А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 


- Нет.
- А ты знаешь что-нибудь о служителях Церкви Красного музея? - спросил Молдер. - Общался когда-нибудь с кем-либо из них?
- Ну… Я видел их в городе… Такие, в красном… Нет, я никогда ни с кем из них не разговаривал…
- Хорошо. - Молдер повернулся к его матери. - Миссис Кейн, а вы можете рассказать о том вечере? Постарайтесь вспомнить все подробности, любая самая незначительная деталь может оказаться для нас предельно важной. Во сколько ушел Гарри?
- Ну, я вернулась с работы… С тех пор, как мы остались втроем, я вынуждена работать на мясокомбинате, как еще прожить? Устаю очень… Стивен открыл мне дверь, обрадованный. Он всегда радуется, когда я возвращаюсь… А Гарри лишь крикнул: «Привет», не вставая с дивана.
Гарри быстро посмотрел на мать. Молдер увидел в его глазах огонек, оставшийся, наверное, от прежнего, уверенного в себе шестнадцатилетнего парня, убежденного, что весь мир будет у его ног. Но этот огонек мгновенно потух, Гарри вновь опустил голову, уставившись на носки домашних тапочек.
- Я тогда, помню, устала очень и сразу пошла в ванную, чтобы принять душ, - продолжала миссис Кейн. - А ребят попросила заказать на ужин пиццу…
Скалли встала с дивана и подошла к двери, из которой вышел Гарри. Дверь вела в коридор, на стене красовались застекленные фотографии в аккуратных рамочках. На самой, наверное, ранней были изображены молодая пара с грудным младенцем, - в чертах женщины с трудом угадывалась нынешняя миссис Кейн. Затем та же чета, но уже с другим ребенком на руках, а первенец стоит рядом; мужчина заметно погрузнел. Больше мужчины на фотографиях не было, да и сама миссис Кейн появилась еще раз или два. В основном это были фото Гарри: он с футбольной командой. Он в шлеме с решетчатой маской стремится вперед. Он с кубком в руках. Он с молодыми людьми, видимо одноклассниками, в парадных костюмах на пороге школы. Он с младшим братом. Он на пляже… Он…
Дверь справа - как оказалось, в ванную комнату - неожиданно громко скрипнула, коридор залился светом. Скалли резко повернулась. Перед ней стоял девятилетний мальчик, чертами неуловимо напоминающий Гарри, особенно с детских фотографий, которые она только что рассматривала.
- Здравствуйте! - вежливо поздоровался мальчик, удивившись появлению незнакомой тети в своем доме.
- Привет, - Скалли улыбнулась мальчику, подошла и присела перед ним на корточки, чтобы, разговаривая, он видел ее глаза. - Ты кто?
- Стивен.
- Я догадалась. Я видела сейчас твою фотографию с Гарри. Я хочу найти того, кто с ним… Ты помнишь тот вечер, когда он не ночевал дома?
Мальчик кивнул.
- А кто ему позвонил, не знаешь?
- Нет. Он повесил трубку и больно ущипнул меня за нос. Сказал, чтобы я передал маме, что он придет через пятнадцать минут. А сам не пришел. Мама волновалась, а поздно ночью позвонила в полицию… А теперь Гарри не такой. Он стал хорошим. Больше меня не обижает. Жалко, что Чапи пропал, он бы и его больше не мучил.
- Чапи? - удивленно переспросила Скалли.
- Наш пес, - пояснил Стивен. - Я его любил, он был таким хорошим. А Гарри все время, пока мама не видит, обижал его. И меня. А теперь Гарри хороший. Вы не знаете, он теперь всегда таким будет?
- Всегда, - подавила в себе вздох Скалли и встала.
Ее взгляд уперся в собственное отражение в зеркале ванной комнаты, дверь в которую так и осталась открытой. Она поправила себе челку и хотела было вернуться вместе со Стивеном в гостиную, но обернулась. Ей показалось, что отражение смотрит на нее чужими глазами. Она вдруг поняла, что устала от перелета и чертовски хочет есть.
- Скалли, я жду тебя на улице, - донесся до нее голос Молдера.
Значит, он узнал все, что ему нужно, и решил, что большего здесь не добьется. Скалли ласково потрепала малыша по плечу и поторопилась к выходу.
Шериф Мазеровски остановился внизу у лестницы прикурить, Молдер стоял рядом, дожидаясь напарницу.
- У Гарри были когда-нибудь неприятности с законом? - поинтересовался Молдер.
- Нет, не было. Я его хорошо знаю, он ровесник моего сына, они дружат. Ну, покуривает, балуется пивком. Обычный шестнадцатилетний парень. Во всяком случае, был таким до этого происшествия, сейчас его не узнать. А раньше он был раскованным, веселым, душа компании… Не удивлюсь, если мне скажут, что он, или мой Рикки, уже и с девочками пробовали. - Он вздохнул. - Времена сейчас другие. Я в его годы ни о пиве, ни о девочках и не помышлял.
Молдер многозначительно улыбнулся. Подобные слова он слышал отнюдь не впервые.
- Скажите, - решил сменить тему Молдер, - а эта Церковь Красного музея… Как к ней относятся горожане?
- Да плевали они и на нее, и на их призывы! Одержимые! Что, на каждого придурка обращать особое внимание?
- Ну, к членам общины никогда не приставали на улице? Не оскорбляли? Может, лавочники отказывались продать им что-либо?
Шериф вздохнул.
- У меня подобных случаев не зарегистрировано. А вообще… Ну, наверное, иногда над ними смеются. Наверное, даже зло смеются. Но до рукоприкладства дело пока не доходило. - Почему-то шериф сделал ударение на слове «пока». - Что вы решили? Беретесь за это дело?
Молдер пристально посмотрел ему в лицо.
- Да, шериф, мы остаемся. Я хочу разобраться во всем, что здесь происходит.
- Уличите этих мерзавцев в преступлениях, и от этой Красной Гадости и духу не останется в нашем городе.
- Я хочу понять, что представляет собой. этот тип - Ричард Удин.
- Я первым делом послал бы запрос в вашу картотеку о его прошлом. Сдается мне, что там все не так гладко.
- Разумеется, - сказал Молдер таким тоном, что энтузиазм шерифа сразу поутих.
Действительно, ему ли, провинциальному шерифу, учить сыскному ремеслу столичного агента ФБР?
- Вы можете порекомендовать нам приличный отель? - спросил Моддер- И место, где мы возьмем напрокат машину, не хочется вас утруждать… Неизвестно, сколько дней мы здесь пробудем.
Шериф внимательно посмотрел на агента ФБР и, после паузы, кивнул:
- Пойдемте, я отвезу вас.
3
- Знаешь, - сказала Скалли, откладывая на тарелку обглоданную косточку, - после таких ребрышек я считаю, что эту Церковь Красного музея надо закрывать не думая. Это ж надо - призывать питаться травой с фруктами и отказывать себе в таком удовольствии.
Вместо ответа Молдер взял салфетку и аккуратно вытер капельку жира с губы Скалли.
- Спасибо, - кивнула она.
Они сидели в уютном кафе на одной из центральных улиц города. Шериф Мазеровски оказался прав: может, это и не самое фешенебельное заведение, но кормят здесь отменно. Скалли с сожалением посмотрела на пустую тарелку.
- Так что ты там, в Красном музее, хотел мне рассказать о переселенцах? - спросила она. - Я вообще не поняла про них ничего, кроме того, что они вегетарианцы.
- Я уже сталкивался с подобным учением, - терпеливо, словно послушной ученице, объяснил Молдер, разглядывая через стеклянную витрину довольно оживленную улицу. - Насколько я понимаю, эта община - часть лиги «Новая эра». Их философия основана на довольно старой идее, что, если человек окончательно потеряет надежду или отчается и захочет покинуть свою бренную оболочку, он становится совсем уязвимым и в него может вселиться новый дух.
- Новый просвещенный дух?
- Совершенно верно. А старая душа может оказаться, например, в теле коровы. Именно поэтому они все - вегетарианцы. Их логика идет еще дальше. Поскольку они считают, что старая душа может оказаться в любом живом существе, то не убивают даже тараканов… Согласно литературе их церкви, Авраам Линкольн был переселенцем, Михаил Горбачев, Уэйн Гретцки. Советники Никсона…. - Но не Никсон?
- Нет. Даже у них не хватает наглости утверждать, что Никсон был переселенцем. Хотя, надо признать, у них порой случаются чрезвычайно смелые заявления относительно природы и истории людей.
- Короче говоря, ты подписываешься под словами шерифа об их одержимости?
- Я не знаю, - честно ответил Молдер. - Теории придумывают философы, а защищают их и претворяют в жизнь - практики. Все зависит от конкретных людей.
- Почему тебя заинтересовало это дело? - в лоб спросила Скалли. - Я даже сформулирую вопрос иначе. Почему оно интересует тебя сейчас, когда ты поговорил с шерифом и ознакомился с документами, когда видел мальчика, когда сам побывал в этом Красном музее? Что тебя задело? Что здесь такого необычного?
- Положа руку на сердце, пока сам не понимаю, - он замолчал и снова бросил взгляд на улицу. - Хотя, ответь мне, что означают надписи черным маркером, одинаковые у всех трех пострадавших?
- Понятия не имею.
- Вот когда мы найдем разгадку, все разрозненные кусочки соберутся в единое целое, как в детской игре…
- А эти странные слова хоть как-то увязываются с религией Красного музея?
- Вполне возможно, что и напрямую, - пожал плечами Молдер- Постой, постой… Посмотри-ка туда.
Скалли, повинуясь его жесту, обернулась в сторону стеклянной стены, через которую просматривался большой участок улицы, освещенной электрическими фонарями и рекламными вывесками магазинов.
Перед одним из членов общины Церкви Красного музея разворачивалась машина. В ней сидели четверо молодых людей, явно уже испробовавших чего-то, крепче апельсинового сока.
Даже из кафе было видно, что член общины не намного старше своих визави и вряд ли владеет даром убеждения, чтобы успокоить развеселившуюся компанию. Но бежать он не собирался, готовясь терпеливо снести все предстоящие мучения во благо своей Церкви.
Молдер поставил чашку на стол, взял салфетку и встал.
- Так… - произнес он. - Кажется, приехали экстремисты. Проверим слова шерифа - доходит ли здесь дело до рукоприкладства. ..
Молодого человека в красных одеждах и в странном белом головном уборе, напоминающем чалму, обступили три парня примерно шестнадцати лет и одна девушка с длинными светлыми волосами.
- Эй, голова-подгузник!
- Ты сегодня коровку не доил?
- Молочка не попил?
- Эй, я с тобой разговариваю. Крепкий невысокий юноша в джинсовой жилетке и рубашке в крупную клетку легонько толкнул молчащего сектанта.
- Почему не отвечаешь, когда к тебе обращаются, ты, придурок?
- Лай ему, Рикки, дай! - подбодрила девушка и сделала большой глоток из маленькой пузатой бутылки с пивом.
- Чего ты молчишь? - все больше распалял себя Рикки. - В чем дело, а?
Молодой человек в красных одеждах приготовился к худшему, но к ним уже спешил Молдер, на бегу вытирая руки салфеткой.
- Ни в чем! Оставьте его в покое.
Все четверо дружно повернулись к наглецу, который осмеливается что-то приказывать им в их родном городе.
- Оставьте в покое человека. Отправляйтесь домой! - жестко приказал Молдер и повернулся к члену Красного музея: - Идите спокойно своей дорогой.
Молодой человек, приученный к строгой дисциплине, недоверчиво посмотрел на нежданного спасителя, возможно, вспомнил, что видел его сегодня в храме. И пошел, не убыстряя шага, хотя по его движениям чувствовалось, что больше всего ему сейчас хочется со всех ног броситься прочь отсюда и поскорее оказаться в родной общине, такой тихой и безопасной, где все ясно и просто, а что неясно, - объяснят «пастыры наши» и примут за него решение.
Молодые люди переводили взгляд с удаляющейся жертвы на своего предводителя. Но Рикки решил отпустить малую добычу, которая все равно никуда не денется, чтобы заняться более крупной рыбешкой, какой ему представлялся столичный пижон, явно оказавшийся здесь проездом.
- Мы тебя еще поймаем, морковка, - бросил вдогонку верующему долговязый черноволосый парень.
- В чем проблема? - поинтересовался Молдер.
- А тебя кто спрашивал? - осклабилась девица, и Молдер понял, что она не столько пьяна, сколько хочет такою казаться. - Никаких проблем нет!
- Кэт права, - ухмыльнулся четвертый юнец. - У нас никаких проблем нет.
- Четверо против одного? Я считаю, что это проблема.
Рикки смерил его оценивающим взглядом хозяина положения.
- Это, кажется, у тебя сейчас появятся проблемы, мистер.
Он приготовился нанести удар прямо в челюсть, чтобы умерить прыть наглеца. А приятели пусть добьют ногами.
- Молдер - - на помощь спешила Скалли. - У тебя все в порядке?
Все четверо перевели взгляд на новое действующее лицо. Женщина! Только этого не хватало. Рикки досадливо сплюнул себе под ноги и процедил:
- Валяй-ка ты отсюда, подобру-поздорову. Я сегодня добрый. И жену свою забери, а то опоздаете на автобус.
Скалли встала рядом с напарником и скромно поправила пальто, обнажив кобуру.
- У нее пистолет, - заметила Кэт.
- И что она, им застрелит что ли? - усмехнулся Рикки, но поза его уже не напоминала изготовившегося к победоносному удару боксера. - Пойду папе позвоню. Я думаю, ему интересно будет полюбопытствовать, есть ли у нее разрешение на этот пистолет.
- А кто твой папа? - поинтересовался Молдер.
- Шериф! - ответил подросток, надеясь удивить незнакомцев.
Молдер со Скалли переглянулись.
- Да, я думаю, ему будет интересно услышать о поведении своего сына, - согласился Молдер. - Час назад он утверждал нам совсем противоположное тому, что мы видели своими глазами.
- Рикки, идем отсюда! - сказал черноволосый…
Рикки смерил парочку недовольным взглядом. Естественно, его взгляд встретили спокойствием победителей.
- Рикки, поехали! - вмешалась девушка. - Мы же собирались на дискотеку!
Когда просит девушка, трудно отказать. Тем более, если противник явно не по зубам. Ругнувшись, Рикки направился к машине, толкнув по пути Молдера, - якобы случайно. Но желаемой реакции не добился, Молдер этого просто не заметил, рассматривая салфетку в руках.
Кэт уселась рядом с Рикки и обняла его, уткнувшись губами ему в шею. Остальные подростки тоже забрались в автомобиль.
- Придурки чертовы, заполонили город! Житья от них нет! - бросил Рикки на прощанье и резво тронул машину. Последнее слово осталось за ним.
Скалли и Молдер посмотрели вслед удаляющейся в автомобиле компании.
- Трудно отличить порядочного человека от негодяя, - произнесла Скалли. - Особенно, если на нем это не написано. Уверена, что завтра они послушно пойдут в школу, где считаются нормальными учениками, и все четверо любят животных, и, конечно, помогают старушкам переходить улицу.
Скалли постучалась в номер Моддера. Он, не спрашивая: «Кто там?» - почти сразу открыл дверь. Он был чисто выбрит и уже одет, только пиджак еще висел на стуле. Сам Молдер затягивал узел ярко-фиолетового галстука.
- Ты не отвечал на звонки, - вместо приветствия сказала Скалли.
- Я принимал душ. Что-то случилось? Скалли прошла в номер, прикрыв за собой дверь, и села на стул.
- Звонил шериф. Еще один подобный случай. Насколько я поняла, с нашей вчерашней знакомой - подружкой Рикки, Кэт. Кэтрин О'Лири, шестнадцать лет. Обнаружена рано утром в городском саду. Совершенно нагая, в депрессии и с той же надписью на спине черным маркером.
- У нее на спине было написано: «Он не виноват»?
Скалли подняла глаза, думая, что Молдер шутит над ее неудачной фразой, но он был совершенно серьезен. И она вдруг поняла, что слова: «Он не виноват» - совсем необязательно должны относиться к жертве, а могут подразумевать, например, Хозяина и Повелителя.
- Нет, - вздохнула она. - У нее была надпись, соответствующая ее полу. «Она не виновата».
- Где она сейчас?
- В городской больнице. Я полагаю, что, если ее состояние позволит, необходимо как следует расспросить ее.
- Черт, я собирался всю первую половину дня просидеть на телефоне. Слишком многое необходимо срочно выяснить и уточнить.
- В любом случае надо узнать результаты ее анализов. Что доводит молодых людей до такого состояния? Гипноз? Сильнодействующий наркотик?
- А ты не могла бы съездить в больницу и сама все выяснить? - с надеждой спросил Молдер. - Медицина ведь по твоей части.
- Хорошо, - кивнула Скалли. - Где тебя потом искать?
- Здесь, - - Молдер кивнул на стоящий на письменном столе телефон. - В самом крайнем случае - у шерифа. Или оставлю записку у портье.
- В таком случае, я воспользуюсь машиной.
- Конечно, держи ключи.
В больнице врач сказал, что девушке после промывания желудка и прочих процедур стало гораздо лучше и долго ее в больнице не задержат. Ей разрешили побеседовать с девушкой, обещая подготовить копии бланков с результатами анализов.
Накинув белый халат, Скалли вошла в палату. Приставила к кровати стул и села.
Девушка не спала, она повернула к гостье лицо и их взгляды встретились.
Скалли поразила перемена в выражении ее лица. Гарри Кейна она видела ПОСЛЕ. Эту же девушку она видела и ДО. Кто бы ни был этот злоумышленник, Скалли задушила бы его собственными руками. У шестнадцатилетней, вчера жизнерадостной девушки были глаза старухи.
- Здравствуй, Кэт. Меня зовут Дэйна Скалли, я специальный агент ФБР, отдел насильственных преступлений. Ты можешь мне рассказать, что вчера произошло? Начни с самого начала, любая деталь может оказаться чрезвычайно важной для расследования.
Вполне вероятно, девушка не узнала ее, а сама Скалли не собиралась ей об этом напоминать.
1 2 3 4 5 6