А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

— Затем, слегка успокоившись, сообщил:— Пол Уинтерманн вылетел из Вашингтона, будет здесь около трех пополудни.Новость заставила меня задуматься.— Вы имеете в виду того парня, что заведует следственным отделом в Сенате?— Вот именно! — Лейверс протер лицо свежим носовым платком. — Я собираюсь позвонить в отдел убийств, Уилер. Самим нам очень опасно заниматься этим делом.— Как скажете, шериф, — вежливо отозвался я.— Тебе хорошо сидеть здесь и дуться на меня! — В его голосе чувствовалась горечь. — Тебе не звонили так, как мне за последние три часа. Четыре звонка только из одного Вашингтона!— Право, шериф, у меня сердце обливается кровью, — попытался я снять напряжение. — И вы заметили бы на моей рубашке пятно, если бы я уже не потерял всю свою красную кровь за время службы в округе.— Пожалуй, мне надо сейчас связаться с капитаном Паркером, — продолжил он, не реагируя на мою дурацкую шутку. — А с офисом окружного прокурора…— И не забудьте позвонить в отдел кадров Голливуда! — подсказал я не без ехидства. — Вы же не хотите, чтобы кто-нибудь остался за бортом.Несколько секунд Лейверс яростно жевал сигару, испепеляя мен взглядом. Честное слово, не понимаю, зачем он валяет дурака, раскурива сигары, — все равно каждый раз все заканчивается тем, что он их просто ест.— Что тебя мучает? — спросил он наконец. — Уязвленное самолюбие? Хочешь все делать сам и получить по зубам? В этом причина? Ты опять принимаешься за свое, хочешь стать Одиноким Мстителем, героем? Но ты не думаешь о последствиях, мальчишка!— Делайте, как хотите, шериф, — вежливо ответил я. — Только не нужно меня убеждать, что это дело нам с вами не по плечу, а то я разрыдаюсь и залью слезами вашу новую рубашку.Он пожевал сигару еще несколько секунд, все так же глядя на меня, но думал уже явно о чем-то другом.— Мне и раньше приходилось лезть в пекло, — произнес негромко. — Но чтоб в такое!— Тогда звоните всем, — огрызнулся я. — Как там у нас отношения с Канадой? Может, оттуда подсобят?— Ладно! — Вены на его шее вздулись. — Даю тебе двадцать четыре часа, после чего ты должен явиться сюда с конкретным результатом!— Появились какие-нибудь новости за время моего отсутствия? — немедленно приступил я к делу. Шериф потихоньку начал остывать.— Получены результаты вскрытия от доктора Мэрфи. Парень умер мгновенно, пуля 32 — го калибра попала в мозг. Смерть наступила где-то между десятью и одиннадцатью вчерашнего вечера.— Припоминаю, Вуд и Мартене говорили, что Ковски должен был присутствовать на их конференции, — сказал я. — Это последнее, что слышал, перед тем как ушел домой. Вам удалось узнать от них что-нибудь еще?— Они ждали его сегодня, а не вчера вечером, — уточнил Лейверс. — Во всяком случае, оба так утверждают. Я поручил Полнику выяснить, и он все утро этим занимался. Ковски прибыл десятичасовым рейсом из Лос-Анджелеса, а после этого его уже никто не видел и не слышал. Служащий из справочного бюро запомнил его, потому что он расспрашивал, как добраться в Хилл-Сайд, но такси не взял.— Выходит, кто-то его встретил?— Или подхватила летающая тарелка. — Лейверс пожал плечами. — Жаль, что не нашли Фореста. Черт возьми, куда он мог подеваться?— Ваше первое предположение всегда оказывается самым удачным, шериф, — улыбнулся я. — Думается, мне стоит поехать в дом и еще раз поговорить с людьми.— Только будь осторожен! — взмолился Лейверс. — Помни, сейчас там находится Стенсен!— Конечно! — заверил я. — А где сейчас сержант Полник?— Занимается барами и ресторанами, — устало пояснил Лейверс. — Проверяет все забегаловки на отрезке от аэропорта до Хилл-Сайда, которые были открыты после десяти вечера. Может, Ковски заходил куда-нибудь выпить кофе.— Когда он освободится, пришлите его в Хилл-Сайд, — попросил я.— Разумеется. У тебя есть еще какие-нибудь просьбы?— Не сейчас, шериф. — Мой голос прозвучал жизнерадостно. — Кроме того, вы ведь будете заняты с этим Уинтерманном.
Днем дом показался мне еще более впечатляющим, хотя теперь не было слышно оглушительных ритмов, от которых ночью пульсировали стены.Я дважды посигналил. Дверь быстро распахнулась, и на пороге появилась все та же блондинка. На сей раз на ней была черная полотняная рубашка и белые ?бермуды?, волосы уложены на тот же манер, а огромные кольца в ушах сменили золотые вертикальные бруски.— Опять вы? — В ее голосе явно отсутствовало воодушевление. — Что вам нужно теперь?— Послушайте, — терпеливо сказал я. — Возможно, Том Вуд видит в вас жемчужину, но по мне вы просто старомодная устрица. Совершено убийство, помните? А я тот парень, что ведет расследование. Поэтому мне не нужны вопросы, мне положено слышать ответы.— Вам лучше зайти в дом, — предложила она. — Сегодняшнее утро напоминает Четвертое июля на Кони-Айленд. Здесь были толпы репортеров. Даже никогда не предполагала, что существует столько газет!Блондинка провела меня в ту самую комнату, где я уже был накануне.— С кем вы хотите поговорить? — спросила она как-то скучно.— Как вы посмотрите, если начнем с вас? Мне уже известно, вас зовут Перл, а фамилия?— Сэнджер, — ответила она. — Если разговор затянется надолго, лучше присесть.Она уютно устроилась в ближайшем кресле и пару секунд буравила мен взглядом.— Я, можно сказать, старая подруга Тома, — несколько цинично заявила Перл. — Можете делать из этого любые выводы — многие именно так и поступают.— Его жена давно умерла?— Пятнадцать лет назад. И мы давно вместе, но не женаты, потому что он никогда меня не просил выйти за него замуж. Какие еще вопросы?— Вы приехали сюда вместе с ним три дня назад?— Да. И предполагалось, что об этом мало кто будет знать. Том хотел, чтобы конференция прошла тихо. Ничего себе — тихо! — Перл грустно улыбнулась. — Но именно так планировалось.— Итак, Том, вы, его дочь, Тино Мартене, его компаньон Джонни Барри, о котором он упоминал вчера, секретарша Тома, девушка с зудом, как вы соизволили выразиться… Кто еще?— Вы назвали всех. Девушку с зудом зовут Эллен Митчелл.— А как насчет Тони Фореста? Он когда появился?— Вчера утром. Белле стало скучно. Вот она его и пригласила. Тони находился на Лонг-Бич, поэтому быстро приехал.— Вы знали, что Ковски должен явиться на конференцию?— Слышала, как Том сказал об этом вчера. ?Ковски приедет завтра? были его слова.— Ковски не появлялся в этом доме вчера вечером?— Если даже и появлялся, то я его не видела.— А что происходило прошлой ночью? Перл пожала плечами:— Ничего особенного. Том хотел немного расслабиться перед тем, как Ковски приедет и они займутся серьезными делами. И расслабление как-то незаметно переросло в своего рода вечеринку. Все пили, начали рано — продолжили допоздна. Вы же знаете, как это обычно бывает…— Расскажите о ссоре Беллы с Тони Форестом.— Ну, началась она примерно в полночь, — припомнила Перл Сэнджер. — Белла, Эллен, Тони Форест и Джонни Барри плавали в бассейне. Малышка Митчелл была почти голая и все время выставляла себя напоказ. Полагаю, Тони к тому времени уже изрядно набрался. В общем, в какой-то момент Эллен разлеглась на краю бассейна, а Тони навалился на нее. Он вовсе не шутил! Белла это увидела, разразился скандал.— И сколько времени прошло после ссоры, прежде чем она уехала?— Не могу с уверенностью сказать, — задумалась Перл. — Может, полчаса. Сначала Эллен вбежала в дом, заливая ковер крокодильими слезами, закрылась в своей комнате. Потом — мы все видели — Белла дала Тони пощечину, а он столкнул ее в бассейн. Мы с Томом стояли на террасе и наблюдали эту сцену. Тому это казалось забавным. Затем Тони вошел в дом, Белла побежала за ним. А вскоре я услышала звук мотора его машины. Почему-то подумала, что они оба уехали…— Сколько вы еще пробыли на террасе вместе с Томом?— Наверное, до трех часов. Потом я пошла на кухню приготовить что-нибудь поесть.— Вы с Томом были на террасе с начала вечера до трех часов утра?Лицо Перл залилось румянцем.— Я этого не говорила. Мы были на террасе с полуночи, как раз с того момента, как Тони схватил Эл-лен.— А чем вы занимались с девяти до двенадцати?— Я находилась в доме…— Одна?— Нет, большую часть времени с Томом.— И чем вы занимались?— Ну хватит! — огрызнулась она. — Мы пробыли в моей комнате примерно час, может, дольше. В такие моменты не следят за временем!Я закурил.— А чем занимались Мартене и Барри?— Тино уехал вместе с Джонни приблизительно в девять — отправились в город за выпивкой на тот случай, если у нас закончится спиртное. Мне кажется, по дороге они заглянули в какой-то бар, потому что вернулись около одиннадцати.— О'кей. Спасибо!— За что? — Перл поднялась, широко расставила ноги, уперлась руками в бедра и неожиданно решительно заявила:— Том — самый прекрасный человек из всех, с кем мне доводилось встречаться. Но я не в силах ничем ему помочь, лейтенант. Ничем. Вы понимаете?— Конечно, — ответил я. — И это делает его алиби очень шатким.— Вы должны будете убедить Гарри Стенсена! — холодно добавила она.— Еще один вопрос, Перл. — Мне удалось произнести это достаточно мягко. — Вы на самом деле считаете, что Том спит с Эллен Митчелл, или только мысль о том, что существует такая возможность, не дает вам покоя?— Вчера я сказала, что вы сообразительный человек, — произнесла Перл сквозь зубы. — Митчелл не осмелилась бы, пока я рядом. Да я бы выцарапала ей глаза!— А Том, он бы осмелился?— Мы живем вместе уже пять лет. За все это время он ни разу не взглянул на другую женщину. Зачем ему это делать теперь?— Если вы не знаете ответа на этот вопрос, то я тем более.— Том, Тино и Гарри куда-то поехали, их нет сейчас в доме, — сообщила она ровным голосом. — Сказали, что вернутся поздно вечером. Джонни Барри у бассейна, а малышка Митчелл — в своей комнате наверху. Почему бы вам сначала не поговорить с ней, лейтенант? Может, у нее чуть-чуть поостынет зуд?— Где ее комната?— Поднимитесь по лестнице. Третья дверь справа. Если вам понадобитс помощь, только крикните, немедленно пришлю Джонни.— Благодарю вас, — сказал я, вставая. — Вы когда-нибудь работали в ночном клубе? Перл улыбнулась.— А что, заметно? Отработала восемь лет, пока не встретила Тома, тогда бросила это занятие. Я выступала в двух шелковых кисточках и с узенькой повязкой на бедре. Том был единственным мужчиной, который не раздел меня глазами, когда увидел в первый раз!— Может, он тогда был занят подбором стриптизерш? — предположил я. — Десять баксов с человека — и он гарантировал настоящее веселье на всю ночь. Нельзя же заниматься всем сразу. Могу поспорить, позже он все-таки добрался до шелковых кисточек?— Том вам не нравится, да? — тихо спросила Перл.— Мне не нравится его компания, — честно признался я. — К примеру, Тино.— Удивляюсь, откуда берутся такие ребята, как вы! — проворчала она. — Меня от вас тошнит. Вы все видите только в белых и черных тонах. А в настоящей жизни преобладает серый цвет. Ты когда-нибудь задумывался об этом, сынок?— Уже слышал такое. Сначала я считал, что люди, подобные Тому Буду, делают для рабочих много хорошего — добиваются повышения зарплаты, улучшают условия труда; а потом понял, что им еще приходится иметь дело с такими типами, как Тино Мартене. И что же, Вуд в этом не виноват? Глава 4 — Я вбежал на второй этаж, отсчитал третью дверь справа, постучал и, поджидая, рассеянно почесал шею. Должно быть, зуд возник от одного только предвкушения встречи с Эллен Митчелл.Наконец она появилась на пороге и с любопытством принялась мен разглядывать большими, зелеными в крапинку глазами. Она оказалась брюнеткой, немного старше двадцати лет, с коротко подстриженными волосами на манер птичьего гнезда. При виде этой прически вечно удивляешься, не сошел ли с ума парикмахер, но у нее она смотрелась вполне приятно.Признаться, я не без удовольствия полюбовался ее интеллигентным лицом, а особенно фигуркой, о которой можно только мечтать, если, разумеется, догадываться, что медовый месяц предназначен не дл обжорства. Торчащие под белой блузкой груди бросали нетерпеливый вызов, к которому ни один нормальный мужчина слишком долго не останетс равнодушным. С блузкой она носила желтовато-коричневую льняную юбку, плотно облегающую бедра.— Да? — спросила Эллен, не скрывая удивления. Я представился, пояснил, что хотел бы задать ей несколько вопросов. Она пригласила мен войти в комнату, которая была обставлена, как, видимо, и весь дом, — дорого, но неброско. На маленьком столике возле кровати мне бросилась в глаза книжка в мягком переплете ?Любовник леди Чаттерлей? — возможно, единственная здесь вещь, принадлежащая лично Митчелл.Эллен села на кровать, подогнув под себя ноги, и указала мне на единственный стул.— Это ужасно! — угрюмо проговорила она. — Это отбросит движение на пять лет назад. Вы понимаете, лейтенант?— Движение?— Да, движение тред-юнионов. Вам ясно, что я имею в виду?— Неужели что-то сексуальное? — позволил я себе подурачиться.На какое-то мгновение ее лицо исказило брезгливое выражение. Затем, закрыв глаза, Эллен возмущенно произнесла:— Господи! Эта пошлость приводит меня в отчаяние! Когда мы, наконец, научимся просто общаться и понимать друг друга?— Мне думается, профсоюз извлечет из этого хороший урок, — сказал серьезно. — Если убийство Ковски отбросит движение союза на пять лет назад, то, как вы считаете, на какой срок оно отодвинет Тома Вуда?Она широко раскрыла зеленые, выпуклые глаза, строго на мен посмотрела и грустно произнесла:— В этом-то и трагедия! Разумеется, они сделают из него мученика!— Кто? Вы имеете в виду комитет Сената?— Я имею в виду людей, которые его окружают, — пояснила Эллен. — Союз… После этого они отбросят его так далеко, что могу сказать точно: через месяц он не будет даже членом местного отделения. Потом начнут печально качать головами, оплакивая судьбу бедного старика Тома Вуда, которому, видите ли, капиталистические монополии подстроили ложное обвинение.— А вы что о нем скажете?Она внимательно посмотрела на меня, прежде чем ответила:— Я ничего о нем не скажу, лейтенант. Я по-прежнему останусь с ним!— О, должно быть, в этом парне кое-что есть! — Трудно было удержаться, чтобы ей не подыграть. — Вы уже вторая женщина, от которой за последние четверть часа я это слышу.Губы Эллен сложились в жалостливую улыбку.— Думаю, вы говорите о бедняжке Перл?— Почему она бедняжка?— Да потому, что у Тома очень доброе сердце! Когда-то он дал ей шанс, а теперь не может решиться от нее избавиться.— Ну, как же, понимаю, — со знанием дела поддержал я ее. — Кто же устоит перед стриптизершей с кисточками на плечах!Зеленые крапинки заплясали в нескрываемой ярости, и Эллен отвела взгляд.— Это случилось много лет назад, лейтенант, — промолвила она голосом, лишенным всякого выражения. — С того времени Перл несколько постарела. Период, когда она была ему желанна, прошел, но ей этого не понять.— Хотите сказать, что теперь вы заняли ее место в жизни Тома Вуда? — спросил я грубо. Эллен изящно пожала плечиками:— Что ж, не боюсь признаться в этом. Если любишь человека, то это не только эмоциональное отношение, оно должно находить и физическое выражение, лейтенант.Я тихо вздохнул:— Хотите сказать, что спите с ним?— Конечно!— Но только не прошлой ночью…— Не понимаю вас, лейтенант…— Дело в том, что где-то около полуночи он и Перл, по ее словам, уединились на час…Неожиданно Эллен Митчелл разразилась безумным смехом:— Это наглая ложь! Между ними нет ничего подобного по крайней мере последние полгода!— В таком случае, выходит, она лжет? Вам известно, где они находились между девятью и двенадцатью часами?— Ну, все это время Перл торчала на террасе. Я в этом уверена, потому что как раз плавала в бассейне, когда…— Когда Тони Форест навалился на вас? Ее лицо вспыхнуло.— Должно быть, это Перл вам рассказала? Ну естественно!— А как насчет Тома Вуда? Он тоже все это время был на террасе?Почему-то Эллен долго не решалась ответить, наконец промолвила:— Не помню…— Или просто не хотите вспомнить?— Кто-то из великих сказал, что человеческий ум сам себе критик, и еще, что все мы живем в одном мире, но у каждого человека — свой собственный, вот почему любое происшествие или случайность расцениваютс неодинаково разными людьми…— Не знаю, не знаю, — перебил я. — Знаю только одно, что лейтенант Уилер задал вам вопрос, а вы на него так и не ответили.— Извините, — сказала Эллен спокойно. — Честное слово, не помню.— Вы доверенный секретарь Вуда? Она кивнула.— В какой мере на него могли повлиять показания Ковски в комитете Сената?— Я не могу вам ответить.— Не можете или не хотите?— Не заставляйте меня произносить то, чего я не говорила! — огрызнулась она. — Я сказала, что не могу ответить. Вот и все, лейтенант!Неожиданно Эллен вскочила с кровати, направилась к двери и театральным жестом распахнула ее с таким грохотом, что, наверное, Станиславский перевернулся в гробу.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12