А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 


– Только не знаю, на каком станке будем вытачивать детали, – честно предупредил землянин. – Токарь из меня неважный.
– О деталях не беспокойся, детали технари изготовят, – жестко ответил долок, и стало ясно, что Визброй взял это дело под личный контроль и намерен довести до победного конца, а потому все его команды должны выполняться беспрекословно. – Пока мы в полете, тебе поможет борт-инженер, а на Ратуле подключим Инженерный Центр – там любую машину сварганят. Взрывчатые вещества подберут специалисты из Департамента Вооружений, в их лабораториях можно синтезировать все, что угодно. Если оружие окажется эффективным, ты можешь рассчитывать на крупное вознаграждение – не меньше пятидесяти тысяч… Что это?!
Проследив направление его взгляда, Шестоперов увидел в глубине обзорного стереокуба стайку стремительно перемещавшихся черточек. Он снова надел «Блеск», чтобы рассмотреть объекты при максимальном увеличении.
– Похоже на торпеды, – доложил Кузьма Петрович спустя полминуты. – Идут нам наперерез со скоростью сорок два узла. Дистанция…
– Не туда смотришь! – оглушительно рявкнул пилот. – Три деления влево, одно – вниз. Пара фрегатов… – И он проревел в коммуникатор внутренней связи: – Общая тревога! Всем занять места по боевому расписанию!
Хлопнули лепестки дверной диафрагмы, и Визброй вихрем вынесся в коридор. Рин уже сидел за пультом второй пушки и отдавал приказания младшему огневику. Отсеки и переходы «Лабиринта» заполнились сигналами сирены.
– Держи в прицеле второго мателота, – скомандовал фитаклид. – Бортовой номер – «Единица – двести шесть».

Шестоперов аккуратно окружил прицельными колечками изображение фрегата, после чего включил автоматическое сопровождение цели. Только после этого он позволил себе на мгновение расслабиться и, оторвавшись от «Блеска», бросил взгляд на голографическую панораму. Стремительные кораблики, на которые он обратил внимание вначале, приняв их за торпеды, внезапно изменили курс, устремившись на сближение с фрегатами.
– Это их союзники? – невольно вырвалось у Кузьмы Петровича. – Или враги?
– Это фошкоры, космические хищники, животные… – проскрипел Рин, почти не разжимая половинки клюва. – Не отвлекайся на них – следи за главными объектами.
Предупреждение оказалось своевременным. Фрегаты выполнили маневр и теперь двигались на сближение с «Лабиринтом». Земляника охватил боевой азарт, знакомый еще со времен пилотской юности. Нога нащупала педаль спуска.
Расстояние, отделявшее «Лабиринт» от фрегатов неизвестного противника, постепенно сокращалось: 8 световых лет… 7… 6… 5…
– Тревога первой степени! – загремел из динамика голос Гаффая. – Потенциальный противник имитирует атаку. Огонь без команды не открывать – я попытаюсь оторваться от погони на форсажном режиме.
Хлеставшие из дюз рейдера потоки тахионной субстанции стали вдвое длиннее. Скорость «Лабиринта» возросла до двадцати восьми с половиной узлов, но фрегаты без всякого форсажа делали на четыре узла больше и продолжали настигать «свободных торговцев», хотя теперь дистанция сокращалась помедленнее: 4,8… 4,6… 4,5… 4,4…
На бортовой броне «своей» мишени Шестоперов разглядел намалеванную рядом с номерным знаком эмблему – круг, разделенный на семь секторов, раскрашенных в разные цвета – красный, желтый, синий, оранжевый, черный, зеленый, белый. Землянин вспомнил, что в день первой встречи Миран продемонстрировал ему среди прочих и этот опознавательный знак, однако Кузьма Петрович так и не удосужился узнать, какая держава украшает свои корабли таким символом.
…4,2… 4,0… 3,8… 3,7…
Неприятель приближался, но был еще слишком далеко, чтобы рейдер мог огрызнуться залпами бледных тахионов. Установленные на «Лабиринте» пушки 6-го калибра, или попросту «шестерки», имели дальнобойность в половину светового года. Шестоперов слышал, что бывают еще «восьмерки» и «десятки», а также сверхмощные орудия 16-го калибра, бьющие чуть ли не на пять световых лет. Знать бы, какие пушки у преследователей…
Его мысли словно передались старшему огневику.
– Настырные попались, – злобно прошипел фитаклид. – Знают, что в этом секторе нас прикрыть некому… Петрович! Дальше четырех десятых не стреляй – все равно у них пушки третьего калибра, мы их по дальнобойности превосходим почти вдвое. Ударим наверняка.
Тут-то и пришла неожиданная подмога. Стая фошкоров, выполнив разворот «Все вдруг», устремилась лоб в лоб на фрегаты, число которых увеличилось до шести. Чтобы избежать столкновения, корабли вынуждены были затормозить и нарушить строй.
У кого-то из командиров или комендоров не выдержали нервы. Сверкнули выстрелы неприятельских «троек», один из фошкоров превратился в тающее облако плазмы. В ответ сразу четыре зверя бросились на открывший огонь фрегат, из торпедообразных тел ударили ослепительные бело-фиолетовые ветвящиеся молнии – и грозный боевой корабль медленно развалился на куски.
Уцелевшие, не ввязываясь в бой с космическими хищниками, поспешно отступили. Фошкоры не стали преследовать флотилию, но окружили обломки разбитого фрегата. Вскоре этих обломков не стало видно даже при самом сильном увеличении.
– Все, сожрали! – Рин передернул плечами. – Жуткие твари… Хорошо, хоть на нас не нападают.
Из коммуникатора донесся голос сидевшего в рубке Туба Ролиануса:
– Мало того, они нас уже второй раз защитили. Помните тот случай возле…
– Отставить разговорчики! – проревел Визброй. – Тревогу никто не отменял! Курс – прежний, убрать форсаж, всем оставаться на местах.
В разговор включился Гаффай, заметивший вполголоса:
– А все-таки странно… В прошлый раз фошкоры действительно оттерли от нас бустафонскую флотилию… Кстати, должен объявить замечание пилоту. Нервишки следовало бы держать под контролем.
– Виноват, командир, – втрое тише прежнего откликнулся Визброй. – У меня еще горячка этой погони не схлынула.
«Тяжкая житуха у космических купцов», – подумал Шестоперов. Он почти не сомневался, что был свидетелем нападения пиратов, которые собирались пограбить одиночный торговый транспорт.

Тревогу отменили только часа через три. К этому времени фрегаты, пытавшиеся перехватить рейдер, отодвинулись на полсотни световых лет и продолжали удаляться. Стая хищников, которых Шестоперов мысленно прозвал «космическими акулами», мирно следовала в кильватере «Лабиринта», не проявляя желания сблизиться с ратульским кораблем.
Потом фошкоры куда-то свернули, и даже самые чуткие локаторы не могли их обнаружить. По этому поводу Гаффай изрек: дескать, зверюшки, закусив фрегатом, насытились и завалились спать на какую-нибудь ледяную планетку.
После отбоя «Лабиринт» сбросил скорость до двадцати пяти. Выполнив в уме несложные подсчеты, Кузьма Петрович пришел к заключению, что через пару дней они достигнут Ратула. Если, конечно, не будет новых, более успешных нападений…
– Рин, кто это нас атаковал? – спросил он. – Наверное, фрегаты были с Тинборда?
– Если бы, яйца их всмятку! – Пернатый огневик свирепо нахохлился. – Это опять показала зубки пограничная стража Бустафонира. Подонки охотятся за нами, и однажды дело дойдет до серьезной драки!
– Что за новости? – удивился землянин. – Я вроде бы начал разбираться в вашей политической космографии, но про таких что-то не слыхивал. Конфедерацию знаю, Ратул, Тинборд. А вот Бустафонир…
Фитаклид, вздохнув, ударился в объяснения:
– Ты, наверное, слышал, что после войны бывшая Маванорская Империя выродилась в Конфедерацию долоков, включающую пять относительно самостоятельных государств-автократий. А именно: Маванор со столицей на планете Маван, в прошлом – центральная провинция Империи, затем – Сонсо-Вэцар, Чилдешир, Крандуар и, наконец, самый сильный на сегодня член Конфедерации – Бустафонир, столицей которого является трижды проклятая планета Бустафон. Понятно?
– Не совсем, – признался Шестоперов. – Если так, то выходит, что эти самые бустафонцы – тоже долоки, то есть соплеменники нашего командира, а также пилота и механика… Правильно?
– Умница, быстро соображаешь, – покивал Рин, оглаживая рудиментарное оперение. – Чувствуется военная закваска старой школы.
– Тогда спрашивается: какого дьявола долоки-бустафонцы пытались атаковать мирный торговый корабль, которым командует такой же долок, как они? Насколько мне известно, Ратул не воюет с Конфедерацией, а стало быть – и с Бустафониром.
Фитаклид долго не отвечал, пристально разглядывая Шестоперова. Во взгляде своего непосредственного начальника Кузьма Петрович угадал не то смущение, не то опаску. Рин словно сомневался, сумеет ли землянин правильно понять новость, которую ему предстояло услышать. Наконец старший огневик проговорил негромко:
– Во-первых, постарайся не говорить при Гаффае или Визброе, что они – такие же долоки, как бустафонцы. Это будет для наших рептилий смертельным оскорблением. Во-вторых… – Он сделал неловкую паузу, потом "все же решился продолжить: – Понимаешь, Петрович, если разобраться, мы – не такие уж «мирные торговцы», как тебе почему-то кажется… В конце большой войны, когда власть в Конфедерации оказалась в лапах бустафонских ублюдков, они заставили парламент объявить Ратул вне закона. С их точки зрения, мы – пираты.
– Только с их точки зрения? А с твоей?
– С моей? – Хирин Гзуг развел руками. – Возможно, они в чем-то правы…

Глава 3
Пиратские будни

Профессия эта относилась, несомненно, к древнейшим и отнюдь не во все времена причислялась к уголовно наказуемым. Пиратством промышляли, к примеру, прославленные античные герои вроде Ахилла и Одиссея, а Генри Морган и Фрэнсис Дрейк за успехи в славном деле морского разбоя получили от британских монархов дворянские титулы с адмиральскими патентами и почитались едва ли не национальными героями.
Пытаясь выработать собственное отношение к внезапно свалившейся на него дилемме – идти в корсары или гордо отказаться, – Шестоперов не без некоторой оторопи обнаружил, что его представления о пиратстве определяются, главным образом, привлекательной фигурой благородного морского разбойника капитана Питера Блада.
Какие же причины вынудили жителей Ратула заняться межзвездным террором, да и был ли это в самом деле террор? Миран и Гаффай подолгу беседовали с землянином, и постепенно Кузьма Петрович понял, что его симпатии по-прежнему остаются на стороне ратульцев.

Обширная зона галактической ветви, входившая в Маванор по названием Шестого Царства, включала около миллиона звезд, в том числе с десяток планет, пригодных для жизни. Эти миры были населены таренийцами, аксарами, фитаклидами, ремедами и другими народами, которые в разное время более или менее добровольно приняли подданство империи долоков. Область эта служила своеобразным буфером, отделявшим основные миры, населенные динозаврами, от Республики Тинборд – главного и, по существу, единственного соперника Маванора. Столицей Царства была избрана планета Тарен, а монархом здесь традиционно назначался крон-принц Маванорской династии.
В те самые дни, когда армии Брусилова прорвали австрийский фронт в Галиции, разразилась война между Маванором и Тинбордом. Естественный путь для наступающих тинборов лежал через Шестое Царство, и цветущий сектор Галактики, став ареной жесточайших сражений, на протяжении трех лет неуклонно превращался в пустыню. Под обстрелом ужасных орудий гибли планеты и взрывались звезды, ежегодные потери сторон зашкаливали за миллиард живых существ – главным образом, за счет гражданского населения уничтожаемых систем.
Огневые средства САОМ – сверхдальнобойной артиллерии особой мощности (или, проще, «звездометы», они же «звездные пушки») – гигантские, в миллионы километров диаметром кольца гравитационных генераторов, разгоняли до гиперсветовых скоростей звезды среднего размера, выстреливая эти исполинские снаряды в направлении обитаемых миров и военных баз противника. Два таких снаряда пронеслись поблизости от Тарена. Первый выстрел сделал нестабильным центральное солнце системы, а второй сорвал с орбиты планету с четырехмиллиардным населением.
Расчеты астрономов, говорившие, что Тарен упадет на звезду прежде, чем та превратится в сверхновую, были слабым утешением, и маванорское командование пыталось спасти хотя бы часть таренийцев. Вторая гуманоидная планета Чигар, населенная колонистами с Тарена, находилась тогда в частичной блокаде, поэтому основная масса караванов с эвакуированными направлялась на не слишком пригодную для жизни планету-крепость Ратул. Каменистый, практически безводный шар, все население которого составляли десять тысяч долоков, обслуживавших шесть тахионных орудий 20-го калибра, приютил свыше трех миллионов беженцев.
В ужасающих условиях, лишенные нормального снабжения водой, продовольствием, энергией, таренийцы строили жилища и помогали долокам сражаться с наседавшими тинборами. Гарнизон Ратула отразил четыре штурма, нанеся неприятелю тяжелейшие потери, однако командование Тинборда, стремясь любой ценой прорвать оборонительный рубеж, подтянуло на это направление звездомет. Гибель планеты представлялась неизбежной, тем более что в Маваноре произошел переворот, монархия была свергнута, а новая власть оказалась неспособной продолжать войну.
В этой обстановке эскадренный адмирал Висад Гаффай, возглавлявший оборону, ради спасения миллионов соотечественников пошел на заключение перемирия. Ратул был провозглашен независимым и нейтральным государством, причем боевые корабли враждующих сторон не имели права передвигаться в радиусе двадцати световых лет от звездной крепости. Формально Гаффай не нарушил ни законов, ни присяги, потому что власти Конфедерации, отменив Имперский Кодекс, не успели принять собственного законодательства. Тем не менее правительство на Бустафоне объявило Ратул вне закона, а всех офицеров-долоков – предателями.
Вскоре война закончилась по причине взаимного истощения сторон. Конфедерация и Тинборд подписали мирный договор, а прежнее Шестое Царство рассыпалось на несколько суверенных государств, а вернее – на карликовые образования, называвших себя суверенными государствами. Самым сильным из них и единственным действительно независимым стал Ратул, о существовании которого политические деятели Конфедерации в своих официальных документах старательно не упоминали. Название героической крепости стало запретным.
Первые десять лет Ратулом правила возглавляемая Гаффаем военная хунта – Верховный Распорядительный Комитет. За это время население планеты увеличилось примерно вдвое за счет переселенцев с различных миров. На Ратул стремились не только уцелевшие таренийцы, но и сотни тысяч долоков, не желавших подчиняться законам Конфедерации. Бежали сюда также многие ремеды, фитаклиды, восьмируки и даже тинборы, вынужденные покинуть родные планеты, спасаясь от политических репрессий новых правителей.
Постепенно на Ратуле выросли города, заводы, космодромы. Планета обзавелась солидным космическим флотом, который составили десятки грузовых и пассажирских звездолетов, а также крейсера и другие корабли бывшей флотилии адмирала Гаффая. Тяжелые буксировщики доставили на Ратул ледяные астероиды, что на первых порах решило проблему снабжения населения водой. И внезапно бывшая космическая крепость, произносить вслух имя которой считалось дурным тоном, оказалась самым развитым и сильным из государств Нейтральной Зоны, разделившей Республику Тинборд и Конфедерацию Долоков.
Во время бегства с Тарена в первую очередь эвакуировались научно-инженерные кадры и другие высококвалифицированные специалисты. Немудрено, что при такой концентрации ученых, инженеров и рабочих Ратул превратился в планету, производящую высокотехнологичную наукоемкую продукцию.
В обмен на сырье и продовольствие индустрия планеты-крепости поставляла соседним мирам точные приборы, промышленное оборудование, системы связи и управления. Однако были и другие товары, торговля которыми приносила немалую прибыль. В годы большой войны основные боевые действия велись именно в Шестом Царстве. Как следствие, множество подбитых в сражениях военных кораблей были разбросаны по разным звездным системам Нейтральной Зоны. Постепенно ратульцы собрали и продали прежним владельцам линкоры и крейсера, многие из которых можно было вернуть в строй. Даже власти Конфедерации, прельщенные перспективой заполучить обратно свои корабли, не возражали против подобного сотрудничества с «предателями» и платили не скупясь.
Но основным источником валютных поступлений стал биохимический центр академика Ушафиана Мирана, поставлявший дружественным народам уникальные лекарственные препараты и, что ценилось выше всего, гормональную сыворотку омоложения.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36