А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 


Розалин подвинулась к нему еще ближе и сделала глоток шампанского; тем временем по экрану уже поползли титры и заиграла привычная мелодия.
Часа через полтора «Ультема» сумела предотвратить столкновение планет, которое, доведись ему произойти, уничтожило бы сразу три разумные расы инопланетян. Одна из этих рас пришла в ярость, разозлившись, что ее лишили такой славной судьбы – стать ангелами во вселенском апокалипсисе, – и атаковала корабль, пытаясь уничтожить его каким-то дьявольским оружием. Трое членов экипажа погибли незадолго до конца эпизода, причем двое из них совсем незадолго до этого успели обручиться.
– Семь членов экипажа всего за три эпизода, – произнес Лоренс и поморщился. – Столько же, сколько за всю четвертую серию.
– Какая жалость! – Розалин плотно сжала губы, чтобы не рассмеяться, и попыталась придать лицу серьезное выражение. – Ну как такое можно было допустить!
– Бесполезно, здесь уже ничего не поделаешь.
– Бедняжка!
Розалин, игриво извиваясь, забралась на Лоренса и накрыла его губы поцелуем.
Но тот не откликнулся на ее ласки. И тогда Розалин громко расхохоталась.
– Извини, я не знала, что ты принимаешь все так близко к сердцу.
– Я когда-то принимал все близко к сердцу. Когда я был младше, экипаж «Ультемы» служил мне примером для подражания. Эти парни значили для меня все. Для меня это все равно что встретить старых друзей, я до сих пор люблю эту постановку, хотя воспринимаю все гораздо спокойнее. Ты показала мне, что жизнь не сводится к виртуальным играм, в ней есть еще очень много всего! И все равно это чертовски увлекательная штука!
– Ах, Лоренс! – Розалин повернулась, чтобы бросить на экран полный раскаяния взгляд. – Какая я все-таки бесчувственная! Порой я просто забываю, что мы с тобой совершенно разные.
– Ну-ну, не надо. – Он нежно погладил ей спину. – Никакая ты не бесчувственная.
– Разве что по отношению к Алану.
– Ну, это не бесчувственность, скорее это было просто смешно, – не удержался и съязвил в адрес товарища по команде Лоренс.
– Верно. – Розалин легла рядом, ее лицо было буквально в нескольких сантиметрах от него. – И вообще ты прав. «Путь к горизонту» – не худший пример для подражания для подростка.
– Но, кажется, я из него вырастаю. Подумать только, я буду изучать в университете системы управления бизнесом! Как это далеко от того, чем бы я хотел заниматься в жизни.
– Неправда. Командирские способности нужны везде, в любом деле, что бы то ни было. А вообще было бы здорово, если бы в один прекрасный день ты передумал и прошел курс подготовки боевого офицера!
– Ха, ну ты сказала! Чего ради? Отец говорит, что теперь мы обслуживаем только коммерческие рейсы. Нет, если уж на то пошло, я и сам об этом мечтал! Видел себя этаким покорителем галактик, раздвигал границы обитаемых миров. Увы, теперь все закончилось и, похоже, больше не повторится.
Розалин поднялась на локте и посмотрела ему в глаза.
– Вот чего я никак не могу в тебе понять. Ты постоянно твердишь о том, как ненавидишь компанию «Макартур» за то, что она свернула разведывательные программы, а потом заявляешь, что тебе ничего не надо. Что ты готов остаться здесь, чтобы работать на благо Амети и компании. Знаешь, это уже попахивает раздвоением личности, прямо-таки шизофрения какая-то.
– Ты о чем?
– Если не можешь делать здесь то, чем хотел бы заниматься, тогда уезжай и попробуй себя где-нибудь в другом месте.
– Это в каком другом месте?
В ее глазах читалось недоумение.
– Как в каком? На Земле, там еще сохранились с полдесятка флотилий космической разведки. Можно подумать, тебе об этом неизвестно.
Несмотря на тепло постели, на тепло ее тела, на приятное опьянение от шампанского, Лоренсу неожиданно стало холодно, он весь напрягся. Нет, такого просто не может быть, Розалин ошибается. Это противоречит всему, что он знает, чем жил с того самого злосчастного дня, когда погубил толстых червей.
– Что ты сказала?
– То, что ты должен вернуться на Землю и поступить на работу в другую компанию, если тебе это по-прежнему небезразлично.
Лоренс схватил ее за руку и крепко сжал.
– В какую еще компанию, черт побери?
Розалин пристально посмотрела сначала на руку, а затем ему в глаза.
– Извини. – Он отпустил ее руку. Неужели он чем-то напуган? Лоренс не мог с уверенностью сказать. – Какую компанию? Ты хочешь сказать мне, что кто-то до сих пор держит флот космической разведки?
– Разумеется! «Альфастон», «Ричард-Монтана», «Квамото» и «Зантиу-Браун». На сегодняшний день «Зантиу» – крупнейшая компания по исследованию галактики. Конечно, нынешние флотилии по размеру не идут ни в какое сравнение с теми, что были когда-то, пока не началось это повальное безумие по извлечению прибыли. И тем не менее они по-прежнему посылают звездные корабли исследовать новые миры. А у «Зантиу-Браун» есть даже собственные колонии.
– Ты хочешь сказать, что кто-то до сих пор основывает колонии? – Голос Лоренс упал едва ли не до шепота.
– Разумеется. Можно подумать, тебе самому это неизвестно.
– Нет.
– Черт! – Розалин с тревогой посмотрела на него. – Лоренс, я…
– Мне нужна полная выборка из базы данных, – Лоренс спокойным голосом отдал распоряжение ИР, – вся доступная информация по текущим галактическим исследованиям, в частности, о деятельности таких компаний, как «Альфастон», «Ричард-Монтана», «Квамото» и «Зантиу-Браун».
– По текущим галактическим исследованиям файлы не найдены, – мгновенно доложил ИР. – Вся имеющаяся информация о текущих межзвездных полетах касается коммерческих рейсов и деятельности по извлечению прибыли.
Услышав отчет ИР, Лоренс презрительно фыркнул, но уже в следующее мгновение ярость уступила место растерянности.
– Он мне лгал. Черт возьми, они мне лгал, этот мерзавец.
– Лоренс. – Розалин робко потянулась к нему и положила руку на плечо.
– Весь мир – одна огромная ложь. Все, что я делаю, – ложь. Нет ничего такого, что было бы правдой! – Не замечая боли в мышцах, Лоренс вскочил с кровати, словно с раскаленной сковородки. – Я бы уже сейчас мог заниматься любимым делом. Мог бы отправиться на Землю и поступить в военную академию и стать офицером. А вместо этого? Я буду изучать курс менеджмента! Вот на что я буду гробить свою жизнь! Черт, а я еще радовался, когда меня зачислили, я даже отпраздновал это событие! Отпраздновал! Тоже мне праздник!.. – Он взмахнул кулаками, явно не зная, на ком ему выместить свою злость. Или на чем. Но, черт возьми, было в этой ярости и что-то приятное, словно с глаз его спала пелена.
– Лоренс, успокойся!
– Ну почему? – вскричал Лоренс. – Я был спокоен целых четыре года. Именно этого он от меня хотел! Этот кусок дерьма! Вот почему «Макартур» все подстроил так, чтобы все вокруг были такими тихими, такими милыми, такими послушными, чтобы безропотно выполняли чужие распоряжения – и все ради того, чтобы акции росли в цене!
– Лоренс, прошу тебя! – Розалин была на грани слез. – Прекрати.
Боль в ее голосе лишила Лоренса последних сил к сопротивлению. Нет, нельзя допустить, чтобы Розалин страдала, только ради этого он готов и дальше вести свою никчемную жизнь.
– Хорошо, ты права. Ты здесь ни при чем, так что это не твоя вина. – Лоренс принялся кругами расхаживать по комнате, словно сам не знал, что ищет. Одно он знал точно – это «что-то» находится не здесь. – Мы уезжаем. Собирай вещи.
– Лоренс? Но почему?
– Так нужно. – В его голосе звучала едва ли не мольба. – Розалин, он мне лгал. Боже, как он лгал – он фальсифицировал весь мир вокруг меня. Он топтал все мои желания, насмехался над всем, что мне было дорого. Неужели ты не можешь этого понять?
Розалин неуверенно кивнула.
– И что ты намерен делать?
– Попросить его… нет, заставить его сказать мне правду. Я хочу знать, примут ли меня с дипломом университета Амети в офицерскую академию другой компании. Я хочу знать, как можно туда попасть. Во сколько мне это обойдется. В общем, я хочу знать все.

В аэропорте Темплтона они поймали такси. Лоренс велел ИР-водителю, чтобы тот сначала высадил Розалин возле ее купола, а после этого отправился в имение Ньютонов. Когда он наконец прибыл домой, была уже вторая половина дня по темплтонскому времени. В общей сложности дорога заняла двенадцать часов. Пересадки с самолета на самолет прошли довольно гладко. Авиакомпании привыкли к тому, что туристы покидают курорт раньше времени. Как правило, причиной тому были полученные на снежных склонах травмы, которые препятствовали дальнейшему катанию на лыжах. Так что списки пассажиров уточнялись едва ли не каждый час, в них постоянно включались новые имена.
Когда Лоренс шагнул под своды главного купола их поместья, над ним горели яркие огни дневного света, заполняя обширное пространство слепящим сиянием. Солнце уже несколько дней назад село за горизонт Темплтона. Почему-то искусственное освещение показалось Лоренсу каким-то противоестественным, словно инженеры задействовали спектр совершенно не той звезды.
Он шел по мощеной дорожке, и вокруг в разные стороны тянулись тусклые тени. Вьющиеся розы, которые обвивали столбы, уже начали увядать, роняя на землю красные и золотистые лепестки. Лоренс продолжал шагать вперед. Вскоре до его слуха донеслись радостные вопли братьев и сестер – они играли где-то неподалеку на лужайке. Чтобы не попасться им на глаза, Лоренс свернул направо в конце высаженной кустами роз аллеи и зашагал по направлению к дому. Ему не хотелось, чтобы кто-то узнал о его возвращении. Как это ни странно, но он по-прежнему считал своим долгом оберегать младших сестер и братьев. Они были еще слишком юны, чтобы знать, что на самом деле представляет собой их отец. Зачем посягать на наивные детские души! Такое блаженное неведение – слишком большая ценность, чтобы разрушить ее в припадке ярости.
На гравийной дорожке возле дома уныло расхаживала пара павлинов. Они даже не подали голоса, когда Лоренс прошел мимо них к одной из неприметных дверей, ведущих в заднюю часть дома. Внутри было тихо. Впрочем, так всегда бывало в эти часы, когда прислуга уже управилась со своими делами, а подрастающее поколение отводило душу на улице. Когда-то Лоренс любил это время дня – оно дарило ему возможность побыть наедине с самим собой. Ему нравилась тишина, торжественная, как в мавзолее. Воздух вокруг, казалось, застыл на месте, теплый и слегка пыльный. Лоренс поднялся по главной лестнице; в высокие окна улицы проникали розоватые отблески. Когда он поднялся на площадку, из кабинета донеслись негромкие голоса. Лоренс ожидал, что в этот час отец будет дома, но вот то, что у него гость, показалось Лоренсу весьма странным.
Дверь была слегка приоткрыта. Стараясь не шуметь, Лоренс на цыпочках подкрался ближе. Один из присутствующих в комнате – его отец. Лоренс моментально узнал приятный, уверенный голос. Второй принадлежал женщине. Лоренс подумал, что это Миранда, их последняя няня, сногсшибательная красотка лет двадцати двух – двадцати трех.
– … даже по-настоящему не покатались с гор? – удивленным тоном произнес его отец. – Да эта парочка должна была провести там всю неделю. Черт побери, когда они вернутся, он на ногах не будет стоять. Боюсь, придется высылать за ним вертолет «скорой помощи».
Миранда хихикнула.
– Ты этого и добивался, насколько мне помнится.
– Это точно. Девица отлично выполняет свою работу. И главное, за малые деньги. А ее ножки! Ты их видела?
Свою работу? Слова эхом отозвались в мозгу Лоренса. Свою работу?
– Конечно, видела, – произнесла Миранда. – Тебе они тоже нравятся?
– Нравятся. Еще как нравятся! Я заплачу ей кругленькую сумму, чтобы потом с месячишко побыть с ней самому.
– Что? С его подружкой? Это уже извращение, Дуг. Кроме того, бюст у меня будет побольше, чем у этой девчонки. Ты же сам говорил, что тебе нравится моя грудь. Причем не раз.
– Ну и что? Я возьму вас обеих. Представляешь, как мы развлечемся втроем!
– Втроем?
– Ну да! А что в этом такого? Втроем, скажу я тебе, – это нечто! Эх, посмотрю на вас обеих, как вы будете возбуждать друг друга. А потом и сам присоединюсь к вам.
– Что ж, думаю, мне понравится. Тем более что Розалин – такая куколка! Было бы здорово заняться с ней сексом. Уверена, если нажать на правильные кнопочки, она растает, заведется в два счета.
Не прозвучи имя Розалин, Лоренс решил бы, что речь идет о ком-то еще. Нет, это просто какое-то жуткое, чудовищное совпадение. Кто-то другой отправился в горы покататься на лыжах. Какая-то другая девушка, приглянувшаяся его отцу. Кто-то другой. Не они с Розалин. Нет, нет, только не она!
Дрожащими руками Лоренс толкнул массивную деревянную дверь. Отец его сидел за рабочим столом, Миранда устроилась прямо перед ним. Спереди ее платье было расстегнуто, отчего наружу вывалилась пышная грудь. В правом соске поблескивал бриллиантовый глазок пирсинга. Отец языком ласкал розовый бутон соска. Услышав, что кто-то вошел, он с видимым раздражением оставил свое занятие и поднял глаза на дверь. Перед ним стоял Лоренс.
Миранда испуганно ахнула и поспешно поправила платье.
– Лоренс?!
Впервые в жизнь Лоренс видел отца растерянным. Нет, шок и вина никак не сочетаются с этим самоуверенным лицом.
– О черт! Мы тут говорили…
– Неужели? – спокойным тоном спросил Лоренс, чем удивил самого себя. – И о чем же? Что все не так плохо, как я думаю? Ты это мне хотел сказать?
Пока Лоренс говорил, Дуг Ньютон успел взять себя в руки и даже изобразил улыбку.
– Вряд ли. Боюсь, что не смогу.
– Ты заплатил ей.
– Ну, все несколько сложнее, чем тебе кажется.
– И насколько сложнее? Сколько ты ей заплатил?
– Лоренс…
Лоренс в три шага пересек комнату и встал рядом с отцовским столом.
– Признавайся, ты заплатил Розалин, чтобы она переспала со мной?
Дуг отшатнулся, лицо его было перекошено яростью.
– Послушай, а что еще тебе светило? Школьные оценки хуже некуда. Друзей нет. Психиатр сказал, что твое эмоциональное состояние на грани душевного расстройства, что ты не в состоянии существовать в реальном мире. Я был не на шутку встревожен. Я как-никак твой отец, и этим все сказано.
– И потому ты купил для меня шлюху.
– Сынок, ты должен понять, какие возможности предоставляет Амети таким, как ты. Мне было бы жаль, чтобы ты их не использовал. К тому же Розалин действительно привязана к тебе. Можешь называть ее как угодно. Можешь злиться на меня за то, как произошла ваша встреча. Согласен, история не совсем красивая. Но посмотри правде в глаза. Ведь она сделала из тебя человека. Ты первый ученик в классе, ты играешь в команде высшей лиги, все стремятся завязать с тобой дружбу. Она показала тебе, что Амети стоит того, чтобы здесь жить. Клянусь, я не лгал, когда говорил тебе, что горд всем тем, чего ты достиг.
– А я и не сомневаюсь. Я стал именно таким, каким ты хотел меня видеть. Одного не могу понять, зачем ты вообще позволил мне родиться? Почему ты просто не клонировал самого себя?
– Успокойся, сынок, успокойся. Понимаю, тебе сейчас нелегко. Черт, я даже не предполагал, что она вскружит тебе голову.
– Что в этом удивительного, ты ведь сам сказал, что неравнодушен к ней. Что же тогда взять с такого хлюпика, как я?
– Лоренс, уверяю тебя, со временем ты научишься воспринимать вещи гораздо спокойнее. Хотя, с другой стороны, – Дуг устало пожал плечами, – ты наверняка меня возненавидишь. Ничего, как-нибудь я это переживу, потому что уверен, что поступил правильно.
– Нет, отец, ты поступил неправильно, – произнес Лоренс, повернулся и вышел из комнаты.

Лоренс не знал, как он попал сюда. Он не знал, когда он попал сюда. Но чуть позже, в тот же самый день, на той же самой неделе и в тот же самый год, он стоял под дверью квартиры семейства О'Киф. Когда же он наконец понял, куда принесли его ноги, понадобилось какое-то время, чтобы набраться мужества и постучать в дверь.
Постучал он еле-еле слышно, скорее поскребся о дверь костяшками пальцев. Затем чуть громче, после чего принялся колотить кулаками в дверь, рискуя выбить ее.
– Открывай! – закричал он. – Немедленно впусти меня!
Затем он услышал, как щелкнул замок, и перестал стучать. Кулаки саднили. Костяшки пальцев были содраны в кровь.
Дверь открыла Люси О'Киф.
– Лоренс? Это ты! – сказала она и как-то вся обмякла, словно в раскаянии. – Твой отец уже звонил мне. Он сказал…
– Где она? – прорычал Лоренс.
– По-моему, так нельзя…
– Где она? …
Розалин легонько оттолкнула мать в сторону. По всей видимости, она плакала, потому что глаза ее были красны от слез.
Никогда еще она не казалась ему такой ранимой и такой прекрасной. Лоренс потерял дар речи. Да и что он мог сказать в эту минуту? К чему слова, если ему наконец стала известна правда.
Он молча направился к лифту.
– Лоренс! – Розалин вышла из квартиры, следуя за ним по пятам. – Лоренс, прошу тебя, не уходи.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101