А-П

П-Я

 

Замечательный товар! Но если вам не нужны провокаторы, я могу вам предложить первоклассный экземпляр ренегата. Оставлен на комиссию. Имеет солидные рекомендации. Не угодно? В таком случае, может быть, вас заинтересует транспорт старых, выдержанных штрейкбрехеров? Каждый избит не менее четырех раз. Не угодно? Но, может быть...
Приказчик интимно понизил голос:
- Но, может быть, вам понадобится полдюжины хороших, испытанных и недорогих политических убийц? Имеем благодарственное письмо от господина Муссолини...
Господин в цилиндре озабоченно покачал головой.
- Это все хорошо... Парочку провокаторов и вагона два штрейкбрехеров вы мне, пожалуйста, пришлите... Да убийцу одного заверните, только не дорого. Но это все мелочи жизни! Мне нужны, видите ли, благонамеренные министры-социалисты, но, как бы вам сказать, не чуждые этакого... хе-хе-хе!.. Вы меня понимаете?
Приказчик вытянул руки по швам, засиял всеми цветами радуги и выпалил:
- Так точно, вашсиясь, понимаем! Наша фирма "Интернационал Второй и К°", идя навстречу растущим потребностям своих многоуважаемых клиентов, открыла у себя отдел по снабжению буржуазных государств первоклассными, скромными, покладистыми и уступчивыми министрами-социалистами. Незаменимая вещь при смене кабинетов! Лучшее средство для втирания очков рабочим массам. Имеются в продаже как поштучно, так и целыми гарнитурами, для полного оборудования кабинетов! С ручательством на шесть лет. По рабочему кредиту рассрочка...
- А ну-ка, покажите.
- Пожалте!
С этими словами приказчик быстро и ловко стал выбрасывать на прилавок связки министров-социалистов. Господин в цилиндре внимательно осматривал их, брал в руки, мял пальцами, нюхал и морщился.
- Попахивают они у вас что-то!
- Что вы, помилуйте... Самый свежий товар... На шесть лет ручаюсь.
- Ну уж и на шесть! Дай боже, чтоб на три месяца выдержали. Да и вид у них какой-то чересчур уж правый. Так от них и несет фашизмом.
- Правый-с? А вот сейчас полевее партию достанем. Прошу убедиться.
- Эти? А почему у всех у них на щеках кровоподтеки?
- А это... хе-хе... после парламентских прений.
- Молодоваты.
- Ничего-с! Молодые, да из мильеранних.
- Мне бы посолиднее что-нибудь.
- Вот есть другой сорт. Только подороже немного будут. Система "Макдональд". Его величество английский король очень одобряли.
- Гм... Пожалуй, я бы у вас взял дюжину этой системы. Только вы уступите.
- У нас без запроса. Себе дороже стоит. Не могу-с!
- Это мне-то, старому покупателю, вы уступки не делаете? В таком случае придется пойти покупать себе министров напротив - в фашистский кооператив. До свидания!
- Псс! Мусью, подождите. Так и быть. Я вам сделаю скидочку! Пятнадцать процентов... Забирайте! Митя, заверни господину дюжину министров системы "Макдональд". До свиданья-с. Честь имею кланяться! Заходите-с!
Господин в цилиндре направился к двери, но остановился и сказал строго:
- Но имейте в виду... Если они у меня испортятся через две недели, деньги обратно... Скандал устрою...
Оставшись один, приказчик уныло почесал затылок.
- Ох, не надеюсь я на этот самый товар. Как пить дать провоняются. А потом скандалу не оберешься. Уж лучше закрыть лавочку. Э-эх!
1924
ВОЙНА И МИР
Профессор Прянишников в
"Правде" справедливо отмечает, что
Доброхим в мирное время можно
отождествить с Агрохимом. Задача
руководителей и работников того и
другого - найти пути правильного
согласования их основных нужд.
Из газетных сообщений
Мы не хотим воевать.
Социализму противны убийства, насилия, кровь...
Уже давно мы ликвидировали внешние и внутренние военные фронты, навязанные нам мировой контрреволюцией.
Но мы продолжаем бороться на других фронтах:
На фронте промышленности.
На фронте культурном.
На фронте агрономическом.
Особенно на последнем. Так надо. Таковы требования момента.
Агрохимический отряд выступил на позицию.
Вокруг безбрежное поле. Куда ни глянь - золотая щетина колосящейся ржи. Ни облачка в синем небе. Солнце. Зной. Благодать.
Но нет. Это только на вид все благополучно. Невидимый враг притаился за каждой соломинкой, за каждым бугорком, в каждой норке.
Он не виден, но он грозит уничтожить урожай.
Командир Агрохима осматривает окрестности в бинокль.
Крестьяне-разведчики возвращаются с разведки.
- Товарищ командир, справа появились передовые летучие отряды саранчи. Суслики окопались по всей линии фронта.
- Дальше...
- В юго-восточном направлении поиски жучков кузьки.
- Дальше...
- По всему фронту наблюдается отсутствие дождя. Вчера были замечены тучи, но они прошли стороной.
Командир Агрохима берет трубку полевого телефона.
- Алло! Химическая батарея номер три! К бою. Прицел сто двадцать. Трубка сто двадцать. По саранче. Беглый огонь!
Послышался грохот пушек, и химическим дымом застлало тот участок горизонта, откуда надвигалась саранча.
- Алло! Взвод особого назначения. Немедленно затопить хлором окопы сусликов. Исполнено? Великолепно! Дальше. Алло! Суперфосфатный дивизион, приказываю продвинуться на сто верст вперед и закрепить за собой занятую территорию химическим удобрением.
В это время над полем битвы появилось облако. Оно быстро разрослось в тучу. Но ветер гонит его мимо. Дождя нет.
- Алло! Зенитная батарея. Дождевыми патронами по облаку. Огонь!
Со свистом пронеслись вверх снаряды зенитной батареи. В середине тучи вспыхнули взрывы, и послышался грохот. Вслед за тем блеснула молния, грянул гром, и живой, благодатный ливень хлынул на готовые для урожая поля.
Разведчики докладывали командиру Агрохима:
- Товарищ командир, передовые летучие отряды саранчи рассеяны дымом газовых батарей. Суслики выбиты из окопов и в беспорядке отступают. Жучок кузька сдался в плен. По вашему приказанию линия фронта удобрена суперфосфатом. По всей линии выпали обильные дожди. Урожай за нами.
Так мы ведем в мирное время войну на сельскохозяйственном фронте.
Иностранный шпион возвратился из СССР в свой штаб и был введен в кабинет военного министра.
- Ну как дела у большевиков? Готовятся ли они к войне?
Шпион неопределенно покрутил головой:
- Как вам сказать... Я не заметил, чтоб-бы особенно готовились к войне.
- Вы меня радуете. Чем же они заняты?
- Сельским хозяйством они заняты.
- О! Это очень хорошо. Ну и что же? Их занятия сельским хозяйством идут успешно?
- Чрезвычайно успешно, господин министр. Они отлично истребляют всяких полевых паразитов удушливыми газами. Суслики, кроты, жучки, саранча гибнут миллионами от их химических батарей. Урожай будет прекрасный.
- Я очень люблю прекрасный русский урожай! - с восторгом воскликнул военный министр, потирая руки. - Нам очень пригодится вкусный и питательный русский хлеб. Мы захватим этих наивных большевиков врасплох. Пока они будут заниматься своим сельским хозяйством, мы - пиф-паф! И никакого большевика. Немедленно же отдаю распоряжение об интервенции СССР.
- Да, но, - задумчиво сказал шпион, - эти большевики-варвары могут взять и начать травить нас из своих сельскохозяйственных батарей. А потом доказывай, что ты не суслик.
- Черт возьми, - сказал военный министр, - этого я не учел. Нет, положительно большевиков трудно обвести вокруг пальца. А жаль!
1924
НЕУРОЖАЙ НА... СУБСИДИИ
Публики было мало. Штук шесть.
Человек в чужом фраке сипло откашлялся и начал:
- Милостивые государи и государыни! Керенский я, Александр Федорович. Почему ж нет оваций? Очень странно. Можно сказать, народный трибун, вождь. Вот и мадам Кускова может подтвердить. Мадам Кускова!.. Она куда-то вышла. Хе-хе! Итак, продолжаю. По имеющимся у меня самым достоверным сведениям, в России начался небывалый, чудовищный голод. Сто миллионов населения накануне гибели... Виноват? Вы говорите, что это неправда? Нет, правда! Мне говорил один знакомый полковник. То есть как при чем здесь полковник? Вы, может быть, и генералов не признаете? Мадам Кускова может подтвердить. Честное слово! Ну, если не сто, так пятьдесят, во всяком случае! Ну, двадцать пять. Одним словом, господь бог покарал большевиков. Факт.
Керенский сделал круглые глаза и свистящим шепотом продолжал:
- А все потому, что эсеров и меньшевиков не послушались. Учредительное собрание разогнали. И Кускова может подтвердить... Итак, Россия накануне гибели. Я слышу стоны умирающих и карканье ворон, которые грозными стаями носятся над разоренной русской землей! И главное, что большевики, эти изверги и негодяи, отказываются от всякой заграничной помощи! Это ли не подлость! Посудите сами. Организовали бы мы здесь комитет помощи, привлекли бы американский капитал... То да се... А там, смотришь, АРА какая-нибудь выскочит... Меня бы назначили уполномоченным, мадам Кускову - заведующей финансами. Ну, там штаты всякие, оклады. Это само собой разумеется... А то, знаете ли, субсидий больше нигде не дают...
Керенский понизил голос:
- А главное - ин-тер-вен-ци-я! Вы понимаете? Вооруженное вмешательство. Это же шикарно! Шум, гром, блеск. Бенгальские огни и десять оркестров военной музыки. Знамена развеваются, штыки блестят, и я впереди, на белой лошади. Заметьте себе. И мадам Кускова может подтвердить.
Глаза Керенского сверкнули.
- Милостивые государи и милостивые государыни! Вы все, как один человек, должны требовать интервенции. Раз большевики не желают заграничной помощи, так мы сами должны устроить эту помощь. Верно я говорю?
Пауза. Молчание.
- Вы молчите? Ай-ай-ай! Не хорошо так индифферентно относиться к столь важному вопросу! Виноват? Вон там, в двенадцатом ряду, кажется, кто-то кричит, что, мол, русские вовсе не голодают и не нуждаются в заграничной помощи?
Керенский театрально возвел к небу руки:
- Хорошо! Допустим. Но я-то, я... Разве я не русский?
Он ударил себя кулаком в манишку:
- Как перед истинным богом, русский... И мадам Кускова может подтвердить. А разве я не голодаю? Верьте слову... Второй день ничего не ел... Если бы не мадам Кускова... Так... Эх, да что там говорить... Субсидий нет... Вы говорите, фрак? Разве это фрак? Прошу убедиться - на локтях дырки... Подкладка на портянки пошла... Укрываюсь я этим фраком заместо одеяла, вот что... Как перед богом... Пуанкаре подарил... на бедность...
Керенский встал на колени и заплакал.
- И вообще, жрать нечего... Помогите пострадавшему от неурожая... на субсидии...
Сконфуженная публика полезла за кошельками.
1924
ТИХАЯ ОППОЗИЦИЯ
Продолжение немецкими
социал-соглашателями мнимой оппозиции
имеет целью удержать действительную
энергию масс от настоящей борьбы против
реакции и Гинденбурга.
Из декларации ЦК Германской компартии
Приехав в Берлин, Гинденбург кряхтя вылез из вагона и вышел к встречавшему его "народу".
Оркестр грянул гимн. Послышались крики "гох!".
- Будьте покойны, господин президент, - услужливо изгибался Лютер, обходя вместе с Гинденбургом ряды встречавших. - Будьте уверены. Встреча как в лучших домах-с... не жалея затрат, так сказать. Весь великий германский народ в лице своих лучших представителей имеет счастье приветствовать своего обожаемого президента республики.
- Чего-чего? - раздраженно переспросил президент, приставив ладонь к уху. - Чего президента? Не слышу.
- Республики-с, - застенчиво пояснил Лютер. - Германской республики-с! Республика ведь у нас, ваше превосходительство. Даже в газетках насчет того было пропечатано. Не изволили читать?
- Не читаю газет, - буркнул сердитый старик. - Не читаю. Ну да ладно. Посмотрим, что у вас тут за республика. Показывайте.
- Вот-с доблестный отряд рейхсвера. Видите - и знамена у них даже трехцветные. Все честь по чести. Вот-с фашисты. С палками. Честь по чести. Вот-с правые депутаты-с. Видите, как орут? Все в полной исправности, вашсиясь... не республика, можно сказать, а клад. Честь по чести...
- А это кто такие? - вдруг строго заинтересовался президент, останавливаясь.
- А это-с оппозиция!
Президент густо побагровел.
- Чего-чего?
- Оппозиция, господин президент... Да вы не извольте беспокоиться: социал-демократы все. Свои парни... Видите, как приветствуют? Фашистам сто очков вперед дадут. Честь по чести.
- Гм... А зачем же все-таки оппозиция?
- А как же-с! Помилуйте! Как в лучших домах. Ежели республика, значит, и оппозиция. Свобода, - значит, равенство и прочее. Хе-хе! Да вы подойдите к ним, вашдитство, поговорите. Они любят, когда с ними начальство разговаривает.
- Здорово, ребята!
- Здрав-желай-ваш-дит-ство! - хором ответила оппозиция.
Гинденбург ткнул в одного из оппозиции пальцем и спросил:
- А что это у тебя, братец, на палке?
- Знамя оппозиции, вашдитство, социал-демократическая газета "Форвертс".
- Ага... гм... Германию любишь?
- Так точно, вашдитство, люблю!
- Молодец. Продолжай в том же духе.
- Рад стараться!
- А как зовут твоего императора?
- Его величество Вильгельм Второй, Гогенцоллерн!
- Правильно. Начальство уважаешь?
- Уважаю.
- То-то! Начальство, братец, надо уважать. Какого полка?
- Второго интернационального.
- Кормят хорошо?
- Так точно!
- Ни на что не жалуешься?
- Никак нет!
Гинденбург растроганно высморкался и, смахнув маршальским жезлом со щеки большую красивую слезу, воскликнул:
- Молодцы, ребята! Ей-богу, молодцы!
- Р-р-рады стараться, ваш-дит-ство!! - гаркнули молодцы.
- А вы говорите - оппозиция, - подобострастно прошептал Лютер. - Будьте уверены. Как в лучших республиканских домах-с. Денег не жалеем.
Радостно сияло солнце. Было тихо, но весело.
1925
АНТИСОВЕТСКИЙ БЛОК
Затея с антисоветским блоком не
выгорела. Противоречия, взаимные
споры и внутренние заботы отдельных
держав не дали им объединиться в
общем выступлении.
"Известия"
- Господа! - сказал Чемберлен. - Мы собрались сюда для того, чтобы выработать окончательные меры удушения - не к ночи будь сказано - Союза ССР. Только действуя по строго обдуманному плану, солидарно и дружно, мы сможем раздавить большевиков. Возражений не имеется?
- Не имеется! Не имеется! - хором подтвердили Пенлеве, Муссолини, Келлог, Штреземан и прочие.
- Великолепно! - воскликнул Чемберлен. - В таком случае не будем терять драгоценного времени и приступим к делу. Кто желает высказаться?
- Я желаю высказаться, - бойко встал американец Келлог. - Прежде всего надо составить план...
- Ви-но-ват! - забеспокоился француз Пенлеве. - Виноват, прошу без намеков!
- И никаких тут намеков, - смутился Келлог. - Дайте досказать, какой план...
- Нет-с, уж вы, будьте любезны, не досказывайте. Знаем мы, какой план. План Дауэса небось для Франции? Знаем, знаем. Этот номер не пройдет.
- Господа, прошу без личных выпадов. Призываю вас к порядку. Беру слово для внеочередного заявления: дело в том, что куда-то румын исчез, боюсь, как бы он из передней шубы не унес, вы, господа, за ним посматривайте. Ну-с, кто еще желает высказаться?
- Разрешите мне, - сказал Пенлеве. - Как представитель великой Франции, заявляю, что прежде всего надо заставить СССР заплатить долги. Это безобразие, когда не платят долгов!
- Да, ужасное свинство, - заметил Келлог.
- Виноват. Вы, кажется, что-то сказали?
- Вот именно, сказал, что свинство не платить долгов.
- Это намек?
- Хорошенький намек, ежели некоторые державы набрали в кредит миллиардов на пять, а потом и хвостиком прикрылись.
- Прошу оградить меня от неуместных выпадов! - закричал Пенлеве, багровея. - Можете подавать в суд. Суд разберет.
- Можно и без суда, - сипло заметил Цанков, небрежно играя веревкой.
- А вас не спрашивают. Молчали бы лучше. Наделали делов, а теперь веревочкой забавляетесь. Тоже хорош гусь! Чуть было всех не закопал. Повеса несчастный!
- Господа! Внеочередное заявление! Где румын?.. Ах, виноват, вот он... Вы посматривайте за ним все-таки. Ну-с, кто следующий?
- Я бы хотел, - прошептал Штреземан, - предложить как можно скорее снять...
- И не предлагайте, - прервал его Чемберлен, - все равно не снимем.
- Да нет, я бы предложил сначала снять...
- Не снимем! Не снимем! И не заикайтесь. Сегодня с вас снимешь военный контроль, а завтра Гинден...
- Да нет же! Скатерть со стола предлагаю снять. А то вот они как-то подозрительно смотрят. Того и гляди, сопрут-с.
- Кто они?
- Они-с. Малая Антанта-с. Хи-хи.
- Следующий!
- Господа! Внеочередное заявление! У меня портсигар свистнули. Где румын? Уже нету. Только что тут крутился! Простите, я сейчас...
- Э, нет! Уж вы, будьте добры, посидите, а то, как некоторые, наберут на память миллиардов в кредит до среды, а потом ищи ветра в поле.
- Господа, призываю вас к порядку. Кто следующий?
- Я, - заявил Муссолини. - Деловое предложение. Предлагаю СССР вывозить в Италию хлеб, а то Америка берет втридорога!
- Пр-р-рошу без намека.
- Господа, мне кто-то дал по морде.
- Тише! Тише! Не все сразу! У кого еще заявления?
- У меня заявление: румын шубы унес. Бежим!
И шумной толпой антисоветский блок в полной согласованности и солидарности выбежал на улицу.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42