А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 


- Причем тут остроумие? - Вулф пожал плечами. - Я говорю лишь о впечатлении, которое вы производите, - он взглянул на миссис Уиттен. - Вы хотите, мадам, чтобы говорил я. Но ведь приехали вы ко мне, а не я к вам. Так что же привело вас ко мне?
- А может, этот тип, ваш помощник, выйдет на минутку со мной из кабинета и попробует там повторить ваши слова? - вскричал Мортимер.
Миссис Уиттен быстро повернулась и приказала:
- Сейчас же сядь!
Мортимер тут же закрыл рот и, поколебавшись, сел рядом с Фиби.
- И, пожалуйста, зарубите себе на носу, - обратилась миссис Уиттен к своим подопечным, - здесь говорю я! Я собиралась ехать сюда одна, но вы меня отговорили. А потому - молчите. Это и к тебе относится, Дэн, - она взглянула на зятя, потом повернулась к Вулфу. - Мне надо было сначала отдышаться, мистер Вулф, но теперь я чувствую себя если не вполне хорошо, то все же терпимо.
Миссис Уиттен в самом деле дышала глубоко и часто и показалась мне еще бледнее, чем при первой нашей встрече, когда лежала в постели.
- Ничего, ничего, я могу подождать, - заверил ее Вулф. - Хотите немного коньяку?
- Благодарю. Не терплю алкоголь даже в виде лекарства, хотя мои дети пьют с превеликим удовольствием. Отец разрешал. Извините, что мой сын обошелся с вашим помощником так невежливо. Хотите, он сейчас же извинится?
- Бесполезно. Все равно это будет неискренне.
- Пожалуй. Вы обычно всегда разделяете точку зрения Гудвина?
- Часто, но не всегда.
- Он заявил доктору Катлеру, что Вирджил Пампа невиновен, что он не убивал моего мужа. Вы тоже этому верите?
- Да.
- Почему?
Вулф некоторое время молча смотрел на миссис Уиттен.
- Мне кажется, - заговорил он, - вы начинаете слишком издалека. Сейчас уже ночь, все нуждаются в отдыхе и покое, а мне еще нужно задать много вопросов. Вы бы, конечно, хотели знать, собираюсь ли я сообщить в полицию о попытке убить вас, и если нет, то каковы мои намерения, не так ли?
- Дело не только в намерениях, - тоном лектора заговорил Даниэль Барр. - Есть все основания спросить, на каком основании вы...
- Дэн, - прервала его миссис Уиттен, - ты слышал, что я тебе сказала?
- Заткнись, дружище, - посоветовал ему Мортимер. - Мы здесь - никто.
- Бог свидетель, - обратилась к Вулфу миссис Уиттен, - что я поднялась с постели и приехала сюда вовсе не для того, чтобы спорить. Конечно, я допустила глупость, попросив доктора не сообщать в полицию о нападении, но я и так после убийства мужа сходила с ума от бесконечных разговоров с полицейскими, расспросов и допросов... - Она на мгновение умолкла, перевела дух. - Многое я бы отдала, чтобы сейчас не сидеть здесь у вас. Но откуда же я могла знать, что меня обманет интеллигентный на вид молодой человек, заявивший, будто пришел по поручению мисс Олвинг? Он сказал, что не знает, почему она послала его ко мне, а вот вы будто знаете. Что ей нужно? Деньги? Но я ей ничего не должна. Потом он заявил моему врачу, что Вирджил Пампа невиновен. Разве у него есть доказательства невиновности Пампы? Если так, то ему следовало бы обратиться в полицию, а не к моему врачу. Поэтому я решила, что вы можете ответить на мои вопросы.
- И мы согласились с ней, - тихо вставил Джером.
- Да? - Вулф поджал губы, медленно обвел всех взглядом и уставился на миссис Уиттен, затем сказал, - Пока что, видимо, речь может идти о трех вещах. Во-первых, о мисс Олвинг. Вопрос этот слишком щекотливый, он требует беседы в узком кругу, и мы пока не будем его касаться. Во-вторых, вопрос о невиновности мистера Пампы. Мои доводы на сей счет не убедят ни полицейских, ни вас, а раз так, не станем тратить время на бесплодную дискуссию. В-третьих, о покушении на вас, миссис Уиттен. Вот тут наша беседа может кое-что прояснить.
- Я не могла сообщить доктору Катлеру одну деталь, - заметила миссис Уиттен. - Лишь после его ухода я обнаружила, что у меня пропала сумочка. Видимо, тот, кто напал на меня, выхватил ее и убежал.
- Боже милосердный! - воскликнул Вулф, широко раскрывая глаза. - Все и без того слишком запутано, а вы вносите еще большую путаницу. Было бы глупостью утверждать, будто вы не заметили, кто напал на вас - мужчина или женщина, а сейчас я слышу еще более абсурдное: злоумышленник наносит вам удар ножом только для того, чтобы выхватить сумочку... Вздор, мадам!
- Возможно, она обронила ее на улице, - заметила Ева.
- И никто в течение целого часа не заметил отсутствия сумочки? - Вулф покачал головой. - Нет, вы только ухудшаете положение. Вы должны сейчас откровенно рассказать мне, что произошло вечером в понедельник, не утаивая ни одной детали, иначе я передаю дело инспектору Кремеру.
- Какое дело? - сердито спросил Барр.
- Я передам мистеру Кремеру все имеющиеся у меня факты и поделюсь с ним своими выводами. Например, о покушении на миссис Уиттен и о том, почему так неубедительно выглядит ее объяснение обстоятельств, при которых она получила свою царапину. Если допустить, а это вполне возможно, что оба преступления совершены одним и тем же лицом, то им не может быть мистер Пампа, поскольку в момент покушения на миссис Уиттен он уже находился в тюрьме. Но, безусловно, им не может быть кто-то из вас пяти, здесь присутствующих. Я скажу также, что...
- Замолчите! - крикнул Мортимер.
- Спокойно, Март! - бросила Фиби.
- ...Скажу также, что это последнее предположение становится особенно вероятным в свете абсолютно неправдоподобного описания миссис Уиттен совершенного на нее нападения. Вот в чем суть. Я не понимаю, миссис Уиттен, зачем вы придумали всю эту историю. Чтобы скрыть личность преступника? Почему вы хотите защитить человека, бросившегося на вас с ножом? Может быть, потому, что это кто-то из вашей семьи - один из пяти, собравшихся в этом кабинете? Поскольку мистер Пампа невиновен, то Флойда Уиттена, возможно, убил кто-то из них. Разумеется, все это требует тщательного расследования, чем я и намерен заняться. Если вас не устраиваю я, расследованием займется полиция...
- Что и следовало ожидать, - резюмировал Барр тоном провидца.
- Вы обвиняете одного из нас в убийстве? - осведомился Джером Лэнди.
- Не одного из вас, мистер Лэнди, подозреваю, а всех сразу, потому что "одного" я еще не определил.
- Но это же серьезно! Это очень серьезно!
- Разумеется.
- Если вы ожидаете, что мы будем отвечать на ваши вопросы, нам придется пригласить сюда адвоката, на что мы имеем полное право.
- Нет, не имеете! У вас есть только одно право: встать и уйти. Я не чиновник прокуратуры, я всего лишь частный детектив, которому удалось загнать вас в угол. Из него есть лишь два выхода, но прежде, чем вы сделаете выбор, должен предупредить: я располагаю данными не известными вам. Например, я не ПРЕДПОЛАГАЮ, А ЗНАЮ, ЧТО ВЫ ДАЛИ ПОЛИЦИИ ЛОЖНЫЕ ПОКАЗАНИЯ. Вы утверждали, что потихоньку собрались в столовой, чтобы обсудить затруднения, которые испытывает ваш брат Мортимер...
- Да, да! Именно так! - живо подтвердил Джером.
- Еще одна ложь. На самом деле, мистер Барр рассказал миссис Уиттен, что вы собрались поговорить о ее втором муже. Вы, наследники мистера Лэнди, хотели обсудить, в каком положении окажетесь, если второй супруг миссис Уиттен станет владельцем предприятия. Она была потрясена этим семейным бунтом и даже не напомнила, что является единственной владелицей "Амброзии". Миссис Уиттен с упреком заявила, что вы напрасно думаете, будто она забыла о ваших правах. Во время беседы мистер Барр дважды предлагал пригласить мистера Флойда Уиттена и договориться с ним. В конце концов все вы одобрили это предложение - все, включая и того, кто знал, что оно бессмысленно, поскольку мистер Уиттен был уже мертв. Отсюда я делаю вывод: ваши показания и полиции - ложь от начала и до конца.
- Ко мне это не имеет никакого отношения, - заявил Барр. - Я только сказал, что речь идет о семейных делах, и полицию это не касается.
- Вот видите?! - воскликнул Вулф, обращаясь ко всем сразу. - Благодарю вас, мистер Барр. Суд, может быть, не сочтет ваше заявление заслуживающим внимания, но для меня оно очень важно. Так вот, - он взглянул на Еву, начнем с вас, миссис Барр. Я не намерен беседовать с вами с глазу на глаз, так как времени у вас было достаточно, чтобы договориться со своими родными заранее... Скажите, за те часы, в понедельник вечером, когда вы впятером находились в столовой, кто-нибудь выходил из комнаты?
ГЛАВА 7
И все же миссис Уиттен, воспользовалась, как сказали бы юристы, правом протеста, сумев, хотя и ненадолго, помешать Вулфу. Что ж, у нее были на то основания, но мне показалось, что она только зря расходует силы. Если уж ей так хотелось уберечь от беды своих детей - хотя, очень вероятно, что один из них разделался с ее мужем и пытался укокошить ее саму - то лучше бы она помалкивала.
Молчать она не могла и потребовала, чтобы Вулф объяснил, почему, по его мнению, члены ее семьи дали полиции ложные показания.
Если Вулф, утверждала она, и узнал какие-либо подробности о событиях, разыгравшихся о понедельник вечером, так только от Пампы. А что еще можно ожидать от человека, обвиненного в убийстве?
Нашел лазейку и Джером. Допустим, они солгали, рассказывая о цели тайной своей встречи в столовой. Но разве сама встреча является доказательством того, что один из них убил Флойда Уиттена? В самом деле, не могла же целая группа лиц, только что обнаружив наверху мертвого Уиттена, тайком обсуждать, как уберечь от него "Амброзию".
Надо быть круглым идиотом, чтобы, сознавая свою невиновность, осложнить простую ситуацию - простую, поскольку, по их мнению, убийцей был Пампа, и это знали не только они сами, но и полиция.
Вулф терпеливо дал им всем высказаться.
Затем начались вопросы и ответы, продолжавшиеся около двух часов. Мне лично все это казалось пустой тратой времени независимо от того, что было в их доводах истиной, а что - ложью (за двое суток они, конечно, успели разработать общую линию поведения).
Суть их ответов сводилась к следующему.
...Спокойное течение беседы в столовой в понедельник вечером нарушил звонок в дверь. Звонил Пампа, но в тот момент они этого не знали и в полном молчании ожидали, когда посетитель уйдет. Однако, вскоре заскрипела входная дверь, и, хотя дверь в столовую была закрыта, они все же узнали голоса в вестибюле, затем миссис Уиттен, Флойд и Пампа поднялись по лестнице. Собравшиеся в столовой молодые люди перешли на шепот и говорили больше о том, как выйти из создавшегося положения сейчас, в данную минуту, чем о своем будущем вообще. Возник ожесточенный спор.
Барр предлагал всем вместе подняться на второй этаж и поговорить, но его не поддержали. Мортимер и Ева внесли другое предложение: тихонько выбраться из столовой и отправиться в квартиру Барров, но и это предложение вначале было отвергнуто, поскольку кто-нибудь мог заметить их из окон верхних этажей.
В течение последнего часа они сидели в темноте и шипели друг на друга. В конце концов Джером согласился с предложением Мортимера и Евы, и они, было, совсем уже собрались пуститься в путь, как на лестнице снова послышались шаги сначала одного человека, потом кто-то сбежал по ступенькам, потом послышался голос миссис Уиттен, окликнувшей Пампу. Они различали даже отдельные слова.
После того, как голоса стихли, Фиби провела осторожную рекогносцировку и доложила, что Пампа и миссис Уиттен сидят в гостиной. Теперь, естественно, не могло быть и речи о том, чтобы выбраться из столовой. Следующее событие произошло примерно через полчаса: Барр сделал неосторожное движение в темноте и уронил торшер...
На главный вопрос: "Кто покидал столовую после того, как Пампа и миссис Уиттен прошли в гостиную?" - все они отвечали одно и то же: "Только Фиби". Она несколько раз выходила на разведку и каждый раз не больше, чем на полминуты.
Перед этим упорством почувствовал себя беспомощным даже такой умный и проницательный человек, как Вулф. Можно было бы им напомнить о кромешной темноте в комнате, вновь и вновь спрашивать, где сидел тот или другой и как получилось, что Барр уронил торшер? Но за что зацепиться, если они в один голос твердили, что никто из них не выходил, и лишь Фиби совершала свои молниеносные вылазки? Если бы они противоречили друг другу, по-разному освещали одни и те же факты - тогда другое дело, тогда можно было бы вынудить их сказать правду.
Точно так же они вели себя, рассказывая о том, что произошло в среду. Они были дома уже около часа, когда раздался звонок, дворецкий открыл дверь, и в вестибюль, едва не рыдая, вошла миссис Уиттен - вся в крови. И тут тоже их трудно было на чем-нибудь поймать, все как один, явно сговорившись, дули в одну дуду.
Все тем же тихим и спокойным голосом Джером предложил привезти дворецкого, но Вулф отклонил его предложение, даже не поблагодарив. Потом он взглянул на часы, висевшие на стене - они показывали уже без четверти три, обвел взглядом присутствующих и сказал:
- Итак, получается, что я зря трачу время. Мы не можем, господа, сидеть тут всю ночь, давайте расходиться. - Он посмотрел на миссис Уиттен. - За исключением вас, мадам. Вы, разумеется, ночуете здесь. У нас есть комната с удобной...
Прозвучало одновременно пять протестов, выраженных разным тоном и с разными оттенками. Громче всех протестовал Мортимер, ему вторила Ева. Вулф закрыл глаза, пережидая шторм, и открыл их, когда стало более или менее тихо.
- Послушайте, - раздраженно сказал он, - не считайте меня болваном. Иногда бывает, что детектив, расследующий убийство и попадающий в тупик, некоторое время пассивно выжидает дальнейшего развития событий, надеясь напасть на новый след. Что ж, вполне допустимый метод. Но только в тех случаях, когда результатом такого развития не оказывается еще одно убийство, Если все вы не верите, что кто-то намерен устранить миссис Уиттен, я на подобный риск пойти не могу. Ее бы уже не было в живых, если бы нож не скользнул по ребрам. Я согласен самостоятельно вести расследование, не привлекая полицию или районную прокуратуру, но при одном условии: впредь до уточнения некоторых деталей миссис Уиттен должна оставаться под крышей этого дома. Она может уйти в любое время, как только решит, что лучше иметь дело с полицией, чем со мной.
- Если хотите знать мое мнение, так уж куда приятнее иметь дело с полицией, чем с вами! - злобно воскликнула Ева.
- К тому же вы - самый настоящий шантажист, - добавил Барр, - и вас следовало бы привлечь к уголовной ответственности.
- Мама вместе с нами поедет домой, а вы можете сообщить в полицию что вам угодно! - внес свою лепту Мортимер.
- Но если мама останется, я останусь тоже, - решительно заявила Фиби.
Миссис Уиттен глубоко вздохнула - наверное, уже в тысячный раз. В течение вечера я не раз опасался, что она вот-вот упадет в обморок, однако сейчас, заметив ее пристальный сверкающий взгляд, устремленный на Вулфа, я понял, что энергии у нее хоть отбавляй.
- Вы, кажется, собирались переговорить со мной с глазу на глаз о мисс Олвинг? - обратилась она к Вулфу.
- Да, мадам, собирался.
- Можно перенести это на утро? Сейчас я просто не в силах слушать и говорить. - Она сжала в кулаки лежавшие на коленях руки, но тут же спохватилась, разжала их и повернулась к младшей дочери. - Фиби, тебе придется съездить домой и привезти наши ночные вещи... Мистер Вулф, а двоим можно переночевать в вашей комнате?
- Вполне. Там две кровати.
- Тогда со мной останется моя дочь Фиби. Думаю, вам не следует беспокоиться - она меня не убьет. Завтра вам придется извинить меня - в четыре часа состоятся похороны моего супруга.
- Мама, - проговорил Джером, - позволь мне сейчас же отвезти тебя домой.
Миссис Уиттен не удостоила его ответом.
- Нужно подниматься по лестнице? - спросила она у Вулфа.
- Нет, что вы! - ответил Вулф. - К вашим услугам лифт...
ГЛАВА 8
У нас в доме есть две свободные комнаты - одна на втором этаже, рядом со спальней Вулфа, выходящая окнами на юг, другая на третьем, рядом с моей, окнами на улицу. Вот в эту комнату - достаточно просторную, обставленную лучше остальных, с двухспальными кроватями и ванной - мы и поместили миссис Уиттен и Фиби. Я объяснил им, как при необходимости найти меня, например, в случае пожара...
Проснулся я от какого-то шума и не сразу понял, приснился ли он мне, или слышу его наяву. Я решил было предоставить событиям развертываться своим чередом, но шум повторился, - звали, оказывается, именно меня.
- Мистер Гудвин!
Открыв глаза, увидел интересную молодую женщину с каштановыми волосами, в легком голубом халате. В окна падало достаточно света, и я мог хорошо ее рассмотреть. Это была Фиби.
- Извините, я не постучала. Мне не хотелось никого беспокоить, заговорила она.
- Вы побеспокоили меня, - я свесил ноги и уселся на край кровати. - А ради чего?
- Я голодна.
- Боже! - воскликнул я и взглянул на часы. - До завтрака осталось три часа, Фриц сам принесет его в вашу комнату. А вообще-то вы совсем не похожи на оголодавшую.
1 2 3 4 5 6 7