А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Порции имели не только одинаковые цвет и форму, но, видимо, и своими вкусовыми качествами мало чем отличались. Махнув в сердцах рукой, Крюгер кивнул на куру. Быстро перекусив и откинувшись на спинку кресла, он открыл банку «Синебрюхова». Сделал солидный глоток и с удовольствием отметил, что, по меньшей мере, пиво его не разочаровало.
Мужики сзади с шумом уплетали свои порции. При этом еще успевали травить анекдоты. Сидевшие в противоположном ряду пожилые супруги бросали на них испепеляющие взгляды. Черноволосый, перехватив парочку таких взглядов, видно, задался целью вконец испортить аппетит культурным старикам. Он нарочно громко обратился к своему соседу:
– А вот еще анекдот! – И с совершенно серьезной миной продолжил: – Сидят две мухи на навозе. Одна пукнула. Другая возмутилась: «Ты что? Мы же кушаем!!!»
Молодые люди залились звонким смехом, в то время как побежденные пенсионеры бросились уговаривать своих соседей спереди поменяться с ними местами. Патрик Крюгер, от души посмеявшись, углубился в чтение персональных данных на последнего члена своей группы. Судя по фотографии, им являлся спутник Макса Шмидта. Снимок был явно старый. Ибо в этом молодом юноше с пышной шевелюрой и смеющимися глазами с трудом угадывался тот странный тип, которого Патрик видел еще в аэропорту Франкфурта. У того не только взгляд был потухшим…
– Мартин Букс, тридцати лет. Студент. Национальность: немец, – прочитал Крюгер.
Мартин Букс стоял на крохотном балкончике, который, скорее всего, предназначался лишь для разведения цветов, и курил. В последнее время он часто размышлял на тему, где взять деньги. Месяц еще только начался, а он уже напрочь забыл, как выглядела его стипендия. Денег катастрофически не хватало. Однако мысль пойти и поработать никогда не посещала Мартина. В свои тридцать лет он вообще ни дня не работал. Но возможно, что оправдание его безделью и нежеланию заниматься чем-то полезным для общества лежало в его натуре. К тому же Букс не считал себя человеком с запросами. Пачка сигарет и две банки пива в день – в большем он не нуждался. Хотя… ведь еще нужно было и что-нибудь кушать! А за квартиру платить, а за учебники? Мартин обвел печальным взглядом полупустой двор, заваленный строительным хламом, и задержался на заляпанных чем-то коричневым унитазах. Они были небрежно свалены в кучу практически под самым его балконом. Объяснялось все очень просто. В их доме вот уже второй месяц шел ремонт. Старое канализационное оборудование выломали еще в первые дни, а вот новую сантехнику так пока и не завезли. Мартин смачно сплюнул. Мало того, что след от ободка кастрюли на его заднице уже не сходил, так рабочие еще и насыпали гору из засранных унитазов прямо под окнами возмущенных жильцов!
– Засранцы! – процедил сквозь зубы Мартин.
И было не совсем понятно, кого же Букс имел в виду. Относилось ли это к непутевым работягам из ремонтной фирмы, или молодой человек уже настолько привык к виду битых толчков во дворе дома, что уже дружески обращался к ним на «ты».
В прихожке затарахтел телефон, счета за который последние полгода оплачивала мать. Поднимать трубку не имело смысла. Скорее всего, и звонила тоже она. Больше попросту некому было. Потому как друзей в привычном смысле слова Макс не имел. Не обращая ни малейшего внимания на упрямое тарахтение аппарата, Букс набросил на плечи свою единственную куртку и вышел из квартиры.
Под вечер, убив целый день на бесцельное мотание по Саарбрюккену, Мартин Букс оказался в одном из стрип-баров города. Программа этого заведения не отличалась особым разнообразием. Стриптиз и алкоголь, алкоголь и еще больше стриптиза. Зато музыка Букса вполне устраивала. Собственно говоря, он и заглянул-то туда только по этой причине. Из-за полуоткрытой двери бара на улицу доносились до боли знакомые хиты восьмидесятых.
Мартин вступил под перекрестный огонь разноцветных прожекторов и осмотрелся. Две полуобнаженные танцовщицы с породистыми ягодицами уже вовсю развлекали первых посетителей. Букс заказал светлого пива и занял столик перед самой сценой. Откинувшись на спинку стула, он минут пятнадцать с интересом наблюдал за честно отрабатывающими свои деньги девицами. Пока одна из них, в полнейшем экстазе от ритмов «A-ha», вдруг не вспорхнула к нему прямо на стол. Мартин, не ожидавший такого сюрприза, во все глаза уставился на раскачивающийся перед самым его носом шикарный зад красавицы. На бархатной коже молодой женщины сверкали хрустальные капельки пота, а ее лукавые глаза блестели адским огнем. Манящий запах здорового женского тела заводил Букса. А шельмовская улыбка девушки уносила его в давно забытую страну грез. Неизвестно, как долго бы еще все это продолжалось, если бы танцовщица не стала призывно щелкать пальцами. Этот жест ясно говорил Мартину, что она всего лишь делала свою работу. За которую и ожидала от него, Мартина Букса, соответствующего вознаграждения. Подставив ему свой обтянутый полупрозрачными плавками лобок, девушка предоставила Мартину эксклюзивную возможность прикоснуться к, вероятно, сокровеннейшей из ее тайн. Он же лихорадочно соображал, что станет делать после того, как отдаст этой соблазнительнице свою последнюю десятку.
– Ну что же ты, парень?! Разве можно заставлять ждать такую красавицу?! – раздался голос со стороны.
А протянутая оттуда же пятидесятиевровая бумажка быстро спряталась под единственной частью туалета стриптизерши. В это мгновение Мартин успел увидеть кусочек идеально выбритого тела счастливой обладательницы крупной купюры.
Неожиданный «спаситель» Букса без спроса устроился за его столом и представился:
– Макс! Так меня зовут.
– Угу! – отозвался Мартин и только тут заметил, что все столики в зале заняты.
– Что будем пить? – Неугомонный пришелец был явно настроен на дружескую беседу.
Букс уставился на неизвестно откуда взявшегося собеседника, не сразу сообразив, чего от него хотят. Тем временем Макс уже обратил на себя внимание молодой официантки, которая принимала заказ за соседним столиком.
– Ты случайно того… не голубой? – с сомнением в голосе спросил Мартин.
В этот самый момент девушка в белом фартучке, черных чулках и такой же бабочке застыла у их стола в ожидании заказа. Недослышав вопрос Букса, она безразлично сказала:
– К нам, молодой человек, педики не заходят…
Парни, не веря своим ушам, уставились на официантку. Их ошалелые взгляды раз за разом соскальзывали с лица девушки вниз… цепляясь за ее крупные вишневые соски, словно те были спасительными соломинками.
– Так что приключений на свою задницу ищите в другом месте! – беспардонно заключила она, улыбаясь кому-то у барной стойки.
Макс заржал первым. Да так неожиданно и громко, что официантка испуганно дернулась, а ее обнаженные груди задрожали не хуже самого аппетитного пудинга.
– Девушка, он ведь пошутил! – встал на защиту своего нового знакомого Макс. – Вы нам лучше пива принесите!
Через полчаса молодые люди уже непринужденно болтали, попивая из высоких бокалов и живо обсуждая происходившее на сцене.
– Ты здесь как часто бываешь? – поинтересовался Макс.
– Если совсем честно, то я здесь впервые. И, наверное, больше уже сюда не загляну, – признался ему Букс.
– Что так?
– Место они для стрип-бара выбрали непутевое, – огляделся Мартин.
– А по-моему, наоборот, очень даже подходящее, – возразил Макс. – От центра недалеко и район вроде бы цивильный.
– Да я не о том, – подозрительно тихо ответил Мартин Букс.
– Тогда я тебя что-то не понял, – улыбнулся его визави. – Поясни!
– На старом погосте заведеньице это стоит, – как нечто само собой разумеющееся сообщил Букс.
– Как это на погосте?
– А вот так! Раньше здесь кладбище было…
– Да ну тебя! – не поверил Макс. – Откуда тебе это известно?
– А я чувствую…
Под предлогом того, что ему необходимо по нужде, Макс оставил Букса одного. Однако сразу в туалет не пошел. А завернул к бару. Подсев за стойку, он обратился к бармену:
– А скажите-ка, любезнейший, что здесь было раньше? Я имею в виду место, где сейчас находится этот кабак.
Шустрый мужичок, видимо уже давно привыкший к самым разным странностям и вопросам своих клиентов, пожал плечами.
– Лет пятьдесят назад вроде какая-то фабрика стояла…
– А до того?
Мужик прекратил протирать стойку и уставился на парня непонимающим глазами.
– Ну так что? – не отступался Макс.
– Я не краевед! – снова взялся за наведение чистоты бармен. – Да мне это и по барабану…
– А кто это может знать? – предпринял последнюю попытку Макс. – Может, хозяин?
Мужик хитро улыбнулся:
– А я хозяин и есть!
Когда Макс вернулся к их столику, то застал своего нового знакомого, когда тот делал очередной заказ.
– Ты ведь ничего против парочки алкопопсов не имеешь? – Вопросительно посмотрел на него Мартин.
Макс, занятый другими мыслями, лишь согласно кивнул.
– Только я этот заказ тоже на твой счет посадил, – внаглую заявил Букс. – Я сейчас конкретно на мели сижу.
Его собеседник блеснул очаровательной улыбкой.
– Оттягивайся, дружище, сегодня я плачу! – были его слова.
– Почему-то я знал, что ты скажешь нечто подобное, – довольно потер руки Мартин.
– Скажи еще, что ты и это предчувствовал? – хохотнул Макс.
Он пододвинул свой стул поближе к Буксу и, еще не успев на него опуститься, задал вертевшийся на языке вопрос:
– Слушай, Букс, а ведь ты мне сбрехнул про кладбище! А? Давай признавайся!
Мартин сначала отпрянул от него. А затем хлопнул себя по высокому лбу.
– А-а-а! Вон ты о чем! – протянул он и тут же пошел в наступление: – Ха, Макс! Да ты никак справки наводил?! А я было подумал, что у тебя с пива днище вышибло! Ты ведь не меньше четверти часа пропадал.
Глаза Макса смеялись. Однако он не проронил ни звука, ожидая продолжения буксовских эскапад.
– Я же тебе сказал, погост этот очень старый. Может, двести лет, а может, и все пятьсот. Я этого не могу знать. Я только чувствую, что место это нехорошее. Я вот, к примеру, уверен, что вон в том углу, где те две гусыни лыбятся, – при этих словах Мартин беспардонно ткнул пальцем в веселящихся в дальнем углу девиц. – Там одна убиенная закопана была. Ее…
Мартин вдруг замолк, а его взгляд стал стеклянным. Макс внимательно следил за происходящими с Буксом переменами.
– Наверное, у меня с головой не все в порядке! – так же неожиданно, как и замолчал, снова заговорил молодой человек.
В это время к их столику приблизилась официантка. Правда, уже другая, но тоже с удивительно красивой обнаженной грудью. Она поставила перед парнями по две бутылочки с мутным фосфоресцирующим содержимым и только потом обратилась к Максу:
– Хозяин просил вам передать… – Она запнулась, посмотрела вверх, в сторону и закончила: – Короче, про какие-то там кости… Их где-то тут находили, что ли…
– Какие кости? – ничего не понял Макс.
– А я почем знаю? – психанула девушка. – Мне что, больше делать нечего? Может, человечьи, а может, собачьи!
Она резко повернулась и, преувеличенно раскачивая худощавой попкой, удалилась.
Макс взглянул на Мартина и встретился с ним глазами. На лице его товарища играла торжествующая улыбка.
– Слушай, Букс! – Макс почему-то с самого начала обращался к нему по фамилии. – Я вот здесь на одну тусовку еду. И тусняк этот обещает быть просто сногсшибательным. Поехали со мной, а? Я тебя приглашаю! У меня даже вот билетик лишний имеется.
– Это куда? – вмиг сделал серьезное лицо Мартин.
– В Гималаи, – делая глоток из бутылки и наблюдая за его реакцией, просто ответил Макс.
– Что-то я о такой кабачине еще не слышал, – вызывая у собеседника улыбку, отреагировал Букс. – Но… если ты приглашаешь, почему бы и нет! Я – птица свободного полета! Одним словом – вечный студент…

* * *
В Москву прилетели без опозданий. Столица России встретила Крюгера мелким теплым дождиком. Быстро пройдя контроль, Патрик Крюгер сдал свой чемоданчик в камеру хранения и, подгоняемый желанием что-нибудь выпить, отправился на поиски бара. Он двигался вдоль витрин бесконечных магазинчиков, с интересом рассматривая широкий ассортимент сувениров. Его особенно развлекали гигантские матрешки с физиономиями президентов России и других знаменитостей. Уже не говоря о великом разнообразии расписанных занятными сюжетами балалаек, ковшей и пасхальных яиц. Добравшись до первого питейного заведения, он присел за стойку бара и заказал «Балтику». Из бара был хорошо виден просторный зал ожидания. Повернувшись к стойке спиной и медленно вращаясь вправо-влево на высоком стуле, он наслаждался спокойствием.
Огромного русского с его привлекательной спутницей Патрик увидел сразу, как только те появились в зале.
– Значит, госпожа Калугина и господин Зубров тоже путешествуют вместе, – констатировал факт Крюгер.
Хотя ничего удивительного в этом и не было. Руководителю экспедиции, отправляющейся на поиски Снежного человека, казалось, что он прекрасно понимает всех этих людей. И Шмидта с Буксом, и этих двоих. Кто бы что ни говорил, а всегда приятнее иметь поблизости знакомого тебе человека. И уж тем более если разговор заходил о многодневном, полном неожиданностей, а возможно и опасностей, путешествии. С этого момента Крюгер не снимал со счетов и ту возможность, что оставшиеся двое – Платеро-Вебер и Шиллинг – тоже прибудут вместе. Однако, и Патрик Крюгер должен был себе в этом признаться, он вдруг совершенно ясно осознал, что такой поворот дел пришелся бы ему лично совсем не по душе.
Впереди и сзади эффектной парочки, стараясь не привлекать к себе постороннего внимания, двигались два спортивного вида молодца. «Неужели охрана?» – подумал Патрик.
Телохранители Зуброва заинтересовали Крюгера неспроста. Эти двое не вписывались в устоявшееся представление о русских бодигардах постсоветского времени. Этаких бычках с одной извилиной под бритыми затылками и надутыми не без помощи анаболиков мускулами. Конечно, не приходилось сомневаться, что завладевшие вниманием Патрика Крюгера молодые люди успели понюхать пороху, возможно даже, и не в одной горячей точке. Но эти двое явно относились к новому поколению профессиональных телохранителей. На первый взгляд невзрачные, неброско одетые, а главное, прекрасно контролирующие ситуацию.
Но в том-то все и дело, что Крюгер никак не мог себе объяснить, зачем же огромному русскому понадобилась охрана. Он сам гораздо в большей степени походил на голливудского супергероя, чем оба сопровождавших его парня вместе взятые. Один только взгляд Зуброва чего стоил. Патрик знал цену этому молниеносному взгляду. Зубров не только моментально оценил обстановку, но и увидел его, Патрика, за стойкой бара. В последнем Крюгер почти не сомневался.
– Компания у нас собирается поистине интереснейшая!! – прошептал он, когда Семен и Алекс уже скрылись из виду. Поставив пустой стакан на стойку, Крюгер мимолетом обратил внимание на наклейку. Между двумя позолоченными сфинксами красовалось название пива «Невское».
– «Балтика» в стакане из-под «Невского»! – пожал плечами Крюгер. И покидая бар, пробубнил себе под нос: – До такого еще додуматься нужно!
В одиннадцать он снова был в аэропорту. Москва, как всегда, оставила неизгладимое впечатление. Манежную площадь в ее новом облике Патрик Крюгер видел впервые. Насладившись незабываемым видом, он умудрился практически без очереди попасть на экскурсию по Кремлю. Переходя от группы к группе, благо проблем с языками у него не было, он за два часа успел посмотреть больше, чем было предусмотрено стандартной программой. С посещением Государственного Исторического музея на Красной площади (после многолетнего ремонта его наконец-то открыли для посетителей) сбылась еще одна мечта Крюгера.
В отделе искусства народов Китая и Тибета практически не было посетителей. Патрик автоматически зафиксировал присутствие только двоих человек – высокого мужчины в помятом костюме и маленькой девочки. По тому, как взрослый нежно держал за руку ребенка, можно было догадаться, что это отец и дочь. Девчушка что-то беспрестанно тараторила. А мужчина лишь изредка поддакивал ей. Судя по всему, отцу семейства посещение музея было в тягость. Крюгер незаметно наблюдал за его скучающим выражением лица и пытался себе представить, что же заставило его пойти на такую явную жертву. Возможно, не последнюю скрипку в решении посетить экспозицию сыграла мать девочки. А может быть, это решение принимал и он сам. Да только будучи уже здесь, в музее, успел об этом пожалеть.
– Папа! – Неугомонная птаха дергала отца за рукав его мятого пиджака. – Ну, папа! Посмотри, какие тут мышки!
Мужчина с сожалением оторвался от мечтательного созерцания потолка.
– Где же ты увидела мышек? – без интереса осведомился родитель.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35