А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

— Он спас меня! Я смогу вынести его холодность и даже равнодушие, лишь бы быть рядом с ним!»
Внезапно ее пронзила мысль о Маше. «Вероятно, вечером он опять отправится к ней!» — подумала она, и сердце ее наполнилось печалью.
Через некоторое время вернулась Магда с подносом, уставленным серебряными блюдами, но по ее виду Илона сразу же поняла: что-то произошло.
Она слишком давно знала Магду, чтобы без слов понимать ее, и по изменению интонации или выражению глаз угадывать ее чувства.
— Что-то случилось, Магда?
— Пейте ваш бульон, мадемуазель!
Илона отхлебнула. Бульон был восхитителен, и она отпила еще глоток.
— Ты чем-то расстроена, Магда?
— Вас это удивляет? — загадочно промолвила та.
Илона отхлебнула из чашки.
— Должно быть, что-то случилось! Ведь до того, как ты ушла за едой, ты была спокойна и довольна, что я жива и здорова.
— Я и сейчас рада этому! Кушайте, дитя мое! Вам надо восстановить силы.
Илона допила бульон и съела крошечный кусочек розового лосося, пойманного в реке сегодня утром.
Запив золотистым вином, она твердо сказала:
— Ну, теперь, Магда, говори начистоту. Что произошло?
Магда молчала, и она настойчиво повторила:
— Что произошло? Я требую!
Ее мучило ужасное чувство, что это касается мужа. Неужели он покинул замок? Или Магда что-то узнала о нем и цыганке?
Она напряженно ждала. Спустя мгновение Магда неохотно произнесла:
— Русские, мадемуазель!
— Русские? — изумленно переспросила Илона.
— Слуги говорят, будто князю стало известно, что его величество пригласил их в страну и готов сдать им дворец!
— Не может быть!
— Его светлость ничего не сказал, мадемуазель, но мажордом подслушал разговор офицеров. Они говорили, если русские установят во дворце свои пушки, то смогут обстреливать и город, и нас!
Илона притихла. Ей вспомнились ужасные обстрелы Парижа, разрушения, которые несли немецкие снаряды, свист пуль, убитые и раненые.
— Это невозможно! — произнесла она вслух, хотя охотно верила словам Магды.
Если русские пушки будут установлены во дворце отца, расположенном высоко над равниной, безопасных мест в городе не будет.
— Что же делать? — спросила она.
— Сейчас члены Совета и руководство армии его светлости обсуждают положение. Но вас, моя маленькая мадемуазель, надо отвезти подальше от этих мест. Я сама скажу об этом его светлости.
Илона соскочила с постели.
— Я поговорю с его светлостью! Магда, быстро достань мой бархатный капот!
Магда удивленно уставилась на нее.
— Но у его светлости совещание, мадемуазель! — Мне некогда одеваться! — нетерпеливо подгоняла Илона. — Давай же, Магда, делай что я говорю!
Этот властный тон был так непривычен, что Магда побежала к гардеробу и вернулась с великолепным капотом, привезенным из Парижа. Сшитый из бирюзово-голубого бархата и отделанный белым кружевом и бирюзовыми лентами, наряд предназначался для более холодной погоды.
Илона еще никогда не надевала его. Она застегнула капот, сунула ноги в шлепанцы и, даже не взглянув в зеркало, побежала к двери.
— Опомнитесь, мадемуазель! Куда вы? Вы же не можете бегать по замку в таком виде! — кричала вдогонку Магда.
Но Илона уже ее не слышала.
Стремглав пробежав по коридору, она слетела по лестнице и в холле наткнулась на мажордома. Тот изумленно уставился на нее, но она, не обращая внимания на его удивление, резко спросила:
— Где его светлость?
— В оружейной комнате, ваше королевское высочество. Сообщить ему, что вы хотите его видеть?
Илона даже не дослушала фразу до конца и побежала прямо в оружейную.
Это была прекрасная приемная на первом этаже, достаточно просторная для танцев и развлечений и иногда используемая для совещаний и встреч. Возле двойной двери стояли лакеи. Они буквально оцепенели от изумления при виде Илоны в голубом капоте, и не сразу сообразили открыть перед ней дверь.
Она влетела в комнату.
В креслах, повернувшись к князю, сидели человек тридцать или сорок. Он сидел за столом. По одну руку от него сидел генерал, по другую — пожилой человек, которого Илона, кажется, уже видела с премьер-министром.
Шел серьезный разговор, но при появлении Илоны наступила мертвая тишина.
Она даже не взглянула на собравшихся, удивленно глядевших на нее и вставших со своих мест. Ее глаза были устремлены на мужа.
Увидев костюм Илоны, князь на мгновение потерял самообладание. Ее рыжие волосы струились по плечам, а зеленые глаза бесстрашно смотрели прямо на него.
Подойдя к столу и взглянув в его глаза, она спросила:
— Это правда, что русские вошли в Добруджу и заняли дворец?
— Так мне доложили, — спокойно ответил князь, — но вам нечего бояться.
— Я не боюсь, — усмехнулась она. — Я пришла сказать вам, как можно войти во дворец и застать их врасплох, прежде чем они нападут на нас!
Князь был ошеломлен. Генерал обратился к Илоне:
— Вы, ваше королевское высочество, знаете какой-то другой путь во дворец, кроме того, что идет через равнину?
Илона понимала, что он не верит ей, потому что дворец, расположенный на высоком холме, откуда защитники могли вести огонь по приближающемуся врагу, был хорошо укреплен и недоступен со всех сторон, благодаря прекрасному обзору.
— Во дворец есть путь, известный только мне. Сомневаюсь, чтобы мой отец знал о нем.
Как только Магда сказала ей, что русские могут оказаться во дворце, Илона сразу же вспомнила о тайне, которой Юлиуш поделился с ней много лет тому назад.
Ему было тогда лет шестнадцать, и король узнал, что он вечерами пропадает в гостиницах города, выпивая и веселясь в обществе хорошеньких девушек.
Во дворце разразился скандал.
Король в очередном припадке гнева пригрозил Юлиушу избить его, а тот немедленно вытащил меч и вызвал отца на дуэль.
Выходка сына настолько взбесила короля, что, не вмешайся мать, Юлиуш мог бы поплатиться жизнью.
Юлиуша заперли в его комнате и пригрозили поместить в одну из башен замка, приковав к стене, если он хоть раз попробует отправиться куда-нибудь ночью без разрешения отца.
Илона, которой тогда было девять лет, застала мать в слезах и из разговоров придворных выяснила, что произошло. Больше всего ее удручало, что Юлиуша не только заперли в комнате, но и лишили еды на двадцать четыре часа. Когда в урочный час ее уложили спать, она не могла уснуть.
Она подождала, пока няня уйдет из детской, несомненно, собравшись посплетничать со слугами, положила подушки под одеяло, чтобы все выглядело так, будто она спит, надела халатик и на цыпочках прошла к комнате Юлиуша.
Стояла тишина, вокруг никого не было, и она робко постучала в дверь.
— Кто там? — спросил Юлиуш.
— Это я, Илона!
Он подошел к двери, чтобы поговорить с ней через замочную скважину.
— Я заперт, Илона!
— Знаю. Ты очень голоден, Юлиуш?
— Очень голоден и очень зол! Где ключ? Илона огляделась и увидела прямо над своей головой ключ, висящий на гвозде. Она сказала об этом Юлиушу.
— Ты можешь дотянуться до него?
— Если встану на стул.
— Тогда выпусти меня отсюда, — взмолился Юлиуш. — Тебе ничего не будет, обещаю!
— Я не боюсь!
Она подтащила стул, забралась на него, сняла ключ и открыла дверь.
Юлиуш вышел, поднял ее на руки и поцеловал.
Для своего возраста он был очень высок и выглядел гораздо старше своих шестнадцати лет. Мужчины в Добрудже созревают рано, и Юлиуш был уже мужчиной.
— Спасибо, Илона!
— Куда ты?
— Подальше отсюда! Неужели ты думаешь, что я позволю папе держать меня взаперти, как мышь в мышеловке?
— Когда он тебя поймает, то очень рассердится!
— Знаю! Поэтому и прошу тебя помочь мне.
— Ты же знаешь, я помогу тебе… ты же знаешь! Юлиуш повесил ключ на гвоздь, поставил на место стул и обратился к И лоне:
— Если я приду и разбужу тебя, ты запрешь меня снова?
— Ты же знаешь, что запру! Но как ты выберешься из дворца? Тебя же заметит стража!
— Я знаю другой выход!
Илона поняла, что брат знает какой-то тайный выход из дворца, и стала умолять его показать его ей. Юлиуш уступил, взял ее за руку и повел в подвал по витой лестнице, которой почти не пользовались.
Эту очень старую часть дворца с толстыми стенами и выщербленными полами уже давно не использовали. Юлиуш, по-видимому, откуда-то узнал про подземный ход, прорытый, должно быть, сотни лет назад и скрытый скалами с задней стороны дворца, куда почти никогда не заходили люди.
В первую ночь он провел Илону по всему ходу, потом она много раз выпускала его тем же путем, и наконец ей удалось убедить его провести ее по этому ходу днем.
Он показал ей хорошо замаскированный вход, укрытый камнями и ветвями акаций.
— Это наша с тобой тайна! — сказал Юлиуш. — Никогда никому об этом не рассказывай, иначе отец отрубит мне голову!
— Ты же знаешь, я никогда тебя не выдам! Она никогда никому не упоминала о тайном ходе, даже матери.
Теперь же она подробно объяснила князю, как можно снаружи подойти к дворцу, чтобы этого никто не заметил.
— Эта часть дворца не охраняется, и в ней нет жилых комнат, — говорила она, пристально глядя на князя и обращаясь только к нему.
В комнате стояла тишина, все внимательно слушали ее. Когда она закончила, князь взял ее руку и поднес к губам.
— Благодарю вас! — тихо произнес он.
— Это в корне меняет всю обстановку! — взволнованно произнес генерал.
— Но я должна… пойти с вами! — произнесла Илона.
— Это невозможно!
— Но тогда вы никогда не найдете вход! — Князь задумался, а ома продолжала: — Вы же понимаете, что нельзя терять времени попусту, а тем более рисковать быть замеченными днем!
— Это правда, нам придется войти во дворец, когда стемнеет, — согласился князь.
— Вот я и покажу вам дорогу! — Увидев, как сжались его губы, и почувствовав, что ему очень тяжело подвергать ее опасности, она обратилась к офицеру, стоящему рядом с князем: — Я уверена, полковник, вы согласны, что нам надо тронуться в путь, как только стемнеет. Лучше всего через час. Я пойду подготовлюсь!
Она повернулась и направилась к выходу, а вслед ей раздались радостные крики собравшихся.
Когда Илона вышла, все возбужденно принялись обсуждать предложенный план.
Глава 6
Илона вернулась в спальню и, взглянув на Магду, поняла, что старая служанка шокирована.
— И впрямь, мадемуазель! — сказала она тоном недовольной няньки. — Как вы могли спуститься вниз почти в неглиже! Что подумает его светлость, увидев вас непричесанной?
Илона хотела было возразить, что его светлости нет никакого дела до ее прически и что он предпочитает черные цыганские кудри до пояса, но сдержалась.
Вместо этого она сказала:
— Магда, я должна быстро одеться и быть наготове как можно скорее. Мне нужен костюм для верховой езды!
— Вы едете верхом в столь поздний час? — воскликнула Магда. — Ну это уже слишком, если учесть вчерашнее приключение!
— Я в порядке! В полном порядке! — ответила Илона и, не слушая протестов и ворчания Магды, начала быстро одеваться.
Она бы надела первое попавшееся, но разумная Магда подала ей костюм из темно-синего бархата. От светлого костюма пришлось отказаться, чтобы не привлекать к себе внимания. Кроме того, этот костюм защитит ее от холода, который неизбежно наступит с заходом солнца.
Когда Магда завязала ее волосы в тугой, аккуратный узел, Илона взглянула на шляпу с высокой тульей, которую всегда надевала, отправляясь верхом.
— У меня идея, Магда! Ты упаковала накидку, которую я носила в Париже?
— Это старье? — презрительно ответила Магда. — Я хотела выбросить ее или отдать какой-нибудь нищенке, но здесь и нищие одеты лучше, чем мы тогда!
— Я надену ее!
Магда пыталась отговорить ее, но Илона знала, что накидка из плотной черной шерсти с капюшоном лучше всего подойдет для задуманной операции и избавит от необходимости надевать шляпу.
Одеваясь, она все время раздумывала, как незамеченными подойти к дворцу, хотя для, этого и придется сделать большой крюк. Если русские уже во дворце, они обязательно выставили часовых для наблюдения за дорогой из города. Как только луна осветит равнину, любое движение по этой дороге, несомненно, будет обнаружено.
Конечно, князь и его офицеры сами подумали об этом, но Илона, подсказав им решение, чувствовала себя ответственной за его выполнение.
«Как отец мог так подло сговориться с русскими против собственного народа?» — возмущенно думала она. Но, зная характер отца, она понимала, что в припадке гнева король не остановится перед самым страшным злодеянием. Это была его вендетта против Шарошей и особенно против Аладара. Он никогда не сможет смириться с тем, что его вынудили отдать дочь за заклятого врага. Все остальное для него не имеет никакого значения.
Понимая, что ее брак с князем служит делу примирения народов Радака и Шароша, чего король совершенно не желал, он пошел на сговор с русскими.
Илона отчасти понимала гнев отца, но все же его поведение казалось ей просто невероятным.
Сейчас важно было выиграть время.
Проход из России и Добруджу лежит через узкое высокогорное ущелье, по которому большому количеству людей трудно пройти незамеченными. Вероятно, русские пробирались через границу ночами и небольшими группами, а во дворце их встречали с распростертыми объятиями. Если дворец уже заполнен русскими и они установили свои пушки, им будет легко контролировать все известные подходы, чтобы обеспечить безопасность прибывающим частям.
Это можно предотвратить, только захватив дворец людьми Аладара, думала Илона.
Одевшись, она оставила заплаканную и причитающую Магду и спустилась вниз, где уже кипела работа.
Старшие офицеры сверялись с картами и отдавали приказы подчиненным, оседланные лошади ждали во дворе, в открытую дверь виднелись мулы, к спинам которых были приторочены небольшие пушки.
Илона огляделась по сторонам, нетерпеливо теребя свою черную накидку. К ней, пересекая холл, пробрался граф Дуца.
— Мне рассказали о потайном ходе, госпожа! Не помните ли, он был достаточно надежен, когда вы его видели? Можно ли по нему пройти сейчас, через много лет?
— Граф, если он не обвалился за сотни лет своего существования, то я не думаю, чтобы за последние девять лет произошли серьезные изменения, — улыбнулась Илона.
— Да, вы правы, госпожа! Вероятно, я напрасно беспокоюсь, но мне надо решить, какие инструменты нам понадобятся, чтобы расчистить проход, если его завалило камнями!
— Я уверена, мы легко пройдем через этот ход. Тогда он показался мне достаточно широким и высоким. Юлиуш мог встать там во весь рост, а он был в шестнадцать лет таким же высоким, как князь.
— А ширина?
— Думаю, двое пройдут рядом совершенно спокойно!
— Благодарю вас, госпожа!
Он отошел с довольным лицом и поспешил поделиться сведениями с офицерами.
Минут через пять появился князь, отдавая на ходу распоряжения офицеру, шедшему рядом с ним.
Заметив Илону, он направился к ней, и сердце ее радостно забилось.
— Вы уверены, что в состоянии ехать с нами?
— Я не позволю вам идти без меня!
— Будет холодно.
— У меня теплая накидка!
— Вижу, вы основательно подготовились!
Тон его отличался от обычного, но когда она вопросительно взглянула на него, он уже повернулся к офицерам.
Когда они покинули замок, солнце уже зашло и наступили сумерки. От одного из офицеров Илона узнала, что основные войска Шароша уже в пути. Они вышли часа полтора назад, чтобы преградить путь от границы любым русским частям, если они идут в Добруджу.
Отряду князя предстояло пройти довольно долгий обходной путь, чтобы добраться до задней стены дворца. По тайному ходу он решил провести во дворец тридцать отважных телохранителей.
Узнав о замысле князя, Илона испугалась за его жизнь. Она, конечно, не думала, что он останется в стороне, позволяя другим рисковать жизнью больше, чем он сам. Но ведь он может погибнуть, спасая Добруджу! От сегодняшней ночи зависит само существование их страны! Если русские окажутся хозяевами положения, их будет невозможно выбить из Добруджи. Ни Австро-Венгрия, ни Румыния не в состоянии воевать против царской армии.
Если бы народ Добруджи был объединен, то он мог бы сражаться с русскими, как сражались кавказцы под руководством Шамиля. Но народ Добруджи расколот, а король его предал.
Илона испытывала горечь и унижение от гнусности и подлости отца. Его поступок заслуживает самого сурового наказания! Она прекрасно понимала, что люди Шароша ожесточены и полны желания отомстить Радакам.
Но почему князь никогда не упоминал и не опровергал обвинения в подстрекательстве убийства Юлиуша, которое выдвинул против него король?
Илона полагала, что уж это-то он будет отрицать. А может быть, молчание было частью его защиты, это холодное, непроницаемое, ледяное молчание, которым он обдавал ее, когда они оставались одни.
Правду ей сказал граф.
Ей не хотелось говорить об этом, но однажды, дня через три после ее появления в замке, граф пришел к ней в гостиную, чтобы обсудить список приглашенных на обед.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13