А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 


Крестьяне бежали к воротам своей деревни, топча друг друга и бродяг в
своей дикой поспешности. Наемники превосходили численностью, но им
казалось, что тут попахивает колдовством. Они слышали как их товарищи
вопили в развалинах, они видели окровавленные челюсти Собак, видели, как
глаза Собак горят на солнце. Они прикинули цену, которую им заплатили и
решили, что потеряв половину своих людей, они потеряли достаточно. И они
бросили оружие.
К ним подъехала Геррит.
- Кто из вас может проводить нас к морю?
Никто не ответил. Но Джерд сказал:
- Тот.
- Коснись его.
Один из наемников завыл и упал на колени.
- Иди сюда, - сказал Халк.
Человек повиновался.
- А остальные могут убираться.
Собаки развлекались, посылая им волны страха. Люди бежали со всех
ног.
Когда они были достаточно далеко, Халк и его спутники двинулись
дальше, держась от ворот деревни на полет стрелы.
- У вас сильная магия, - сказал наемник, бежавший у стремени Халка, -
но по дороге вы все равно попадете в засаду.
- Ты нам все расскажешь о ней, - ответил Халк.

10
Старк и Эштон достигли реки, когда поднялся утренний туман. Они
видели только крутой подъем, топкий берег и широкую излучину реки. Мир
просыпался. И не было ничего, что двое мужчин без топора и ножа могли бы
приспособить в качестве парома.
Старк прислушался и понюхал тяжелый воздух.
- Давай немного отдохнем.
Они отдыхали по дороге, но недостаточно. Лицо Эштона от усталости
стало серым.
- Если кто-нибудь захочет меня сожрать, - сказал он, - не буди меня
до тех пор, пока челюсти не будут готовы сомкнуться на мне.
Он лег между камней огромного дерева и моментально уснул. Старк
прислонил голову к дереву и тоже заснул, но чутким сном зверя. Горячий,
ленивый ветер неприятно гладил его кожу. Вдыхая его, Старк ощущал
обманчиво-сладкий вкус яда.
Что-то зашевелилось. Старк молниеносно проснулся. В кустах шевелилось
животное: небольшое и нестрашное. Оно было с подветренной стороны метрах в
десяти.
Старк двинулся к нему с бесшумной грацией кота. Он не знал, что это
за животное, он знал только, что оно жирное, что на нем есть шерсть, и что
от него исходит горячий запах. оно спускалось на водопой. Старк прыгнул,
схватил животное и задушил. Мясо было не слишком аппетитным, но он ел,
оставляя лучшие куски Эштону.
- Больше ничего нет, - сказал он, - когда Эштон проснулся, - очень
жаль, что у нас нет огня.
Они могли бы развести его, но кроме того, что для этого нужно было бы
искать дрова, это могло бы оказаться опасным - дым неминуемо привлечет
внимание.
Эштон пробормотал, что стал старым и изнеженным, однако заставил себя
проглотить жесткое мясо, в то время как Старк закапывал остатки. Они
немного выпили, потому что вода имела отвратительный привкус, и продолжили
свой путь к устью реки. От непривычной жары оба вспотели. Они боролись с
растительностью и избегали животных, с которыми было бы не встречаться.
Часа через два они вышли на тропу. Старая тропа, вбитая в почву. Она
шла откуда-то с севера, к берегу реки и затем дальше на юг. Старк и Эштон
пошли по ней, радуясь, что стало легко идти. Но остерегаться все же
приходилось.
Много других троп сливалось с ней приходя с востока, так что в конце
концов она расширилась и стала почти дорогой. У каждого поворота Старк
производил разведку. Кто знает, что там могло находится.
Он почувствовал поляну прежде, чем ее увидел.
- Недалеко от нас падаль, - сказал он. - Ее много и она здорово
протухла.
Эштон согласился.
- Неудивительно при такой жаре.
Легко ступая, они вошли в туннель, образованный темной зеленью
деревьев. Старк услышал хриплые, спорящие голоса. Голоса грифов. Когда
Старк и Эштон вышли на край поляны, они увидели храм и священную рощу. Но
там шевелились одни только пожиратели падали.
Храм был маленький, но очаровательный, из резного позолоченного
дерева. Резьба была изумительной, но события, изображенные на ней, были
совершенно отвратительными. Огонь исполосовал храм, двери были сломаны. На
ступенях, на земле лежали трупы жрецов и служителей, обрывки их одежды. Их
тоже лизали языки огня.
- Работа Пенкавра.
- Во всяком случае, инопланетян. Но поскольку мы не ищем кладов,
может они оставили что-нибудь, что может пригодиться.
Ворча и хлопая крыльями, безразличные грифы продолжали свой пир.
Священная роща - множество маленьких деревьев, переплетенных вместе -
томно клонилась от жары. Стволы были гладкие, светлые, изящные ветви с
легкими листьями.
Храм и роща казались пустынными, умиротворенными покоем смерти.
Однако, Старк не спешил выходить из джунглей.
- Что-нибудь... - спросил Эштон.
- Не знаю, - он коротко улыбнулся. - Я привык чересчур полагаться на
Собак. Оставайся рядом со мной. Он шагнул на поляну, прошел перед
священной рощей. Солнце освещало стволы деревьев, с ветвями темной
окраски. В тени, между стволами, он заметил бледные фигуры. Это были
пленники, запутавшиеся в тонких, как паутина ветвях. Они увидели длинные
темные волосы молодой девушки, но в роще ничего не шевелилось, ничего не
было слышно.
- Значит, это правда, - сказал Старк.
- Что именно?
- Я слышал об этом на севере. В этих местах деревья пожирают людей, -
он посмотрел на человеческие трупы, лежащие возле храма. - Я их не очень
жалею.
- Каждое дерево освящено человеческой кровью, - сказал Эштон, зажимая
нос. - Пошли отсюда.
Они пересекли рощу, стараясь не касаться ветвей, и вышли на свободное
пространство перед храмом, где пировали грифы и где остались следы
приземления "стрекоз". Двери храма, сделанные из слоновой кости, были
сломаны и открыты в темноту.
Вдруг грифы подпрыгнули и отскочили в сторону, громко протестуя.
Внезапно в их карканье ворвался другой голос: дикий, пронзительный,
безумный. Из храма выскочил человек и бросился вниз по ступенькам. Он был
наг, весь в саже, в пятнах крови, вытекающей из многочисленных ран. Он
держал длинную и тяжелую шпагу, похожую на нож мясника.
- Убийцы! - закричал он. - Демоны! - и высоко замахнулся шпагой.
Старк оттолкнул Эштона, схватил с земли полуобглоданный череп и
швырнул его в лицо человеку. Тот, защищаясь, опустил руки. Это
приостановило его порыв. Старк прыгнул на него. Человек взмахнул шпагой.
Старк повернулся в прыжке, приземлился рядом с человеком и нанес ему
страшный удар в ухо. Раздался чистый, сухой треск. Человек упал и больше
не шевелился. Старк вытащил из-под его тела шпагу. В храме никого не было,
в жилом помещении позади - тоже. Они нашли широкую легкую одежду, более
подходящую к климату, чем их, и меньше привлекающую внимание.
Там были широкополые шляпы, сплетенные из древесного волокна и
сандалии. В кухне нашлась еда. Они взяли столько, сколько могли унести,
подобрав также ножи и кремень. Легко нашли оружие и для Эштона.
От храма к реке шла тропа. Они пошли по ней до того места, где было
пришвартовано красивое судно с высокой резной носовой частью. Две старые
пироги лежали на берегу. Старк и Эштон оставили судно дожидаться жрецов,
которые никогда больше не придут, а сами столкнули пироги в прозрачную
воду. Она не спеша понесла их по сильному течению.
Они проплыли мимо нескольких рыбачьих деревень, находясь всегда у
борта обращенного к воде. Рыбаки не обращали на них никакого внимания.
Позднее, к вечеру, когда они были в самой широкой части реки, Старк
услышал слабый, далекий звук и выпрямился.
- Летят "стрекозы".
- Что будем делать? Плыть дальше?
- Нет, они удивятся. Почему мы не испугались. Греби как можно скорее
к берегу и не потеряй свою шляпу.
Они гребли, оставляя позади себя след.
"Стрекозы" появились с запада. Они летели достаточно высоко, чтобы их
экипаж мог обнаружить местонахождение деревень и полян с храмами, которые
они искали. Они перелетели реку и внезапно спикировали одна за другой так,
что оказались почти у самой пироги. Безжалостно ударила воздушная волна.
Старк и Эштон упали в воду, отчаянно хватаясь за пирогу, чтобы она не
перевернулась и не оставила их без того, что у них было.
- Они узнали нас, - сказал Старк, - несмотря на переодевание...
Но "стрекозы", удовлетворившись своей шуткой, снова набрали высоту и
продолжили свой путь на восток.
- Я был уверен, что они нас заберут, - сказал Эштон.
- Я тоже. Я думаю, что эти "стрекозы" Пенкавра или другого корабля,
который отвозил Педралона?
- Не знаю. Но вполне возможно, что тот корабль остался здесь, если
еще есть храмы, которые можно грабить.
Старк продолжал грести.
- Нам лучше оставаться у берега, - сказал он и через минуту добавил:
Если корабль находится здесь и если мы сможем добраться до Педралона, то
может быть мы сумеем сделать что-нибудь.
Эштон молча ждал.
- В то время, как "стрекозы" уходят на грабеж, - сказал Старк, - на
борту остается ограниченное число людей. Достаточно сильная группа может
овладеть кораблем и оставаться на нем столько времени, сколько потребуется
для работы с центром звездной связи. Это единственный способ выбраться с
этой планеты.
- Что ж, попытаемся. Сделаем что сможем.
На закате "стрекозы" появились снова. Они перелетели реку,
направляясь к западу. Летели они очень высоко.
В тени берега Старк улыбнулся и сказал:
- Эти "стрекозы" с корабля Пенкавра.
Надежда несла их по течению реки быстрее, чем само течение.

11
В Доме Матери, глубоко под ледяным пламенем Ведьминых Огней, на
высоком севере, Келл а Марг, Дочь Скэйта, сидела на коленях Матери и
слушала своего Первого Прорицателя, который докладывал ей о том, что видел
в огромном хрустальном Глазу.
- Кровь. Кровь, такая же, какую мы видели раньше. Из-за
инопланетянина Старка, Дом будет разрушен и многие умрут. Но это не самое
худшее.
Тело Келл а Марг было тонким и гордым, ее белая шерсть резко
выделялась на коричневом камне груди Матери. Большие темные глаза отражали
перламутровый свет лампы.
- Послушаем, что худшее.
- Сердце Матери бьется более медленно, - сказал Первый Прорицатель. -
Темная Богиня наступает. Она обута в лед и ее дыхание приносит вечное
молчание. Ее господин Мрак идет по правую руку, а по левую - их дочь
Голод. И всюду, где они прошли, они приносят Скэйту смерть и опустошение.
- Они всегда делили этот мир с Матерью, - сказала Келл а Марг. - Со
времени Миграции. Но Мать Скэйта будет жить, пока живо Старое Солнце.
- Ее жизнь кончается, как и жизнь Старого Солнца. Разве Дочь Скэйта
не смотрела на равнину Сердце Мира со своих высоких амбразур?
- Нет. После пожара в Цитадели я ненавижу ветер.
- Тем не менее было бы разумным сделать это.
Келл а Марг взглянула на своего Первого Прорицателя, но он выдержал
ее взгляд. Пожав плечами, она сошла со своего царского трона между рук
Матери, вызвала служанку и приказала принести плащ. В тронном зале больше
никого не было. Прорицатель хотел с ней поговорить наедине.
Келл а Марг, Прорицатель и служанка пошли по длинным коридорам и
переходам Дома Матери, проходя мимо сотен дверей, сотен залов, наполненных
раритетами умерших городов и рас. В стоячем воздухе пахло плесенью, маслом
для ламп и древностью. Лабиринт поднимался и опускался, тянулся со всех
сторон к сердцу горы. Это была работа всей жизни расы мутантов до того,
как они добровольно вернулись в пещеры и расстались с небом. Сейчас Детей
Скэйта осталось так мало, что большая часть лабиринта и его сокровищ
остались в вечной тени и ночи.
Легкая тень пробежала по лицу Дочери Скэйта. Еле заметная тень
страха.
Наконец, они вошли в коридор, где ничего не было, кроме голых стен.
От сильного потока воздуха мигали огоньки ламп. В конце коридора была
освещенная арка. Келл а Марг завернулась в плащ и вошла под нее.
Арка выходила на балкон, узкий, как птичье гнездо. Он был много ниже
сияющих в небе вершин Ведьминых огней, но очень высоко над равниной Сердце
Мира.
Келл а Марг задрожала под жестоким порывом ветра. Замотав вокруг себя
плащ, она оперлась о каменные перила высокого парапета и посмотрела на
равнину.
Сначала она увидела только свет Старого Солнца и ослепляющую белизну
снега, скрывавшего страшное одиночество. Принуждая себя к этому испытанию,
она продолжала вглядываться в детали. Она увидела место, где проходила
дорога Херсенеев, убежище Собак Севера, стражей Цитадели. Она видела
площадку, где раньше располагался временный лагерь Херсенеев, откуда они
могли обслуживать Лордов Защитников и тех Бендсменов, которые нуждались в
них для своих переходов от Цитадели в зловещие деревни высокого севера и
обратно. Она видела безмерность пустыни белой равнины, а за ней стену
Жестоких Гор. На равнине обитали только Собаки Севера, пока неизвестно
откуда не появился человек Старк и не подчинил их своей инопланетной воле.
Келл а Марг не заметила существенных перемен, она была заперта в Доме
Матери и сезоны года для нее ничего не значили. Однако, она знала, что
лето быстро проходит, и что оно отличается от зимы. Здесь всегда лежал
снег, даже летом. Лето, конечно, пришло и ушло, но зима, которую она
созерцала, как будто совсем не отличалась от прежних. Может быть, мороз
был более сильным, снег - более глубоким, но и в этом она была уверена не
полностью. Ветер поднимал на равнине снежные вихри и они смешивались с
гейзерным паром из горячих Колодцев. Различить их было очень трудно. За
Колодцами, на склоне Жестоких Гор, находились развалины Цитадели,
невидимые из-за вечной завесы тумана.
Келл а Марг никогда не видела Цитадели из-за этих туманов. Она видела
только дым и пламя при ее разрушении.
Теперь она ее видела.
Завеса тумана стала более легкой, и Келл а Марг увидела обугленные
остатки Цитадели.
Испуганная, она прижалась к парапету, внимательно вглядываясь. Ей
показалось, что гейзеры пара стали менее сильными, чем раньше, как она
помнила, и более редкими. Горячее пространство также находилось и под
Домом Матери, жизнь и комфорт которого находились в зависимости от тепла и
влажности этих горячих источников. Если вулкан остынет, то все обитатели
Дома умрут.
Огромные черные тучи закрыли лицо Старого Солнца. Свет пропал. Снег
затянул дальние пики.
Келл а Марг вздрогнула и покинула балкон.
Она заговорила только тогда, когда ушла из этого коридора и достигла
того места, где лампы горели ровно и где не было течения воздуха. Но даже
там она не сняла плаща.
Она отослала служанку и сказала Прорицателю:
- Сколько времени осталось?
- Не знаю, Дочь Скэйта. Могу только сказать тебе, что конец близок и
что Мать предлагает тебе выбор.
Келл а Марг знала, каков этот выбор, но заставила Прорицателя сказать
об этом на тот случай, если его мудрость окажется выше, чем ее.
- Мы должны вернуться во внешний мир и искать другое место или
остаться здесь, готовясь к смерти. Может быть, это продлится еще несколько
поколений, но решение не может ждать. Когда Темная Богиня утвердит свою
власть, выбора уже не будет.
Келл а Марг плотнее завернулась в плащ, ей все время было холодно.
С другой стороны Ведьминых Огней, под проходом склонившегося
человека, Хозяин железа Тиры, совещался со своими авгурами.
С ним был только его первый ученик, и они находились в кузнице,
посвященной Богу кузнецов. Эта кузница находилась глубоко внутри крутого
склона гор, где люди Тиры тяжким трудом добывали железо.
Он достал из горна маленький тигель с расплавленным металлом и в то
время как ученик монотонно пел нужные слова, вылил содержимое тигля в
железную чашу, наполненную мелким песком и холодной водой. Поднялось
облако пара, вода забурлила. Когда это прекратилось, ученик выпил остатки
воды и Мастер Железа посмотрел на слиток оставшийся на песке.
Он созерцал ее, сложив руки на своих громадных нагрудных латах,
которые имели форму молота Бога Кузницы. Потом он наклонил голову:
- Опять то же самое! Металл больше не имеет мощи. эти маленькие
желобки направлены к югу, всегда к югу. А здесь, на севере, металл
искривлен и темен. Божественная сила Бога Кузницы покинула нас.
- Значит, мы должны покинуть Тиру? - прошептал ученик.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19