А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Но все же кое-что мне удалось у них позаимствовать. Для начала держи портрет того парня, которого сегодня нашли за речным портом. Он тебе никого не напоминает?
- Как же, как же! - не смог скрыть я удивления. - Да это же натуральная копия того мужика, с которого у нас начались неприятности. И дырка во лбу почти в том же самом месте, может, на сантиметр выше. Ничего не понимаю.
- Не переживай, это у тебя давно началось, - с некоторым садизмом успокоил он. - Приглядись внимательней, Иваныч. Этому парню лет тридцать, а его двойнику под пятьдесят. У того веки полуприкрыты, а этот таращится на ствол как баран на новые ворота. Скорее всего, это отец и сын.
- Очень близко к истине, - не мог не согласиться я с его предположением. - Похоже, не я, а ты у нас гений!
- Ага, кукушка хвалит петуха... Самое интересное то, что на его ботинках обнаружены частицы кладбищенской земли, тогда как сам-то он найден возле порта, а это расстояние никак не меньше пяти километров. Но и это еще не все. Твой лепший кореш, Иван Захарович, указал предварительное время его смерти. Ты представляешь, когда его убили?
- Представляю, чай, не круглый дурак, наверное, в то же время, что и отца.
- Какой ты сообразительный, Иваныч, прямо душа за тебя радуется.
- А у меня за тебя и поет, и радуется, - незамедлительно вернул я комплимент. - И во что тебе обошлась эта информация?
- Пустяки, я расплатился твоим разговором с Людмилой Яковлевной Наумовой. Правда, я дипломатично промолчал о существовании Рихарда Наумова, но Алену назвать пришлось. Невелика потеря, все равно они завтра собираются опросить моих соседей.
- Вот и накладка получится. Вроде ты в своих интересах его скрыл.
- Почему же скрыл? Не скрыл, а малость запамятовал. Всяко бывает. Не рычи, Иваныч, у меня еще два сообщения, и оба достойны твоего царственного внимания. Представляешь, сам генерал генеральшин, господин Требунских, попросил меня о маленьком одолжении, а именно: сегодня же посмотреть на квартиру Виктора изнутри и результаты сообщить ему лично. И далее. Сидя в его приемной, я совершенно случайно услышал, что полковник намерен повторно осмотреть место преступления возле могилы Скороходовой. Буквально дословно он заявил следующее: "Мне не дает покоя кладбище. Не проходит ощущение, будто мы чего-то недоглядели".
- Ну и что? - простодушно спросил я. - Мы-то здесь при чем?
- Понимаешь, Костя, насколько я его знаю, это надо намотать на ус. Если он это сказал, значит, здесь, вернее, там, на кладбище, что-то есть. Вот я и думаю - а не подъехать ли нам туда же, только пораньше? Часиков в восемь утра?
- До утра еще дожить надо, - неопределенно ответил я. - Рассвет нынче поздний, и в восемь ты там ничего не увидишь. А вот часов в девять...
- Принимается, - на полуслове прервал он меня, соглашаясь. - Сейчас куда едем?
- Выполнять приказ господина полковника. Должны же мы хоть как-то, хоть чем-то отработать долг за полученные от него сведения.
* * *
Пока Макс, проделывая акробатические трюки, проникал в квартиру Виктора, я терпеливо ждал возле двери, думая о том, что сегодня мне еще предстоит работа, надо выполнить поручение Любови Иннокентьевны Шавриной. Тем более, что она в качестве аванса сунула мне в карман махонькое женское колечко совершенно чудной работы. Нет, я, конечно, не хотел, но она настаивала с таким жаром и говорила такие удивительные слова о красоте моей жены, что я в конце концов не устоял и сдался.
Макс мне открыл тогда, когда я уже придумал, в каком месте и каким образом я разобью несчастную "копейку" Шавриной. По его округлым глазам я сразу же понял, что он обнаружил в доме нечто из ряда вон выходящее.
- Входи, - негромко позвал он таким тоном, будто собирался показать мне либо райские кущи, либо десятый круг ада.
В облезлой, обшарпанной передней, при тусклом свете умирающей лампочки творился форменный бедлам. Нет, разбитой посуды, покалеченной мебели или вспоротых перин я не увидел по той простой причине, что подобной роскоши здесь просто не имелось. Единственное, что пока оставалось на виду, так это обои. Клочьями сорванные со стен, они в беспорядке закрывали весь пол. То же самое творилось и в другой комнате, а на кухне, кроме всего прочего, был отколот весь кафель. Но и этого чьим-то хлопотливым рукам показалось мало. В некоторых местах они до самого кирпича отбили даже штукатурку. Неужели соседи ничего не слышали? Или просто привыкли к хмельному загулу, шуму и грохоту? Однако не следы погрома встревожили меня. Насторожил едва уловимый, но ни с чем не сравнимый знакомый привкус тления и смерти.
- Максушка, а Нина Петровна перед похоронами не того?.. - на всякий случай поинтересовался я. - В смысле, не начала подпахивать?
- А почему ты об этом спрашиваешь? - удивленно посмотрел он.
- Ты ничего не чуешь?
- Вот теперь чую. Нет, она была сухонькая. Ё-мое, а где же труп?!
- Вот и я о том же. В квартире, кроме лежака и голой железной койки, ничего нет, а значит, и труп прятать негде. Чепуха какая-то.
- Может, его унесли? - выдвинул он совершенно бредовую идею.
- Очень умно. Кроме тебя, на такую глупость никто не способен. По-твоему получается, что человека замочили, дали ему время хорошенько протухнуть, а только потом утащили под корягу. Не убийцы, а какие-то сомы или стервятники.
- Подожди, Иваныч, кажется, я все понял. - Наморщив свой неподражаемый нос, Макс пошел на запах. - Точно, он на антресоли! Посмотри-ка.
Присев на корточки, он подставил мне спину. Взгромоздившись на нее, я приоткрыл дверцы и тут же их захлопнул, настолько сильна была вонь, смердящим кулаком шибанувшая мне в нос. Спрыгнув на пол, притупляя рвотный рефлекс, я тут же закурил.
- Ну что там? - с легким сарказмом спросил Ухов. - Поплохело?
- Ну что ты, - жадно затянувшись, ответил я. - Сказочное амбре! Рекомендую.
- Обойдусь. Верю тебе на слово. Кто там лежит?
- Откуда мне знать? Сам посмотри. Какой-то труп с пегой лысоватой головой, а изучать его подробнее у меня не было никакого желания. Предоставляю это тебе.
- Не надо, я уже знаю: если лысоватый и с пегим волосом, значит, это Витька.
- Похоже, он и есть.
- Что ж, если Витька, то туда ему и дорога. А какие сволочи невоспитанные: замочить замочили, а окна не открыли. Хоть бы о людях подумали, мокрушники долбаные. В квартире ведь градусов под тридцать. Когда же его ухлопали, что он так завонял?
- Когда ты видел его в последний раз?
- Кажется, я тебе уже говорил - на поминках после похорон, двадцатого числа.
- А сегодня кончается двадцать седьмое. За это время, да при такой влажности твой Витя вполне дозрел. Впрочем, если тебя интересуют вопросы судебной медицины, то обращайся к доктору Коржу.
- Ладно тебе. Посиди тут, покарауль, а я домой сбегаю, позвоню Требунских.
Да, такого поворота событий я ожидал меньше всего. Где-то подспудно в моей голове назревала мысль, что Стукалов и неопознанные трупы дело рук Скороходова. Теперь же полный пассаж и сумятица. Правда, еще остается призрачная надежда на не менее призрачную Алену, но это уже чистой воды фантазия. Собственно говоря, почему я вообще стараюсь привязать эти трупы к дому Скороходовых? На каком основании? Только потому, что труп был обнаружен вблизи могилы Нины Петровны? Так это еще ни о чем не говорит. Или потому, что орудовали "вальтером"? Но мало ли у кого мог быть этот "вальтер". Например, у сына Шавриной он тоже имелся, правда, другого калибра. У него был, а у Скороходова как раз его могло и не быть. Так что полная ерунда получается, господин Гончаров. Как говорится, это все ваши смешные фантазии.
- Полковник с оперативной бригадой уже в пути, - вернувшись, сообщил мне Макс. - Я думаю, что не в наших интересах...
- Намек понял, улетучиваюсь, - заторопился я к выходу. - Позвоню тебе через пару часов. Больше всего меня интересует предварительное заключение судмедэксперта. И конечно же каким способом его умертвили.
- Слушаюсь, товарищ генерал, не извольте беспокоиться.
- Пока, дышите глубже, и желательно ноздрями, вы не в розарии!
* * *
Оставшись один, Ухов вышел на балкон, потому как находиться в комнате было делом противным. Первыми прибыли Трибунских с Потехиным в сопровождении оперативной бригады. В общей сложности в передней собралось шесть человек. Бегло оглядев все углы и укромные места, Потехин вопросительно взглянул на Ухова:
- Ты что? Поиграть с нами решил? Где твой обещанный труп?
- Там. - Кивнув на антресоль, Ухов коротко пояснил: - Под потолком хранится. Разве вы запаха не почувствовали?
- Почувствовал, но ничего не увидел. На антресоли, говоришь? Тогда дождемся медиков. А ты, Олег, можешь приступать к работе. Вахидов, начинай опрос соседей. Петр Васильевич, пойдемте на балкон, дышать невозможно.
- А что, Макс, Гончаров давно сбежал? - спросил Требунских.
- Какой Гончаров? - вылупив от удивления глаза, изобразил недоумение Ухов и даже осмотрелся по сторонам. - Я не понимаю, о чем вы говорите!
- Когда поймешь - будет поздно, - мрачно пошутил Потехин.
- Не надо, Геннадий Васильевич, - с трудом сдерживая смех, остановил его полковник. - Он же от усердия сейчас с балкона вывалится. Ухов, коли врать не умеешь, так не берись, а тем более не учись, все равно у тебя ни черта не получится. Подними-ка свою лапчатую ножку да покажи мне подошву.
- Примерить мой сапожок хотите? - осведомился Макс, послушно задирая свою медвежью лапу.
- Так-так, на твоей подошве ясно и четко просматривается поперечное рифление, на обрывках обоев оно тоже присутствует, однако здесь виден еще один след, и тоже свежий, но рисунок рифления в елочку, да и размером он на порядок меньше. Ты ухватил мою мысль? Только не говори нам, что вторые сапоги ты надевал себе на руки, все равно мы в это не поверим. Итак, когда сбежал Гончаров?
- Минут пять тому назад, - потупился, как первоклассник, Ухов, и это выглядело довольно комично.
- Матушка-заступница! - захохотал Потехин. - Да ведь военный разведчик покраснел!
- Медики приехали! - отвлекая внимание от своей персоны и тыча пальцем вниз, радостно закричал Макс. - Смотрите, врачиха и санитар! А где же второй?!
- Второго не будет, - входя в квартиру, ответила женщина средних лет, ранее Максу незнакомая. - Мы с Сергеем на домашнем дежурстве. Вызовов сегодня много. Господи, Петр Васильевич? Здравствуйте, я сразу-то вас не узнала. Но почему вы сами? Дело серьезное?
- Достаточно серьезное, Вера Павловна. Очень жаль, что вы с одним санитаром. Труп нужно снимать с антресоли.
- Ничего, я баба здоровая, как-нибудь управимся. Олег, вы его уже осмотрели? - обратилась она к криминалисту. - Мне можно приступать?
- Я его не смотрел, вас дожидался. Не знаю, как нам быть, да и что я там наверху увижу? Надо его стащить вниз. Вы отойдите, мы с Сергеем его снимем.
- Остались на Руси рыцари, - улыбнулась врачиха, пятясь на балкон.
- А как же, мадам! - галантно выступил вперед Ухов. - Остались, и великое множество. Куда вам лучше его сгрузить? В коридор или на кухню?
- Лучше на кухню и прямо на носилки.
Соорудив из носовых платков нечто похожее на хирургические маски, три отважных рыцаря начали операцию. Первым делом Макс привязал ноги соседа полотенцем, а Олег, действуя с противоположной стороны, то же самое проделал с руками. Проверив надежность растяжки, Макс понемногу начал вытягивать мертвеца на себя, Олег же при этом стравливал свой конец. Все шло гладко и замечательно. Покойник выдвинулся наружу больше чем наполовину, и Сергей уже собирался его подхватить, когда неожиданно из рук Олега выскользнул страховочный конец. Свободный мертвец, шлепнувшись спиной об пол, удобно пристроил голову на ступнях у Макса и жестоко засмердел, словно мстя ему за все перенесенные обиды. Негромко, но явственно выругавшись, Ухов отскочил в глубь кухни.
- Ну что же вы, мальчики, так неаккуратно? - укоризненно пропела врачиха.
- Он лучшего не заслуживает, - проворчал Ухов, проскальзывая на балкон.
- Вытащили? - спросил его Потехин. - Огнестрельное?
- Нет, - закуривая, мотнул Макс головой. - "Галстучник", шнуром удавили. У него такое роскошное жабо красуется, любой индюк позавидует.
- Примерно когда наступила смерть?
- Геннадий Васильевич, вы это у меня спрашиваете? - отбрасывая окурок, довольно едко спросил Ухов. - Простите, но мы медицинских академиев не кончали.
- Извини, я в самом деле чего-то не того... А ты уж сразу!...
- А что сразу! Что сразу! - сорвался всегда выдержанный Ухов.
- Перестаньте ругаться, мужики. Пока можно предположить, что его смерть наступила не позднее сорока восьми часов назад, - примиряюще заявила судмедэксперт.
- Не позднее сорока восьми... А не раньше?.. - спросил полковник.
- Вообще-то можно говорить о пяти и даже десяти днях.
- Однако, Вера Павловна, точностью вы нас не балуете.
- Для вашей же пользы, Петр Васильевич, чтобы не вводить вас в ненужное заблуждение, - парировала эксперт. - Поработаем с трупом по науке - скажем точнее.
* * *
Оставив машину на стоянке, я нанял такси и в считанные минуты добрался до знакомого гаража. Слава богу, в соседних боксах никого не было, только в самом конце ряда сквозь неплотно прикрытые ворота пробивался свет и слышался гогот веселящихся мужиков. Нисколько не заботясь о своей репутации, я открыл замок и проскользнул вовнутрь. Первое, что я сделал, так это свинтил внутренние шпингалеты и монтировкой изуродовал крепежные отверстия ворот как изнутри, так и снаружи. Затем устроил легкий кавардак на полках и только после этого забрался в машину. "Копейка" завелась с первого раза. Посмотрев на датчик, я решил, что такое количество бензина может сослужить плохую службу. Не поленившись, я слил из бака около двадцати литров и выехал из гаража. Потом педантично закрыл ворота и накинул на проушины заранее перепиленный замок, а отломанные головки болтов раскидал невдалеке. Конечно, все мои уловки любая техническая экспертиза раскусила бы с первого раза, но для замысла Шавриной они вполне годились.
Место аварии, на мой взгляд, я выбрал удачное. Довольно крутой стометровый отрезок дороги резко поворачивал налево, а прямо, в двадцати метрах от проезжей части, расположилась какая-то строительная фирма с бетонным забором. Это меня устраивало вдвойне: во-первых, я как следует разобью машину, а во-вторых, пробудившийся от грохота стражник тут же сообщит об этом в милицию. Главное, чтобы машина при ударе не загорелась, иначе все мои труды пойдут прахом. Неизвестно, когда гаишники определят ее номер и будут ли определять вообще. Но кажется, остатки бензина я выработал полностью, по крайней мере, стрелка датчика прочно и недвижимо застыла на нуле. Ну, с богом!
"Машину жалко, - подумал я, подталкивая ее к кончине, - ей еще бегать да бегать".
- А я и побежала! - ответила "копейка" и, набирая скорость, покатилась вниз, прощаясь рубинами глаз.
Удар был впечатляющим. Сторож выскочил сразу же. Пожара не произошло, задерживаться долго на месте аварии было опасно, и я скорым шагом двинулся в сторону основной дороги. Мавр сделал свое дело, и Дездемона может спать спокойно.
В десять я явился домой и первым делом позвонил Шавриной. Отчитавшись о проделанной работе, я тут же набрал телефон Ухова и узнал от него много полезных вещей. Например, о том, как на него упал удавленный покойник, о том, что ему, как идиоту, пришлось тащить его до машины, и о том, что в данный момент он стоит в трусах и собирается лезть в ванну, поскольку весь провонял тухлой мертвечиной и его родная "кастрюля" грозится прогнать непутевого муженька на улицу. Что же касается времени смерти Виктора, то диапазон настолько широк, что едва умещается в недельный отрезок. Единственное, что я почерпнул полезного из нашего беспредметного разговора, так это то, что смерть его наступила не позднее сорока восьми часов назад. А это означало, что двадцать пятого декабря до десяти часов вечера Виктор мог еще быть живым. Смерть же неопознанного господина, которого мы с Уховым обнаружили на кладбище, наступила двадцать шестого между двумя и тремя часами ночи, то есть Виктор не имеет к нему никакого отношения, к тому времени он уже был задушен.
Пожелав Максу приятного омовения, я собрался поговорить еще с одной особой, но гневливо-ядовитый голос жены остановил меня на полпути.
- Подожди, благоверный! - Выдернув из моих рук телефонную трубку, она с раздражением бросила ее на аппарат. - Подожди, солнышко ясное! Ответь мне на один вопрос: долго это будет продолжаться или когда-нибудь кончится?
- А что должно продолжаться и что кончиться? - спросил я, ровным счетом ничего не понимая.
- Ах вот оно что! Ты даже не знаешь! - Пританцовывая на месте, она агрессивно тыкала мне в лицо острый ноготь. - Ты даже не помнишь того, что я говорила тебе вчера вечером!
- Ой! Совсем закрутился. - Изобразив крайнюю степень отчаяния, я молитвенно сложил руки и встал на колени. - Прости подлеца, но я исправлюсь!
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28