А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Тогда болельщики на стадионе орали также, только здесь энтузиазма было побольше.
«Скажи: да! — Злобно гаркнул ей в ухо Сэм. — Да!»
— Да. — Потупив глаза, тоненьким голоском ответила Оттоми.
— Это точно? — Переспросил банкир, уже сомневаясь во вменяемости своей знакомой.
«Да!» — Прошипел Сэм.
— Да! — Вдруг мощным басом ответила Оттоми. Фергюссон, не понимая, что с ней происходит, тупо уставился на гадалку. Та, сообразив, что ответ не удался, попробовала взять еще более естественный тон.
— Да. — И выше. — Да. — Совсем пискляво. — Да.
«Спокойно, спокойно». — Осадил ее Сэм.
— Да! — Нормальным голосом рявкнула Оттоми. «Она точно сумасшедшая». — Подумал банкир.
— Как вам выдать сумму? — Спросил он.
15:51.
— Десятками двадцатками! — Выпалила негритянка. Фергюссон застыл, пораженный.
— Простите? — Переспросил он, думая, что ослышался. Я прав. Она точно ненормальная.
«Скажи ему: чеком на предъявителя.» — Зарычал на нее Сэм. В этот момент ему безумно захотелось стукнуть ее по голове.
— Чеком на предъявителя. — Поправилась Оттоми.
— Отлично. — Фергюссон вздохнул с облегчением. — Вы, конечно, знаете наши правила требовать удостоверение личности? — Конечно, конечно. Сейчас. — Ответила ясновидящая, открывая сумочку и вываливая содержимое на стол. Сэм взвыл. Безделушки со звоном и треском раскатились по столу.
Помада, ручка, носовой платок, шарики, заколочки и еще какая-то дребедень. Все это громоздилось на столе, создавая ощущение свалки в миниатюре.
Оттоми выудила из кучи водительское удостоверение и сунула его пребывающему в состоянии легкой прострации банкиру. Фергюссон несколько секунд тупо разглядывал темно-зеленую корочку, затем встал и, тихо прошептав: «Спасибо. Я сейчас» пошатываясь, побрел за конторку выписывать чек.
— Господи, четыре миллиона долларов! — Восторженно шепнула Оттоми.
15:53.
— Пожалуйста. — Чек в руке Фергюссона привел ясновидящую в трепетное состояние. — Первый Национальный банк Нассау. — Прочел на нем Фергюссон и, ткнув пальцем в пустую графу, пояснил:
— Вам надо подписать здесь и тогда ваш счет будет официально закрыт.
Оттоми приняла чек как святыню, легко и трепетно. Ей казалось, что если она сделает хоть одно резкое движение, то проснется и услышит храп подруг в соседней комнате.
«Напиши: Рита Мюллер». — Вернул ее к реальности голос Сэма. Она схватила ручку и быстро расписалась.
15:54.
Фергюссон взял чек. Он разглядывал подпись, силясь разобрать что-нибудь в этих странных каракулях. Наконец, ему это удалось и он прочел чуть ли не по слогам:
— Рита Миллер.
— Меня так зовут. Да. — Забормотала Оттоми. — Рита Миллер, да. Да. Меня зовут Рита Миллер. Фергюссон, успевший выйти из транса, выписывая за конторкой чек, почувствовал, что начинает сходить с ума.
Он стал набирать команду на компьютере, закрывая счет. При этом все его мысли были сосредоточены на одном: Надо убежать и спрятаться, чтобы эта женщина оставила меня в покое.
В это время Сэм, стоящий за спиной Оттоми, увидел то, чего не мог предвидеть, потому что такие случаи происходят раз в сто лет. В зал вошла Молли Дженсен. Она легкой походкой шла по проходу, здороваясь со знакомыми.
— Привет, Молли. — Улыбнулась ей девушка из отдела ведения счетов. — Привет.
Оттоми еще не видела ее и не успела запаниковать. И Сэм, рванувшись с места, кинулся навстречу Молли. Он знал только одно — его план под угрозой. Если Молли подойдет к Фергюссону и объяснит, что эта женщина за столом вовсе не Рита Миллер и уж точно далеко не миллионерша, все рухнет. Молли повернула голову, оглядывая зал, и изумленно остановилась.
Она узнала женщину, сидящую за столом Лайла Фергюссона. Гадалку. Оттоми Браун.
15:55.
— Вот чек. Он ваш. — Лайл Фергюссон протянул его сидящей напротив женщине, мечтая лишь об одном: чтобы она взяла свой чек и побыстрее убиралась отсюда к чертовой матери. Посетительница взяла чек, сложила и сунула в сумочку, но уходить явно не торопилась.
Она и не могла. Оттоми ждала команды Сэма. Без этой команды ее не вытащили бы из кресла ни за какие коврижки.
Молли медленно направилась к столу Фергюссона, с удивлением разглядывая гадалку. Она не могла ошибиться. Это действительно Оттоми Браун, но что за нелепый наряд на ней. Молли уже прошла половину пути, когда с ближайшего стола поднялась стопка документов. Несколько секунд кипа бумаг висела в воздухе, а затем с шелестом разлетелась по ковру у самых ног девушки. Молли растерянно посмотрела на документы и, присев, начала быстро подбирать их, продолжая время от времени поглядывать на ясновидящую.
Одуревший Лайл Фергюссон, подперев подбородок ладонью, тоскливо глядел на галдящую негритянку. Его перегруженный мозг отказался переваривать получаемую информацию и отключился, вследствие чего Фергюссон опять впал в транс.
— …Мама взяла капитал, накопленный на нефтяных скважинах, и вложила в газовые скважины. А газовые скважины стали в пятьдесят раз прибыльнее с тех пор. Это так здорово у нас получилось…
«Нам пора. Прощайся.» — Быстро пробормотал голос над ее ухом.
Слава богу. — Подумала Оттоми. — Еще минута, и у меня язык отвалился бы. Да и этот парень — Фергюссон — похоже немного устал. Она встала.
— Нам пора. Иметь дело с вами истинное наслаждение. — Лицо Лайла озарилось безграничным счастьем, и Оттоми тут же добавила: — Можно, я возьму себе эту… Сэм дернул ее за руку с такой силой, что она вылетела в проход и пулей пронеслась через коридор, оставляя позади Молли, Лайла, всех остальных и, сделав Лайлу ручкой, заорала на весь зал:
— Привет Бобби и Снуки!
Фергюссон, вымученно улыбнувшись, прохрипел, подавляя в голосе ненависть:
— Пока. — Ему показалось, что само небо оберегает эту женщину. Еще чуть-чуть и он бы ее задушил.
— Ну, что на этот раз не так? — Спросила Оттоми, когда они с Сэмом выбрались на улицу.
Она так и не заметила Молли и не знала, какой опасности была подвергнута ее свобода.
Все. Все-все-все-все. Карл увидел, как минутная стрелка переползла на очередное деление.
15:55.
Отлично. Он быстро пробежал пальцами по клавиатуре. Три минуты. Это займет всего три маленьких минуты!!!
Экран засветился лаконичным: «Перевод невозможен. Неправильно набран код». Какого дьявола? Карл заволновался. Что-то он сделал не так. Где-то ошибка. Где? Он тысячу раз проделывал эту операцию. Даже с закрытыми глазами он смог бы сделать это. Что же на этот раз случилось? Пальцы его тыкались в клавиши. «Имя вкладчика: Рита Миллер». «Номер кода». — Спросил компьютер. «9263103».
«Счет закрыт». — Замигала на дисплее желтая надпись. Этого не может быть! Этого не может быть!!! Сброс. «Имя: Рита Миллер. Номер: 9263103. Счет закрыт». Ты ошибаешься, сука! — Чуть не заорал он. Так. Спокойно. Спокойно. Может быть, кто-то снял деньги? Нет. Это исключено. Этой женщины нет. Нет! Она выдумана! Про нее никто не знал, кроме него и Эдди! Что же тогда? Думай! Думай!!! Эта говенная машина врет. Точно. Или ты сам где-то ошибся. Спокойно. Попробуй еще раз. Давай. Медленно. По буквам. Черт, как дрожат пальцы. Так. Медленно. «Ввод». Ага. Отлично. Теперь не торопись. «Имя? — Р-И-Т-А — М-И-Л-Л-Е-Р». Хорошо. Хорошо. Только не торопись. Только не торопись.
«Введите код.»Внимательно следи за пальцами. Так. «9-2 — Отлично. — 63-1 — Внимательно. Не перепутай. — 0-3». «Счет закрыт!»
— Дерьмо! — Заорал Карл, вскакивая с кресла. Один из клерков удивленно обернулся на крик.
— Карл! Что-нибудь не так?
Лицо Карла, перекошенное от ярости, повернулось на голос. — Никто не играл с моим компьютером? — Заорал он глядящим на него клеркам.
— Что? — Удивленно спросил кто-то из них.
— Мой счет аннулирован!
— Позвонить узнать? — Рука клерка потянулась к телефону.
— Нет! — Крикнул Карл. Нельзя. Нельзя. Они могут узнать в чем дело. Могут догадаться. — Нет. — Повторил он, стараясь, чтобы голос звучал спокойно. — Сам справлюсь. Клерки вернулись к работе.
Самое поганое в этой ситуации было то, что у него больше НЕ БЫЛО записной книжки Сэма! Он разорвал ее на мелкие клочки и выбросил. Слишком большая улика. Энди объяснил ему, что никто — НИКТО! — не должен даже догадаться, куда делись эти деньги.
И он как последний дурак стер всю информацию из памяти компьютера. А книжку спустил в сортир.
Так. Спокойно. Посмотрим, может быть, еще можно что-то сделать. Карл сел в свое кресло и нажал кнопки. «Рита Миллер. Деньги переведены с…»
— Простите, Лайл? — Девушка остановилась перед его столом.
Хорошенькая. Где он мог ее видеть? Ах да, точно, на том самом рождестве у Брюстеров. Он испуганно дернулся и взглянул на проход, словно боялся, что сумасшедшая негритянка появится снова. Не появилась! Он вздохнул и вымученно улыбнулся.
— Да? Простите…
— Молли. Молли Дженсен. — Напомнила она. — Скажите, эта женщина, которая сейчас была у вас, что ей нужно?
Фергюссон удивленно взглянул на нее: в банке не принято задавать таких вопросов. Девушка сообразила, что ее не так поняли и быстро пояснила:
— Я хотела сказать, это как-то связано со мной или с Сэмом?
— С Сэмом? — Удивился банкир. — Нет, конечно. Вспомнил! Она жена Сэма Вита. Вернее… Ах ты, черт. Конечно. Сэма же убили. Но ее он помнит. Тогда почему же он не помнит эту полоумную миллионершу?
— Ее имя Оттоми Браун, не так ли?
— Нет. — Улыбнулся Фергюссон, гордясь тем, что хорошо запомнил имя клиентки. Он вообще не очень силен на имена, но уж это имя… — Ее зовут Рита Миллер. Скорее всего, вы обознались. Она закрыла счет. А что, какие-нибудь проблемы? — Поинтересовался он.
— Да нет… — Задумчиво ответила девушка. — Пожалуй, нет… Они оба крайне удивились бы, увидев Оттоми в эту минуту. Негритянка шла по улице и, вертясь по сторонам и размахивая правой рукой, галдела так, что голуби, пугаясь звука ее голоса, поднимались с крыш, норовя убраться подальше.
Левой рукой она крепко держала сумочку, в которой покоился драгоценный чек на имя Риты Миллер.
— Боже мой! — Крикнула она. — Боже мой!!! Четыре миллиона долларов!!! Боже мой! Я куплю себе особняк! Нет!!! я куплю себе целый квартал!! Моя сестра умрет от зависти! Она-то решила, что я дура, а она — гений! Ха!
«Стой, Оттоми! — Подал голос Сэм. — У меня есть мысль! Вынь чек из сумочки».
— Это ты прав. — Засуетилась Оттоми и, вынув чек, начала заталкивать его за корсаж. — Я засуну его так, что никто его у меня не…
«Нет, нет. Отдай его». — Сэм остановился напротив, глядя на ясновидящую.
— Да нет. Если я отдам его, он может упасть и его кто-нибудь поднимет. — Рассудила она.
«Но Оттоми, это ведь не твои деньги. Я не говорил, что деньги пойдут тебе. Это кровавые деньги. Меня УБИЛИ ради этих денег. Отдай чек, Оттоми».
В душе Оттоми поднялась буря протеста. Отдать кому-то четыре миллиона? Вот так, за здорово живешь? Ну уж дудки. Фигушки. Она эти деньги из рук не выпустит. Но… Этот парень. Сэм. Его и правда убили из-за этих денег. Может ли она оставить их? Но с другой стороны… Это же четыре миллиона долларов…
— Сэм, что ты хочешь с ними сделать? — В ее голосе было столько сомнения, что Сэму стало даже жаль ее. Действительно, нелегко отдавать деньги, да еще столько. Но если Оттоми оставит их у себя, Карл и Вилли легко отыщут ее. И тогда ей уже не отсидеться в чулане.
«Посмотри налево. Вон туда. На углу». Оттоми завертела головой.
Прямо на углу стоял ящик с приклеенной надписью: «Жертвуя сегодня — ты входишь в рай завтра». В крышке ящика была прорезана щель, в которую богопослушные граждане могли бросать свои деньги. Рядом, бдительно охраняя жертвенную казну, замерли две монашки в черных рясах и таких же черных платках, покрывающих головы. Надо сказать, воззвание не вызывало энтузиазма у граждан, никто не торопился бросить деньги. Может быть, потому, что завтра в рай никто не собирался?
— Ты что, хочешь, чтобы я отдала четыре миллиона долларов какой-то конторе монахов? — Возмутилась Оттоми.
«Оттоми. — Очень серьезно сказал ей Сэм. — Если ты не сделаешь этого, люди, у которых ты взяла чек, тебя выследят и убьют. Единственный выход — избавиться от него».
— Брось ты, Сэм. — Протянула ясновидящая. — Это же четыре миллиона долларов… Но Сэм уже понял, что сопротивление сломлено.
«У тебя еще будут миллионы».
— Будут миллионы… — Передразнила Оттоми. — Не отдам и точка. — Буркнула она.
«Давай, давай, Оттоми». — Улыбаясь подтолкнул ее Сэм.
Оттоми дернула плечом и нехотя направилась к стоящим в стороне монашкам.
— Привет! — Улыбнулась она им. — Как дела? Монашки выжидающе уставились на негритянку.
«Пожертвование от имени Риты Миллер. — Весело подсказал Сэм. — Вручай и гордись собой!»
— Я хочу в последний раз подержать его. — Буркнула Оттоми, поворачиваясь на голос.
«Отдай чек и покончим с этим». — Ну дай, я еще немножечко подержу его в руках. — Капризно ответила ясновидящая, сжимая чек в побелевших пальцах.
Сэму показалось, что если бы сейчас на нее набросились Карл, Вилли и еще дюжина мужиков, их попытка потерпела бы поражение. Оттоми протянула чек монашке, и та, приняв его двумя пальцами, потянула на себя. Тщетно. Что-что, а хватка у Оттоми была как у бульдога.
«Нет. Отдай чек. Ты в состоянии это сделать». — Жестко сказал ей Сэм. Его опыт подсказывал, что такой тон действует на ясновидящую лучше всего.
Губы Оттоми растянулись в любезной улыбке, хотя зубы при этом оставались крепко сжатыми. Лицо ее, и без того богатое мимикой, сейчас просто разъезжалось в стороны, принимая различные выражения. От без граничного удивления до полного отчаяния. Крепко вцепившись в чек, Оттоми тянула его на себя. Ее разум все еще не мог свыкнуться с такой потерей.
Монашка не осталась в долгу и тоже стала дергать чек, пытаясь вырвать его из пальцев жертвующей. Так и тянули каждая на себя. Эта борьба выглядела довольно забавно и прохожие с большим интересом оглядывались на своеобразное состязание, а пара умников даже заключила цари, кто же победит.
«Отдай чек! — Закричал Сэм. — Отпусти.»
— Отдала! — Прорычала Оттоми, не разжимая зубов, с той же деревянной улыбкой на губах. С видимым усилием, но ей все же удалось разжать пальцы, и монашка, все еще тянущая чек, чуть не упала, отшатнувшись к стене.
— Да хранит тебя господь, дитя мое. — Отдуваясь прохрипела она.
— Черт! — Рявкнула Оттоми. Она резко повернулась и пошла вдоль улицы.
Один из умников, делавших ставки, отдал другому десять долларов. Сэм улыбнулся и прокричал ей вслед:
«Оттоми, я горжусь тобой!»
— А мне что до этого? — Тут же обернувшись, заорала гадалка. Хотя ей и были приятны слова Сэма, но все же было безумно жаль чек. Она просто не могла себе позволить уйти просто так, не поскандалив. — Убирайся, чтобы духу твоего здесь не было! Ты — ненормальный призрак! И не смей со мной больше разговаривать!
Оттоми снова развернулась и широкими угловатыми шагами направилась к подземке. «Ты — прелесть!» — Засмеялся ей в спину Сэм. Она обернулась и, скорчив гримасу, показала ему язык, а затем пошла дальше по улице. Если бы Сэм догнал ее и заглянул ей в лицо, то увидел бы: Оттоми улыбалась.
Но зато, он видел, как монашка развернула чек. Глаза у нее выкатились, дыхание перехватило, и, она, покачнувшись, рухнула снопом на руки еле успевшей подхватить ее подруги.
В девять вечера Карл, наконец, осознал — ВСЕ. Ему ничего не удалось сделать. НИ-ЧЕ-ГО. Хуже всего было то, что Энди и Бастер наверняка решат, что он просто присвоил деньги себе, обведя их вокруг пальца. Им ничего невозможно доказать. Завтра, ну в крайнем случае послезавтра, к нему заглянет пара здоровенных костоломов, чтобы поинтересоваться, куда же умница Карл припрятал денежки.
Скорее всего, их с Вилли зальют в бетон и бросят в Ист-Ривер, а может и нет. Может быть, им повезет, и их просто пристрелят. Но сперва, конечно, обработают как следует. Боб Бастер никому не позволяет водить себя за нос. Карлу стало страшно. Ему очень не хотелось умирать. Он готов был остаться нищим, потерять работу, сделать все, что угодно… Только бы остаться в живых. Правда, ИХ это интересовало меньше всего. ИМ важно выбить из него одно — ГДЕ ДЕНЬГИ. ИХ невозможно растрогать, бесполезно рыдать, клясться, ползать на коленях. ИМ ПЛЕВАТЬ НА ЭТО.
— Черт! — Заорал Карл. — Дерьмо!!! Он вскочил и сбросил на пол пачку перфокарт, устилавших стол.
Сэм наблюдал за ним, сидя в соседнем кресле и злорадно улыбаясь.
«Ищи, ищи, все равно не найдешь. — Сказал он Карлу, глядя, как тот застыл перед компьютером, тупо уставившись на экран. — Тебя прикончат, Карл. Тебя и Вилли. И будете вы удобрять почву своим прахом. Хотя, нет. Тебя ведь не похоронят, а просто бросят в реку». — Притворно вздохнул он и оттолкнулся ногами от стены.
Карл вздрогнул. За спиной послышался странный звук. Он резко обернулся. Кресло, обычное кресло на колесиках, прокатилось по полу и замерло у стола.
Похоже, я схожу с ума… Это от перенапряжения. А может плюнуть на все, поехать домой, собраться и рвануть куда-нибудь?
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17