А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

Островский Александр Николаевич

В чужом пиру похмелье


 

Здесь выложена электронная книга В чужом пиру похмелье автора по имени Островский Александр Николаевич. На этой вкладке сайта web-lit.net вы можете скачать бесплатно или прочитать онлайн электронную книгу Островский Александр Николаевич - В чужом пиру похмелье.

Размер архива с книгой В чужом пиру похмелье равняется 20.68 KB

В чужом пиру похмелье - Островский Александр Николаевич => скачать бесплатную электронную книгу






Александр Николаевич Островский: «В чужом пиру похмелье»

Александр Николаевич Островский
В чужом пиру похмелье


Ольга Амелина, ноябрь 2005
«А.Н.Островский. В чужом пиру похмелье»: «Книжная палата»; Москва; 2001
Александр Николаевич Островский
В чужом пиру похмелье
Комедия в двух действиях

Действие происходит в Москве
Действие первое ЛИЦА:
Иван Ксенофонтыч Иванов , отставной учитель, 60 лет. Лизавета Ивановна , его дочь, 20 лет. Аграфена Платоновна , вдова, губернская секретарша, хозяйка квартиры, занимаемой Ивановым. Тит Титыч Брусков , богатый купец. Андрей Титыч , его сын.
Сцена представляет бедную комнату в квартире Ивановых. Налево на первом плане окно, дальше дверь в комнату хозяйки; прямо дверь выходная, направо дверь в комнату Лизаветы Ивановны.
Явление первое Иван Ксенофонтыч входит, размахивая руками, за ним Аграфена Платоновна .
Иван Ксенофонтыч . Невежество! Невежество! И слышать не хочу невежества! (Садится за стол и раскрывает книгу.) Аграфена Платоновна . У вас все невежество. А сами-то что? Только слава, что ученый человек! А что в нем проку, в ученье-то в вашем? Только одно мнение, что я ученый человек, а хуже нас, неученых. Живете, как бобыль – ни кола, ни двора. Иван Ксенофонтыч . Невежество! Невежество! Аграфена Платоновна . Наладил одно! Невежество да невежество! Я к вашей пользе говорю. Мне что! Я женщина посторонняя. Иван Ксенофонтыч . А коли вы, сударыня, посторонняя женщина, так и не мешайтесь в чужие дела. Оставьте меня; видите, я делом занимаюсь. Аграфена Платоновна (помолчав) . Мне как хотите. Я, жалеючи вас, говорю. Куда вы денетесь с дочерью-то? Девушке двадцать лет; нынче без приданого-то никто не возьмет; а у вас ни кругом, ни около – все нет ничего, бедность непокрытая. Иван Ксенофонтыч . Как ничего? У меня есть пенсия, есть уроки. Аграфена Платоновна . Что ваша пенсия! Что ваши уроки! Разве это приданое? Пока живы, ну, конечно, на пропитание хватит; а вы то рассудите: вы пожилой человек, ну, сохрани бог, помрете: куда будет Лизавете Ивановне голову приклонить? Иван Ксенофонтыч . Она куда пойдет? Она будет детей учить. Будет заниматься, сударыня, тем благородным делом, которым отец занимался всю свою жизнь. Аграфена Платоновна . Уж куда какая невидаль! Хорошее житье, – по чужим людям шляться из-за куска хлеба! Чужой-то хлеб горек! А вы послушайте-ка меня, глупую, давайте-ка я примусь сватать вам жениха; благо, здесь сторона купеческая. Иван Ксенофонтыч . Какое же это благо? В чем тут благо? Кроме невежества, я ничего не вижу. Аграфена Платоновна . А я вижу. Вот, например, Андрей Титыч, что к нам ходит, чем не жених? И молод, и богат, и из себя красавец. Иван Ксенофонтыч . И дурак набитый, читать по-русски не умеет. Это ваш жених, а не Лизин. Вас будет пара. Аграфена Платоновна . Уж какой он мне жених! Очень нужно ему старуху-то брать! Он с своими деньгами-то получше вашей Лизы найдет. Ему уж давно от невест проходу нет, от богатых; да не хочет, потому влюблен до чрезвычайности в Лизавету Ивановну. Вот что! Иван Ксенофонтыч (вскочив) . Что? Да как же он смел, скажите вы мне? Кто ему позволил? Это житья нет! Лиза моя… ведь это сокровище, это совершенство! А он, безграмотный, смел влюбиться! Мужик! Невежа! Аграфена Платоновна . Ах, батюшка, да разве кому закажешь! Ведь она не королевна какая! А почем знать, дело женское мудреное, может, она и сама его любит. Чужая душа-то темна. Девушки об этом не сказывают. Иван Ксенофонтыч . Вздор, вздор! Этого быть не может. Я и слушать не хочу. (Переходит к другому столу.) Не мешайте мне заниматься, Аграфена Платоновна; вы видите, у меня дело есть. Аграфена Платоновна (переходит за ним) . А может, и вздор; я так говорю, по своему понятию. А жаль малого-то, уж очень сокрушается. Дома-то радости нет, отец-то у него такой дикий, властный человек, крутой сердцем. Иван Ксенофонтыч . Что такое: крутой сердцем? Аграфена Платоновна . Самодур. Иван Ксенофонтыч . Самодур! Это черт знает что такое! Это слово неупотребительное, я его не знаю. Это lingua barbara, варварский язык. Аграфена Платоновна . Уж и вы, Иван Ксенофонтыч, как погляжу я на вас, заучились до того, что русского языка не понимаете. Самодур – это называется, коли вот человек никого не слушает, ты ему хоть кол на голове теши, а он все свое. Топнет ногой, скажет: кто я? Тут уж все домашние ему в ноги должны, так и лежать, а то беда… Иван Ксенофонтыч . O tempora, o mores![ О времена, о нравы! (лат.)

] Аграфена Платоновна . Так вот Андрюша-то и боится, что отец ему жениться не позволит… Ну да это ничего, я баба огневая, я обломаю дело; только было бы ваше согласие. Я за двуми мужьями была, Иван Ксенофонтыч, всеми делами правила. Я теперь хоть в суде какое хочешь дело обделаю. Стряпчего не нанимай. По всем кляузным делам ходок. Во всех судах надоела. Прямо до енарала хожу… Иван Ксенофонтыч . Об чем вы говорите, я не понимаю. Аграфена Платоновна . Все об том же об Брускове, об купце. Иван Ксенофонтыч . Послушайте: Плутарх в одной книге… Аграфена Платоновна . А насчет плутовства – это точно, он старик хитрый. Иван Ксенофонтыч (обращая глаза к потолку) . О, невежество! Аграфена Платоновна . И это есть. Хоть он и плутоват, а человек темный. Он только в своем доме свиреп, а то с ним что хочешь делай, дурак дураком; на пустом спугнуть можно. Теперь как хотите, Иван Ксенофонтыч, так и сделаем. Честно так честно, а то и на штуку поймаем. Так запутаем, что хоть плачь, а жени сына на Лизавете Ивановне. Иван Ксенофонтыч . Что я слышу! Громы небесные! И вы не поразите эту женщину! Аграфена Платоновна . За что ж вы бранитесь? Я вас люблю, вам добра желаю (утирает слезы) , а вы меня всяческими словами ругаете. Иван Ксенофонтыч . Как хотите, Аграфена Платоновна, любите или не любите, только оставьте нас с дочерью в покое. Аграфена Платоновна (покачав головой) . Эх, Иван Ксенофонтыч, Иван Ксенофонтыч! Жаль мне тебя! Человек-то ты добрый, да больно ты прост. Беден ты уж больно. Вот и одежонка-то… Иван Ксенофонтыч . Я беден, да честен, бедным и останусь. Не хочу я знаться с твоими с богатыми. Аграфена Платоновна . А нынче так жить-то нельзя. (Отходит от стола.) Как хочешь ты, Иван Ксенофонтыч, обижай меня, а я все-таки всякое добро для вас готова сделать, да и завсегда буду делать, за вашу кротость и сиротство. Мне за это бог пошлет. (Уходит в свою комнату.)
В середнюю дверь входит Лизавета Ивановна, скидает шляпку и кладет на стол. Иван Ксенофонтыч, не замечая ее, читает с жаром и размахивает руками.
Явление второе Иван Ксенофонтыч и Лизавета Ивановна .
Лизавета Ивановна . Здравствуй, папа! Иван Ксенофонтыч . А, здравствуй! Подай мне шляпу. Лизавета Ивановна . Куда ты, папа? Отдохни немного! Ты и так много трудишься. Иван Ксенофонтыч . Нельзя, Лиза, нельзя! Отдыхать некогда. Молодым людям учиться надобно, и так, Лиза, у нас мало учатся, мало. Достань-ка мне Горация да подсыпь табачку, весь вышел.
Лиза достает ему книгу и насыпает табаку.
Ну, прощай! Чай пить не дожидайтесь, может быть, затолкуюсь с ребятами. Лизавета Ивановна . Бедный папаша! Иван Ксенофонтыч (надевает шляпу, идет к дверям и возвращается) . Лиза, ты меня извини, я тебе задам вопрос… Лизавета Ивановна . Что такое, папа? Иван Ксенофонтыч . Давеча вот эта глупая женщина (показывая на комнату хозяйки) говорила, только не утвердительно, а так, одно предположение, что, может быть, ты… Только ты, Лиза, не сердись! Лизавета Ивановна . Что же она говорила? Иван Ксенофонтыч . Она говорила, что, может быть, ты влюблена в этого молодого купца, который ходит к нам за книгами. Ну, разумеется, я не поверил. Лизавета Ивановна . Охота тебе, папа, слушать ее! Иван Ксенофонтыч . Я ее и не слушаю, она вздорная болтунья, необразованная женщина. Только вот что, Лиза: ты теперь в таком возрасте… Молодая девушка, тебе скучно со мной, со стариком… ты, сделай милость, прыгай… веселись… влюбись в кого-нибудь, я тебя прошу об этом. Только ты не скрывай от меня, скажи мне – я сам с тобой помолодею; я все за книгами. Лиза, у меня душа зачерствела. Лизавета Ивановна . Ах, папаша! Если б я полюбила кого, я б тебе сказала… А то нет еще… Этот молодой человек… так себе; только уж очень необразован, ни стать, ни сесть не умеет. И ты, папаша, мог подумать? Иван Ксенофонтыч . Ну, ну, ну, виноват! (Целует ее.) В последний раз, больше не буду. (Смотрит на часы.) Пора, пора… (Бежит бегом из комнаты, Лизавета Ивановна смотрит вслед ему.)
Явление третье Лизавета Ивановна (одна, подходит к столу, садится и берет работу; молчание) . Нет, уж мы очень много трудимся! Что ни говори, как себя ни утешай, а тяжело, право, тяжело! Уж я не говорю об деньгах, не говорю о том, что за наши труды нам платят мало; хоть бы уважение-то нам за наш честный труд оказывали; так и этого нет. На что уж наша хозяйка, и та смотрит на нас с каким-то сожалением! А всего мне обиднее, что смеются над папашей. Он, точно, немного странен, да ведь он всю жизнь провел за книгами, его можно извинить. И что в этом смешного, что человек ходит в старой шинели, в старой шляпе? А у нас такая сторона, чуть не в глаза хохочут. Конечно, это невежество, с образованием это пройдет, а все-таки тяжело. Вот вчера, как я шла из церкви, какие-то молодые купцы вслух смеялись над моим салопом. Где же я лучше возьму? Ты же приносишь людям пользу почти бескорыстно, тебя же презирают. (Подносит платок к глазам.)
Андрей Титыч входит.
Явление четвертое Лизавета Ивановна и Андрей Титыч .
Андрей Титыч . С нашим почтением-с, Лизавета Ивановна! Лизавета Ивановна . Здравствуйте, Андрей Титыч! Садитесь. Андрей Титыч (утираясь) . Покорнейше благодарим-с. Летел к вам скоропалительно, инда взопрел-с. Тятеньки нет-с? Лизавета Ивановна . Нет; ушел на урок. Андрей Титыч . По-латыни два алтына, а по-русски шесть копеек-с. Лизавета Ивановна . Что вы такое говорите? Андрей Титыч . У нас в ряду один учитель ходит, горькой, так над ним смеются, дразнят, значит. Ты, говорят, окромя свинячьего, на семь языков знаешь. Лизавета Ивановна . Как же вам не стыдно смеяться над людьми почтенными! Как это дурно! Андрей Титыч . Что ж такое! Шутка не вредит-с. Хороший человек на свой счет не примет. Лизавета Ивановна . Бросьте эту привычку, нехорошо. Зачем обижать! Андрей Титыч . Нельзя нашему брату не смеяться-с; потому эти стрюцкие такие дела с нами делают, что смеху подобно. Лизавета Ивановна . Что у вас за слова такие! Какие-то стрюцкие! Андрей Титыч . Уж это слово им недаром дано-с. Другой весь-то грош стоит, а такого из себя барина доказывает, и не подступайся, – засудит; а дал ему целковый или там больше, глядя по делу, да подпоил, так он хоть спирю плясать пойдет. (Помолчав.) Я теперь от тятеньки скрываюсь-с. Лизавета Ивановна . Как скрываетесь? Зачем же? Андрей Титыч . Женить хотят… насильственным образом. Лизавета Ивановна . Что ж, разве вам невеста не нравится? Андрей Титыч . Такую нашли – с ума сойдешь! Тысяч триста серебра денег, рожа как тарелка, – на огород поставить, ворон пугать. Я у них был как-то раз с тятенькой, еще не знамши ничего этого; вышла девка пудов в пятнадцать весу, вся в веснушках; я сейчас с политичным разговором к ней: «Чем, говорю, вы занимаетесь?» Я, говорит, люблю жестокие романсы петь. Да как запела, глаза это раскосила, так-то убедила народ, хоть взвой, на нее глядя. Унеси ты мое горе на гороховое поле! Лизавета Ивановна . Да разве вы своей воли не имеете? Не нравится вам девушка, ну, и не женитесь, так и скажите отцу. Андрей Титыч . Какая тут воля! Эх, Лизавета Ивановна! Нешто у нас так, как у людей! (Махнув рукой.) Крылья у меня ошибены, то есть обрублены, как есть. Уродом сделали, а не человеком. Словно угорелый хожу по земле. У нас так не водится, чтоб сын смел выбрать себе невесту по душе, значит, как следует; а привезут тебя, покажут, ну и женись. А коли скажешь, что, мол, тятенька, эта невеста не нравится: а, говорит, в солдаты отдам! Ну и шабаш! Уж не то что в этаком деле, и в другом-то в чем воли не дают. Я вот помоложе был, учиться захотел, так и то не велели. Лизавета Ивановна . Неужели это правда? Право, мне не верится. Что-нибудь да не так. Андрей Титыч . Уж это так точно-с, будьте покойны. Диви бы негде было учиться али бы денег не было; а то денег угол непочатый лежит, девать куда не сообразим. Коммерческая академия существует на Покровском бульваре. На что ж она построена? Смотреть на нее? Кабы у нас, значит, вообще по купечеству такое заведение было, чтобы детей не учить, так бы и не обидно. А то этого нет. Перед другим-то, перед своим братом и совестно. Вот у тятеньки приятель был, тоже русский купец, с бородой ходил, а сына-то в Англию посылал. Теперь свое дело, по машинной части, лучше их знает. Стало быть, их и выписывать не надо и денег им не платить. Что их баловать-то! Я, может, не глупей его, а теперь смотри да казнись. Кажется, если бы меня учить, я бы до всего на свете дошел: потому страсть имею. Вот тятенька меня поедом ест, а за что? Сам не знает. По фабрике кто первый? Все я. Я вперед знаю, что требуется.
Молчание.
Лизавета Ивановна, вы ведь не поверите, что я вам скажу: я к скрыпке оченно пристрастие имею. Лизавета Ивановна . Ну, так что ж? Андрей Титыч . Вот теперь пятый год учусь… знаете где? На чердаке, в чулане. Беда, как узнает… «Да что это! Да к чему это! Да с твоим ли рылом, скажет, такие нежности разводить!» В театр никогда не допросишься. А и допросишься, да опоздаешь немножко, так беда. У нас все равно, что загулял, что в театре просидел, это на одном счету. Ту причину пригоняют, что у нас один брат помешанный от театру, а он совсем не от театру, так, с малолетства заколотили очень. Лизавета Ивановна . Знаете ли, Андрей Титыч, я вас научу. Когда вы заметите, что ваш отец в хорошем расположении духа, вы ему откровенно и выскажите все: что вы чувствуете, что у вас есть способности, что вы учиться хотите. Андрей Титыч . Он такую откровенность задаст, что места не найдешь. Вы думаете, он не знает, что ученый лучше неученого, – только хочет на своем поставить. Один каприз, одна только амбиция, что вот я неучен, а ты умнее меня хочешь быть. Лизавета Ивановна . Мне, право, вас жалко, Андрей Титыч! Ходите к нам почаще. Вы моего отца знаете, он образованный человек, он вам может много пользы принести, да и я, с своей стороны, постараюсь, что могу. Андрей Титыч . Эх, Лизавета Ивановна, жаль только, что мне развязки никакой не дано. Лизавета Ивановна . Какой развязки? Андрей Титыч . Не умею я по-французски говорить и походки настояшей не имею. Вон теперь в магазинах приказчики разговаривают по-французски, ногами шаркают, барышни им глазки делают. Лизавета Ивановна . Полноте вздор говорить! Андрей Титыч . Да как же-с! Уж коли знаешь французский язык да есть походка, так тут можно смело… значит, что только завидел, орел ли в небе, щука ли в море, – все наше. Лизавета Ивановна . Вы мне, пожалуйста, глупостей не говорите, я вас прошу. Андрей Титыч . Ведь женщины, они души в человеке понять не могут-с: только ловкость нужна, ну и насчет одежи, чтобы первый сорт-с. Лизавета Ивановна . Я вам откровенно скажу, Андрей Титыч, с вами очень мудрено разговаривать. Вы не подумавши говорите такие вещи, которые могут казаться обидными. Неужели вы думаете, что мы принимаем и ласкаем вас за ваше платье? Андрей Титыч . Да что со мной, дураком, толковать-с; я просто пропащий человек, от своего собственного необразования. Болтаю, что в голову придет, всякие наши рядские глупости. Вы думаете, что я не чувствую вашей ласки, – да только я выразить не умею. Мне как-то раз показалось, Лизавета Ивановна, что вы на меня повеселей взглянули, так я загулял на три дни, таких вертунов наделал, – беда! Одному извозчику что денег заплатил. Лизавета Ивановна . Ну, зачем же это? Разве вы не знаете, что это дурно? Андрей Титыч . А что ж мне делать-то? Куда мне деваться-то? Я как сумасшедший сделался. Я в жизнь ни от кого хорошего слова не слыхивал. (Подходит к Лизавете Ивановне.) Лизавета Ивановна! Лизавета Ивановна . Что вам угодно? Андрей Титыч . Дайте мне ручку поцеловать. Лизавета Ивановна . Что вы за вздор говорите! Ну, для чего это? Андрей Титыч . Да что ж за важность! Может, в последний раз. Ведь вас не убудет. Лизавета Ивановна . Да нехорошо, и совсем не нужно… ну, а впрочем… (Оглядываясь, протягивает ему руку.) Андрей Титыч (целует ) . Умер бы у вас и домой не пошел! Уж очень тяжко мне! Эх, доля, доля! (Плачет.)
Входит Аграфена Платоновна .
Явление пятое Лизавета Ивановна , Андрей Титыч и Аграфена Платоновна .
Аграфена Платоновна . Здравствуй, Андрюша! Что с тобой? Андрей Титыч . Так, ничего-с. Аграфена Платоновна . Как ничего? Ты словно как мокрая курица. Андрей Титыч . Подвесить себя хочу-с. Аграфена Платоновна . Как так? Андрей Титыч . Известно как: за петельку на гвоздик. Аграфена Платоновна . Что за напасть такая? Андрей Титыч . Да что, разговаривать-то не хочется. Женить хотят, вот и все-с. Аграфена Платоновна . Плохо твое дело. Андрей Титыч . Обидно-с! (Раскланивается.) А впрочем, прощайте-с. (Подходит к Аграфене Платоновне.) Что ж, отдайте энту штуку-то; еще, пожалуй, история выдет. Аграфена Платоновна . Ну вот, на что она тебе? Андрей Титыч . А то, пожалуй, и не надо; делайте, что хотите. Уж семь бед, один ответ. До приятнейшего свидания. (Кланяется и уходит.)
Явление шестое Лизавета Ивановна и Аграфена Платоновна .
Аграфена Платоновна . Видали вы, что мужики-то значат? Так вот посмотрите. Насильно хотят малого женить. Самое низкое обыкновение! Нешто человек может любить против желания? Какие на это права? Какие законы? Живут неопрятно, ну ничего и не понимают. Ломят по-своему, что на ум взбрело спросонков… А я было его, барышня, признаться, для вас прочила. Лизавета Ивановна . Я думаю, Аграфена Платоновна, прежде нужно было меня спроситься. Аграфена Платоновна . Да что спрашивать-то? Дело видимое. Человек хороший, богатый, вас любит. Куражу не имеет сказать вам, потому что умных слов не знает от своего от дурацкого воспитания. А случится, когда ко мне в комнату зайдет, так и заливается-плачет: все бы я, говорит, сидел у вас, все бы глядел на Лизавету Ивановну, жизни готов решиться, только бы жениться на ней. Сколько мне подарков переносил, чтобы я вам за него словечко замолвила. Лизавета Ивановна . Какой еще он жених, ему учиться надобно в школе где-нибудь. Аграфена Платоновна . Любовь-то не спрашивает, все ли науки знаешь. Влюбляются и вовсе безграмотные. А что ж ему делать? Он бы и рад учиться, да батюшка-то у него ишь какой сахар! Лизавета Ивановна . Мне смешно вас слушать, Аграфена Платоновна. Ну, рассудите вы сами, какая же мне неволя идти в такую семью: сын необразованный, а отец дурак. Аграфена Платоновна . Не тысячу же лет этот старый хрыч жить будет. Потерпите маленько, а потом сами барыней будете. Оно, точно, вам будет не сладко; да денег-то у них, у леших, больно много. Зато что захотите, муж все для вас будет делать, разве только птичьего молока не достанет. Лизавета Ивановна . Неужели вы, Аграфена Платоновна, до сих пор меня не знаете? Я ни за какие сокровища не захочу терпеть унижения. Ведь они за каждую копейку выместят оскорблением; а я не хочу их переносить ни от кого. То ли дело, как мы живем с папашей! Хоть бедно, да независимо. Мы никого не трогаем, и нас никто не смеет тронуть. (Работает.) Аграфена Платоновна (взглянув в окно) . К нам дрожки подъехали. Ах, батюшки! Да ведь это он! Лизавета Ивановна . Кто он? Аграфена Платоновна . Андрюшин отец, Тит Титыч. Лизавета Ивановна . Это, должно быть, к вам; а к нам ему незачем.
Тит Титыч входит.
Явление седьмое Лизавета Ивановна , Аграфена Платоновна и Тит Титыч .
Тит Титыч . Где Андрюшка? Сказывайте скорей, а то искать примусь. Аграфена Платоновна . Почем мы знаем, где твой Андрюшка. Ступай, откуда пришел; нечего тебе здесь делать! Тит Титыч . Не с тобой говорят. Барышня, выдавай Андрюшку! Да не вертись; видишь, я сам за ним пришел; я шутить не люблю! У меня слово – закон. Лизавета Ивановна (встает) . Я вас не знаю и знать не хочу. Подите вон отсюда! Тит Титыч (садится) . Полно вилять-то! Все суседи говорят, что он у тебя скрывается. Ты, надо полагать, за него замуж норовишь; так нет, шалишь, не пообедаешь! Лизавета Ивановна (закрывает лицо платком) . Господи! Что же это такое! Аграфена Платоновна . Ступайте, барышня, к себе в комнату. Что вам с мужиком разговаривать! Я одна с ним управлюсь.
Лизавета Ивановна уходит.
Явление восьмое Аграфена Платоновна и Тит Титыч .
Аграфена Платоновна . Ты что буянишь-то! Ты куда, в кабак, что ли, зашел? Кричи поди у себя дома, а здесь язык-то прикусишь. Я, брат, так раскассирую… Тит Титыч . А вот я обыск исделаю, квартального позову. Аграфена Платоновна . Так тебе и позволят в благородном доме безобразничать!.. Да ну, коли на то пошло, делай обыск. А не найдешь, чем ответишь? Тит Титыч . Не ваша печаль, это наше дело. За безобразие заплатим. Аграфена Платоновна . Ты думаешь деньгами отъехать? Нет, ведь старик-то не алтынник, он с тебя ничего не возьмет. Чем ты смотришь – и того не возьмет. Он заслуженный человек, за тридцать лет пряжку имеет. Он тебя в смирительный упрячет. Тит Титыч . Видали мы виды-то! Черт Ваньку не обманет, Ванька сам слово знает. Вы мне Андрюшку подайте; видишь, я сам за ним пришел. Аграфена Платоновна . Сам с усам! Жалко вот, что тебя не боится здесь никто; а то так бы тебе Андрюшку и представили, невидимой силой. Да коли нет его, чудак человек, значит, негде взять. Он дома давно. Тит Титыч . Да ты врешь, может быть? Аграфена Платоновна . А ты сходи посмотри, либо пошли кого-нибудь. Тит Титыч . Нет уж, я лучше сам пойду, только если не найду его, я уж за тебя примусь. Слышишь! (Берет шапку.) Аграфена Платоновна . Погоди, куда ты? Еще мне с тобой поговорить надо. Ты думаешь, ты скоро разделаешься. (Вынимает из стола бумагу.) Ты это видишь? Тит Титыч . Что это такое? Кажи! Аграфена Платоновна . Читай! Только из рук не выпущу; мы вашего брата знаем. Тит Титыч (надев очки) . «Я, нижеподписавшийся купеческий сын, Андрей Титов сын Брусков, обязуюсь жениться на дочери титулярного советника, девице Елизавете Ивановне Ивановой, в чем и даю сию расписку». (Перестает читать и снимает очки.) Аграфена Платоновна . Понял? Тит Титыч . Как не понять! Это, то есть, насчет грабежу. Ну, народец! Что ж вы с эвтой бумагой делать будете? Аграфена Платоновна (запирает в стол бумагу) . Уж старик знает, что делать. Порядок известный: дело по делу, а суд по форме. Тит Титыч (почесав затылок) . По форме? Нет уж, лучше мы так, между себя сделаемся. Аграфена Платоновна . Известно, лучше: только ведь с тобой честью-то мудрено. Тит Титыч . Уж и ваш-то брат нам солон приходится. А вы пожалейте душу человеческую. Аграфена Платоновна . Что тебя жалеть-то! Давай три тысячи целковых, вот и квит. Тит Титыч . Ишь ты, ишь ты заломила! Ведь я не сам деньги-то делаю; трудами доставал, потом. Аграфена Платоновна . Да, потеете вы в трактире за чаем. Ты лучше и не торгуйся; а то сам придет, пожалуй, и трех не возьмет. Уж это я так беру смелость, хочу без него дело сделать. Тит Титыч . Полтораста рубликов. Аграфена Платоновна . Что? За такое дело полтораста рублей! Да как у тебя язык-то поворотился! Тит Титыч . За что деньги-то давать, ты сама рассуди. Ведь задаром-то жалко. Аграфена Платоновна . За что? За твое нравство! Не ходи по лавке… Говорю, не торгуйся, а то прогоню; так ни с чем уйдешь. Тит Титыч . Ты меня выведешь из терпимости, в те поры я в себе не властен: я тебя прибью. Аграфена Платоновна . Любопытно это будет посмотреть! Я караул-то на всю Зацепу закричу. Свяжем тебе лапки назад, да еще три тысячи заплатишь. Тит Титыч . Надоела уж ты мне. Говори последнюю цену. Аграфена Платоновна . Последнюю? Тит Титыч . Да, последнюю. Аграфена Платоновна . Без разговору – две тысячи. Тит Титыч . Возьми пятьсот. Аграфена Платоновна . И говорить не хочу, что за торговля! (Молчание ) Ну, давай полторы. Тит Титыч . Семьсот пятьдесят. Аграфена Платоновна . Ну, вот тебе последнее слово: тысячу рублей и ни копейки меньше. Тит Титыч . Ни копейки? Аграфена Платоновна . Ни копейки. Тит Титыч . Ну, по рукам! Аграфена Платоновна . Давай деньги. Тит Титыч . Давай бумагу. Аграфена Платоновна . Клади деньги на стол, и я положу.
Тит Титыч отсчитывает деньги и кладет на стол, Аграфена Платоновна вынимает из стола бумагу. Размениваются. Аграфена Платоновна кладет деньги в стол и запирает. Тит Титыч кладет бумагу в карман.
Тит Титыч (садится) . Разбойники, грабители! Аграфена Платоновна . Ну, теперь ступай с богом. Дела все покончили, больше не об чем с тобой толковать. Тит Титыч . Нет, погоди, дай хоть поругаться-то за свои деньги. Разбойники, грабители! За что только вы с нас денег не берете? Обмануть, ограбить, обольстить человека! Аграфена Платоновна . Как с тебя и не взять-то! Ведь уж ты жила известный, сам норовишь на грош пятаков купить.
Лизавета Ивановна проходит из боковой двери в середнюю.
Должно быть, старик пришел. Ступай, ступай! Тит Титыч . Обманули мальчишку, дурака, опутали, а с отца деньги взяли. Честно это, благородно? А еще благородством похваляетесь!
Иван Ксенофонтыч и Лизавета Ивановна входят.
Явление девятое Тит Титыч , Аграфена Платоновна , Лизавета Ивановна и Иван Ксенофонтыч .
Лизавета Ивановна . Папаша, посмотри, что у нас делается.
Иван Ксенофонтыч молча смотрит на Брускова.
Тит Титыч . Ты что на меня смотришь? На мне, брат, ничего не написано. Деньги-то взять умели! Вы меня хоть попотчуйте чем за мои деньги-то. Иван Ксенофонтыч (смотрит на всех вопросительно) . Он сумасшедший? Сделайте одолжение, милостивый государь, оставьте нас. Тит Титыч . Обобрали, а теперь гоните. (Показывая на Лизавету Ивановну.) Ишь, какая красавица! Как не прельститься на нее. Ловушку для нашего брата подстроили. У вас тут такая шайка подобрана, что вы и старика какого из ума выведете, а не то что мальчишку глупого. Иван Ксенофонтыч . Поди вон! Тит Титыч . Что ты кричишь-то! Я ведь ничего, я так, шучу с тобой. Иван Ксенофонтыч . Поди вон, говорю я тебе. Тит Титыч (встает) . Пойду. (Подходит к Ивану Ксенофонтычу и ударяет его по плечу.) Поедем ко мне! Выпьем вместе, приятели будем! Что ссориться-то! Иван Ксенофонтыч . Уйди ты от нас. Тит Титыч . Ну, прощай. (Подходит к двери.) Ишь ты, какой сердитый! Да уж теперь не испугаете. Вот она, бумага-то, здесь в кармане. Разбойники, грабители! (Уходит.)
Явление десятое Иван Ксенофонтыч , Лизавета Ивановна и Аграфена Платоновна .
Иван Ксенофонтыч . Что это за человек? Аграфена Платоновна . Тит Титыч Брусков, Андрюшин отец. Иван Ксенофонтыч . Что он говорил? Какие деньги? Какие грабители? Кто его ограбил? Аграфена Платоновна . Ну, да за дело, чтоб не шумел в чужом доме. За дело ему! Так их и надо. Я-таки, признаться, сорвала с него малую толику. Жаль, что мало! Нам годится, а с паршивой собаки хоть шерсти клок. Иван Ксенофонтыч . Да за что? Аграфена Платоновна . Все жалеючи вас, Иван Ксенофонтыч, да вашу дочку; глядя на вашу бедность, решилась на такое дело. Что ж, ведь тут дурного ничего нет. Иван Ксенофонтыч . Да каким образом? Не мучьте вы меня, говорите. Аграфена Платоновна . А вот каким образом: как Андрюша-то уж очень влюбленный был, вот как-то раз и зашел ко мне, и расплакался, а я ему нарочно и говорю: тебе, мол, нельзя к нам ходить, будут соседи говорить и то, и се. Что хорошего! Наше, мол, дело женское, мы никакого такого разговору про себя не хотим. Ты, говорю, оставь, не ходи. Он это, сударь мой, стал меня просить, плакать, руки целовать. Я взяла подпоила его да и говорю: все может, Андрюша, случиться, отец твой не нынче-завтра умрет, ты будешь на воле, тогда, пожалуй, нас с Лизаветой Ивановной и забудешь, других найдешь. А он-то божится, он-то разные клятвы произносит. А у меня на ту пору случись лист гербовой бумаги. Иван Ксенофонтыч . Ну! Аграфена Платоновна . Ну, я своей рукой написала расписку, что он обещается жениться на Лизавете Ивановне, все как следует, по форме, а он и подписал. Лизавета Ивановна . Какой стыд! Какой срам! Папаша, что мне делать! (Рыдая, падает на грудь отцу.) Иван Ксенофонтыч . Ну, ну… Аграфена Платоновна . Ну, вот за это и взяла с Тита Титыча тысячу целковых. Иван Ксенофонтыч . А расписка где? Аграфена Платоновна . Я ему отдала. Иван Ксенофонтыч (обнимая дочь) . Бедное дитя мое! (Плачет.) Аграфена Платоновна . Да об чем вы плачете? Иван Ксенофонтыч . Куда нам с тобой деться от грубости, от оскорблений, от невежества! Лизавета Ивановна . Папаша, уедем отсюда поскорей! Иван Ксенофонтыч . Уедем, уедем! Лизавета Ивановна . Ты поди, брось ему деньги. (Садится у стола.) Иван Ксенофонтыч . Да. да, и расписку возьму. Он мне ее отдаст, я ему деньги возвращу. Как ты думаешь, ведь он отдаст? Отдаст? Он не смеет не отдать – мы не виноваты. Я разорву ее, вот и конец, и не об чем нам плакать с тобой! (К Аграфене Платоновне.) Подай деньги! Аграфена Платоновна . Иван Ксенофонтыч, пригодятся. Иван Ксенофонтыч . Подай деньги! Подай! Аграфена Платоновна (вынимая из стола) . А чем завтра топить будете? (Отдает.) Иван Ксенофонтыч . Прощай, Лиза! Лизавета Ивановна . Прощай, папаша. (Обнимает его.) Поди, выкупай наше бесчестье.
Идут к двери.
Аграфена Платоновна (вслед им) . Вот хлопочи для людей, старайся, сама ж виновата останешься. Кто же вас знал, что вы такие сумасшедшие!
Действие второе ЛИЦА:
Тит Титыч Брусков . Настасья Панкратьевна , жена его. Андрей Титыч , Капитон Титыч – сыновья их. Ненила Сидоровна , знакомая Брусковой. Иван Ксенофонтыч Иванов . Захар Захарыч , стряпчий. Луша , горничная девушка.
Богатая гостиная в доме купца Брускова.

В чужом пиру похмелье - Островский Александр Николаевич => читать онлайн электронную книгу дальше


Было бы хорошо, чтобы книга В чужом пиру похмелье автора Островский Александр Николаевич дала бы вам то, что вы хотите!
Отзывы и коментарии к книге В чужом пиру похмелье у нас на сайте не предусмотрены. Если так и окажется, тогда вы можете порекомендовать эту книгу В чужом пиру похмелье своим друзьям, проставив гиперссылку на данную страницу с книгой: Островский Александр Николаевич - В чужом пиру похмелье.
Если после завершения чтения книги В чужом пиру похмелье вы захотите почитать и другие книги Островский Александр Николаевич, тогда зайдите на страницу писателя Островский Александр Николаевич - возможно там есть книги, которые вас заинтересуют. Если вы хотите узнать больше о книге В чужом пиру похмелье, то воспользуйтесь поисковой системой или же зайдите в Википедию.
Биографии автора Островский Александр Николаевич, написавшего книгу В чужом пиру похмелье, к сожалению, на данном сайте нет. Ключевые слова страницы: В чужом пиру похмелье; Островский Александр Николаевич, скачать, бесплатно, читать, книга, электронная, онлайн