А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Больше никаких жарких объятий и страстных поцелуев с Эдисоном. В этой стороне лежит пропасть. Она не совершит подобной ошибки, поклялась себе Эмма. И не важно, что в присутствии Стоукса ее пульс учащается.
— Мисс Грейсон, — негромко проговорил от порога Бэзил Уэр. — Я так и думал, что найду вас здесь.
Эмма вздрогнула от неожиданности и, быстро повернувшись, выдавила светскую улыбку:
— Добрый день, мистер Уэр!
Входя в комнату, он серьезно и озабоченно всматривался в ее лицо.
— Насколько я понимаю, вы уезжаете сегодня вместе с большей частью моих гостей.
— Да. Мой… э… жених решил, что нам следует вернуться в город. — Пора прекратить спотыкаться на слове «жених». — У него там неотложные дела.
Бэзил сочувственно изогнул губы:
— Вам нет необходимости притворяться, мисс Грейсон. Я понимаю, что внезапное объявление о вашей помолвке вызвало определенные осложнения в вашей жизни.
«Это еще мягко сказано», — подумала Эмма. Но продолжала улыбаться. Ей платили за то, чтобы она играла эту роль, и она постарается на славу.
— Не понимаю, о чем вы говорите, сэр.
— Да будет вам, мисс Грейсон!
Эмма недоуменно наморщила лоб:
— Не вижу никаких особенных затруднений.
— Тогда, боюсь, вас ждет горькое разочарование, мисс Грейсон.
— Я не понимаю, к чему вы клоните, сэр? — натянуто произнесла девушка.
— Думаю, вы все отлично понимаете. Вы умная женщина, мисс Грейсон. Вы должны осознавать, что ваше новое положение в лучшем случае сомнительно.
Усилием воли Эмме удалось сохранить безмятежное выражение лица.
— Что вы хотите этим сказать, сэр?
Бэзил подошел к соседнему окну и остановился, глядя на сновавших по двору слуг. Выражение его лица было мрачным.
— Они спешат назад, в Лондон, как множество пчел, летящих в свой улей. Каждый надеется стать первым, тем, кто оповестит общество об убийстве Крэйна и скоропалительной помолвке Стоукса.
— Свет питается сплетнями, — спокойно заметила Эмма.
— Это верно. — Он повернул к ней голову, в его взгляде сквозили жалость и сочувствие. — Отчасти в этих злополучных событиях я виню себя. Мне следовало защитить вас от нежелательных притязаний Чилтона Крэйна. Тогда вам не пришлось бы прибегать к помощи насилия.
Эмма уставилась на него:
— Значит, вы верите, будто я застрелила мистера Крэйна?
— Я бы никогда не выступил с подобным обвинением. — У Бэзила заиграли желваки. — Крэйн заслужил то, что получил. Лично я считаю, что свершилось пусть грубое, но правосудие. Мне бы только не хотелось, чтобы вы запутались в этом деле. И я боюсь, что теперь вам придется пострадать из-за своей неосмотрительности.
— Но я ни в чем не запуталась, сэр. Я в этом не замешана. Мое алиби прочно, как каменные стены Уэр-Касла. В момент убийства я была с мистером Стоуксом. Он, по-моему, совершенно ясно объяснил все вчера вашим гостям.
Бэзил вздохнул:
— Да, разумеется, ваше алиби безупречно. И ради вашего же блага, я рад этому. Но я буду с вами откровенен, потому что не понимаю, зачем Стоукс зашел так далеко, объявив о вашей помолвке.
Эмма подняла брови:
— Я думала, что причины очевидны. Под угрозой оказалась моя репутация.
Бэзил покачал головой:
— Там, где Стоукс, нет ничего очевидного. Этот человек играет в свои тайные игры. Вопрос в том, в какую игру он играет на этот раз?
— Что заставляет вас думать, что это игра, сэр? Обернувшись через плечо, Бэзил встретился с ней глазами. В его взгляде не было ничего, кроме подобающего джентльмену участия.
— Если Стоукс почувствовал необходимость встать на вашу защиту, ему было достаточно сказать, что вы были с ним, когда застрелили Крэйна.
Эмма постаралась показаться шокированной:
— Я бы погибла, скажи он что-нибудь подобное. Я была в ночной рубашке, сэр. Да ваши гости посчитали бы меня всего лишь его… очередной победой. — Эмма расширила глаза, как она надеялась, с видом полнейшего ужаса. — Они бы решили, что я его любовница.
Бэзил повернулся к ней:
— Мисс Грейсон, прошу вас, ради вашего же блага, не позволяйте себе верить, будто Стоукс и в самом деле хочет на вас жениться.
— Но именно это он и собирается сделать, сэр! — радостно проговорила Эмма. — Вы же сами слышали.
Бэзил прикрыл глаза, словно от боли.
— Как вы наивны!
— Объяснитесь. Какие еще намерения могут быть у мистера Стоукса?
— Не знаю. — Бэзил задумчиво свел брови. — Никто не знает Стоукса настолько хорошо, чтобы предугадывать его поступки, не говоря уж об их причинах.
— Могу я узнать, почему вы так стараетесь предостеречь меня в отношении намерений мистера Стоукса?
— Мне не дает покоя совесть, мисс Грейсон. Я не справился с обязанностями хозяина дома. Из-за меня вы попали в зависимость от Чилтона Крэйна, а теперь — от Эдисона Стоукса.
— Что за несуразные вещи вы говорите!
Эмма устремила на Бэзила откровенно насмешливый взгляд.
— Я ни от кого не завишу. И считаю себя счастливейшей женщиной. Помолвка с мистером Стоуксом — предел моих мечтаний.
Бэзил заколебался, затем наклонил голову.
— Очень хорошо, моя дорогая. Мне остается только добавить, что если в ваших планах что-либо изменится, то умоляю вас не стесняться и обратиться ко мне за помощью. Я позабочусь, чтобы вы ни в чем не нуждались. Это самое малое, что я могу сделать, дабы успокоить свою совесть.
Прежде чем Эмма смогла придумать достойный ответ, она почувствовала движение в дверях. Девушка повернулась и увидела Эдисона, заслонившего собой весь дверной проем. Но он смотрел не на нее. Его ледяной взгляд был обращен на Бэзила.
— Мне не нравится, когда я застаю свою невесту беседующей с другими джентльменами, Уэр. — Он плавно вошел в комнату. — Я ясно выразился?
— Совершенно, Стоукс. — Бэзил слегка поклонился Эмме. — Прошу прощения, если между нами возникли какие-то недоразумения, мисс Грейсон. Желаю вам приятного путешествия в Лондон.
Он направился к дверям библиотеки и вышел в коридор не оглядываясь.
Эдисон посмотрел на Эмму.
Внезапно она ощутила, какая оглушительная тишина повисла в комнате.
— Предел мечтаний? — мрачно поинтересовался Эдисон.
— Мне показалось, что прозвучало очень убедительно. Возможно, когда это дело закончится, я подумаю о карьере на сцене.
Через полчаса Полли захлопнула крышку дорожного сундучка Эммы.
— Ну вот, мисс Грейсон. Вещи уложены, можно ехать. Пойду пришлю кого-нибудь из лакеев, чтобы отнести его вниз.
— Спасибо, Полли.
Эмма оглядела маленькую комнату, надеясь, что ничего не забыла: ни щетку, ни подвязку, ни туфли. Платная компаньонка не может себе позволить небрежно обращаться с вещами.
Она старательно избегала смотреть на запятнанный пол. Слуги попытались отскрести кровь Чилтона Крэйна, но не очень преуспели в этом. Девушка медленно повернулась, проверяя маленький туалетный столик и умывальник.
Ее взгляд скользнул по висящей на стене вышивке, забранной в рамку. Эмма посмотрела в открытый гардероб. Он был пуст. Несколько ее выцветших платьев благополучно поместились в сундуке.
Единственной вещью в комнате осталась принадлежавшая Салли Кейт вышивка. Эмма повернулась и задумчиво посмотрела на картинку в рамке. Платная компаньонка не может позволить себе небрежно обращаться со своими вещами.
Возможно, только другой женщине, избравшей ту же бесперспективную карьеру, могло показаться странным то, что Салли не забрала свое рукоделие, покидая Уэр-Касл.
— Полли?
— Да, мэм? — остановилась девушка на пороге.
— Как ты думаешь, никто не станет возражать, если я заберу картину мисс Кент? Рамку я, естественно, оставлю.
Полли изумленно посмотрела на вышивку:
— Вам она правда нравится?
— Да, очень.
Полли улыбнулась:
— Я поговорю с миссис Гаттен. Но думаю, никаких затруднений не возникнет. Эта вещь никому в замке не нужна, а миссис Гаттен, я знаю, будет рада сделать вам какой-нибудь подарок. Так что вынимайте ее из рамы.
— Спасибо, — сказала Эмма.
Подождав, пока Полли убежит, Эмма подошла к стене и, дотянувшись, сняла картину. Она оказалась на удивление тяжелой. И толстой.
Деревянная рамка разошлась легко. Когда же Эмма сняла заднюю стенку, на пол упали письмо, несколько банкнот и маленький вышитый носовой платок.
Пораженная, она нагнулась и подняла деньги. Быстро пересчитала. Затем пересчитала снова, потому что не поверила первоначальному результату. Двести фунтов.
— Целое состояние для платной компаньонки!.. — прошептала Эмма.
Невозможно, чтобы Салли Кейт оставила двести фунтов случайно. На эти деньги можно купить небольшой домик и еще останется. С такой суммой предприимчивый человек может сдавать комнаты и жить на доход.
Салли Кент просто не могла забыть две сотни фунтов, спрятанные за рамой картины.
Эмма взглянула на конверт. Адресовано мисс Джудит Хоуп. Адрес лондонский. Послание было довольно кратким и писалось, по всей видимости, в спешке.
«Моя дорогая Джудит!
Прости за краткое письмо. Я знаю, что ты очень обо мне беспокоишься. Будь уверена — я жива и здорова. Мои дела идут неплохо. Я уже скопила двести фунтов и через две недели рассчитываю получить еще пятьдесят. Это просто невероятно! Только представь, моя дорогая, что мы сможем сделать с двумястами пятьюдесятью фунтами.
Не переживай. Возможность покончить с нашими жалкими карьерами стоит любого риска.
Не могу дождаться, когда все кончится, моя дорогая. Не пройдет и месяца, как я буду с тобой. И мы вместе поищем дом.
Всегда преданная тебе С.
P.S. Я вышила тебе в подарок носовой платок. Это для твоей коллекции необычных цветов. Когда у нас будет собственный коттедж, ты сможешь развести настоящий сад».
Эмма, как оглушенная, смотрела на письмо, пока голоса в коридоре не вывели ее из транса. Это Полли возвращалась вместе с лакеем.
Эмма задрала юбки и торопливо сунула письмо, носовой платок и банкноты в кармашки на поясе, который она надела под плотное серое дорожное платье.
Она успела опустить юбки как раз до появления на пороге комнаты Полли. Позади горничной маячил дюжий лакей.
— Альберт снесет вниз ваш сундучок, мисс Грейсон. Да, кстати, миссис Гаттен попросила передать вам, чтобы вы забирали вышивку с ее благословением.
Эмма прокашлялась.
— Пожалуйста, скажи ей, что я очень ценю ее доброту.
Ясно одно, думала она, наблюдая, как Альберт подхватывает ее сундучок. Что бы ни случилось в ту ночь, когда Салли Кент исчезла из Уэр-Касла, она свои вещи точно не укладывала. Несмотря на уверенность Полли и миссис Гаттен, это сделал кто-то другой. Кто-то, кто не знал о деньгах, спрятанных за рамой вышитой картинки.
Существовало очень мало причин, по которым уволенная без рекомендаций компаньонка оставила бы такие деньги. И ни одна из них не сулила ничего хорошего бедной Салли Кент.
Эмма помедлила в дверях комнатки и оглядела ее в последний раз. Первое впечатление оказалось верным. Здесь царила не просто подавляющая атмосфера — здесь витало зло.
Она поспешила к лестнице, радуясь, что наконец-то покидает Уэр-Касл.
Глава 12
— Я так и знала, что мы неплохо развлечемся. — Летти вошла в парадную дверь своего городского дома. — Разве я не говорила, что у тебя будет такая возможность, моя дорогая?
— Кажется, вы говорили что-то подобное, — отозвалась Эмма.
Входя за своей бывшей хозяйкой в холл, она развязала ленты шляпы. Поход с Летти за покупками требовал изрядных сил. Девушка просто умирала от желания выпить чашку чая.
— Моя модистка придумала, что делать с твоей грудью, — с удовлетворением заявила Летти. — Впрочем, я и не сомневалась.
— А вам не кажется, что она собирается сделать слишком откровенный вырез на моих новых платьях? — с сомнением спросила Эмма.
— Чепуха! Глубокий вырез сейчас в моде, милая.
— Верю вам на слово.
Однако в настоящий момент Эмму меньше всего заботила глубина выреза на платье.
Платья стоили гораздо больше, чем она получит денег. Интересно, удастся ли убедить Эдисона оставить их ей, когда это предприятие закончится? Наверняка должен быть какой-то способ закладывать платья, как другие закладывают драгоценности и подсвечники.
— Как скажете, Летти. — Эмма направилась к лестнице. — Если вы не возражаете, я бы выпила чаю у себя в комнате. Мне нужно немного отдохнуть. Вы меня совсем вымотали.
— Ступай, моя дорогая. Отдыхай сколько хочешь. Тебе это необходимо. Я приняла для тебя по меньшей мере дюжину приглашений на одну только следующую неделю. Не говоря уже о дневных визитах, которые мы должны нанести.
К счастью, думала Эмма, поднимаясь по ступенькам, ей не придется слишком долго мириться с тяготами светской жизни.
На площадке она повернула и пошла по коридору к своей комнате. С чувством облегчения она открыла дверь, В отличие от убогой спаленки в Уэр-Касле эта комната с обоями в желтую и белую полоску и белыми занавесками выглядела веселой и приветливой. Даже вид из окна — на парк на той стороне улицы — был приятный.
Эмма сняла новую зеленую накидку и села на обитый атласом стульчик у письменного стола. Послышался стук в дверь. Скорее всего принесли чай, подумала она.
— Войдите, пожалуйста.
Дверь открылась, появились Бэсс, одна из служанок, и два лакея. Все они были нагружены коробками.
— Мадам сказала, чтобы я принесла все ваши чудные новые вещи. — Бэсс так и сияла от возбуждения. — Она говорит, что теперь я ваша личная горничная.
«Личная горничная»! — подумать только. За последние несколько дней ее жизнь круто изменилась. Кажется, она попала в волшебную сказку.
Эмма смотрела на груду коробок. Покоя ей здесь не найти. Бэсс захочет все рассмотреть и поахать над каждой парой новых перчаток, над каждым чепцом и нижней юбкой.
Энергичная прогулка освежит ее лучше всякой чашки чая, решила Эмма. Она испытывала настоятельную потребность скрыться от нескончаемых обязанностей своего нового положения. И кроме того, у нее есть одно личное дело, которое она все время откладывала.
— Очень хорошо, Бэсс. — Эмма поднялась и подошла к гардеробу, чтобы достать накидку, которую она повесила туда несколько минут назад. — Если леди Мэйфилд спросит меня, скажи ей, пожалуйста, что я гуляю в парке.
— Вы хотите, чтобы вас сопровождал один из лакеев, мэм?
— Нет, думаю, с переходом через улицу я справлюсь без посторонней помощи.
Круглая мордашка Бэсс озабоченно сморщилась.
— Но вам же не следует выходить одной, мэм.
Застегивавшая накидку Эмма подняла брови:
— Это почему же? Я много раз гуляла в парке.
Бэсс густо покраснела — судя по ее виду, чувствовала она себя в высшей степени неловко.
— Да, это было до вашей помолвки с мистером Стоуксом.
Эмма уставилась на нее:
— Боже мой, Бэсс! Ты волнуешься за мою репутацию!
Бэсс разглядывала кончики своих туфель.
— Ну, просто считается, что помолвленные леди должны вести себя благоразумно.
— Не забывай, Бэсс, что совсем недавно я была платной компаньонкой леди Мэйфилд. Уверяю тебя, я само благоразумие!..
Бэсс вздрогнула от резкого тона. Недовольная собой за то, что отчитала девушку, Эмма вздохнула, схватила сумочку и быстро вышла.
Она дольше, чем ожидала, искала адрес. Сейчас Эмма остановилась перед маленьким, мрачного вида домом на Твигг-лейн. Девушка открыла сумочку, достала письмо, адресованное мисс Джудит Хоуп, и сверила адрес. Дом номер одиннадцать.
Это здесь.
Она поднялась по ступенькам и постучала. Ожидая ответа, Эмма взглянула на часики, приколотые к корсажу платья. Она не могла долго оставаться на Твигг-лейн. Эдисон будет недоволен, если ровно в пять ее не будет на прогулке в парке. Работодатель ожидает от своего подчиненного пунктуальности.
Спустя довольно долгое время в коридоре раздались шаги. Через мгновение дверь открылась. Угрюмого вида экономка с неодобрением взирала на нее.
— Пожалуйста, сообщите мисс Джудит Хоуп, что ее хочет видеть мисс Эмма Грейсон с письмом от ее подруги.
Флегматичные черты лица экономки исказило подозрение.
— От какой еще подруги?
— От мисс Салли Кент.
— Никогда о такой не слышала! — Экономка собралась закрыть дверь.
Эмма поспешно шагнула вперед и вытянула руку, чтобы помешать захлопнуть дверь перед самым носом. Она быстро заглянула в сумрачный коридор и увидела ведущую наверх лестницу с узкими ступеньками.
— Сообщите мисс Хоуп, что к ней пришла посетительница! — резко приказала Эмма.
— Послушайте-ка…
Женский голос, унылый и печальный, донесся с середины лестницы:
— Что-то не так, миссис Боуи?
Миссис Боуи злобно посмотрела на Эмму:
— Я провожаю эту леди. Она ошиблась адресом.
— Я пришла к мисс Джудит Хоуп и не уйду, пока ее не увижу! — громко сказала Эмма.
— Вы пришли ко мне? — Скрывающаяся в тени лестницы женщина была явно изумлена.
— Если вы мисс Хоуп, я отвечу — «да». Меня зовут Эмма Грейсон. У меня письмо от Салли Кент.
— Великий Боже! Письмо от Салли? Но… но это невозможно.
— Если вы уделите мне несколько минут, мисс Хоуп, я вам все объясню.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30