А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Что-то ищут.
– Вас поняла.
– Вперед вышли двое, за кольцо траншей. Погодите-ка, погодите... Ага! Не знаю, что это, но по-моему, они уже все нашли.
Элизабет наблюдала в бинокль, как сиу удаляются обратно в хитросплетения траншей. Ради чего же такого важного Ласкер решился рисковать не только самолетом, но и головой?

* * *

Макс, разумеется, узнал «Мститель» тотчас же. Съежившись за рулем собственной машины, он наблюдал за развитием драмы, со страхом ожидая, что самолет Ласкера собьют в любую секунду.
Но до этого так и не дошло. Двигатель машины впустую пережигал бензин, а Макс все не трогался с места, хотя всей душой мечтал оказаться где-нибудь подальше отсюда. Он злился на себя и терзался угрызениями совести, испепелявшей его изнутри. Но его жизнь однажды уже висела на волоске из-за этой затеи, он уходил в этот чертов золотой свет, не имея ни малейшей гарантии, что его тело не распылится на атомы. Теперь же на него все смотрят, как на Бенедикта Арнольда Бенедикт Арнольд (1741-1801) – американский генерал, перешедший на сторону англичан во время войны за независимость; его имя стало синонимом предательства

, и шарахаются, как от прокаженного.
Ну, скажем, не все. На самом деле только Эйприл. Но вот как раз ее-то отношение и язвит его больнее всего. Она бы и по сей день прохлаждалась на пляже, не приди Макс за ней.
Адам и остальные ему симпатичны, Макс даже в какой-то мере разделяет их чувства, но его дело сторона. Это их битва, и нечего вмешиваться. Если Эйприл вздумалось отдать свою жизнь ни за что ни про что, это ее личное дело. Он же пока не намерен отправляться на тот свет. Еще чего! Но как она посмотрела, когда Макс выдавил из себя, что уезжает...
Включив фары, Макс медленно покатил в сторону дороги, понимая, что там повсюду полицейские. Они наверняка вооружены и, наверное, чуточку психуют. Рисковать совершенно ни к чему.
Но тут Макс заметил позади какое-то движение.
Кто-то машет. Адам.
Притормозив, Макс развернулся и поехал обратно.
– Макс, – Адам подошел к машине вплотную, – ты можешь кое-что сделать для нас?
Макс замялся:
– А зачем прилетал Том?
– Доставить вот это. – Адам протянул ему листок.
Поднеся листок поближе к лампочке на приборной доске. Макс увидел, что это записка от Уильяма Ястреба.

«Губернатор!
Ваши люди на подходе. Два спецрейса сядут в Гранд-Форкс примерно в 23:00. Посылаю сопровождение».

– Что это? – поднял глаза Макс. – Подкрепление?
– Люди, которые, по мнению губернатора, могут положить этому конец.
Макс только вздохнул:
– Не хочется этого говорить, но тут губернатор просчитался.
– Может быть, – согласился Адам, – но больше нам надеяться уже не на что. Этими двумя рейсами летят двенадцать или тринадцать человек.
– Проблема в том, что, если даже они способны помочь, им сюда не попасть.
– Вот именно. Дороги перекрыты.
– И чего же вы хотите от меня?
– Чтобы ты доставил их по воздуху. Поговори со своими друзьями в «Голубой сойке». Найми пару вертолетов.
– Ты с ума сошел! Уж сюда-то «Голубая сойка» не повезет никого. Тома вон чуть не сбили.
– Но ведь они твои друзья! – настаивал Адам. – Предложи им кучу денег. Их риск окупится.
Макс уставился неподвижным взглядом поверх руля на темную полоску леса, скрывающего дорогу. Одна из патрульных машин включила мигалку. Но больше никаких признаков жизни.
– Сделаю, что смогу, – наконец вымолвил Макс.

* * *

Полицейские дожидались его у самого въезда на дорогу. Его держали на месте до тех пор, пока не подъехала одна из машин, стоящих на плато. Из нее выбралась Элизабет Сильвера.
– Рада вас видеть, мистер Коллингвуд. Не будете ли вы добры выйти из машины?
Макс подчинился.
– Еще кто-нибудь собирается уйти оттуда?
– Не знаю. Вряд ли.
– А как насчет Кэннон?
– Она считает, что вы собираетесь уничтожить Купол.
– Как я понимаю, это означает «нет».
– Правильно. Нет.
Макс скрестил руки на груди, словно защищаясь, потому что был в компании людей, отказавшихся подчиниться законным властям, и чувствовал себя виноватым, потому что бросил друзей в беде.
– Чем они располагают? – Тон Сильверы смягчился, зазвучав чуть ли не сердечно. Дескать, все мы тут увязли по уши.
– Простите?
– Из оружия. Что у них есть?
– Не знаю. Пистолеты. Винтовки. У них есть винтовки. Не знаю, что еще.
Строго говоря, Макс ни капельки не погрешил против истины – он действительно не интересовался такими деталями. Сильвера кивнула:
– А что сбросил самолет?
К этому вопросу Макс был готов:
– Послание племени. Чтобы все знали, что их поддерживают.
– И все?
– И все. Таков обычай. Ободряющее послание воинам. Ему уже сотни лет.
Сильвера даже бровью не повела:
– Мистер Коллингвуд, вы не можете подсказать нам, как покончить с этим мирным путем?
– Могу. – Макс выпрямился во весь рост. – Уходите. Оставьте их в покое.
– Очень жаль, что вы только так воспринимаете это, – с неудовольствием отозвалась она. – Где вы остановитесь?
– В «Северной звезде». В Форт-Мокси.
– Далеко не уходите. Возможно, нам нужно будет поговорить с вами еще раз.
– Разумеется.

* * *

Он то и дело поглядывал в зеркало заднего обзора, чтобы проверить, нет ли за ним слежки. Но дорога оставалась пустынной. Хорошо бы позвонить Джейку Торальдсону и попросить его подготовить «Молнию» к вылету, но разговоры почти наверняка прослушиваются. Так что придется потерять полчаса в аэропорту Форт-Мокси, пока самолет будут выводить из ангара и прогревать.
В начале одиннадцатого Макс вывел самолет на взлетную полосу, развернул его против ветра и запустил моторы. Оба «Эллисона» с жидкостным охлаждением успокоительно зарокотали. Джейк дал разрешение на взлет – чуточку абсурдный жест в Форт-Мокси, небеса над которым всегда бывают пусты. Макс открыл дроссели, и старая боевая машина тронулась.
То ли причиной тому был гул двигателей, то ли посвист ветра над фонарем, то ли геометрия «Молнии» – а может, гены военного летчика взяли свое, но как бы то ни было, когда машина оторвалась от взлетной полосы, все страхи Макса остались позади. Этот самолет решил исход великого сражения в Тихом океане. Макс посмотрел сквозь прицел. Вооружение самолета, состоящее из двадцатимиллиметровой пушки и четырех пулеметов пятидесятого калибра, было сосредоточено в носу. Огневая мощь «Молнии» в сочетании со способностью летать быстрее четырехсот миль в час делала ее непобедимой. Немцы называли этот самолет «der Gabelschwanz Teufel» – вилохвостым дьяволом.
Теперь вооружение сняли, но Макса на пару секунд вдруг охватило дикое желание иметь его под рукой.
Выровняв машины на высоте девяти тысяч футов, он сразу же заметил другой самолет – на четырнадцати тысячах и заметно севернее. Слишком далеко, чтобы разглядеть опознавательные знаки; впрочем, и так ясно, что они следят за воздушным пространством.
Макс испытывал искус пролететь над Куполом и покачать крыльями, дать Адаму знак, что на него можно положиться, но привлекать к себе внимание было бы неблагоразумно с его стороны.
Второй самолет – моторно-винтовой, так что обогнать его будет нетрудно. Но радар не обгонишь. Ну и ладно, пусть следят за ним хоть до посадки в Гранд-Форкс – а они, несомненно, так и поступят, – что же с того? Как только он приземлится, они утратят к нему всякий интерес.
Выполнив плавный, неспешный поворот на юг, Макс увеличил скорость.
Двадцать минут спустя он приземлился на поле Каспер и остановил «Молнию» перед шеренгой невзрачных зданий аэродрома. На Каспере расквартированы несколько транспортных фирм, компания сельскохозяйственной авиации и летная школа. А еще – транспортная компания «Голубая сойка». Макс выбрался из самолета даже не дожидаясь, когда тот остановится, и припустил к полинявшему желтому домику конторы «Голубой сойки».
На подлете Макс слушал переговоры диспетчерской службы Гранд-Форкс и теперь знал, что один из спецрейсов уже в зоне аэродрома, а второй будет через полчаса. Сиу послали кого-то встретить самолеты, но Макс понимал, что если и есть шанс доставить таинственных друзей Ходока на гребень, пока еще можно что-то поправить, то надо ему брать дело в свои руки. Найдя таксофон, он выудил из кармана четвертак и снял трубку.
– Макс, еще разок, и помедленнее, – сонным голосом попросил Билл Дэвис.
– Есть работа для двух вертушек, примерно дюжина пассажиров. И пара человек с телевидения. Словом, человек четырнадцать-пятнадцать.
– Когда?
– Сегодня ночью.
– Макс, настолько быстро у меня ничего не получится. Я даже не знаю, кто есть под рукой.
– Ситуация авральная, – бросил Макс. – Мы платим по двойному тарифу плюс премия пилотам.
– Сколько?
– Тысяча. Каждому.
Билл мгновение поразмыслил над предложением:
– Знаешь, как мы поступим? Ты говоришь, тебе нужны две машины?
– Да.
– Хорошо. Слушай, у меня в распоряжении только один человек, которого можно сорвать в такой спешке, но вторую я поведу сам.
Поблагодарив его. Макс набрал другой номер:
– КЛМР-ТВ. Если хотите поговорить с отделом рекламы, нажмите единицу. Если...
Макс бросил взгляд на часы: без двадцати одиннадцать. И продолжал выслушивать речитатив инструкций, пока не вышел на редакцию новостей.
– Редакция новостей, – отозвались на том конце, когда он нажал нужную кнопку.
– Это Макс Коллингвуд, один из тех, из Купола. Я бы хотел поговорить с ведущим программы.
– Минуточку.
Последовала короткая тишина, потом в трубке зазвучал знакомый баритон:
– Алло! Лесли Марки слушает. Коллингвуд, это действительно вы?
– Да. Это действительно я.
– Вы же должны быть на гребне! Вы звоните с гребня?
– Нет. Послушайте, у меня не так уж много времени на разговоры, но я могу подкинуть вам сенсационный репортаж.
– Годится. – В голосе прозвучало едва сдерживаемое ликование. – Где мы можем встретиться?
Дав ему указания, Макс нажал на рычаг и вызвал Вышку.
– Диспетчерская, – отозвался мужской голос.
– Дежурного, пожалуйста, – попросил Макс, радуясь, что не придется еще раз общаться с автоответчиком.
– Простите, а кто спрашивает?
– Макс Коллингвуд. «Закатная авиация».
– Подождите, пожалуйста, мистер Коллингвуд.
Последовала долгая пауза, в течение которой его дважды заверили, что дежурный диспетчер сейчас подойдет. Наконец раздался знакомый голос:
– Привет, Макс.
Макс был знаком со всеми важными людьми от авиации в Гранд-Форкс. На сей раз дежурила Мэри Хопкинс, в прошлом вице-президент Дакотской ассоциации авиаторов – высокая, спокойная, скромная женщина, состоящая замужем за вызывающим антипатию биржевым брокером.
– Мэри, прости, что отрываю...
– Ничего. Чем могу служить?
– Сюда летят два спецрейса. Один вот-вот сядет, а второй за ним следом.
– Ага, вижу обоих.
– Я собираюсь взять пару вертушек у «Голубой сойки», чтобы подбросить пассажиров на место. Если ты сможешь устроить, чтобы они держались поближе и разрешишь прямую пересадку, я буду очень благодарен.
– Ты хочешь, чтобы пассажиров задержали в самолетах до прибытия вертолетов?
– Да. Просто поставь их, если сможешь, где они никому не будут мешать, и мы подгоним вертушки прямо к ним. Ладно?
– Макс...
Он знал, что это против правил, и Мэри от этой идеи не в восторге.
– Мэри, сама знаешь, я бы не стал просить просто так. Это очень важно. Вопрос жизни и смерти.
– Это имеет какое-нибудь отношение к событиям на границе?
– Да, можно сказать и так.
– Ладно, сделаю, что смогу, – решилась она. – Как с тобой связаться?

* * *

Билл Дэвис являл собой три сотни фунтов корысти, цинизма и суховатого чувства юмора. В его послужном списке числилось четыре развода. Недавно он перенес микроинфаркт и теперь начал жить прошлым, словно дни его уже сочтены.
Обшитые деревянными панелями стены его кабинета были сплошь увешаны фотографиями самолетов и летчиков. Верхушку книжного шкафа венчал портрет Джона Уэйна Джон Уэйн (1907-1979) – американский киноактер, лауреат премии «Оскар»; снимался в вестернах и боевиках

с автографом.
– Рад тебя видеть, Макс. Джордж уже едет сюда. Куда мы направляемся? – Дэвис налил в чашку кофе и протянул ее Максу.
– На гребень, – сообщил Макс, принимая чашку.
– А это не там ли, – нахмурился Дэвис, – откуда собираются прогнать индейцев? Национальная гвардия, что ли?
– Не гвардия, а судебные исполнители. Они хотят прикрыть все к завтрашнему утру, а сиу не хотят уходить.
– Черт, Макс, я не могу посылать туда никого.
– Пусть будет две тысячи, Билл.
– Значит, ты ожидаешь серьезных неприятностей?
– Вовсе нет. Просто у меня нет времени на споры.

* * *

В начале двенадцатого Гораций провел последнюю рекогносцировку, вернулся на КП и первым делом вызвал Карла.
– Скверно, – проговорил он.
– В чем проблема, Гораций?
– В ветре. Карл, давай выждем одну ночь. Дай нам возможность воспользоваться дымом. Иначе выйдет просто бойня. Слишком открытая местность.
– Нельзя, – отрезал Россини.
– Сукин ты сын, Карл, неужели нельзя обождать одну-единственную ночку?! Послушай! – Он приподнял трубку так, чтобы Россини услышал вой ветра. – Какого черта такая спешка?!
– Извини, Гораций, но все должно быть закончено до рассвета. Мне плевать, что для этого потребуется.
– Тогда мне придется обработать окопы, прежде чем я хоть кого-нибудь высажу на землю. Утром у тебя будет гора индейских трупов. Этого ты хочешь?
– Любой ценой, Гораций.
Гораций грохнул трубкой. Она не попала на рычаг и упала в снег.

* * *

– Не цельтесь в людей, – распорядился губернатор. – Оставим это на крайний случай.
– Но почему?! – вскинулся Малый Призрак. – У нас же война!
– Знаю, – кивнул Ходок. – Но время работает на нас. Чем дольше мы сможем оттягивать решение, тем лучше для нас.
Они встали в круг у края раскопа. Ветер яростно хлопал брезентом, загородившим их от свечения Купола.
– Объясните, пожалуйста, – подала голос Андреа.
– Помощь близка. Если мы будем все еще здесь, когда она прибудет, и если ситуация будет еще поправима, пожалуй, у нас есть шанс дожить до утра. А то и удержать леса в своих руках.
– Но они же будут пытаться убить нас! С какой же нам стати не...
– Потому что как только мы прольем кровь, – отрубил Ходок, – пути назад уже не будет. Не высовывайтесь. Отстреливайтесь. Но никого не убивайте. Если можно будет этого избежать.
Адам отвел Андреа Ястребицу и Джорджа Чистый Родник в сторонку:
– Я хочу, чтобы вы расположились на флангах. Джордж, ты у стоянки. Будь осторожен. Их ждут проблемы. Мы продемонстрируем, что безнаказанно они вертолеты не посадят. А ринуться в лобовую атаку не могут. Так что будут вынуждены пуститься на уловки. Быть может, попробуют обойти нас и захватить Купол.
– Это им ничего не даст, – возразил Джордж. – Они застрянут в яме.
– Зато Купол будет у них. Это может поставить все дальнейшее под вопрос. Они также могут попытаться зайти с тыла. – Адам посмотрел на Андреа. – Это, видимо, означает, что они могут попробовать подняться по обрыву. Я смотрел вниз, но ничего не увидел. Но я бы непременно попытался это сделать, будь я на их стороне.
– Будет ли сигнал, когда открывать огонь? – спросила Андреа.
Лицо Адама скрывала тень.
– Нет. Это на ваше усмотрение. Но первый выстрел пусть сделают они.

* * *

Международный аэропорт Гранд-Форкс – не слишком оживленное место по сравнению с О'Хейр или Хартсфилдом, но и он обслуживает несколько крупных авиалиний, так что работы диспетчерам хватает.
Оба реактивных самолета, доставивших пассажиров спецрейсов, сразу же поставили напротив административного здания. Макс кружил сверху, пока Вышка сажала вертолеты «Голубой сойки», боровшиеся с сильным ветром.
Макс переговорил с пилотами самолетов, сообщив им, что координирует перелет и хотел бы, чтобы они пересадили пассажиров прямо в вертолеты, да как можно быстрее.
Они ответили согласием, после чего Макс получил инструкции Вышки, направлявшие его на посадку с запада, а затем, по его просьбе, в ремонтный ангар. Передав «Молнию» с рук на руки механикам, Макс подъехал на попутном перевозчике багажа к месту пересадки и увидел, что несколько пассажиров уже успели забраться в вертолеты. Остальные дожидались своей очереди. Работник аэропорта помогал разгружать тележку. Лесли Марки прибыл вместе с оператором. Среди пассажиров Макс заметил Уолтера Асквита, уже побывавшего на гребне и проникшегося желанием написать книгу о Куполе. Лица одного-двух других тоже показались ему смутно знакомыми, и он уже собирался поинтересоваться их именами, когда его окликнули. Обернувшись, он увидел приближающегося Уильяма Ястреба.
– Спасибо вам за все, что вы для нас сделали, Макс, – сказал тот.
– Не за что. Надеюсь, это поможет.
В черных глазах высокого, широкоплечего индейца читался гнев, и Макс без труда вообразил его скачущим верхом во главе войска, атакующего Седьмую кавалерийскую бригаду все 264 человека Седьмой кавалерийской бригады погибли в битве с индейцами-сиу и шайен при Литл-Биг-Хорне

.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39