А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

На посадочной
площадке Онтара ждали все офицеры управления. Все носили черный цвет, как
и положено сразу после смерти ребенка. Но Карн заметил некое
несоответствие. Его появление не требовало их присутствия, но все офицеры
были в сборе.
Карн ступил на крыло флиттера. Он совершенно не желал знать еще более
печальных новостей. Но иметь дело с плохими известиями было обязанностью
Лхарра. Он спрыгнул на площадку. Иногда казалось, что это было только его
обязанностью. Тан Орконан тут же оказался рядом.
- Милорд, у меня для вас худшая из новостей. Мы не могли сообщить вам
это раньше, не вызвав вашей смерти и гибели фон Шусса.
Карн взглянул в знакомое с детства лицо и увидел боль и скорбь. Тан
выдал глубину трагедии, обратившись к Карну не по имени, а по титулу.
Тан сглотнул.
- Невозможно смягчить известие, милорд. Ларга убила себя на следующий
день после вашего отъезда.
Карн схватил Тана за руку, чтобы сдержать себя. Стены посадочной
площадки, казалось, сомкнулись над ним.
- Почему? - прошептал он. - Почему? - Он почувствовал, что крепкая
рука Ника обхватила его за плечи.
- Она говорила своим дамам много раз, что ей известно, что она
никогда не принесет Халарекам живого ребенка. Она говорила, что не сможет
вынести презрения своей семьи и вашего, милорд. - Тан опустил глаза. - Она
еще оставила записку. Она знала, что вы нарушили траур, чтобы отправиться
на свадьбу сестры. Она писала еще и еще об этом, будто вы могли ее взять с
собой или остаться. Она считала это неясным. Это было очень длинное
письмо, милорд, и очень горькое.
Карн закрыл глаза и сжал кулаки. Он стал глубоко, но с дрожью,
дышать. Но это не помогло унять хаос в его душе. Он пренебрег своей женой,
когда ей так нужна была его поддержка. Он поставил на первое место
интересы Кит, и Лизанна знала это. Он был недосягаем в Одоннеле,
совершенно недосягаем, сразу после смерти ребенка. Теперь и Лизанна
мертва.
Как из тумана, до него донесся голос Тана:
- Это не ваша вина, милорд. И Ларга Лизанна чувствовала себя очень,
очень плохо, Карн. Доктор Отнейл говорит, это часто случается с женщинами
после родов, даже если ребенок рождается здоровым.
Карн часто слышал эти слова всю следующую неделю. Лизанна была не в
себе; он сделал выбор, необходимый для спасения династии Халареков; это не
его вина; это не его вина. Конечно, он верил доктору Отнейлу, убеждавшему
его в том, что часто женщины в таком состоянии убивают себя в приступе
отчаянья, не сознавая отчетливо, что происходит с ними и вокруг них. Но
чувство вины не оставляло Карна. Он почти не замечал ее после смерти
младенца. Он оставил ее один на один с бедой. Он предпочел интересы сестры
интересам жены. Он будет жить всю оставшуюся жизнь с сознанием этого.
Одоннел принял предложенное по три-д предложение о помощи леди Агнес,
как гостьи Энниса Харлана. Карн послал сообщение леди Агнес о ее новом
назначении. Карн был почти уверен, ему не придется пользоваться своим
положением главы Дома, чтобы приказать ей отправляться туда. Он знал, что
она была не способна сопротивляться ни новому младенцу, ни возможностям,
предоставляемым ребенком. Он был прав. Она охотно согласилась, и ее
племянник согласился сам доставить ее из своего небольшого поместья южнее
экватора в Дом Одоннела. Для нее это безопаснее, чем появиться во флиттере
Халарека.
Решено, Карн по три-д просил позволения у Энниса, чтобы Адриан Дюваль
могла явиться и следить за гардеробом и причесыванием Кит. Он сожалел, что
не знал о Кит, что она защищала ее мужа до того, как он просил разрешение
у Гаррена Одоннела для службы леди Агнес. Необходимость общаться с Лхарром
Одоннелом росла, ведь это обязывало Карна Халарека оказать подобную услугу
в будущем.
Эннис Харлан сразу же согласился на службу Адрианы Дюваль. Карн
говорил себе, что Эннис согласился так легко потому, что требования Кит
позволяли Эннису чувствовать себя могущественнее Халарека, вынужденного
просить _е_г_о_ о таком ничтожном деле, как слуга для леди Катрин.
На следующий день Дом Халарека получил формальное уведомление из
Одоннела, что леди Агнес прибыла в замок. Такое же послание пришло о
прибытии Адрианы Дюваль первого вердейна. Только через пять дней пришло
срочное сообщение от Льюиса, доставленное в Халарек посыльным в ливрее
Дюваля. Карн распечатал письмо тут же, не стесняясь любопытных глаз
кузенов за соседними столами. В нем говорилось, что леди Катрин произвела
на свет девочку тридцать седьмого керенстена. Ребенок родился здоровым, но
только время может подтвердить это. Карн с тоской подумал о своей дочурке,
которая при рождении тоже была здоровой.
Он перечитал письмо несколько раз. Он посмотрел на оборот листа в
поисках еще каких-нибудь слов Дюваля. Ничего. Он заключил, что, если бы
что-нибудь случилось с Кит, Дюваль смог бы дать ему это понять в письме.
Он смял бумагу в руке. Девочка. Наследник, но не тот, кто мог бы править.
Женщина не может выступать в Совете, даже если кузены согласятся на главу
Дома - женщину. Карн комкал и мял клочок бумаги в кулаке. На этом этапе
Ричард выиграл. У него под контролем ребенок Халареков, и отец ребенка, не
ее дядя...
Эта мысль напомнила Карну его собственную женитьбу. Лизанна мертва, а
он даже не соблюдает требуемый обычаем траур. Все должны видеть
традиционный период траура, так же, как запрещенные передвижения против
Ричарда, и только затем он может жениться снова. Он должен поручить
Орконану подобрать другую подходящую женщину. Траур продлится до дрэка.
Значит, он не сможет быть на Совете весной. Даже если бы он не был в
трауре, ой не смог бы встретить ни сочувствие друзей и вассалов из-за
потери жены и ребенка, ни насмешливой радости враждебных Домов по поводу
похищения Кит и ребенка, доставленных Харлану. Даже долгие годы
Академических тренировок владения эмоциями не помогают ему в этой
ситуации. С тех пор, как Ричард не у дел, хотя бы официально, Совет вряд
ли решит много важных вопросов.
Если не Совет, что он может сделать? Карн заперся в библиотеке для
размышлений. Никаких официальных объявлений о родившемся ребенке Энниса и
Кит не было. Возможно, это означало, что придуман еще какой-то план, чтобы
использовать Кит против ее собственного Дома. Девочка была не таким
сильным козырем, как был бы мальчик. Если Кит хотят использовать в
какой-то еще игре, возможно, ее перевезут из Одоннела. Если она двинется в
путь, появится шанс ее вернуть.
Карн взялся за перо. Он написал письмо Дювалю, делясь своими
опасениями. Адриан полезна. Возможно, что и она сможет предупредить о
новом плане. Карн не имел никаких сведений от Дюваля, кроме новости о
ребенке. Он был уверен в том, что Свободный, обнаружив доказательства
нарушения приговора Ричардом, достаточные для Совета, сообщит Карну, так
как сам он не сможет предъявить улики Совету, во всяком случае, эти.
Дюваль не сможет действовать в Совете без подтверждения своего города. Для
этого просто не будет времени. Если бы он мог полностью убедить управление
города. Но Свободные всегда осторожно относились к вмешательству в дела
Домов.
Карн связался с командиром спецслужбы Халарека и приказал подготовить
планы атаки флайеров, планы, которые заставят флайеры спуститься с
наименьшим ущербом для пассажиров. Карн знал, как мала была надежда на
успех, но разработка плана создавала ощущение того, что он делает что-то
для спасения Кит. Однако, если она в этой борьбе погибнет...
Невыносимо об этом думать. Карн занялся другими делами, которые не
могли помешать представить вынутое из флайера тело Кит, изуродованное его
же людьми. Его обязанностью, как главы Дома, было дать роду наследника для
поддержания могущества династии после своей смерти. Он приказал Фрему
Вейсману и Орконану начать поиски возможных кандидатур для его следующего
брака. Крепкое здоровье будет самым важным критерием. Он проявил себя
сильным военным лидером со времени провозглашения его Лхарром на Совете.
Он отвоевал владения у Харлана. Он, конечно, еще не имеет того веса в
Совете, который был у его отца. Но теперь семьи с более благородной
кровью, чем Дом Арнетт, захотят предложить своих дочерей. Мысль о новом
браке скоро утомила его, но Халарек должен иметь другого наследника,
мальчика. И ребенок Кит не берется в расчет, пока она в руках Харлана.
Покончив со срочными делами, Карн вспомнил в первый раз за весь день о
еде. Он удивился тому, что это был уже обед. Он работал лучше, чем
предполагал. Он хотел расслабиться за едой и отложить все проблемы в
сторону, но Ричарда в сторону отложить было нельзя. Пока никто в Совете не
знает о том, что приговор Ричарду не соблюдается, ничто его не остановит.
Карн подумал с горечью, кто действительно хочет остановить самого
влиятельного и сильного лорда на Старкере-4, кроме Домов Халарека, фон
Шусса и нескольких Свободных. Кто еще будет искать доказательства
преступной слепоты аббата? Кто сможет хотя бы предположить, что Дом
Уединения так просто уступит силе Харлана? Кто-то должен представить
Совету свидетельства нарушений, но так, чтобы Ричарда не предупредили. Это
сделает не Свободный, хотя в Доме Уединения больше Свободных, чем дворян.
Карн удивился, что ни он, ни Ник, ни Орконан не подумали раньше о
том, кто отправится в Бревен. Члены Совета из Льюиса и Йорка снова
появятся там. Если будут улики, они их найдут, а Халарек и фон Шусс
представят их Совету. Карн приказал пажу доставить лорда Николаса фон
Шусса к нему в библиотеку.

9
Карн и Ник готовились к "уединению" тщательно. Карн послал личного
посыльного в Дом Арнетт с известием о смерти Лизанны. Он не сделал этого
раньше, боясь, что лорд Френсис попробует обернуть это себе на пользу в
Харлане. Теперь ребенок Кит появился на свет, и известие о смерти Лизанны
не имело прежней силы. Карн приказал посыльному задержаться в дороге так,
чтобы прибыть после сообщения Карна по три-д, объясняющего его отсутствие
в Совете.
Следующая проблема, если Ричард руководил из Бревена, это прикрытие с
воздуха. Без этого Карну, конечно, будет угрожать опасность со стороны
людей Ричарда. Ник и Карн решили, что Ольдерменом будет Карн, а Ник будет
сам по себе. Иногда классовые различия бывают полезными. Как говорил Ник,
Свободные не доверяют Девятке, и среди Девяти никто не водит дружбы и даже
общественных связей со Свободными.
Еще одним проводом появиться Нику самостоятельно было то, что Бревен
был самым близким мужским Домом Уединения к владениям фон Шусса, и было
логичным, что Ник выбрал для себя именно его. Он не был самым близким его
душе, Ольдермену Ирту из Льюиса. Если Карш и Ирт решат отправиться в приют
вместе, Дом Уединения к востоку от Нирана был самым центральным местом для
встречи. Если они явятся в Бревен вместе, это привлечет внимание.
Дела с Наследником в фон Шуссе, тем не менее, были превосходным
поводом для Ольдермена Карша найти приют для отдыха так далеко от дома.
Всем известно, каковы Свободные в делах. Совершенно естественно, что
Ольдермен проделывает огромный путь, чтобы установить личный контакт с
Домом, который будет прекрасным рынком йоркской шерсти и шкур. Ткачи фон
Шусса славятся своими тончайшими шерстяными тканями и драпировками. И все
глубоко верили, что барон фон Шусс устелил бы и увесил бы весь замок
коврами, если бы нашел такое количество ковров.
Утром девятого вердейна, они чувствовали себя прекрасно в этой
придуманной легенде. Последним шагом в подготовке отъезда было официальное
три-д сообщение Председателю Совета Гашену. Карн решил связаться с Советом
на открытом канале. Одетый в глубокий траур, он сделал сообщение
максимально коротким, ведь боль и скорбь были еще слишком сильны, чтоб
скрывать их долго, а лорд Гхарр никогда не должен обнаруживать свои
чувства.
Ему было немного неловко, что на свободном канале все могут увидеть
скудную отделку три-д комнаты в Онтаре, но у него не было ни времени, ни
средств сделать ее более шикарной, как в других замках, больших и малых.
Карн собрался, приосанился и дал сигнал техникам начинать передачу.
- С большим прискорбием сообщаю о смерти своей жены, Лизанны Арнетт,
- сказал он. - Мой Дом будет в трауре по дочери и жене до дрэка. Я уверен,
все понимают, что означают для Дома такие утраты. Я ухожу в Дом Уединения
на две недели. Я понимаю, что мое присутствие в Совете обнаружило бы мое
неуважение к памяти моих жены и дочери.
Карн поклонился изображению Председателя, сидящего за столом.
Председатель кивнул и исчез. Несколько секунд были слышны голоса,
возбужденно обсуждающие смерти в Халареке, затем Карн жестом приказал
техникам отключить связь.
Карн обернулся к Нику.
- Посмотрим, какая будет на это реакция. Интересно, что предпримет
Дом Харлана, получив официальное известие о смерти Лизанны. - Лицо Ника
было печальным. - У нас будет возможность увидеть, что делает один Харлан.
Ричард Харлан.
Карн договорился с Орконаном, что еду будут присылать в его покои
(где Орконан, Вейсман или Гарет будут принимать ее у слуги в дверях) и что
один из троих будет периодически заходить в его покои, создавая
впечатление, что Карн там в глубоком трауре. Никто не заподозрит в этом
ничего необычного. Никто не заподозрит, что он покинул замок.

Они появились в Бревене на флиттере Гильдии, знак того, что Свободный
отплатил Наследнику фон Шуссу полетом за сомнительное удовольствие
выслушать его рассказ о его торговле. Предоставление транспорта было
обычным делом, особенно по отношению к лордам малых Домов, которые как
могли экономили на топливе. Карн решил, что, если бы хоть один Свободный
знаток шерсти оказался в Бревене, он будет утверждать, что не смешивает
религию и бизнес. Это объяснение, почему он и Наследник фон Шусс прибыли в
одном флайере: Карш не желал говорить о делах после их прибытия.
Карн вставил коричневые линзы как раз перед тем, как слуга вошел
парковать их флиттер. Священник встретил их, обыскал на предмет оружия и
забрал станнер у Ника, затем проводил через двор в широкие двойные двери и
по широкому лестничному пролету в офис аббата. Секретарь аббата, высохший
священник, сказал, что придется ждать в приемной.
Секретарь пробормотал:
- Поскольку вы не предупредили нас о своем прибытии... - Затем он
поклонился Нику: - Если бы знали о вашем приезде, милорд, мы бы
подготовили надлежащую встречу. - Священник поклонился и вышел.
Аббат, казалось, не торопился закончить свои дела. Карн стоял у
одного из узких окон. Оно выходило на каменистый берег и синюю воду озера
Святого Павла. Солнечные блики играли на воде. На другом берегу озера и
дальше, куда хватало глаз, лежал свободный город Лок, окруженный лесами
синих елей. Лок был родиной члена Совета Дэйвина Рида, который выступал
против Харлана в Совете по нескольким важным вопросам. Рид, как Дюваль, не
был уверен, что Свободные будут полностью свободны от разграбления
Семьями.
Дверь кабинета скрипнула, открываясь. Аббат в сутане темно-серого
цвета вышел, продолжая беседовать с двумя дворянами. Карн остолбенел. Он
узнал лорда Марка. Он был ближайшим другом Гаррена Одоннела и вассалом
Ричарда Харлана. Его "дело" с аббатом, должно быть, действительно очень
важное, чтобы скрывать его от Совета. Второго мужчину Карн узнал не сразу.
Это был не кто иной, как Даннел Юра, один из его собственных вассалов,
захваченных у Харлана в прошлом году. Карн повернул голову так, чтобы
Даннел его не узнал. Он дал клятву феода Карну. Он вложил свои руки в руки
Карна и запечатлел поцелуй мира. Он нарушил эту клятву только потому, что
был в компании Марка.
- ...и вы можете сообщить его Семье, что милорд Харлан нашел здесь
самое изысканное обращение, - говорил аббат. - Если существует еще
что-либо, что я могу сделать для более приятного пребывания его здесь,
конечно, при условии, что Семья предоставит средства, я с удовольствием
сделаю это. - Юра поклонился и вышел.
"Мой собственный вассал, - подумал Карн. - Формально. Ясно, что я
должен что-то предпринять насчет него и, возможно, других тоже, когда
вернусь".
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21