А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 


- Мы относимся к этому не так хладнокровно, как вы.
– Какое это имеет значение для убитых? – спросил Анан.
– Вы по-своему правы. Тем не менее, мне кажется, что Вы не понимаете до конца, чем рискуете. Мы не воюем с помощью компьютеров и не распределяем жертвы по дезинтеграционным камерам. Если мы ведём войну, то война эта настоящая. Я могу уничтожить вашу планету, мистер Анан. Мистер Спок, энсин Мэннинг, посмотрите, нет ли тут наших коммуникаторов.
– Один я уже обнаружил, сэр. – Спок вручил его Кирку.
Анан настороженно следил за ними.
– Капитан, – сказал он, – Вы, несомненно, понимаете наше положение. Если ваши люди не явятся к дезинтеграционным камерам, это будет нарушением договора, заключённого пятьсот лет назад.
– Мои люди не несут ответственности за ваши договоры.
– Вы офицер сил, ответственных за сохранение мира. – Анан почти упрашивал. – И всё же по Вашей вине произойдёт эскалация, которая может привести к гибели двух планет. Миллионы погибших ужасной смертью, полное уничтожение нашей цивилизации и цивилизации Вендикара. Бедствия, голод, боль, страдания, ужасная, медленная смерть…
– Этого-то Вы боитесь, – мрачно сказал Кирк.
– Этого боится любой здравомыслящий человек!
– Вот именно.
– Как Вы не понимаете? – в отчаянии произнёс Анан. – Нам удалось покончить с этим! Вы же угрожаете всё это вернуть! Неужели ваши четыреста человек значат больше, чем миллионы ни в чём не повинных людей на Эминиане и Вендикаре? Вы что, чудовище?
– Я варвар, – отозвался Кирк. Тем не менее, то, что говорил Анан, было тупиком, и притом отвратительным. Поразмыслив несколько секунд, капитан включил коммуникатор.
– Мистер Скотт? Говорит Кирк.
– Капитан! Мы уж думали, они с вами покончили.
– Они тоже так думали, – сказал Кирк. Что у вас?
– Скучать не приходится, – отвечал Скотт. – Сперва они пытались заманить нас всех вниз якобы Вашим приказом. К счастью, наш компьютер распознал, что голос не совпадает – хотя подделали они неплохо, Вам бы понравилось. Потом они послали нам ультиматум. У меня не было соответствующего приказа, так что я оставил его без внимания.
– Отлично. А потом?
– Когда срок ультиматума истёк, они открыли по "Энтерпрайзу" огонь. Конечно же, после того, как мы получили ультиматум, мы подняли защиту. Я хотел для начала стрельнуть в них парочкой дюжин фотонных торпед – в конце концов, срок, по истечении которого они угрожали вас убить, прошёл – но посол Фокс наотрез воспротивился. Потом он пожелал, чтобы я опустил защиту, и он мог транспортироваться на планету и всё уладить, но этому воспротивился я. Так что каша заварилась ещё та.
– Скотти, твои действия совершенно правильны, и я одобряю их все до последнего. Сейчас я попытаюсь всё тут уладить, но есть вероятность, что это не удастся. Если в течение сорока восьми часов ты ничего от меня не услышишь, действуй согласно общему приказу номер двадцать четыре.
– Двадцать четыре? Но, капитан… – Наступила длительная пауза. Затем голос Скотта произнёс: – Через сорок восемь часов. Есть, сэр. Удачи.
– Спасибо. Конец связи.
– И что всё это значит? – спросил Анан.
– Это значит, что через сорок восемь часов "Энтерпрайз" уничтожит Эминиан 7.
– Вы блефуете. Вы не пойдёте на это.
– Не я это начал, мистер Анан, – сказал Кирк. – Но закончу это я. Теперь…
Шагнув к столу, он нажал ту самую кнопку, которую раньше нажимал Анан. Часть стены отошла в сторону, открыв аппаратный зал.
– Мистер Спок, попытайтесь разобраться в этом оборудовании. Анан, Вам предстоит кое-что узнать. Разрушения. Смерть. Страдания. Ужас. Вот что значит война, Анан. Вот что делают войну тем, чего необходимо избегать. Вы же сделали свою войну чистенькой и безболезненной – настолько чистенькой и безболезненной, что у вас нет никакой причины желать, чтобы она кончилась. Вот почему вы ведёте её уже пятьсот лет. Есть что-нибудь, мистер Спок?
– Да, сэр, – откликнулся помощник капитана. – Я не могу прочесть большую карту, но всё остальное выглядит достаточно несложно. Вот это устройство контролирует дезинтеграционные камеры; вот пусковые установки для атаки, вот – для обороны. А этот компьютер подсчитывает жертвы. Все эти устройства связаны между собой, и, видимо, находятся в постоянном контакте со своими вендикарскими аналогами.
– Это важно?
– Полагаю, да, капитан. Нарушение этого контакта равносильно отмене соглашения между воюющими сторонами.
– О чём вы говорите? – спросил Анан в нескрываемом ужасе.
– Вот центральный компьютер, капитан. – Спок указал на отдельно стоящий компьютер. Он щёлкнул одним переключателем, затем другим. – Цепь замкнута. Уничтожьте этот – и все остальные выйдут из строя сами собой.
– Хорошо. Отошли все. Вы тоже, Анан. – Кирк поднял оружие.
– Нет! – вскричал Анан. – Пожалуйста…
Кирк выстрелил, и центральный компьютер взорвался. Кирку показалось, что по цепи компьютеров прокатились более слабые взрывы – а затем они перестали быть слабыми. Кирк поспешно вывел всех из зала в коридор. Там они стояли, прижавшись к стене, чувствуя, как сотрясается пол; глядя, как из зала вырываются клубы дыма.
Так продолжалось довольно долго. Наконец, Кирк сказал:
– Ну, похоже, это всё.
– Вы понимаете, что натворили? – вскричал Анан.
– Отлично понимаю. Я вернул вам ужасы войны. Вендикарцы сочтут, что вы нарушили соглашение, и начнут готовиться к настоящей войне, настоящим оружием. Их следующая атака уже не будет компьютерной. Это будет уничтожение ваших городов, разрушение вашей планеты. Вы, конечно же, захотите ответить тем же. На вашем месте я начал бы производить бомбы.
– Вы действительно чудовище, – прошептал Анан.
– Да, мистер Анан, вот теперь у вас настоящая война, – продолжал Кирк, не обращая внимания на его слова. И вы должны либо вести её – настоящим оружием – либо прибегнуть к альтернативе.
– У нас нет никакой альтернативы.
– Есть, – хрипло сказал Кирк. – Заключите мир.
– После того, как нас пятьсот лет убивали? Вы с ума сошли!
– Возможно. Но мы тоже в прошлом были убийцами, как Вы не так давно подметили. Тем не менее, мы умеем остановиться. Мы признаём, что были убийцами – но сегодня мы не станем убивать. Вот всё, что для этого нужно – принять решение. Сегодня мы не станем убивать.
Анан поднёс дрожащую руку ко лбу.
– Не знаю… Не знаю…
– Мы поможем Вам. – Кирк открыл коммуникатор. – Скотти, вы с послом Фоксом слышали наш разговор? Я оставил линию включённой для вас.
– Слышали, капитан.
– Тогда можете транспортировать сюда посла.
Через несколько секунд в коридоре возникло мерцание, и перед ними материализовался Фокс. Выглядел он важным и одновременно растерянным.
– Вот что Вам надо сделать, – сказал Кирк Анану. – Свяжитесь с Вендикаром. Думаю, окажется, что они не менее вас напуганы возможностью настоящей войны и сделают всё, чтобы избежать её. Мир – или гибель. Выбор за вами.
Анан обвёл их взглядом, в котором боролись отчаяние и надежда. Посол Фокс шагнул вперёд.
– Как представитель третьей стороны, заинтересованной лишь в установлении мира и нормальных отношений, – заговорил он, – я буду рад предложить свои услуги в качестве посредника между вами и Вендикаром. У меня есть определённый опыт в таких переговорах.
Анан шагнул к нему.
– Возможно, – чуть слышно произнёс он. – Может быть, пришло время. У меня есть канал прямой связи с Высшим Советом Вендикара. Им не пользовались уже несколько веков.
– Значит, пришло время снова вспомнить о нём, – сказал посол. – Если Вы покажете мне дорогу…
Анан двинулся по коридору; сперва неуверенно, затем походка его постепенно обрела твёрдость. Фокс шёл за ним.
– Насколько мне известно, – сказал Анан, – глава Высшего Совета Вендикара – его имя Рипома – человек разумный. И если к нему обратится представитель третьей стороны…
Они скрылись за поворотом, и голос его затих. Остальные проводили их взглядами.
– Есть вероятность, что это сработает, капитан, – сказал Спок. – Разумеется, очень многое зависит от хода переговоров.
– Хотя посол Фокс и действует на нервы, у него репутация человека, который знает своё дело, – отвечал Кирк. – Вот пусть и займется, наконец, делом. – Он снова поднял коммуникатор. – Кирк вызывает "Энтерпрайз". Общий приказ номер двадцать четыре отменяется. Передайте в транспортаторную, чтобы через десять минут подняли нас на борт.
– Есть, сэр.
– И всё же, капитан, – сказал Спок, – это был большой риск.
– Вы думаете, мистер Спок? Они убивали три миллиона ежегодно – и так на протяжении пяти веков. В результате настоящей бомбардировки не могло погибнуть больше народу, чем те полтора миллиарда, что уже погибли от компьютерных атак – но после такой бомбардировки они бы уже не могли воевать. С войной было бы покончено. Раз и навсегда.
– Я не стал бы на это рассчитывать, – сказал Спок.
– Я и не рассчитывал на это, мистер Спок. Это был предвиденный риск. Я рассчитывал на то, что эминиане чрезвычайно привержены к порядку – а настоящая война означает очень, очень большой беспорядок. У меня было предчувствие, что они пойдут на всё, лишь бы избежать этого. Даже на мирные переговоры!
– Предчувствие, капитан? Интуиция?
– Нет, – сказал Кирк. Думаю, это можно считать… чувством культурной структуры. Как по-вашему?
Если Спок что-то и ответил, то эффект транспортации поглотил его слова.



1 2