А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

.. Но выбрали для съемки более подходящего паренька.
До восьмого класса русский язык и литературу вела Валентина Ивановна Сучилина, замечательный человек и педагог. Она очень любила свой предмет и эту любовь прививала своим ученикам.
Были и такие учителя, кого не любили. А не любили и боялись, напрмер, завуча ( тоже преподавала русский язык). Она была зла даже по внешнему виду и ехидна в замечаниях. Иногда отвлекшегося ученика била линейкой по рукам. Между собой ученики звали ее "Вобла". До нее заведовал учебной частью Николай Никифорович Никифоров, математик по специальности. Его выгнали из завучей за пьянство и грубость. Приземистый, с бесцветными глазами, он носил голову так, будто всматривался и вслушивался одновременно. А руки держал за спиной. Его называли Бульдогом. Вкрадчивой походкой он подходил к курящему в
туалете школьнику и тихо говорил:
== Оставь...
Поскольку "своих" пацаны знали не только в лицо, но и по голосу, ответ был незамедлительный и, несмотря на остолбенелые лица товарищей, окружающих курившего, дерзкий:
== Иди на фик, своих шакалов много.
После такого диалога, извиваясь и сдерживая вой, со слезами на глазах незадачливый курилка следовал на цыпочках за Бульдогом, так как ухо его находилось в цепких бульдожьих пальцах. Бульдожья хватка была мертвой.
Бульдог, также, как и Вобла, бил ребят(в основном, пятиклассников) линейкой по рукам. А иногда и по голове. К семиклассникам отношение было другое. Видно, потому, что семиклассники взрослее, серьезнее, меньше шалили. А может быть просто могли дать сдачи. Бульдога тоже не любили и боялись.
Не боялись, но и не любили, к немалому удивлению Кольки, Дору Яковлевну Лисовецкую, учительницу ботаники, зоологии и анатомии человека. Она любила свое дело, на ее уроках не было скучно. Уроки ботаники проходили на пришкольном участке. Но вот нужного контакта с учениками у Доры Яковлевны не получалось. Наиболее шпанистые передразнивали ее голос, походку, облепляли ее юбку сзади репейниками. На уроках анатомии скелет всегда стоял с папиросой между челюстями. Таких пацанов было немного, но те, кто их осуждал, Доре их не закладывали. Ябеда был вне закона. Этот нравственный принцип соблюдался свято.
Шумновато было и на уроках рисования (черчения). Эти предметы вел интересный человек Иван Григорьевич Дурасов. Высокого, около двух метров, роста, он ходил, не сутулясь, говорил с ярко выраженным украинским акцентом. Кто-нибудь из пацанов на задних партах начинает тихонько копировать его говор, остальные бесшумно хохочут. Но что значит "бесшумно", если прыск и сдавленный хохот слышны всему классу? Вот и сейчас:
== Ну тыхо, тыхо, шо там, на Камчатке, загыкалы? Чертить бы учились нормально, а не гыкать... Полтавский, расскажи нам, шо тебя так рассмешило. Может мы вместе похохочем?
Боря Полтавский встает и смущенно молчит.
== Ну не таись, скажи... Ну, ну... Говорит Полтава. Говорит Полтава...
Снова хохот.
== Тыхо! Вы ж такие большие диты. Вот вы придете после школы на завод. Старые рабочие встретят вас и спросят: "А чему вы, диты, научились в школе?" А диты чертят, как курица лапой.
На задних партах вновь прыснули.
== Ну шо еще там? Измайлов, шо вы там рассказываете?
Витька встал и сказал:
== Они спросят: "И кто вас, дети, этому научил?"
Тут уж хохот всего класса. Иван Григорьевич в этот раз "полез в карман за словом". Он пробормотал, что тоже был маленький, на что Витька Измайлов, понимая разговор учителя с классом, как разговор с собой, выразил вслух свое сомнение:
== Но верится с трудом...
Действительно, трудно было представить маленьким такого большого человека. За рост и в соответствии с профессией Ивана Григорьевича звали Штрих-пунктиром.
Другие учителя для ребят были обычными и какой-либо любовью или нелюбовью у них не пользовались.
Все педагоги обратили внимание, что за последние три года ребята стали меньше выкидывать детских фортелей, глупых штучек, стали собраннее, взрослее, но об улучшении дисциплины говорить не приходилось. Подобного, что происходило на уроках Ивана Григорьевича и Доры Яковлевны, раньше не случалось. Все связывали с появлением девочек. Началось совместное обучение, и мальчишки, с одной стороны, стали больше следить за собой, а с другой == надо же было повыкаблучиваться перед девчонками. Надо сказать, что особенно выкаблучиваться не приходилось. Среди девочек были переростки, из тех, кому война помешала в свое время учиться. Зарвавшихся одноклассников, старше которых они были на четыре-пять лет, одергивали и быстро ставили на место. После семилетки эти девочки поступали в медицинское училище или шли работать.
11
Несомненно, девчонки влияли на пацанов положительно. Если бы не они, мальчишек на танцы палкой было бы не загнать. А тут... Не все, правда, но несколько пацанов всегда крутились около танцплощадки. И одеты поприличней, чем всегда, аккуратнее. Некоторые даже пытались танцевать вместе со взрослыми, но мало кто. Девчонки, те, не стесняясь, составляли пары между собой, и вздернув носики, кружились по деревянному настилу, только юбчонки взлетали, оголяя их еще совсем детские ноги. Мальчишки больше проводили время около площадки, покуривали, лихо цыкая слюной через зубы, пускали дым из носа. А если танцевали, то чаще друг с другом, дурачась и пародируя других танцующих. Они не знали, как себя вести. Облегченно чувствовали себя те, кто состоял в помощниках у Яши, был вроде бы, как при деле.
Колька с Мастюком наблюдали за танцующими. Большинство из них просто ходили под музыку, но некоторые танцевали красиво, хотелось смотреть и смотреть. Музыка была самая разная. Звучали отрывки из опер и оперетт, популярные песенки. Вот отец и дочь Утесовы: "Все хорошо, прекрасная маркиза", затем Утесов-старший один: "Я ковал тебя железными подковами". А вот Марк Бернес рассказывает спокойно и мелодично: "Через реки, горы и долины", а на обратной стороне пластинки: "На путях на жизненных встречается с человеком человек". Играли "На карнавале", "Челиту", "Домино". Ставили пластинки чисто музыкальные, без слов, одна мелодия.
Нескладный Генка Чудак серьезным взрослым взглядом провожал проходящие мимо него танцующие пары и в такт музыке покачивал головой. Совсем еще кнопка, десятилетняя девчушка, упершись худенькими локоточками в перила танцплощадки, а подбородок положив в ладони, наблюдала за танцующими, напевая: "Маринике, Маринике..." Кто-то щелкнул ее по носу. "У, Дурак..." == обиделась девочка, но осталась на прежнем месте.
От танцплощадки отошли две девчонки, Колькины ровесницы. Колька видел, как они танцевали и завидовал. Он танцевал плохо == топтался на месте.
Девчонки остановились на гаревой дорожке неподалеку от него. Неожиданно подошел Мастюк и, показав глазами на девчат, сказал:
== Во, классные бабы... Я их знаю. Хочешь, познакомлю? = и Мастюк потащил Кольку к подружкам.
== Обожди, == Колька вырвался. == Ты сначала скажи, кого из них как зовут, а потом знакомь. А то я от стеснения забуду все.
== Вот эта, помельче == Райка Круподерова, брат у нее старше нас, Толик. А вот та, с кудряшками, вишь, глазами из-подо лба зыркает?.. Это Галка Бычкова. Она с матерью живет в третьем бараке.
Кольке понравилась кудрявая.
== Ладно, пойдем!.. Которая Галка == моя, на нее не расчитывай.
Мастюк удивленно посмотрел на Кольку, но ничего не сказал. =
Здравствуйте. Скучаем? А мы видели, как вы танцевали. = Да-а?.. =
девчонки делали вид, что им с ребятами не интересно. = Да... =
Мастюк показал на Кольку. == Вот он не даст соврать. Ска жи, Никола... О, да я забыл вас представить дамам, == Мастюк начал копировать героя одного из кинофильмов, кажется, "Пармская обитель". == Знакомьтесь: мой друг Николай...
Представились друг другу с пожатием рук.
Первая встреча == комом. Ходили, молчали... Мальчишки стеснялись. Девчонки стеснялись и кокетничали. Однако, перед расставанием на вопрос осмелевших кавалеров о дружбе девчонки ответили согласием.
Последующие встречи были раскованней и веселей. Разговаривали о всякой всячине. Секретничали даже. Ходили попарно == рука в руке. Иногда собирались вместе в комнате у тети Кати, Галкиной матери. Она их не прогоняла, ей было даже веселей с молодежью. Нет-нет еще да и чем-нибудь угостит ребят. А когда первой волной эпидемии по Даче Долгорукова прошли песни из просмотренного фильма "Свадьба с приданым" (второй волной были песни из индийского кинофильма "Бродяга"), чуть ли не половину всего разговора мальчишек со своими подругами составляли куплеты Николая Курочкина. Это уже походило на баловство, на игру. Что дальше == никто из них не знал. О поцелуях и думать не смели, а своим постоянным положением = хождение и сидение == мальчишки тяготились. Кольку, однако, постоянно тянуло к Галке. Мастюк как-то легко смотрел на все. В разговорах с Колькой он смеялся над всем этим. А может быть нарочно, для видимости? Этого Колька не знал.
Время шло. Девчонки скоро превратились в девушек, а мальчишки все еще оставались на положении "гадких утят". Их время еще не приспело.
12
Да, время на месте не стояло. Шли своим ходом дела в барачном поселке Дача Долгорукова. Неожиданно куда-то выехала Литвиниха со своей дочкой. К Сегиной поселилась сестра Ивана Клепова == Нина. Выехали также и "тлидцать тли" с супругой. Этим обстоятельством не замедлила воспользоваться Колькина мать. Она, следуя многочисленным советам соседей, заняла с детьми высвободившуюся комнату. А Тамара с двумя детьми несколько позже "переехала" ближе к кухне, заняв комнату поменьше между Шаровыми и Куданковой. В их же большую комнату вселилась семья демобилизованного моряка Анищенко, самого первого обладателя телевизора в их секции. На интересные передачи у Анищенков собиралось до пятнадцати человек.
Так что переселения были. И новоселья справлялись. Хотя бы внутри секции.
Самым памятным для всех было переселение Колькиной семьи, вернее, не переселение, а попытка выселения. Пришел управдом Шабасов с каким-то мужиком, который в этом процессе ни слова не проронил, и предложил Александре Николаевне выселиться из самовольно занятой комнаты. Колькина мать отказалась это сделать под одобрение собравшихся в коридоре соседей.
== Чтобы в двадцать четыре часа оставили эту жилплощадь, == командирским голосом говорил высокий, в офицерской шинели без погон, Володя Шабасов.
== И не подумаю, == отвечала Колькина мать. == Сколько же можно мучиться в одной комнате двум семьям?
== Кроме вас есть другие желающие получить эту комнату.
== Желающих может быть много. А мы живем уже не первый год две семьи в одной комнате. А вы обещали при первой возможности нас расселить.
== Да, обещали. Но сейчас этой возможности нет.
== Как это нет?.. Освободилась же комната... == Колькина мать постепенно переходила в наступление. Весь разговор явился "солью на рану", освежил все "прелести" скотской жизни == семь человек на восемнадцать квадратных метров.
== Как это нет?.. А кому вы вознамерились эту комнату отдать?..
== Это не ваше дело. Кому надо, тому и дадим. Мы расселяем многосемейные комнаты из другого барака.
Тут все зашумели. Людям не нравилось, что сюда будут вселять из другого барака, когда есть свои нуждающиеся. Они знали, что ни в одном бараке не было комнат с таким количеством людей, как у Михиных и Григорьевых. Да и ждали улучшения условий они дольше других. В этом многоголосье управдому приходилось туго, но он не сдавался и временами даже перекрикивал толпу жильцов.
== Все равно они не имеют право самовольно занимать жилье. Больше
Шабасова уже никто не слышал. Александра Николаевна, до этого
старавшаяся держаться спокойно, сорвалась с места и, наскакивая на управдома, вроде наседки, защищавшей гнездо от коршуна, угрожающе закричала:
== Это кто жулье?! Это я жулье? Честно и терпеливо ожидающая своей очереди на расселение?.. Да не найдется человек, который мог бы что плохое сказать обо мне. Словами бы поаккуратнее бросались, товарищ управдом. А то я найду управу и на управдома. Ишь ты... Власть, значит, можно жульем обзывать... Вы мне еще ответите за "жулье".
Несчастный управдом, пытавшийся возразить, что он сказал не "жулье", а "жилье", совсем не был слышен за шумом сочувствующик Колькиной матери соседей. Наконец, уразумев, что ему лучше ретироваться, он так и поступил, махнув рукой. Вслед за ним удалился и его молчаливый спутник. Через день Колькина семья была уже официально прописана в отдельной комнате. управдом их больше не беспокоил.
Это уже была своя комната, а не общая. Окно комнаты выходило не на улицу, а на "зады". Из него виднелось хозяйство четырнадцатого барака, стоявшего на отшибе. Жильцов этого барака знали хуже, чем жителей других бараков. Среди пацанов были известны Леша Дмитриев, Эдик Капустин и уже знакомый нам Масло. Леша был из переростков и "добивал" седьмой класс, чтобы получить семилетнее образование и пойти работать. Это был человек с юмором. Мог при случае посмеяться и над собой. Страстный охотник, мог и приврать в разговоре про охоту. Любил иностранные слова, и на обертке учебника по физике надписывал не "Физика", а "Фюзис".
Эдик Капустин был известен в поселке и в школе: однажды, наученный Вовкой Потемой (один из детей Потемкиных, живших в своем доме по соседству с бараками) он покупал в школьном буфете сто граммов "сифилисных конфеток".
Масло, можно сказать, даже был знаменит. Проиграв в карты, сбежал от получения щелбанов (щелчков в лоб). А когда "победители" стали его преследовать, убежал с котлована, где играли в карты, в одних трусах домой. Поскольку мать была на работе, а ключ от комнаты == в брюках, что с рубашкой остались на берегу котлована, он залез к себе в комнату через форточку, там лег на диван и заснул. К приходу с работы матери на котловане была найдена одежда ее сына. Несколько человек ныряли и ходили по котловану, разыскивая утопленника. Мать выла и рвала на себе волосы, наблюдая за поисками ее чада. Когда ее привели домой и помогли открыть дверь, она, увидев на диване свернувшегося калачиком сына, потеряла сознание.
Леша Дмитриев контактировал с пацанами только в школе и только по вопросам учебы. По возрасту у него была "своя компания". Иногда их видели вместе с Потемой, но только иногда. У Потемы был свой особый мир. Он верховодил податливыми пацанами. Заставлял их подворовывать дома разные вещи и приносить ему своеобразную дань. Пацаны его побаивались, но "шестерить" соглашались делеко не все. Мастюк одно время был у него "шестеркой". Когда они появлялись вместе среди пацанов, были похожи на Шер-хана с его угодливым другом шакалом из "Маугли". Если кто посильнее наступал на Мастюка или угрожал ему, тот говорил:== Скажу Потеме, он тебе даст...
Потемкиных, кроме тети Наташи (матери Потемы) и его сестры Муси, любовью не жаловали. Старик Потемкин был не только суров, но и жесток. Говорили, что он убивает собак, чтобы собачьим жиром лечить туберкулез. Колькина Дозора, любимца ребятишек, неожиданно пропавшего, так и не смогли найти.
13
Большую радость приносили на Дачу Долгорукова праздники. Крупные праздники: и советские , и религиозные, == отмечались всем поселком. Зимние: Новый год, Рождество, крещение = сопровождались колядованием, гаданиями, по дворам ходили ряженые, которые пели и плясали под гармошку и балалайку. Из летних наиболее впечатляющими были пасхальные гуляния, особенно, если пасха выдавалась поздняя. Катали яйца, христосовались, играли в карты, в лото. Ходили пьяные в обнимку и горланили песни. То у одного, то у другого барака в окружении болельщиков выделывали номера дачинские плясуны. Без драк не обходилось. Даже говорили: "Что это за праздник, никому и морду не набили". И все это под аккомпонемент гармошки.
Гармонистов было много. Каждый играл по-своему. В каждой секции имелся свой гармонист. А в Колькиной == аж целых три: дядя Коля Шаров, Иван Анищенко и Колька. Играли так себе, но окружающим нравилось. Неплохо играл рыжеватый железнодорожник Саша Иванов. Он играл и сам пел. Всем была знакома манера его игры и любимая припевка: "Хулиган-мальчишка я, не любят девушки меня".
Воистину талантом-самородком был молодой гармонист Васька Орехов. Ах, как он играл!.. Гармонь сама так и выговаривала мелодию, заставляя и петь, и плясать. Совсем молоденький парнишка, сначала, как девушка, стеснительный, он в короткое время вырос в здорового кудрявого мужика-бугая и напоминал своего былинного тезку Буслаева. Причем, не только внешностью, но и поведением. Угощали, хвалили == это и сделало свое дело. Васька стал пить. А пьяный он становился буяном и забиякой. Так и пошло: где Васька, там и драка. Жалко было, когда он получил срок, но получил он его по заслугам. И все же позднее во время любого гуляния вспоминали отчаянного гармониста Ваську Орехова.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24