А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Элладан
смотрел ему вслед, и в глазах его было сомнение.

Прошло два месяца со дня отплытия Кириэна, а "Мелеар" все не
возвращался. Аэлиндин целые дни проводил на вершине маячной башни,
высматривая парус на горизонте. Сергей и Лилиан почти всегда составляли
ему компанию. Они уже неплохо освоили язык, и теперь Сергей готов был
часами слушать легенды о происхождении Валинора, которые рассказывал
Аэлиндин. Его поражало, что имея развитую письменность, эльфы практически
не имели ни писаной истории, ни литературы. И то, и другое исчерпывалось
эпическими балладами и, реже, прозаическими сказаниями. Они, правда,
записывались для памяти, но не теряли при этом жанра, явно рассчитанного
на публичное исполнение.
Лилиан обсуждала эту проблему с большим интересом и знанием дела, но
Сергею казалось, что больше всего в этих долгих разговорах ее привлекает
не местный эпос, а возможность пообщаться с Аэлиндином. Потрясение,
которое она испытала, впервые увидев эльфа, не прошло для нее даром. Она
ловила каждую минутку, чтобы побыть с ним рядом, не сводила с него глаз и
временами, заглядевшись, теряла нить разговора.
Сергей понимал ее. Эльфы были поразительно красивым народом, первое
время и у Сергея дух захватывало от каждого встречного лица. Но со
временем он почувствовал, что его что-то коробит в этой безупречной
красоте. Эльфы были приветливы и доброжелательны, часто беззаботны, иногда
даже дурашливы. Они мило здоровались, с улыбкой отвечали на любой вопрос,
с готовностью помогали, если нужно. И все же Сергею казалось, что за этой
легкостью характера скрывается неизмеримо глубокое, бездонное равнодушие
ко всему, что их лично не касается.
Они отвечали на вопросы, но никогда не задавали их, никогда не
заводили разговора по своей инициативе. Когда выяснилось, что люди не
представляют опасности, и даже эльфийский меч не привезли из своего мира,
а нашли на острове в этом, большинство эльфов потеряло к ним интерес. Их
приветливость и доброта были не более чем привычным стилем поведения.
Только Аэлиндин не потерял любопытства. Он часами расспрашивал о
жизни людей на Земле, и в его зеленых глазах стояла тоска. Он не скрывал
изумления, слушая о технических чудесах, и даже, как ни странно, рассказы
о всяких ужасах и войнах вызывали у него непонятный энтузиазм. Но больше
всего его интересовал способ, которым люди попали в этот мир, хотя ему не
хватало знания физики, а Сергею знания языка, чтобы объяснить это.
Сам Сергей был поражен тем, что эльфы знали о существовании Земли и
людей. Они называли Землю Внешним Миром или Средиземьем, и, по утверждению
Аэлиндина, их предки когда-то жили там. Если это действительно было так,
значит, существовал способ сообщения между мирами, и у них была надежда на
возвращение домой. Но Аэлиндин знал о Средиземье только легенды, поэтому
Сергей день за днем напряженно слушал их и даже конспектировал, меньше
всего интересуясь их литературными достоинствами. Он надеялся нащупать в
мифах рациональную основу, которая приблизила бы его к разрешению этой
загадки.
Он ужасно жалел, что в этих бдениях на башне не участвовал Дима. Его
буйное воображение и интуиция очень бы пригодились для такой работы. Но
Димка совсем пропал как научный соратник - он по уши втрескался в местную
девчушку с красивым именем Финриль и проводил дни в саду и на полях
Эрессеа, помогая ей в работе и любуясь на ее волосы.
На волосы, действительно, стоило посмотреть - они были ослепительного
медно-оранжевого, как пламя костра, цвета и, казалось, светились
собственным светом. Но о самой Финриль Сергей бы этого не сказал - она
была такой же бесстрастной и холодной, как и другие эльфы. Однако Сергей
не рисковал делиться с Димкой своими впечатлениями - тот и без того
отдалился от друзей, совсем голову потерял.
Сам Сергей чувствовал, что его мышление слишком рационально, чтобы
искать зерна истины в сказках и мифах. Он старался как мог, но ему мешало
и видимое отсутствие энтузиазма у других. Не говоря уж о Диме, даже
Лилиан, казалось, уже не рвалась домой. Конечно, житье на Эрессеа было
райское, но все же Сергей кожей ощущал, что этот прекрасный мир глубоко
чужд ему и не мог смириться с мыслью провести здесь остаток дней.
К счастью, его неожиданным союзником оказался Аэлиндин. Он не менее
страстно мечтал попасть на Землю, чем Сергей - туда вернуться. Как
выяснилось, он неоднократно на своей яхте предпринимал попытки найти
утерянный проход во "Внешний Мир", и заметил их сигналы бедствия, как раз
возвращаясь из очередного такого похода. Идея получить информацию,
анализируя древние мифы, до сих пор не приходила ему в голову, и теперь он
увлеченно помогал Сергею, как мог.
Согласно легендам, Валинор и Средиземье пережили грандиозную
катастрофу, в ходе которой часть Средиземья опустилась под воду, а Валинор
вообще оказался в другом мире. Аэлиндин показал Сергею и Лилиан развалины
величественных сооружений на мысах, ограничивающих бухту. По его словам,
волна цунами, поднявшаяся во время этой катастрофы, разрушила большую
часть города, выходившую к морю, и многое с тех пор так и не было
восстановлено.
Как сообщил Аэлиндин, теперь в этом мире остался только один материк
Аман к западу от Эрессеа, и несколько мелких островов на востоке. Всю
остальную поверхность планеты покрывал океан, по крайней мере на
расстоянии в два месяца пути - дальше Аэлиндин не заплывал.
Катастрофа, видимо, была реальностью, в этом убеждали сохранившиеся
следы разрушений. По мнению Сергея, напрашивался очевидный вывод, что во
время какого-то подземного катаклизма опустился под воду целый материк,
находившийся в этом мире и населенный расой, похожей на людей. И лишь
огромность такой беды, которую трудно осознать, заставила народ Валинора
сочинить миф о том, что исчезнувшая земля просто перешла в другой мир.
Сергей додумался до этого уже пару дней назад, и никак не мог
набраться духу сказать об этом Аэлиндину. Впрочем, настроение Аэлиндина и
так падало день ото дня. Он все больше беспокоился о своем пропавшем
корабле. Песни и баллады, которые он пел Сергею и Лилиан, хоть немного
отвлекали его от мрачных мыслей.
Вот и сейчас он закончил очередную песнь о жестоких правителях людей,
навлекших на свою землю гнев богов - классический сюжет - и печально
смотрел на пустынный горизонт, рассеянно пощипывая струны инструмента,
похожего на лютню. С высоты башни город казался безлюдным и безмолвным,
даже шум волн едва доносился сюда, и лишь крики чаек нарушали тишину. В
такие минуты Сергей чувствовал удивительную и даже немного жутковатую
отстраненность от мира.
Молчание затягивалось, и он, наконец, решился.
- Послушайте, ребята, меня мучает подозрение, что мы гонимся за
миражем. То есть Земля, безусловно, существует, но туда ни при каких
обстоятельствах нельзя добраться на яхте. А то Средиземье, из которого
приплывали эльфы на серебристых кораблях - это вовсе не наша Земля, хоть и
очень на нее похожа, как все здесь.
Он изложил свои соображения. Сначала Аэлиндин слушал молча, но когда
понял, неожиданно расхохотался.
- Ты предполагаешь, что все Средиземье потонуло? Но ведь я пел вам,
что под водой полностью скрылся только один остров, хоть и большой. Он
находился восточнее Эрессеа, говорят, в хорошую погоду была видна вершина
его главной горы Мэнэльтармы.
- Я понял, что ты пел. Но раз с тех пор Средиземье оказалось в другом
мире и туда не стало пути...
- Да кто тебе это сказал? Мои предки жили в Средиземье еще многие
годы после гибели Нуменора и постепенно приплывали оттуда на кораблях. Я
родился уже здесь, но мой отец еще помнит Внешний Мир, он плыл с последней
партией переселенцев. И он говорил, что от Средиземья до Валинора было
меньше трех суток пути на корабле.
- Погоди, я чего-то не понимаю, - Сергей потер лоб, с трудом
собираясь с мыслями. В словах эльфа было какое-то странное противоречие. -
Я не думал, что вы потеряли путь так недавно. По твоим рассказам мне
казалось, что с тех пор прошли века, но твой отец не может быть очень
стар, ведь тебе не больше двадцати?
Минуту Аэлиндин сидел молча, уставившись на Сергея с выражением
глубочайшего изумления, потом тихо охнул:
- Великие Валары! Я совсем забыл, с кем говорю. Разве вы еще не
знаете, как долог век эльфов?
- Как долог?
- Я один из самых молодых здесь, на Эрессеа, меньше трех тысяч лет
прошло с тех пор, как я впервые увидел свет. Но последний корабль с
Востока пришел задолго до моего рождения.
Сергей и Лилиан молчали, не в силах поверить этому поразительному
заявлению. Но еще внутренне сопротивляясь, Сергей понял, что Аэлиндин не
лжет. Вдруг всплыли многие незамеченные или недопонятые ранее факты,
странные выражения, обрывки разговоров, давнее удивление от того, что все
жители на острове были одного юного возраста.
Сообщение полностью переворачивало все их представления об этом мире.
Его требовалось осмыслить, но Сергей не мог удержаться от расспросов.
- Вы все здесь кажетесь молодыми.
- Да, эльфы не стареют и теряют лишь душевные силы под гнетом лет.
- Так, значит, вы бессмертны?
- Конечно, нет! Если мой корабль пойдет ко дну, я утону. Если я упаду
с этой башни, то разобьюсь. И меч, и стрела могут меня убить. Но если не
случится со мной никакого несчастья, я буду жить столько, сколько смогу
выдержать.
- Что значит выдержать? - удивился Сергей.
- Груз тысячелетий тяжел, несущие его устают от жизни.
- И что тогда?
Аэлиндин немного помолчал, опустив глаза.
- В Амане есть сад Лориэн, владение Валара Ирмо, Повелителя Снов. Кто
хочет, может уснуть в Лориэне и спать, пока не отдохнет. Говорят, что
потом он может снова вернуться к жизни.
- И ты веришь в это?
Аэлиндин поднял голову. В его глазах было страдание.
- Если честно, то не очень. Но в Лориэн ушли моя мать и мой дед, брат
моего отца и другие, многие другие, кто пришел когда-то из Средиземья и
кто дорог моему сердцу. И мне хочется верить, что легенды не лгут, и я еще
встречусь с ними в цветущих лесах Амана.
Сергей покачал головой. Вечная молодость, воскрешение из мертвых -
это было для него слишком. Он привык опираться на надежные научные факты,
и теперь его сознание отказывалось все это принять. Он вздохнул, и
попробовал разобраться еще раз.
- Что-то тут не так, Аэлиндин. При такой продолжительности жизни вы
бы уже давно заселили здесь каждый квадратный метр, а вас, наоборот, очень
мало, город наполовину пуст.
- Ты прав. Дети рождаются очень редко, с каждым поколением все реже.
Я и мои сверстники - дети последних переселенцев из Средиземья, и с тех
пор, как я стал взрослым, ни один новый эльф не появился на Эрессеа.
Потому и опустели наши жилища, Аваллонэ - последний город на острове, где
еще есть население. Но и он обречен.
- Ты хочешь сказать, что все отправятся отдыхать в этот, Лориэн?
- Не только. Бывают несчастные случаи, всякие стихийные бедствия. И
хоть мы не подвержены болезням, и любая несмертельная рана заживает без
следа, население все равно естественно уменьшается.
- Без следа? - не поверил Сергей.
- Да, раньше были случаи, когда у эльфов заново вырастали отрубленные
в бою руки и ноги, хватило бы только мужества этого дождаться.
- Я понял, Лилиан, - Сергей облегченно рассмеялся. - У них просто
колоссальная система регенерации и мощный иммунитет.
У него словно гора спала с плеч. Поняв, в чем дело, и сформулировав
это в привычных научных терминах, он снова почувствовал почву под ногами.
Но Лилиан не успокоили ученые термины. Она по прежнему смотрела на
Аэлиндина почти с ужасом. Только сейчас она вновь обрела дар речи.
- Так значит через пятьдесят лет ты не изменишься?
- Конечно, - улыбнулся эльф. - Пятьдесят лет - мгновение в моей
жизни.
Лицо Лилиан окаменело. Сергей подумал, что как ни отличался Аэлиндин
от других эльфов, но и ему невдомек, как относится к нему Лилиан, и как
тяжко он ее сейчас ранил. Сергей попытался срочно сменить тему.
- Кажется, это все меняет. Я до сих пор думал, что все ваши легенды
передавались в устной традиции через десятки поколений, а, оказывается,
это достоверные рассказы о событиях, которые помнит твой отец?
- Я все время тебе твержу, что это достоверные сказания. Хотя мой
отец этого не помнит, во время гибели Нуменора его не было на свете, и
даже мой дед был еще совсем молодым.
У Сергея на мгновение закружилась голова, когда он представил эту
бездну времени, но он не дал себе задержаться на этой мысли.
- Итак, мы знаем, что между материками Средиземье и Аман лежал
большой остров Нуменор, который опустился под воду.
- Вообще-то Нуменор - это название страны. Сам остров назывался
Эленна, а после катастрофы уцелевшие нуменорские колонисты в Средиземье
называли его Падшей Землей - Аталантэ.
- Аталантэ! - Лилиан даже вскочила. - Сергей, Атлантида!
Сергей, сдвинув брови, смотрел на нее, мучительно пытаясь ухватить
какую-то мысль, маячившую на границе сознания. Название страны, название
острова...
- Лилиан, помоги, не могу вспомнить, кажется, имя их гавани тоже
что-то напоминает.
- Конечно, - Лилиан засмеялась. - Как это я раньше не догадалась.
Авалон - город бессмертных на Блаженных Островах где-то на Западе. - Она
повернулась к эльфу. - Похоже, ты прав, память о вас и о потонувшем
острове сохранилась и на Земле - но тоже лишь в самых древних сказках.
Сергей вдруг осознал, что до сих пор в глубине души не верил в успех
их усилий, только сейчас перед ними в самом деле мелькнула надежда. Он с
трудом заставлял себя не терять рассудительности - ведь при всем этом
Аэлиндин, как выяснилось, веками искал точку перехода, и не нашел! Сергей
выскочил на балкон, опоясывающий верхушку маяка. Свежий морской ветер
остудил его разгоряченное лицо и помог сосредоточиться. Он вернулся в
башню.
- Скажи, Аэлиндин, ты уверен, что твои предки могли приплыть из
Средиземья на любых кораблях? На тех самых, чьи остовы гниют в вашей
гавани?
Аэлиндин с минуту молча смотрел на Сергея.
- Н-не знаю. - До него дошло. - Ты думаешь, что дело не в месте
перехода, а в корабле?
- Я уверен в этом.
Аэлиндин вскочил.
- Надо спросить отца, пойдемте.
По дороге они забежали за Димой. Сергей в возбуждении сразу выпалил
ему все новости, начиная от возраста эльфов и кончая Атлантидой и Авалоном
- и только потом заметил, что про Атлантиду Димка уже не услышал. Известие
сразило его даже больше, чем Лилиан. Конечно, нелегко узнать, что для
любимой женщины вся твоя жизнь - лишь мимолетное виденье, но все же Сергей
не ожидал такой реакции. Дима, ссутулившись, повернулся и пошел прочь,
глухо бросив через плечо:
- Идите к Элладану без меня, я подойду позже.
Сергей и Лилиан встревоженно переглянулись. Лилиан шепнула:
- Я послежу за ним.
Сергей кивнул и вместе с Аэлиндином пошел обратно к лестнице в
верхнюю часть города.
Элладан, как обычно, возился на пасеке в своем саду. Сначала он
удивился вопросу, потом призадумался. Наконец, он уверенно кивнул головой.
- Да, теперь я вспомнил точно, Кирдэн не строил сам серебристые
корабли, они приходили из Валинора, и нас заранее оповещали о приходе
очередного корабля. И кормчие на них были ваниары, мы даже с трудом
понимали их язык, значит, это были корабли из Амана. Здесь, на Эрессеа, и
даже в Альквалондэ тогда строили белые парусники, похожие формой на
лебедей. Ты прав, Сергиэ, лишь волшебные корабли Валаров могли пересекать
грань между мирами.
Аэлиндин поник.
- Почему ты никогда не говорил мне этого, отец? Значит, я потратил
века впустую, и все мечты мои безнадежны!
Сергей удивленно смотрел на них.
- Почему? Наоборот, теперь мы знаем, где искать. Надо идти в Аман.
Аэлиндин и Элладан были поражены.
- Ты хочешь обратиться к Великим Валарам?
- Ну, может быть, не к самим Валарам - я не большой мастер общаться с
богами. Но если существовали реальные корабли, то их кто-то строил. Мы
можем попытаться найти если не сами суда, то хотя бы тех, кто сможет о них
рассказать. Далеко ли до Амана?
- Всего день пути, - Аэлиндин несмело улыбнулся.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22