокруг открытой плетеной корзины для пикника. Они ели сандвичи, подливая в жестяные кружки холодное пиво, а винтовки их стояли прислоненными к дереву, безучастному и вечному, как картина художника.Dejeuner des chasseurs Завтрак охотников (франц.).

.Майк понял, что его подставили и что ему придется стрелять. Он почувствовал вспышку негодования и обиды.Черт побери! Это нечестно!Почему он должен подвергать свою жизнь опасности из-за какого-то мерзкого маленького педрилы? Но Майк умел властвовать над собой. Он подвинул в сторону свои оскорбленные чувства и набрал в легкие побольше воздуха, собираясь с силами.Ким, который в этот момент находился в пятнадцати ярдах к югу от Майка, медленно шел ему навстречу. Свежий южный ветер шуршал перед ним опавшими листьями, пока он шагал «на шепчущем южном ветру»… хруст листвы под его подошвами… Майкл, aime tu le bruit des pas sur les feuilles mortes?.. Двенадцать ярдов, десять… Ким ступает, широко размахивая руками, пальцы правой руки похотливо поглаживают приклад револьвера, лицо его настороженно, отрешенно, непроницаемо… Восемь ярдов… Внезапно Ким вскидывает вперед свою правую руку, но оружия в ней нет – он просто тыкает в сторону Майка указательным пальцем.– БАБАХ! ТЫ – ТРУП!Последнее слово он бросает, как увесистый камень. Он знает, что Майк увидит револьвер, которого нет в его пустой руке, поддастся панике и схватится за свой…(При помощи блефа с воображаемым револьвером он заставляет Майка нарушить главное правило револьверного боя – СНО. Себя Не Обгонишь. Каждому стрелку требуется определенное время на то, чтобы извлечь револьвер, прицелиться, выстрелить и при этом попасть. Если стрелок пытается уложиться в меньшее время, чем то, которое ему положено от природы, он почти наверняка промахнется…– Хватай-вынимай! – мурлычет себе под нос Ким. Да, Майк торопится, слишком торопится. Руки Кима, гибкие и проворные, как два хлыста, спокойно опускаются к поясу, поднимаются, и вот он уже держит свой револьвер в обеих руках на уровне глаз.– Стреляй-непопадай!Он слышит, как пуля Майка пролетает у него над левым плечом.В сердце метил…Широко открыв оба глаза, смотрит на противника в течение доли мгновения – той самой, что длится от промаха до попадания. Пуля Кима входит в тело Майу противника в груди, разрывая его аорту на мелкие кусочки, и раздается жидкий ПЛЮХ.Майк замирает неподвижно с револьвером в вытянутой руке, пороховой дым застилает его лицо. Он начинает медленно покачиваться из стороны в сторону. Давится и отхаркивает кровь. Рука с револьвером начинает дрожать.Ким медленно опускает свой револьвер, лицо бесстрастно, глаза внимательны.Глаза Майка подернуты пеленой, упрямые, все еще не верящие, он пытается поднять револьвер для второго выстрела. Но револьвер тяжелый, слишком тяжелый для Майка, он тянет его руку вниз.Ким медленно вкладывает свое оружие в кобуру.Майк делает шаг в сторону и падает.Ким смотрит на деревья, замечает белку, тень древней радости озаряет его лицо, и губы складываются в двусмысленную мраморную улыбку греческого юноши.Того самого, древнего, со Скироса Знаменитая скульптура древнегреческого юноши из коллекции Гетти была на самом деле найдена на острове Тасос.

, знаменитая улыбка.Кому улыбается греческий юноша? Он улыбается своей собственной древней улыбке.Ветер крепчает, Ким смотрит, как мертвый лист спиралью взмывает в небо.Египетский иероглиф со значением «вставать и свидетельствовать». Эякулирующий фаллос, рот, человек с пальцем во рту.Ким машет рукой своим секундантам. Один из них машет ему в ответ; в руке у него барабанная палочка.Брешь в нарисованном спокойствии…Паштет, хлеб, вино, фрукты, разложенные на траве, ружье, прислоненное к надгробию, полная луна в небе синем, словно шелк. Один из охотников перебирает струны инкрустированной перламутром мандолины, а другие поют:«Но это лишь бумажная луна…»Ким вскидывает револьвер и простреливает в луне дыру, черную дыру с пороховыми ожогами по краям.Ветер колышет траву, тревожно покачивает ветви.«Зависшая над деревом из марли…»Вторым выстрелом Ким сносит рощицу в конце кладбища.Ветер крепчает, срывая пятна и вспышку оранжевого, охряного, желтого с деревьев, посвистывает среди надгробий.На сцену выбегают идиотские отцы семейств, словно сошедшие со страниц плохого романа.– ОСТАНОВИСЬ, СЫН МОЙ!– Бездарные старые пердуны, мы вам не сыновья! Ким снова вскидывает револьвер.– ТЫ РАЗРУШАЕШЬ ВСЕЛЕННУЮ!– Какую такую вселенную?Ким простреливает дыру в небе. Оттуда изливается тьма, которая поглощает землю. В последних лучах нарисованного солнца какой-то джонсон приподнимает край изгороди из колючей проволоки, чтобы другие успели улизнуть. Проволока цепляется за небо… огромная черная прореха. Кричащие облака несутся по рваному небу.– ПРОЧЬ С ПУТИ! ПРОЧЬ С ПУТИ!– НЕМЕДЛЕННО ВСЕ ПОЧИНИТЬ! – вопит Режиссер.– Чем починить – лейкопластырем и жвачкой? Это же обрыв мастер-копии… Сам чини, босс, если такой умный.– ЧЕРТ ПОБЕРИ, ВСЕМ ПОКИНУТЬ СУДНО… КАЖДЫЙ САМ ЗА СЕБЯ! *** Три дня кряду Ким скрывался на вершине плоскогорья, следя за долиной в бинокль. По облаку пыли, пронесшемуся к югу, он понял: преследователи решили, что он направился к мексиканской границе. Вместо этого он двинул на север, в край скал, источенных ветром и песком, – вот верблюд, а вот черепаха, а вот камбоджийский храм, – туда, где на каждом шагу в красных песчаниках пучатся, словно пузыри в кипящей овсянке, входы пещер. В некоторых из них одно время жили люди: ржавые жестянки, глиняные черепки, ящики из-под патронов. Ким нашел наконечник стрелы в шесть дюймов длиной из осколка обсидиана и другой наконечник, поменьше, из розового камня.На вершине плоскогорья – осыпавшиеся кучи глины, которые некогда были домами. Каменные плиты сложены в виде алтаря. Здесь был Homo sapiens.Опускаются сумерки, и голубые тени расползаются на востоке по горам Сангре де Кристо. Сангре де Кристо! Кровь Христова! Реки крови! Горы крови! Неужели Христос никогда не устанет кровоточить? На западе за грозовыми тучами, нависшими над горами Хемез, заходит солнце, а пик Хименеса, вздымающийся к небесам, топчет их плечи увесистыми сапогами лесистых скал в своем огромном charro Мексиканский народный костюм (исп.) – черные брюки в обтяжку, кожаный камзол, широкополая шляпа.

; главу его венчает хрустальный череп, увитый облаками, а когда из его темных бойниц палят пушки, раскаты грома слышны над всей долиной. Светит чистая и ясная вечерняя звезда… «Звезда мерцала в небесах/ Одна, всегда одна» Уильям Вордсворт. «Люси». Перевод С. Я. Маршака.

. Это Вордсворт. Ким помнит. В горах Хемез идет дождь.«Дождь идет, Анита Хаффингтон». Последние слова генерала Гранта Грант, Улисс Симпсон (1822-1885) – восемнадцатый президент США (1869-1877), герой гражданской войны, главнокомандующий армией северян.

, которые он сказал своей сиделке; нервные импульсы в его горячечном мозгу сверкали, словно разряды молний.Ким откинулся на каменную стену, раскаленную солнечными лучами. Холодный ветерок овеял его лицо ароматом дождя.Глиняные черепки… наконечники стрел… плетеная корзинка… трещотка… голубая ложка… рогатка – резинка давно прогнила насквозь – …ржавые рыболовные крючки… инструменты… видно, что здесь когда-то стояла хижина… шприц для подкожных впрыскиваний… ржавчина от иглы въелась в стеклянный цилиндр, словно коричневатая слюда… заброшенные изделия рук человеческих…Он поднимает розовый наконечник с земли. Кусок камня, отполированный с определенной целью. Отблески костра на лицах индейцев, поглощающих аппетитное темное мясо странствующего голубя Странствующий голубь (Ectopistes migratorius) – самый распространенный вид пернатых в Северной Америке (до полутора миллиардов птиц в стае). Полностью уничтожен человеком к концу XIX века; последний экземпляр, самка по кличке Марта, умер в зоопарке города Цинциннати в 1914 году.

. Он нежно поглаживает хрупкий обсидиановый наконечник… неужели они ломались, словно пчелиные жала, после каждого попадания? – размышляет он. (Бизоновый стейк поджаривается на вертеле.) Кто-то же изготовил эти наконечники. Давным-давно на земле жил их создатель. И эти наконечники – не более чем доказательство его существования. К живым существам тоже можно относиться как к изделиям, созданным с определенной целью. А значит, вероятно, был создатель и у изделия, именуемого «человек». Допустим, попавшему в беду космическому страннику потребовалась специальная капсула, чтобы продолжить свое путешествие, и с этой целью он сотворил человека? А потом умер, так им и не воспользовавшись? Или спасся каким-то иным способом? И теперь это изделие, созданное для неведомой и позабытой цели, имеет не больше смысла и значения, чем этот наконечник стрелы без древка и лука, без крепкой руки и меткого глаза. А еще возможно, что человеческое изделие было последним козырем творца в партии, проигранной им много-много световых лет тому назад. Холодок космической бездны.Ким собирает дрова для костра. На небо высыпают звезды. Вот ковш Большой Медведицы. Отец Кима показывает ему Бетельгейзе в ночном небе над Сент-Луисом… запах цветов в саду. Серое лицо отца па подушке. Кто мы – куклы на нитках, а кукольщик наш – небосвод.Он в большом балагане своем представленье ведет. Он извлекает обсидиановый наконечник, древко и лук из пустоты. Стоит убрать из картины руку и глаз, и ты их больше не увидишь… холодок… как все хрупко… дрожит и собирает дрова. Вот их уже не видно. Рабьи Боги на тверди небесной. Он вспоминает последние слова отца:«Держись подальше от попов, сынок. Нет у них никаких ключей. Все, что они тебе могут дать, – это ключи от сральника, а не от Царствия Божия. А еще поклянись мне, что никогда не будешь носить жетон блюстителя порядка». Он сейчас на ковре бытия нас попрыгать заставит,А потом в свой сундук одного за другим уберет Омар Хайям. «Рубайат».

. Старые игрушки, оловянные солдатики, покрытые ржавчиной, заполняющие пустоты в космосе.Ржавые жестянки… глиняные черепки… ящики от патронов… наконечники стрел… шприц для подкожных впрыскиваний поблескивает на солнце.
Лошадь – это такая же часть Запада, как и ландшафт, но Ким так и не стал хорошим наездником. Сначала он пытался установить со своим конем телепатическую связь, но тот ненавидел хозяина и пытался убить его при первой возможности. Он вставал на дыбы, как только Ким оказывался в седле, или устремлялся галопом под дерево с низко висящими ветвями. Старые конские хитрости.Он попытался обучить телепатии одного рыжевато-чалого коня при помощи тяжелого арапника и хитроумного электронного устройства, но Рыжик (так Ким окрестил скакуна) словно взбесился, и Ким поклялся, что никогда больше на шаг к лошадям не подойдет. Ему претили их истеричность, злобное упрямство и ужасные желтые зубы.
«Перестрелка перед салуном «Мертвый Осел», неподвижный полуденный зной, пыльные улицы, ведущие из ниоткуда в никуда, свинец, свистящий над полем боя, мой верный конек со мной рядом, и вдруг он ни с того ни сего лягает меня. Я падаю, переворачиваюсь и всаживаю скотине пулю между ребер. Конь визжит, как баба, плюется кровью, нули, летающие кругом, не могут попасть в меня из-за вставшего на дыбы коня, конь подставляется под пули, и мои противники палят в коня, давая мне возможность перестрелять их всех поодиночке, спокойно, уверенно, как по маслу. А без масла во времена револьверов с бойком нельзя было никак. Если не смазать пули, между стволом и цилиндром начинают проскакивать искры, все шесть патронов взорвутся разом, и конец твоей физиономии».Поэтому он все больше пешком ходил и проходил по полсотни миль за день своей легкой походкой фокусника, да и сапоги у него были волшебные, на пружинах, а потом он брал лошадь, держал ее неделю или вроде того и отпускал. Ким намеревался уйти в горы Хемез и затаиться там на месяц… Но для этого ему нужно было взять с собой палатку и все такое, а на своем горбу это не унесешь…В тех краях жили по большей части мексиканцы, а у Кима при себе были рекомендательные письма от Семейства…Существуют верные приметы, указывающие на присутствие чужака в сельской местности. Некоторые из них положительного свойства, скажем, лай собак. Другие – отрицательного, например, лягушки смолкают.Джо Мертвец научил Кима, как обходить эти затруднения. «Если хочешь что спрятать, напусти безразличия вокруг того места, где оно спрятано. Начни, скажем, с городской улицы. Не давай никому повода посмотреть на тебя, и никто тебя не заметит. Ты станешь как бы невидимкой. В городе, где каждая собака занята своими делами, это просто. Но в деревне тебе надо заморочить голову всяким тварям, которые словно нарочно созданы, чтобы тебя унюхать, увидеть и услышать и растрезвонить направо и налево о твоем появлении. Вот амулет кошачьей богини Бает. Его боятся и ненавидят все собаки в мире. Но сначала ты должен оживить его и заставить работать на себя».Ким запер трех собак в отдаленной хижине в горах и добрался там до их собачьей сути. Ни одна из них не вынесла этой психической вивисекции. Ким сомневался, что на земле вообще существует тварь, которая в состоянии вынести встречу со своей сущностью. После этого Ким обрел способность сбивать собак с толку, притуплять их чутье, слух и зрение. И он научился настолько сливаться с местностью, что лягушки, птицы и кузнечики не замечали его.
Он добрался до желтой гравийной дороги никем не замеченный. По этой дороге он проследовал к лавке у моста… звук бегущей воды…– Buenos dias, senor.Ким стоял перед прилавком с конвертом в правой руке. Худой старик в серой фланелевой рубашке окинул его взглядом. Редко кому удавалось войти в его лавку незамеченным. Двое юношей на задворках постоянно следили за дорогой.– Я принес вам весточку от дона Бернабе Хурадо. Ким вручил хозяину лавки конверт. Старик прочитал письмо.– Добро пожаловать, мистер Холл. Меня зовут дон Линарес.Он провел Кима через лавку в служебное помещение, откуда через раздвижную дверь они вышли в патио… фруктовые деревья… водяной насос… копошащиеся в пыли цыплята.Старик предложил стул и обвел Кима оценивающим взглядом.– Вы голодны?Ким кивнул…Huevos rancheros Блюдо мексиканской кухни – яичница-глазунья с соусом чили на кукурузных лепешках.

с жареной фасолью, голубыми тортильями и кружкой кофе. Ким ел с изяществом голодного животного, словно прожорливый енот. Кот потерся о его ногу. Это был очаровательный беспородный котище – лилово-серый с зелеными глазами.Ким восхищался ритуалом испанской беседы, во время которой положено говорить о чем угодно, но не о сути дела. Они поговорили о погоде, о решении железнодорожной компании построить вокзал в Лэйми вместо самого Санта-Фе. В основном они болтали об общих друзьях и знакомых. Дон Линарес время от времени сообщал ложные сведения: письмо могло быть поддельным, а сам Ким – самозванцем.– Разве? Но ведь они уже поженились в июне!– Ах да, конечно. Я, знаете ли, все время путаю даты.Повисло молчание. Ким знал, что он прошел проверку. Что ж, если бы ему пришлось вновь родиться мексиканцем, он справился бы с этим достойно.– Чем я могу вам служить? – спросил наконец старик.– Мне нужен конь, кое-какие припасы и полная тайна. Сахар, соль, сало, чай, красный перец, солонина, мука, мешок лимонов… – Ким бросил взгляд на ружья… Вот оно – то, что он искал: дробовик 44-го калибра. Попадись стая индеек, и это ружье угостит их струей дроби шириной в три фута. Идеальное ружье, чтобы промышлять дичь себе на еду. А от змей вообще ничто другое не спасает. Ким заплатил золотом.
Котловина Хемез – это кратер потухшего вулкана, и выглядит он так, словно его выкопала рука великана. Через середину котловины протекает река, в которую вливается множество притоков, берущих начало от родников, поэтому в любом углу котловины есть питьевая вода. Некоторые ручьи всего в два фута шириной, но восьми футов глубиной, с крутыми берегами. В долине уйма лягушек, и в глубине темных медленно текущих вод болотистых ручьев плавают здоровенные желтые головастики.Ким разбил лагерь на южном склоне, так чтобы деревья скрывали его палатку. Он насадил на крючок большого лилового земляного червяка и забросил снасть в тот из неподвижных узких ручьев, где приметил желтый сполох метнувшейся рыбины.Он взял покрытую хрустящей корочкой жареную рыбу за хвост и голову и обгрыз мясо с костей, а потом запил лимонадом.Сумерки, рыба прыгает в ручье, симфония лягушек. Ким заметил, что хором руководит одна здоровенная квакушка, и на ум ему пришли строки из «Исторического вечера» Рембо: «…рука маэстро заставляет звучать клавесины полей; кто-то в карты играет в глубинах пруда…» Перевод М. Кудинова.

Золотые травы, мрачные черные воды – словно панорама какой-то заброшенной планеты. Он представил, что будет жить здесь вечно и питаться форелью, пока трава не прорастет сквозь кучу рыбьих костей. *** Ким – довольно противный, болезненного вида юнец с нездоровыми наклонностями, сжигаемый ненасытной жаждой до всего чрезмерного и сенсационного. Его мамаша балуется спиритизмом, и по этой причине Ким обожает духов, хрустальные шары, медиумов и ауры. Он погряз во всяческих гнусностях: непристойные обряды, болезнетворные суккубы и инкубы, отвратительные тайны, о которых положено говорить мерзким многозначительным шепотом, развалины древних городов под лилово-красным небом, запах диковинных экскрементов, мускусная сладко-гнилостная вонь ужасной Красной Лихорадки, эрогенные язвы, высыпающие на плоти хихикающего идиота. Короче говоря, Ким – воплощение всего того, что нормальному американскому мальчику положено ненавидеть. Он порочный, мерзкий и коварный. Ему еще можно было бы простить все его пороки, если бы ему к тому же еще не хватало наглости думать. Увы, он неизлечимо умен.Позже, когда он станет известным игроком, он узнает, что людей ни за какие деньги не заставишь держать язык за зубами, если им что-то известно. Но за деньги их можно заставить никогда этого не узнать. Правда, таким умникам, как Ким, всегда известно все. Сейчас американским мальчикам частенько говорят, что нужно думать. Но лишь до тех пор, пока они не начинают думать иначе, чем их босс или учитель… Вот тут-то и выясняется, что думать – это лишнее.Жизнь – это нагромождения обманов, призванных скрыть истинные пружины, приводящие ее в движение.Ким вспоминает своего учителя, который как-то сказал в классе: «Если что-то имеет смысл делать, то имеет смысл делать это хорошо…»«Но, сэр, ведь верно и обратное. Если что-то имеет смысл делать, то это имеет смысл делать, даже если получается не очень хорошо, – нахально возразил Ким, желая произвести впечатление на учителя своей сообразительностью. – То есть я хочу сказать, что не каждому дано стрелять, как Энни Оукли Феб Энн Оукли (1860-1926) – женщина-снайпер, одна из первых чемпионок в стрелковом спорте, ставшая легендой Дикого Запада.

, но ведь из этого вовсе не следует, что стрельба не может доставить каждому из нас удовольствие и пользу…»Учителю это совсем не понравилось, и весь остаток учебного года он с нескрываемым сарказмом называл Кима не иначе как «наш уважаемый следопыт и скаут». Когда Ким не мог ответить на какой-нибудь вопрос по истории, учитель риторически вопрошал его: «Скажите, вы часом не один из тех самых крепких, молчаливых мужчин?» А еще он писал ехидные комментарии на полях сочинений Кима. «Не так плохо, как могло бы быть», – и подчеркивал неприглянувшийся ему пассаж. За семестр он выставил ему «четверку» с минусом, хотя у Кима не было ни малейших сомнений, что он заслужил «пятерку».Несомненно, Ким прогнил насквозь – он вел себя, как овчарка, повадившаяся таскать овец, и вонял, как скунс, но при этом, несомненно, оставался самым талантливым, любознательным, находчивым, изобретательным засранцем, который словно сошел со страниц журнала «Бойз лайф», и смекалки у него было куда больше, чем у всех его сверстников. Ким всегда смотрел в корень, добирался до сути работы любого устройства и сразу же задавался вопросом: «Нельзя ли добиться того же самого результата более простым и эффективным способом?» Он знал, что, как только изделие пойдет в массовое производство, последнее, о чем захочет слышать производитель, так это о лучшем и более простом изделии, основанном на совсем ином принципе. Никто .не заинтересован в том, чтобы делать вещи проще, лучше и качественнее. Прибыль – вот что всех интересует.
Когда Киму исполнилось пятнадцать, отец разрешил ему уйти из школы, потому что в школе он скучал, к тому же его ненавидели поголовно все ученики и их родители.«Я не хочу больше видеть этого мальчишку в моем доме, – сказал полковник Гринфильд. – Он похож на овчарку, повадившуюся таскать овец».«Это же ходячий мертвец!» – ядовито процедила матрона из Сент-Луиса.«Мальчишка прогнил насквозь и воняет, как скунс», – изрек судья Фаррис.Что правда, то правда. От гнева, возбуждения или восторга Ким делался ярко-пунцового цвета, и от него начинало нести омерзительным запахом животной похоти. А иногда он даже терял контроль над своими естественными отправлениями. Его несколько утешило, когда он узнал, что подобное случается также с не вполне прирученными волками.«Это безнравственный ребенок», – выразился по обыкновению сдержанно мистер Кайндхарт. Ким был самым непопулярным мальчиком в школе, если не во всем Сент-Луисе.«В конце концов ничему хорошему они все равно тебя научить не смогут, – сказал Киму отец. – Куда им, если классный-то руководитель у них ебаный поп».
Каждое лето семья выезжала на ферму, и днями Ким большую часть времени проводил на природе, прогуливаясь, охотясь и рыбача. Рано поутру он любил охотиться на белок; занимался этим делом он обычно с Джерри Эллисором. умственно отсталым соседским мальчишкой, обладателем больших лошадиных зубов. Джерри был подвержен припадкам, поэтому Ким постоянно носил с собой палку с обитым кожей наконечником и засовывал ее Джерри в рот во время припадков, чтобы тот не откусил себе язык. KHMV нравилось, когда у Джерри случались припадки, потому что при этом у дурачка иногда вставал член, извергая семя прямо в штаны, и это зрелище возбуждало Кима. А еще у Джерри имелась маленькая черная охотничья собачка: кто же не знает, что без собаки, которая принимается брехать, учуяв на дереве белку, никогда не узнаешь, где прячется добыча?

Города ночи - 2. Пространство мертвых дорог - Берроуз Уильям Сьюард => читать онлайн электронную книгу дальше


Было бы хорошо, чтобы книга Города ночи - 2. Пространство мертвых дорог автора Берроуз Уильям Сьюард дала бы вам то, что вы хотите!
Отзывы и коментарии к книге Города ночи - 2. Пространство мертвых дорог у нас на сайте не предусмотрены. Если так и окажется, тогда вы можете порекомендовать эту книгу Города ночи - 2. Пространство мертвых дорог своим друзьям, проставив гиперссылку на данную страницу с книгой: Берроуз Уильям Сьюард - Города ночи - 2. Пространство мертвых дорог.
Если после завершения чтения книги Города ночи - 2. Пространство мертвых дорог вы захотите почитать и другие книги Берроуз Уильям Сьюард, тогда зайдите на страницу писателя Берроуз Уильям Сьюард - возможно там есть книги, которые вас заинтересуют. Если вы хотите узнать больше о книге Города ночи - 2. Пространство мертвых дорог, то воспользуйтесь поисковой системой или же зайдите в Википедию.
Биографии автора Берроуз Уильям Сьюард, написавшего книгу Города ночи - 2. Пространство мертвых дорог, к сожалению, на данном сайте нет. Ключевые слова страницы: Города ночи - 2. Пространство мертвых дорог; Берроуз Уильям Сьюард, скачать, бесплатно, читать, книга, электронная, онлайн