А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

- Снова глубоко затянулся и добавил, с ехидцей резюмируя: -
Так сказать, для компании. Чтобы веселее было...
Свернутый Нос скрипнул зубами, грубо выругался, бешено завращал налитыми
кровью глазами и, снова усаживаясь, неожиданно смачным плевком отправил
окурок прямо на пол.
- А вот этого делать не надо было... - тихо проговорил, вернее, прошипел
сыщик и осуждающе покачал головой. - Тут, как-никак, помещение, жилое, да и
ковры под ногами стерильные, кстати, довольно-таки дорогие. Нехорошо... - И
выразительным кивком головы что-то приказал своему верному стражу,
по-прежнему безмолвно стоящему у дверей все с той же дежурной улыбочкой на
устах.
Бывший зек не успел и рта раскрыть, как уже корчился на тахте в
судорожных конвульсиях. Удар спецагента могущественной сверхцивилизации
АНТИ-6 был молниеносным и безупречным, и по силе своего воздействия точно
соответствовал степени наказания провинившегося, ибо этот тип
андроидов-телохранителей с первого дня своего рождения, а точнее, с момента
биотрансформации в роботоцентре империи был полностью и до конца своих дней
подчинен только одному - мысленному посылу своих всесильных хозяев.
Свет шел откуда-то сверху, и острыми кровоточащими пиками огней вонзался
прямо в мозг.
Сергей сощурился от колкой рези в глазах и вскрикнул. Сознание медленно,
с мучительной неопределенностью возвращалось к нему. Оно с неимоверным
напряжением отделяло от себя-что-то чуждое, враждебное, которое тягуче
исходило откуда-то из холодной четной бездны. Непослушное, скованное
невидимыми нитями тело все тяжелело и тяжелело, постепенно выходя из
невесомости и, кажется, обретая, наконец, подлинную реальность. Однако мозг
пока не давал и крохотной зацепки, чтобы найти точку опоры и за что-нибудь
ухватиться, на что-то опереться и, наконец, почувствовать себя живым и
мыслящим, а не простым, бесчувственным сгустком хрупкой, еле пульсирующей
протоплазмы.
По телу прошла судорожная волна игольчатых мурашек. Где-то внизу, будто
на краю самой Вселенной, что-то тягуче заныло - и он вдруг почувствовал
свои ноги, мгновенно занывшие и враз сделавшиеся свинцовыми. Из горла
вырвалось что-то нечленораздельное - то ли стон, то ли удивленный вскрик.
Сергей немного помедлил и с натугой, через силу, перевернулся-набок. Тело
еще сильнее заныло - теперь уже нестерпимой болью. А следом - еще одна
волна мурашек. И вдруг он ощутил свои руки.
Сергей тотчас оперся на локти и приподнялся. Глаза снова пронзила острая
боль, но они не сощурились, не закрылись, а наоборот - округлились от
увиденного.
Он лежал не на нарах в тюрьме, не на кровати у себя дема, а на дне
какого-то глубокого ущелья, на холодных, покрытых ржавой моховидной слизью
камнях.
Высоко вверх уходили две отвесные каменные стены, сужаясь у самых облаков
в узкую змеевидную расщелину, окантованную кое-где острыми зубьями
разорванных скал. А еще выше виднелось небольшое зеленоватое блюдце,
испускающее вниз, на него, травянистые линии режущих глаза лучей.
Сергей сел прямо, поднял руку и прикрылся ладонью от расплывчатого диска
чужого солнца. Затем встал на колени и огляделся уже повнимательнее.
Он находился на своеобразной каменной террасе, выступающей двухметровой
извилистой ступенькой из гладкой, словно отшлифованной кем-то стены. А
дальше, вниз, ущелье уже уходило почти отвесным пологом, без единого
выступа, постепенно сужаясь куда-то вглубь, в недра скал.
Сергей наконец выпрямился во весь рост, и тотчас увидел совсем рядом
торчащие из-за большого обломка скалы чьи-то ноги. Он нерешительно шагнул к
тому месту - и обнаружил за камнем распластанного на животе человека.
Сергей нагнулся, осторожно дотронулся до его спины. Однако тот даже не
пошевелился. Тогда он легонько толкнул его в бок. Но неизвестный
по-прежнему не подавал признаков жизни. Сергей осмелел, и уже сильнее
потряс незнакомца.
Человек дернулся, что-то промычал, затем оперся на руки и приподнялся. И
только сейчас в нем можно было узнать Свернутого Носа. И сразу же, следом,
какая-то теплая, приятная волна обдала голову Сергею, опустившись мягким,
успокаивающим дыхом прямо на его сердце. И он мгновенно поймал себя на
мысли, - хотя еще какую-то долю секунды назад она показалась бы ему
абсурдной, - что он рад, очень рад этой встрече!
А Свернутый Нос покрутил по сторонам своей кудлатой головой, неторопливо,
пошатываясь, поднялся на ноги, отряхнулся, а увидев разорванную на рукаве
рубаху - поморщился и матюгнулся, затем скосил оплывшие синеватыми мешками
глазки на Сергея и прохрипел:
- Куда это нас угораздило, а? Нажрались мы что ли вчера?.. - И по его
обросшему лицу пробежала тень удивления.
Сергей дернул плечом, нервно потер переносицу и выдохнул:
- Вряд ли... Наверное, этот старый хрыч из прокуратуры нас чем-то опоил и
запихнул сюда... к черту на кулички.
- Мда-а, - неопределенно протянул многоопытный зек, выпячивая нижнюю губу
и покачивая головой. И вдруг дернувшись, прогундосил: - Слушай, Серый,
ущипни меня, а...
- Ущипнуть? - удивился Сергей. - Зачем?
- Да сплю я, наверно, едрена мать, сплю! - простонал тот, скривившись, и,
казалось, готовый вот-вот расплакаться. - Ведь зима же была!..
И это было так неестественно для такого человека, как Нос, что Сергей
невольно рассмеялся.
- Чего ржешь, сопля! - уже затвердевшим голосом прогудел зек, враз
обретая свое естественное, пренебрежительно-снисходительное состояние. -
Связался я с мелюзгой, провались оно все в преисподнюю!.. - Сплюнул со
злостью, перекосив физиономию, затем задрал голову на упирающуюся чуть ли
не в облака расщелину пропасти и просипел, вздыхая: - Что делать-то будем,
салажок?
Но Сергей медлил с ответом. Лицо его вдруг омрачилось - он почему-то
вспомнил свои недавние ночные кошмары. Но кошмары ли это были? А что если
все, что с ним приключилось - было на самом деле? Но только в какой-то
другой, еще никем не осмысленной реальности?!. И вот сейчас опять какое-то
наваждение. Но - нет, сейчас-то мне уж точно не грезится. Как пить дать -
не грезится! Но тогда что это? Что?! И где они находятся? Где?!
И вдруг, - как молния, как озарение, как вспышка чегото сверхъяркого,
ослепляющего! - у него пронеслось в голове: они не на Земле. Они на чужой
планете. Возможно - в другой галактике!
Однако, повернувшись к своему озабоченному товарищу, он проговорил совсем
другое, вернее - отозвался на его вопрос:
- Что делать - не знаю. Но, думаю, нужно попробовать пробраться туда. - И
кивнул в сторону уходящего вверх ущелья.
- А может быть наоборот, вниз? Ведь легче ж...
- Нет, - мотнул головой Сергей, - там тупик, туда ущелье сужается.
- Черт с тобой, - проворчал Нос. - На этот раз послушаю тебя. - И круто
развернувшись, решительно шагнул первым в сторону восходящей к небу
извилистой, почти наполовину заваленной большими острыми камнями и мелким
щебнем линии террасы.
Шли они долго, вернее, не шли - карабкались. И чем выше уходили навалы
глыб и камней, тем круче становился подъем. Однако путников выручало то,
что с каждым метром все больше увеличивалась возможность маневра - ущелье
расширялось и вместе с ним становился шире выступ террасы. А значит большие
завалы на пути можно было уже не перелазить, а обходить, не опасаясь каждый
раз сорваться в пропасть. И только когда зеленая плешина солнца со своими
обжигающими лучами-стрелами скрылась за дальней цепью гор, они наконец
выбрались из ущелья.
Страшно хотелось пить, однако вокруг не было и намека на воду. Путники
стояли на вершине одной из самых высоких гор. В стороны от нее разбегались
извилистой грядой остроконечные пики изумрудных скал. Переливаясь на солнце
травянисто-жеятыми бликами, они уже через каких-то полкилометра
растворялись в грязноватой дымке далеко уходящей за горизонт долины.
Вокруг было тихо и покойно. Словно в первый день творенья. Когда еще не
успела расцвести только что порожденная на планете жизнь, когда еще не
успела она расползтись по суше и по морю вширь и внутрь, чтобы начать
плодиться, воевать друг с другом и, в конечном счете, через какойнибудь
мизерный для Вселенной промежуток времени начать изрыгать на свои
изнеженные, благоухающие плоды все изначально чуждое и враждебное ей, а
именно - ложь, жестокость, измену...
Откуда-то со стороны повеяло легким ветерком. Сергей прикрыл глаза и
глубоко втянул в себя... приятно пахнувший хвоей и молодым сеном прохладный
свежий воздух.
- Хорошо!
- Не найдем воды - еще лучше будет, - скривившись, подковырнул его Нос,
затем повел ноздрями и вдруг оживился: - Слышь, а где-то и впрямь что-то
растет!.. Может, и воду там отыщем, а? - И резво развернулся к своему
спутнику, продолжавшему блаженно наслаждаться невесть откуда взявшимся
здесь ароматом девственного леса.
Сергей недовольно глянул на Носа, словно тот только что прервал у него
какой-то сугубо личный, даже больше - священный ритуал, затем сморщился,
вздохнул и неожиданно горестно изрек:
- Может, и найдем... И все же: куда нас занесла нечистая?
- Вот-вот, - быстро подхватил бывший зек. - Именно- нечистая! Хотя до
недавнего времени я ни в каких чертей и прочие бредни не верил. Думал, что
человек и есть главный дьявол! А вот поди ж... - И качнул головой. - Ну, а
теперь в какую сторону потопаем, салажок? - полюбопытствовал он секунду
спустя, скалясь на Сергея желтоватыми зубами.
- У меня имя есть, - буркнул тот и неприязненно сверкнул глазами.
- Ну, ладно, ладно, не обижайся, - примирительно прохрипел Нос. - Привык
я к кличкам. Сам понимаешь - столько лет по местам курортным! - И заржал
вполголоса.
- Я вижу, ты уже акклиматизировался здесь, - иронически подметил Сергей.
- Чево-чево?
- Ну, то есть, привык к этой местности, - пояснил, кривясь, парень.
- А-а, - довольно протянул Нос, - ну да, мне не привыкать, был и не в
таких переделках... А я гляжу, мужик ты вроде ничего, клевый! Давай я тебя
буду дразнить Серый, а ты меня - Нос, заметано?
- Согласен, - кивнул Сергей и чуть погодя спросил: - А как ты думаешь, в
какую сторону нам лучше всего теперь направиться?
Нос повертел своей кудластой башкой и показал рукой на самый пологий
склон горы.
- Опять вниз?
- Ну а куда же?! - неожиданно вскипел его многоопытный спутник. - Там
хоть воду, может, отшукаем!
- А я думаю, нам нужно в другую сторону... - Взгляд парня засветился
обеспокоенным огоньком.
- Это почему же? - Нос скривился в недоброй ухмылке.
- Там болота, - тихо проговорил Сергей и, чуть подумав, добавил: - И
твари с десятиэтажный дом.
- Чево-чево? Твари? - ухмылочка с лица Носа вмиг слетела. - Какие твари?
Откуда ты знаешь?
- Знаю, - выдохнул Сергей. - Кажется, приходилось уже тут бывать...
- Это когда же? - настороженно полюбопытствовал Нос и шагнул ему
навстречу.
- Во сне.
- Во сне?! - Нос выпучил глаза и вдруг расхохотался.
- Да я вижу, браток, ты и впрямь немного того! - И повертел пальцем возле
своего виска.
- Что хочешь, то и думай, - зло буркнул Сергей. - Но - знай, там, - он
круто развернулся лицом к долине и, выкинув вперед руку, резко бросил: -
там обитают огромные говорящие ящеры! - Плюнул, повертелся по сторонам и
поплелся к дальнему, более крутому спуску, через который можно было легко
перебраться на соседнюю вершину горы, в свою очередь, плотно примыкавшей к
ровной цепи уходящих за горизонт сопок.
- Куда ты?.. - кинулся за ним Нос. - Чо обижаешься? - Он легонько толкнул
его плечом. - Я же просто так, шутя... - И видя, что тот немного смягчился,
заметил незлобно: - Тоже мне - красная девица...
Через полчаса они уже стояли на вершине соседней горы. Здесь было,
примерно, то же, что и на предыдущей сопке: раздробленные в щебень камни,
большие заостренные обломки скал, испещренные змеевидными трещинами, и,
разумеется, - ни единого деревца, ни одной травинки. Хотя по-прежнему
откуда-то одурманивающе пер запах цветущего девственного леса.
- Что за черт! - снова повел своим кривым носом бывший зек. - Откуда это
так тащит, Серый?..
- Смотри! - неожиданно воскликнул тот в ответ и выкинул вперед руку. -
Что это?..
Нос глянул по направлению его руки и ошалело выпучил глаза. Совсем рядом,
в ложбине, меж их сопкой и следующей, прямо у подножья, поблескивал
серебристо-кровавой дымкой идеально правильной формы круг. Диаметром он
был, примерно, метра два, однако дымчатая пелена все время меняла его
размеры и создавала иллюзию пульсирующего огнем дышла.
- Преисподняя! - прохрипел Нос. - Я пас, дальше ни шагу! .. - И опустился
задом на камни.
- Чего сел? - оглядываясь на него, сипло обронил Сергей. - Пошли...
- Не, Серый, я - пас! - повторил он шепотом.
- Да ты что?! - нервно дернулся Сергей. - Действительно поверил в чертей,
в этот бред?! - И через силу улыбнулся.
- Поверил, Серый, ей-богу, поверил! - Взор его попрежнему был устремлен
на зияющую серебристо-красным огнем дыру, а глаза, казалось, вот-вот должны
были покинуть свои уже и так до предела раздавшиеся орбиты. - Хоть я и
атеист прожженный, но буду падлой - они, наверное, все же есть!..
- Тоже мне, атеист сраный! - резко подытожил уже затвердевшим голосом
Сергей.
Как ни странно, но это, вроде бы, незамысловатое замечание сразу же
отрезвляюще подействовало на бывшего зека. Он на секунду замер, медленно
перевел свой ошарашенный взгляд на Сергея, затем живо вскочил на ноги и,
сжав кулаки, в два прыжка достиг своего спутника.
- А ну повтори, салажок поганый, кто я?.. - Глаза у Носа свирепо
засверкали - и он готов был вот-вот кинуться на Сергея. - Или забыл, с кем
имеешь дело, а? - продолжал сквозь зубы он, уставя на того перекошенную
злобой физиономию.
Однако Сергей неожиданно для себя не испугался. Он спокойно выдержал
испепеляющий взгляд своего бывшего сокамерника - а теперь, разумеется,
товарища по несчастью - улыбнулся ему и ровным голосом обронил:
- Нет, не забыл. Ты бывший зек, атеист, а теперь - засраный трусишка. -
Получилось это у него удивительно спокойно, с расстановкой, да еще почти
что в слог, отчего данное обстоятельство, как ни странно, окончательно
обескуражило Носа и, конечно, дало возможность обидчику увернуться от его,
наверняка сокрушающего удара. Повторить же задуманное бывший зек не успел.
Раздался оглушительный грохот, земля под ногами путников задрожала,
завибрировала и в один миг рассыпалась в мелкий вязкий щебень. Они стали
медленно скатываться вниз, к шипящей и проглатывающей все вокруг
окружности, которая неожиданно разверзлась в овальную десятиметровую пасть
и из которой по-прежнему низвергались загадочные таежные запахи - только
теперь более резкие, более ощутимые, и уже не такие приятные и желанные, а,
скорее, наоборот - гнилостно-вязкие, тошнотворные, словно исходили они
теперь от какой-то застоявшейся болотной плесени.
Но в данный момент не только это отталкивало неудачливых путников от
огнедышашего жерла. Еще раньше, на какую-то долю секунды, из его недра
вдруг высунулась огромная зубастая морда и, оскаленно улыбнувшись, будто
приглашая к себе в гости, скрылась внутри. Однако что-либо изменить уже
было поздно. Вместе с шуршавшей лавой песка и гравия их неумолимо несло к
тому неведомому, леденящему душу месту.
Еще миг - и они скрылись в сверкающих недрах каменной пасти.
Сознание возвращалось медленно, но уже не так мучительно, как в прошлый
раз. Сергей приподнял веки - прямо перед его глазами, по огромному
дугообразному яркозеленому стволу передвигалось отвратительное
ядовито-черное чудовище. Спину гигантского монстра обрамлял черный
блестящий панцирь, расчлененный на ровные выпуклые квадраты. По бокам
свисали многочисленные лапы с острыми подвижными клешнями.
Парень испуганно дернулся и - чертыхнулся. Перед самым его носом свисала
тонкая зеленая травинка, а по ней неспеша полз обыкновенный земляной жук.
Сергей привстал на локоть, тряхнул головой, окончательно приходя в себя,
и неторопясь огляделся.
Он лежал в тени, на краю ровной поляны, окруженной с трех сторон
небольшими стройными деревьями с густыми игольчатыми листьями, сильно
напоминавшими ветви молоденьких елочек. Вокруг расползался обворожительный
запах свежего сена и утреннего, только что проснувшегося леса. Пушистая
изумрудная трава стелилась по земле мягким волнистым ковром, который уходил
с открытой стороны поляны в бордово-жженую степь, заканчивающуюся вдалеке
грядой размазанных по горизонту, теперь уже иссиня-желтоватых гор. Высоко в
зените поблескивала небольшая зеленовато-синяя лепешка солнца.
Сергей зажмурился от неестественно жгучих лучей этого крохотного светила,
затем подтянул под себя колени, оперся на них и встал.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11