А-П

П-Я

 

При обычном атмосферном давлении дорриксы чувствовали себя так же, как человек, поднявшийся на большую высоту – любые усилия приводят к нехватке кислорода. К тому же средняя температура салона для доррикса низковата. Вот и трясет его мелкой дрожью. Даже костюм не помогает. Что же этот несчастный собирается делать на Лардоване? Там пустынь и вовсе нет. Изничтожили еще на заре зарождения цивилизации, когда первые поселенцы вплотную взялись за изменения климата. Там только озера, моря, множество рек мелких и великих… Юдгар сочувственно усмехнулся. Он представления не имел, какая нужда потащила этого бедолагу в такую среду обитания. Наверное, очень вескими должны быть причины.
А вот берганка. Ну, этой фиолетово-золотистой красотке все нипочем. Вылезла из родимых затхлых болот и рада. Трясет водопадом розовых кудрей, болтает без умолку со своим спутником, ее низкий, грудной голос разносится по всему салону. Остроконечные ушки так и подергиваются, реагируя на каждый звук, а огромные, на пол лица миндалевидные глаза, солнечно-золотистые, с вертикальными зрачками, так и стреляют по сторонам, раздавая авансы всем, кто попадает в поле зрения. Хорошо, что она сидит от Юдгара далеко, иначе бы он задохнулся от феромонов, которые она испускает. Проклятье, эта красавица когда-нибудь нарвется на настоящие неприятности, если будет так «вонять». В конце концов, у половины самцов этого салона уже давно началась непроизвольная реакция на ее флюиды. Правда, ощутить запах феромонов может далеко не каждый, для этого надо иметь определенного рода рецепторы, как у самцов с Бергана-3, но, как это ни странно, сам Юдгар запах отлично ощущал и даже находил его не совсем уж отвратительным.
Рядом с Юдгаром сидел кардониец – сопланетник Шойи, системщика с форпоста. Почти все выходцы с Кардоны – непревзойденные программисты и компьютерщики. Кардона всего пару столетий как вступила в содружество Федерации, и поначалу не имела не то что собственной компьютерной сети, а даже и самостоятельной промышленности. Но кардонийцы оказались на редкость сообразительными существами – математиками от природы. Вся группа экспертов по программному обеспечению Форпоста, к примеру, состояла из них. Кардона представляла собой крохотную планетку, четвертую в двенадцатипланетной системе красного карлика Гис таира-9, и ее коренные жители с трудом переносили ультрафиолетовое излучение, их глаза, приспособленные к красному освещению, представляли собой нечто напоминающее фасетчатый сенсор – выпуклый, с собственными фильтрами защиты. Телосложение у них было крайне слабое, поскольку планета с низким уровнем гравитации не требовала сильных и развитых мускулов. Для всей группы программистов на «Глитрази» создали отдельный отсек, где они могли чувствовать себя вполне комфортно. Однако обслуживающий персонал Форпоста забредал туда крайне редко и неохотно, из-за постоянной мрачной атмосферы, давившей на психику.
Этот субъект, что сидел рядом с Юдгаром, представлял собой вполне типичного представителя системы. Однако он не был закован в экзоскелет, как делали другие кардонийцы, и Юдгар пришел к выводу, что этот парень, как видно, не на шутку озаботился развитием мускульной системы, чтобы иметь возможность путешествовать по иным мирам Федерации. Конечно, легче всего понадеяться на экзоскелет или антигравы, но может случиться так, что и то, и другое окажется недоступным, и что тогда? Так что решение нарастить мышечную массу выглядело весьма неглупым. Особенно учитывая то обстоятельство, что кости у этих существ были практически полыми, а костная ткань представляла собой губку, рыхлую и почти невесомую. Сложность космических перелетов для кардонийцев состояла еще и в том, что даже при частичной разгерметизации корабля, когда остальным существам особо ничего не угрожало, полые кости кардонийцев буквально взрывались под давлением воздуха внутри, разрывая плоть в мелкие кусочки. К тому же, существовала еще одна причина, заставлявшая эту расу избегать длительных перелетов и путешествий по другим мирам – атмосфера. Легкие кардонийцев представляли собой два огромных меха, которые качали воздух из бедной и разряженной атмосферы, повышенное давление приводило к перенасыщению кислородом, легкие, чтобы защитить организм начинали сворачивать альвеолы, часть легких просто выпадала из процесса дыхания, и в конечном итоге это приводило к необратимым последствиям. В общем, сплошные проблемы. Юдгар не за какие коврижки, в том числе и за супергениальные математические способности, не захотел бы оказаться в шкуре своего соседа… Его даже передернуло от такого предположения, и он поневоле бросил беглый взгляд на кардонийца. Треугольная голова цвета болотной плесени, затянутая в прозрачную пленку скафандра-мембраны, была откинута на подголовник кресла и совсем не двигалась. Выпуклые глаза существа под банками специальных очков-фильтров, были закрыты, но безгубый рот то и дело двигался, точно произнося неслышные слова. Тонкие проводки, туго прижатые мембраной к телу, тянулись от носа по длинной шее и вниз, под одежду. Огромная грудь, похожая на раздутый шар, вздымалась и опускалась при каждом вдохе. Возможно, кардониец плохо себя чувствовал, возможно, просто занимал время решением какой-нибудь задачи, или же, подключившись к инфосети, старательно впитывал информацию. Проникнуть в его мысли Юдгар не мог, да и не хотел. В конце концов, это не его дело. Если «парню» станет плохо, стюардесса всегда под рукой.
Насколько Юдгар знал, галактический лайнер «Осбор» насчитывал в себе двадцать три салона, и из них только пять – для пассажиров гуманоидного типа, кислорододышащих. Были и салоны для особо богатых, а еще существовали апартаменты для существ, желавших путешествовать в одиночку. Стоили они, по личным меркам Юдгара, умопомрачительно дорого, но, тем не менее, желающих находилось достаточно, и билеты распродавались за пару месяцев вперед, хотя лайнер делал ежедневные перелеты.
Юдгар хмыкнул – это еще хорошо, что военное ведомство, на пару с космическим флотом имеет бронь на определенное количество мест в каждом таком лайнере, и не пожалело билетика, чтобы поскорее избавиться от дезертира, то бишь его, Юдгара. Правда, довольствоваться приходится только третьим классом, а если бы Юдгар выразил страстное желание приобрести билет во второй, в первый или в экстра-класс, то заказывать пришлось бы за шесть или семь месяцев вперед. Невольно создавалось такое впечатление, будто вся Федерация, включая младенцев, сорвалась с насиженных мест и двинулась путешествовать по Галактике – от нечего делать. Путешествовали все: мамаши с детьми, профессионалы всех мастей и всех рангов, не нашедшие работу в одном месте и надеявшиеся найти ее в другом, летели и мелкие служащие, которых вызвали на место работы по контракту, мелкие бизнесмены, супружеские пары, у которых едва хватало денег на дешевый номер в захолустной гостинице, и прочий народ, которому не терпелось посмотреть мир и показать себя…
Да, с образованием Федерации, Галактика превратилась в нечто напоминающее большой перекресток – когда отрезанные друг от друга цивилизации стали близкими соседями. И одно это обстоятельство заставило многих задуматься о том, что ждет Содружество в ближайшем будущем. А будущее, согласно прогнозам статистиков и ученых, представлялось вполне радужным. В ближайшее время было обещано прорвать барьер вокруг Галактики и выйти во Внешнее Кольцо, которое так манило своей недосягаемостью. Предполагалось, что именно там, за этим барьером находятся самые древние цивилизации, с их сверхсовершенными технологиями, способные подарить всему Содружеству не просто могущество, а всемогущество, которым не обладают даже Боги…
В эту чушь Юдгар не верил. Он привык доверять собственной интуиции, а она подсказывала, что если Федерация и сумеет когда-нибудь преодолеть барьер и выйти за пределы Галактики во Внешнее Кольцо, то у нее начнутся такие неприятности, которые ей пока даже и не снились. Пока же из всех цивилизаций, населяющих галактику, самыми сильными и влиятельными оставались Ашуа. Но как бы они ни были сильны, до всемогущества им далеко. Хотя, если разобраться, то именно они-то и создали пресловутую Федерацию с ее инфосетью и структурой администрирования. Грызня и распри между цивилизациями за сферы влияния улаживались теперь без особых проблем. Ашуа оказались прирожденными дипломатами и организаторами. Стоило им только возникнуть в зоне очередного военного конфликта, как он тут же, казалось, затухал сам собой, рассасывались застаревшие проблемы, появлялись новые технологии. Ашуа создавали огромное количество рабочих мест, развивали экономику планет, ввели настоящую интеграцию между мирами. И в самом деле, зачем создавать на пустом месте высокие технологии, когда их можно завезти, к примеру, с Лардованы или Новы-2? Зачем специально добывать и разрабатывать кремний и другие минералы на планетах, где их мало и разработки оказываются дорогостоящим удовольствием, когда на то есть Гелион-6 и Кадриярр? Так что, пока существует Федерация, существуют и достаточно сбалансированная торговля между расами. Но Юдгар знал, и знал на собственном опыте, что иногда планеты настолько бедны, что им нечего дать, кроме живого материала. Бикаэлки, как его мать, например, продавали себя в качестве наемников, как и шелтяне, но во всей Галактике не было им равных, и это знали все. Ни бикаэлки, ни шелтяне никогда не вступали в вооруженные силы, они не служили в армии, не летали на флоте, они выполняли исключительные задания, с которыми никто другой справиться не мог. Однако Бикаэлла считалась старой планетой, ее раса давно вошла в Содружество, в то время как Шелта заняла свое место всего сто лет назад. И тем не менее шелтяне быстро отвоевали себе место под солнцем и иногда их нанимали с гораздо больше охотой, чем бикаэлок. В свое время Юдгар часто бродил по инфосети, набирая информацию, которая представляла для него хоть какой-нибудь интерес. И он прекрасно знал, какая разница между этими двумя расами. Бикаэлки не особо утруждали себя моральными принципами. Для них не существовало никаким моральных или этических норм, если дело касалось работы. Вот эти четыре женщины, которые сейчас сидели чуть впереди – они наверняка летели по вызову своего нанимателя. И ничто и никто не был в состоянии заставить их отказаться от выполнения работы. Юдгар также знал, что бикаэлка может убить собственную мать или дочь, если та станет у нее на пути. После того, как бикаэлка выпускала дочь – при достижении той совершеннолетия и сопутствующего обучения – в «свет», и отрекалась от нее, они становились совершенно чужими людьми, ничем не связанными ни морально, ни материально.
Шелтяне – иное дело. Шелтянин никогда не пойдет против сопланетника, как бы ни сложились обстоятельства, и если его пытаются заставить убить своего, то трупом, скорее всего, окажется тот, кто заказывает такую работу и настаивает на ее выполнении. Поэтому чаще всего шелтян нанимали те, кто еще не совсем потерял принципы. Бикаэлок нанимали все. В определенном смысле от такого расклада они даже выигрывали, хотя шелтяне считались более сильными профессионалами в своем деле.
Правда, существовали еще и фрайдены. Но эти странные существа имели свой собственный кодекс чести. Фрайдена почти невозможно убить, его нельзя унизить или оскорбить, абсолютно невозможно запугать или заставить выполнить то, что он не желает выполнять. Они служили исключительно телохранителями и никогда не нанимались для устранения других существ. Их услуги стоили дорого, дороже, чем брали бикаэлки или шелтяне, но и равных им не было во всей Галактике. Они были эмпатами и владели особым даром быстрого движения . О них ходили легенды, их изображения можно было найти в инфосети, но встретить фрайдена просто так, в жизни, считалось чем-то вроде большой редкости, едва ли не чудом. Ни бикаэлки, ни шелтяне никогда не обучали чужих – закрытые касты, закрытые школы, и все же их навыкам можно было научиться, имея определенные способности. Но чего уж нельзя сделать точно, так это стать фрайденом. Им можно только родиться. И только это наделяло их той исключительностью, которой обладали эти существа.
Юдгар всегда завидовал таким людям, вернее не людям, а «инопланетникам», как их называли на Лардоване. В них заключалось нечто цельное, стержень, что ли, которым не обладал ни он сам, ни никто другой из его сверстников, знакомых ему по Теккату – респектабельному району Игарьены, столицы Ламмита – одного из государств на Лардоване, где Юдгар родился и вырос. Там он жил среди оболтусов из обеспеченных семей, которым не составляло большого труда не только получить экзотическое образование – что само по себе было весьма дорогостоящим удовольствием – но и развлекаться на все лады в свободное от безделья время. Только попав на форпост «Глитрази», и ощутив вкус настоящего боя, он понял, что разница между мечтами о геройствах, бродившие в головах сопливых мальчишек, и настоящей войной – жизнь человеческая. И совсем не важно, кто ты – землянин, доррикс, лардованин или Ашуа, с их древнейшей культурой. Если тебя убивают – это всегда больно и страшно. И еще ни одно разумное существо не сумело избежать этого страха. Его можно преодолеть, его можно препарировать, вычленить источник и изолировать в сознании, его можно просто игнорировать, как это делали бикаэлки, но никто из известных ему профи – настоящих профи, а не мнящих себя таковыми, не пренебрегал инстинктом самосохранения. Наоборот, разрабатывая операцию, они всячески стремились обезопасить себя и своих партнеров. И именно в этом страхе перед смертью и была заложена та великая победа, которую одерживает разумное существо, когда, оно, преодолевая опасность, прорывается вперед…
Занятый своими «гениальными» мыслями, Юдгар не сразу сообразил, что ощущает ментальное присутствие в собственном сознании. Ладони тотчас вспотели, его бросило в дрожь. Юдгар сразу же попытался абстрагироваться, поставить барьер, прикинуться камнем, как тогда в игре. Он – камень, твердый, холодный… образ выплыл медленно, неохотно. У камня нет своих мыслей, он лишь сторонний наблюдатель. Ментальное присутствие тут же исчезло, оставив лишь тень страха. Юдгар стер ладонью мокрый от испарины лоб.
– Могу я чем-нибудь вам помочь? – проник в сознание дежурно-вежливый голос.
Встревоженный взгляд натолкнулся на стюардессу, которая вопрошающе воззрилась на него. Вероятно, решила, что ему стало плохо во время торможения. Это ему-то, пилоту! Впрочем, откуда же ей знать? Он ведь в гражданском.
– Спасибо, со мной все в порядке, – глухо произнес он, невольно разглядывая стройные обнаженные ножки – что называется, от ушей, и объемистый бюст, так и выпиравший из-под форменной блузки.
– Очень рада слышать, – стюардесса показала все тридцать два искусственных зуба в дежурной ослепительно-белой улыбке и, развернувшись, заскользила по проходу, профессионально покачивая круглым аппетитным задком, туго обтянутым блестящими шортами.
Забавно, но от одного вида красотки слегка полегчало. Такое тело от чего хочешь отвлечет – эти парни, руководящие корпорацией перевозок, знают свое дело. Правда, до берганок ей далеко, завлекать феромонами она не умеет, но шарма в ней не меньше…
Юдгар Оноби откинулся на спинку кресла и закрыл глаза. Да, здесь работали только красавицы, это правда, но они казались ему одинаково неестественными. Проглядывалось в них нечто кукольное и неживое. Стандартные формы, стандартные движения, стандартные фразы… в конечном итоге, хотелось хоть какого-нибудь разнообразия… Проклятье! Нашел о чем думать! Еще пять минут назад некто ловко проник в его сознание, считал мысли, а он размышляет о каких-то там ножках и попках.
Юдгар устроился в кресле поудобней, закрыл глаза и принялся зондировать пространство на ментальном уровне. Он мысленно представил свое сознание, как крохотное торнадо, пока крохотное. Оно вращалось и с каждым витком набирало силу и мощь, и вот уже оно огромное, ему становится тесно в пределах черепной коробки. Оно рвется наружу, разворачивается уже гигантским вихрем, начинает заполнять собой существо за существом, ряд за рядом.
В сознание хлынуло огромное количество впечатлений: запахи, звуки, эмоции, чувства, переживания, обрывки мыслей, ассоциации… Они были настолько разными, настолько непривычными, а иногда и откровенно отталкивающими, что Юдгар невольно хмурился и морщился при соприкосновении с ними. И, тем не менее, стиснув зубы, он продолжал раскручивать вихрь собственного сознания, пока не охватил почти весь салон.
1 2 3 4 5 6 7