А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Корабль был не просто большой, но и особый. Корабль Касательной был построен с особой целью, и эта цель определила его конструкцию.
Он мог садиться на планеты.
Межзвездные корабли хичи не могли этого делать, да и не нуждались. Они должны были оставаться на орбите, а задача входа в атмосферу и высадки отводилась специальным посадочным модулям. Корабль Касательной в этом смысле был исключением. Он на самом деле не «приземлялся», потому что планета, которую она исследовала, не имела твердого ядра. Под жидкой тяжелой болотистой атмосферой на глубине в две тысячи километров располагалось ядро из металлизированного водорода. Но на планете было нечто чрезвычайно важное для хичи.
На ней была жизнь.
На корабле Касательной тоже была жизнь. Все девяносто один член экипажа были специалистами в самых разнообразных отраслях, которые могут понадобиться. Мой новый друг Сияние, например, была пилотом проникновения. Именно она должна была провести корабль через жидкую вязкую густую «атмосферу» планеты лежебок. Мало кто из хичи обладал такими умениями, и она тренировалась исключительно напряженно. Так что на корабле было много жизни, активной и буйной. Хичи не были машинами, лишенными эмоций. По-своему, в манере хичи, они были не менее сексуальны и темпераментны, чем люди. И иногда это создавало проблемы, как и у людей.
Трое мужчин, которые в этом смысле составляли личную проблему Касательной, назывались Кварк, Ангстрем 3754 и Ищи-и-Скажи.
Не хочу, чтобы вы решили, что это их подлинные имена, даже если перевести их с языка хичи буквально. Но это, по-моему, самое близкое приближение. Кварк был назван по субатомной частице; Ангстрем 3754 – по длине световой волны особого цвета, а Ищи-и-Скажи – это приказ, который отдается предкам, когда нужно что-то выяснить.
Касательная считала их хорошими ребятами. Они втроем воплощали множество добродетелей хичи. Кварк был храбр, Ангстрем силен, а Ищи-и-Скажи мягок. Любой из них стал бы превосходным сексуальным партнером. И так как время выбора партнера для Касательной приближалось, ей казалось правильным, что у нее достаточный выбор.

Народ хичи находился в высшей точке прилива. Ничто в человеческой истории не приближается к размаху и величию эпоса хичи. Голландские купцы, испанские доны, английские королевы столетия назад посылали авантюристов захватывать рабов, привозить пряности, добывать золото – собрать всю добычу с неисследованных земель. Но все это только на одной планете.
Хичи завоевали миллиарды планет.
Конечно, звучит это жестоко. Но хичи не были жестоки. Они ничего не отбирали у туземцев, даже глиняные таблички или раковины каури.
Прежде всего, в этом не было необходимости. Хичи не нужно было порабощать туземное население, чтобы добывать драгоценную руду. Гораздо проще найти астероид нужного состава, оттащить его к фабрике, которая полностью поглотит его и извергнет конечные продукты. Хичи не нужно было выращивать экзотическую пищу, редкие образцы, лекарственные растения. Их химики брали нужное органическое вещество и воспроизводили его из готовых элементов.
Другая причина, по которой они не были жестоки с туземцами, заключается в том, что самих туземцев почти не было.
Во всей Галактике хичи обнаружили меньше 80.000 планет с жизнью выше доклеточного уровня. И ни одной планеты, населенной разумными существами их собственного уровня.
Было несколько очень близких расхождений.
Одно из них – наша добрая старая Земля. Расхождение произошло, потому что хичи пришли примерно на полмиллиона лет раньше. В это время на Земле самое близкое к разуму заключалось в низких волосатых черепах маленьких вонючих приматов, которых мы сейчас называем австралопитеками. Слишком рано, с печалью думали хичи, обнаружив их. Поэтому они взяли несколько образцов и улетели. Другим расхождением оказались безрукие бочкообразные существа, которые жили в помоях планеты звезды F-9 недалеко от Канопуса. Эти существа не были по-настоящему разумны, но эволюционировали настолько, чтобы иметь суеверия. (И такими они и остались; люди, обнаружив их, назвали свиньями вуду). Тут и там встречались остатки погибших цивилизаций, обычно очень фрагментарные. Было несколько потенциально интересных случаев, которые могли достигнуть стадии общественной организации в течение следующего миллиона лет...
И были те существа, которых предстояло исследовать Касательной. Они назывались «лежебоки».
Лежебоки вообще-то были вполне разумны. У них даже были машины! Было правительство. Был язык – даже поэзия. И лежебоки оказались не только единственным народом, у которого обнаружилось все это, они были и наиболее перспективными.
Если бы только с ними можно было общаться!

И вот корабль Касательной лег на орбиту, и исследователи смотрели на волнующуюся атмосферу планеты внизу. Ангстрем сказал Касательной:
– Отвратительно выглядит эта планета. Напоминает мне ту, на которой живут свиньи вуду, помнишь?
– Помню, – ласково ответила Касательная. На самом деле она помнила, что прислонилась к Ангстрему и позволила его сильной руке щупать свои спинные сухожилия хорошо известным ей способом.
Ищи-и-Скажи ревниво заметил:
– Ничего похожего на ту планету! Та горячая, а на этой газы замерзают. На этой мы не можем дышать, даже если бы было достаточно тепло, потому что нас отравит метан. А среди свиней вуду мы можем ходить даже без масок. Конечно, если не обращать внимания на вонь.
Касательная страстно притронулась к Ангстрему.
– Но мы ведь не обращаем на него внимания? – спросила она. Потом, одумавшись, она погладила и Ищи-и-Скажи. Она не упускала из виду планеты, сознавала щелчки и гудение корабельных сенсоров, получавших и обрабатывавших многочисленные данные, но одновременно уделяла внимание и, сексуальным намекам.
Касательная ласково сказала:
– У вас обоих есть работа. У Кварка тоже, и у меня. Так что давайте займемся.

В сущности (сказала Сияние, ностальгически потирая живот) остальные восемьдесят семь членов экипажа, не втянутые непосредственно, были тронуты влюбленностью Касательной. Она им нравилась. Они желали ей добра. К тому же хичи, как и мы сами, всегда любили влюбленных.
К концу второго дня Ищи-и-Скажи раздраженно доложил, что предки не только готовы, но положительно настаивают на разговоре с Касательной. Она вздохнула и заняла сидение в контрольной рубке. Сидела она в основном на своей капсуле: сидение сооружено таким образом, что капсула подключается непосредственно ко всем Предкам на корабле. Приспособление полезное. Хотя и не всегда приятное.
Древние Предки не обладают ни зрением, ни слухом, это всего лишь разум, записанный в базе данных, подобно мне самому. Но самые умные и опытные из них учатся читать электронный оптический поток и данные приборов так, словно у них есть глаза. Самым старшим из предков на борту был давно умерший хичи по имени Волосатый. Волосатый был очень важной персоной. Наиболее ценной личностью на борту, может быть, ценнее самой Касательной, потому что перед смертью Волосатый побывал на этой планете.
Касательная прислушалась к Предкам. Немедленно послышался гул голосов. Каждый Предок на корабле пытался что-то сказать. Но имел право сейчас говорить только Волосатый. Он быстро навел порядок.
– Я просматривал записи, – сразу сказал он. – Девять каналов, оставленных нами, не дают никаких данных. Не знаю, то ли они вышли из строя или лежебоки никогда не показывались в этих местах. Но остальные пятьдесят один полны данными. В каждом в среднем окало трех тысяч морфем.
– Как много! – обрадованно воскликнула Касательная.
– Почти эквивалентно книге на каждый канал!
– Больше, – поправил ее Волосатый. – Потому что язык лежебок исключительно компактен. Слушай. Передаю часть одной записи...
Послышался слабый низкий воющий звук. Касательная скорее не слышала, а ощущала его в костях...
– А теперь та же запись, ускоренная и переведенная в нормальную для нас частоту...
Вой превратился в быстрое резкое чириканье. Касательная нетерпеливо слушала. От звука болели уши.
– Ты перевел что-нибудь? – спросила она. Не ради информации – она знала, что если бы удалось перевести, ее немедленно известили бы, – а чтобы прекратить этот звук.
Но, к ее удивлению. Древний Предок ответил:
– О, да! Многое! На Слуховом Посту семнадцать проходило то, что можно назвать политическим митингом. Митинг имел отношение к самому этому месту: оно либо священно, либо опасно загрязнено, и лежебоки решали, что с этим делать. Споры продолжаются...
– Шестьдесят один год?
– Ну, по их времени это всего окало семи часов, Касательная.
– Хорошо, хорошо! – счастливо ответила Касательная. Это большая удача: трудно найти лучшее средство проникновения в культуру, чем способ решения общественных проблем. – Ты уверен в своем переводе?
– Относительно уверен, – с сомнением ответил Волосатый. – Я бы хотел, чтобы с нами был Связующая Сила. – Связующая Сила был партнером Волосатого в прошлых исследованиях. Они были прекрасной парой. И когда-нибудь, несомненно, будут снова. Но сейчас Связующая Сила слишком стар, чтобы лететь в космос, и слишком здоров, чтобы умереть.
– Но что это значит «относительно уверен»?
– Ну, по крайней мере значение половины слов лежебок выведено из контекста. Я мог сделать неверный вывод.
– К несчастью для тебя, – выпалила Касательная, но тут же взяла себя в руки. – Я уверена, ты выполнил отличную работу, – сказала она. И надеялась, что это правда.

Сияние не участвовала в первом полете Волосатого, но до вылета с Касательной она многое узнала о лежебоках. Кстати, это относится ко всем участникам экспедиции. Ведь лежебоки на самом деле были очень важны для хичи. Так же важны, как, скажем, диагноз «рак» для человека до появления Полной Медицины.
Лежебоки обладали древней цивилизацией. В смысле лет она была древнее даже цивилизации хичи, но это ничего не значит, потому что за это время у них мало что происходило. А то, что происходило, делало это очень медленно. Планета лежебок холодная. Сами лежебоки холодны и медлительны – поэтому они и получили такое название. Они медленно плавают в густом газе: химизм их тел так же медлителен, как их движения. И то же самое относится к их речи.
И так же медленно движутся импульсы по их нервной системе, то есть их мысли.
Так что когда первые исследователи хичи убедились, что эти неторопливые ползучие существа обладают разумом, они были одновременно обрадованы и разочарованы. Какой смысл обнаруживать разумную расу, если простой обмен репликами типа: «Отведите меня к вождю». – «К какому вождю?» требует не менее шести месяцев.
Первый исследовательский корабль хичи находился на околопланетной орбите год. Волосатый и Связующая Сила опустили в густую атмосферу зонды и тщательно записывали медлительные звуки, чтобы получить первый доступ к словарю. Это было нелегко. И не просто. Зонды опускались наудачу, случайным образом, они были нацелены в места, где радары и сонары зафиксировали скопление существ. Но часто к тому времени, как зонды опускались, существ там уже не было. Наиболее удачно нацеленные приборы зарегистрировали медленные низкие стоны. Передатчики отправили эти звуки на орбиту, специалисты по записям просеяли их и перевели в слышимый регистр. И вот спустя несколько недель работы исследователи услышали первое слово.
Но у специалистов хичи по семантике было множество ресурсов. И к концу года на орбите они накопили достаточный словарь, чтобы сделать простую запись. Затем изготовили гравированную табличку с изображением хичи, изображением лежебоки, изображением звукозаписывающего устройства и изображением самой таблички. Все эти изображения были нанесены на плоскую поверхность кристалла, чтобы лежебоки могли осязать их. Ко всему прочему они еще и слепы.
Затем хичи шестьдесят раз продублировали эту табличку и сбросили в шестидесяти населенных центрах лежебок.
Запись гласила:
"Приветствуем!
Мы друзья.
Говорите с нами, и мы услышим.
И скоро ответим."
«Скоро» в данном контексте означало очень долгое время. Когда это было сделано, корабль хичи улетел. Экипаж был настроен мрачно. Не было смысла дожидаться ответа. Лучше вернуться к тому времени, как лежебоки обнаружат таблички, преодолеют первоначальный шок и ответят. Даже в таком случае неизбежен длительный период тупых вопросов и забирающих время ответов, но для этого не требуются живые хичи. Экипаж выбрал наименее ценного Древнего Предка женщину, ей объяснили, каких вопросов следует ожидать и какие ответы – советы и контрвопросы – нужно давать, и ее оставили на орбите в одиночестве на несколько десятилетий. Каждый хичи хотел бы оказаться здесь, чтобы услышать ответы, но мало кто надеялся на это: по самым оптимальным подсчетам начало общения с лежебоками произойдет через полстолетия.
Так оно и получилось.

Через двадцать дней после прибытия на орбиту вокруг планеты лежебок Касательная была готова к работе.
Древний Предок, которую они оставили на орбите, к сожалению, больше не действовала, но свою задачу выполнила. Были заданы вопросы, на них получены ответы, а все данные записаны. Радар, вернее, тот прибор, который у хичи выполнял роль радара, зарегистрировал нынешнее положение физических скоплений, обозначающих общины лежебок, а также другие прочные и значительные по размерам объекты, которые могли бы представлять опасность для навигации. С родной планетой связались по радио быстрее скорости света, передали все данные, и престарелый Связующая Сила прислал ободряющее сообщение. В нем подтверждалась верность перевода и содержался совет продолжать в том же духе. Проверили и испытали особые устройства корабля Касательной, которые помогут ему выполнить свою миссию. Все было готово.
На корабле было приспособление, на которое хичи очень надеялись, но оно их разочаровало. Это было нечто вроде инструмента для коммуникации. Но передавало и получало оно особые сигналы – ну, можете назвать их «чувствами». Оно не передавало и не принимало «информацию» в классическом смысле, ее нельзя было использовать, для того чтобы заказать еще тысячу килотонн структурированного металла или приказать кораблю изменить курс. Но один хичи, надевая шлем из проволочной сетки, мог «слышать» чувства других, даже на планетарных расстояниях.
Именно такое устройство мы назвали кушеткой для сновидений.
Хичи его использовали главным образом для того, что можно назвать работой полиции. Хичи не раскрывают преступления. Они предупреждают их. Излучения мозга, настолько больного, что его обладатель способен на преступление, особенно на акты насилия, регистрировались на самых ранних стадиях. Специальная группа советников занималась таким индивидуумом, применяя коррективную терапию.
Кушетки для снов оказались очень полезны для решения вопроса о том, например, стоит ли следить за свиньями вуду и насколько они разумны, потому что их «чувства» гораздо сложнее, чем у низших животных. Таким образом, это был стандартный инструмент хичи в фундаментальных поисках межзвездного товарищества. Хичи надеялись, что корабль Касательной прямо с орбиты сможет «прослушивать» чувства лежебок и узнает их настроения, тревоги и радости.
Кушетка для снов сработала. Но ничего полезного это не дало. Так же как и все остальное, эмоции лежебок оказались невероятно медлительными. Кварк мрачно сказал, снимая наушники:
– Все равно что слушать мнение осадочной породы о метаморфозе.
– Продолжай попытки, – приказала Касательная. – Когда мы наконец поймем лежебок, эти материалы пригодятся.
Позже она припомнила свои слова и поразилась, как могла так заблуждаться.

Я уже много рассказал вам о Касательной и ее товарищах, но не сказал, почему это важно. Поверьте мне. Это действительно важно. Не только для Касательной и всего народа хичи, и не только для всего человечества, но и лично для меня.
Но добрый старый Альберт упрекает меня, что я слишком много говорю, и поэтому я постараюсь придерживаться только самого существенного. А существенно то, что Касательная со своим экипажем сделала то, что почти никогда не делают корабли хичи. Она взяла специально подготовленный бронированный аппарат и нырнула в густую холодную атмосферу планеты лежебок, чтобы навестить лежебок на их родной почве.
Слово «почва» не очень подходит. У меня вообще много сложностей с подысканием нужных слов, потому что словарь, который я усвоил, будучи плотским человеком, мне больше не годится.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38