А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Она должна попытаться сбежать, хотя целая армия стражников, окружившая замок, стережет ее.
Если ей удастся продержаться в этой сырой, промозглой комнатушке до наступления лета, если она сможет набраться терпения и дождаться дня, когда сэр Майлз вынужден будет отлучиться в Лондон… Тогда ей, возможно, представится случай совершить побег. Когда же она, наконец, окажется на свободе, она не станет требовать, чтобы Джастин признал ее своей женой. Может быть, он уже обрел счастье с Эвелиной. Изабель решила не предавать огласке страшную истину о роковой роли Эвелины в гибели их неродившегося ребенка. Но лишь в том случае, если и дальше Джастин будет счастлив с ней. Изабель страстно мечтала о времени, когда сможет контролировать действия и поведение своей кузины. Эвелина сделает все, чтобы подольститься к Джастину, если ей и ее отцу будет грозить кара за их преступления.
В заржавевший замок двери вставили ключ, и кто-то со скрипом повернул его, чья-то рука резко отодвинула тяжелую задвижку, появившуюся неделю назад вдобавок к замку.
– Добрый день, моя дорогая, – обратился к Изабель сэр Майлз, пока стражник распахивал перед ним низенькую дверцу, – Ну, как у тебя дела? – За его спиной Изабель увидела слугу с подносом, на котором лежали несколько кусочков сыра, горбушка хлеба и стояла кружка эля. От одного вида еды у Изабель начались мучительные судороги в желудке.
Не отвечая, она молча пододвинула к дяде тетрадь с подсчетами.
– Я вижу, ты уже закончила? – удивился он, пересек комнатушку и открыл тетрадь. Какое-то время он с довольной улыбкой водил глазами по строчкам, а затем коротко кивнул. – Отлично. В таком случае можешь перекусить и отдыхать до конца дня. – Он сделал знак слуге, взял со стола толстую тетрадь и отошел в сторону. Слуга подошел к столу и поставил на него поднос. – Вечером я зайду, чтобы обсудить с тобой планы некоего торгового предприятия, задуманного мною. Тебе ведь удалось наладить доставку угля из копей сэра Александра и эрла Сирского прямо в Лондон, и благодаря этому они теперь получают немалую прибыль? Мне тоже надо наладить подобную же систему перевозок с моих шахт до столицы. Я намереваюсь поначалу потеснить, а затем и вовсе убрать с угольного рынка и хозяина Гайра, и эрла Сирского, а потому желаю, чтобы ты применила все свои таланты на решение именно этой задачи. Поскольку тебе досконально известны детали их торговли и добычи угля, полагаю, такое задание покажется тебе детской забавой.
Господи, Творец наш милосердный! – с негодованием подумала Изабель. Ей пришлось немало потрудиться, чтобы создать из предприятий сэра Александра и сэра Хью общую стройную и слаженную систему. И теперь ей будет вдвойне горько разрушать этот недавно состоявшийся альянс.
– Ты все молчишь? – понизив голос, прошипел сэр Майлз. – Знаешь, Изабель, я начинаю уставать от твоего глупого упрямства. Может, заставить тебя поголодать еще денек, чтобы ты вела себя, как и подобает послушной и любящей племяннице?
Изабель окинула дядю презрительным взглядом, красноречивее любых слов объяснившим, что ему следует делать со своими угрозами и требованиями.
Уголки рта у сэра Майлза медленно поползли вверх. На губах заиграла ироническая улыбка.
– Или лучше преподать тебе еще один урок унижения и смирения, а? Ты знаешь, несмотря на все ревнивые выпады Эвелины, ты ведь когда-то была весьма недурна собой, Изабель. И не было отбоя от завидных женихов, просивших твоей руки, хотя ты об этом и не догадывалась.
Просивших моей руки? – нахмурилась Изабель. Так, значит, ее находили желанной и красивой?
– Мне казалось разумным не давать тебе повода для догадки, насколько ты привлекательна, – тихо продолжал сэр Майлз, – однако теперь мне больше нет нужды беспокоиться, не так ли? – Быстро протянув руку, он сдернул с головы Изабель рваную льняную тряпку, прикрывавшую ее волосы. Она с негодованием попыталась остановить его, но он со смехом швырнул ей тряпку в лицо. – Вот так-то лучше, – самодовольно заявил он. – Это все, что мне от тебя нужно, моя дорогая. Страх и страдание куда больше подходят тебе, чем глупое упрямство и бесполезное молчание. А теперь слушай внимательно, что я тебе скажу, девочка моя! – Он оперся одной рукой о неустойчивый стол и наклонился вперед так, что его лицо оказалось почти вплотную прижатым к лицу Изабель. – Если ты вообразила, будто все, что тебе пришлось выносить до сих пор, – худшее, что может с тобой случиться, то жестоко заблуждаешься. Да, я действительно мог бы оставить тебя в покое. Но лишь пока ты будешь примерно вести себя и старательно исполнять свою работу. Этот замок охраняет по моему приказу множество солдат. Они с радостью помогут мне сделать тебя посговорчивее, если ты и дальше будешь упрямиться. Когда я вернусь сюда сегодня вечером, ты поговоришь со мной, как и положено приветливой и послушной племяннице. Иначе я приглашу своих воинов наведаться к тебе по одному и, пока ты не смиришься, позволю им забавляться с тобой. Подумай о моих словах, Изабель, – посоветовал он, выпрямляясь, – и подумай хорошенько, прежде чем и дальше хранить молчание.
Он повернулся и вышел, стражник последовал за ним, закрыв и заперев дверь. Изабель сидела, не шевелясь, содрогаясь от ужаса при мысли о том, что ее ожидает.
Неужели придется разговаривать с этим подонком. Однако она понимала, что разумнее уступить. Уж легче вести деловые разговоры с сэром Майлзом, нежели стать жертвой животной похоти его солдат.
Стремясь как можно быстрее утолить голод, она жадно накинулась на еду, не обращая внимания на острую резь в желудке, отвыкшем от пищи. Постепенно она стала жевать медленнее, наслаждаясь казавшимся ей божественным неприхотливым угощением. Усталость от напряженной работы незаметно охватила Изабель. Наконец, покончив с трапезой, она поднялась и медленно, неуверенным шагом, чувствуя, как болезненно ноет все тело, подошла к соломенному тюфяку, брошенному в углу комнаты на пол. Изабель пристроила тюфяк как можно дальше от большой дыры в крыше и улеглась, натянув на себя тонкие одеяла, выделенные ей сэром Майлзом. Она закрыла глаза, позволив себе погрузиться в тяжелую дремоту, надеясь, что ее ждут сны о Джастине и о тех днях, которых она никогда не забудет, о том времени, когда она была его женой.
Стряхнув с лица дождевые капли, Джастин помотал головой и вошел в палатку, где вокруг походного стола, согреваясь вином, сидели Александр и Хью. Судя по всему, они горячо обсуждали план будущих боевых действий. Хьюго, устало откинувшийся на тощий тюфяк, приветствовал Джастина радостной улыбкой, а у Кристиана, со скрещенными на груди руками стоявшего в глубине палатки, на лице читались раздражение и нетерпение. Очевидно, причиной тому был разговор, который вели между собой братья Джастина.
– Главные силы сэра Майлза сосредоточены здесь, у южных ворот, – сказал Александр и стукнул кулаком по карте, по памяти начерченной Джоном, всю ночь храбро шнырявшим вокруг замка, стараясь избежать встречи со стражниками сэра Майлза, а главное – пытаясь обнаружить наименее укрепленный вход в замок. – Поэтому мы нападем одновременно со всех сторон, нанося основные удары по восточным и северным воротам – вот здесь и здесь.
Хьюго покачал головой.
– Нет, так мы потеряем много людей. Лучше, если мы нападем небольшим отрядом с севера и, выманив их из замка, заставим преследовать нас. Как только нам удастся отвлечь внимание гарнизона, нашему главному отряду будет намного проще захватить ворота и подавить силы сэра Майлза.
– Но если мы внезапно ударим одновременно со всех сторон, это вызовет панику в их рядах, – возразил ему Александр. – Они растеряются, а мы выиграем время.
– Паника продлится недолго, – ответил Хьюго. – В суете у сэра Майлза или у кого-нибудь еще хватит и времени, и возможностей, чтобы добраться до леди Изабель и сделать ее заложницей, – в таком случае мы вынуждены будем отступить, чтобы не подвергать опасности ее жизнь. Мы не можем так рисковать.
– Мы и не будем так рисковать, – добавил Джастин.
Кристиан, по-прежнему стоявший в углу палатки, громко вздохнул.
Хью приподнялся с тюфяка и, протянув руку к низенькому походному столику, наполнил вином стоящий там кубок.
– Выпьешь вина, Джастин? – Он поднял руку, протягивая брату кубок. – Так быстрее согреешься, а то, похоже, ты совсем замерз.
– Спасибо, – кивнул Джастин, принимая кубок. – Они выбрали для Изабель поистине отвратительное место. Я молюсь сейчас лишь о том, чтобы в душе ее дяди нашлась хоть капля родственной любви. Дай Бог, чтобы Майлз поместил мою жену в теплое помещение. – Он отхлебнул вина и добавил: – Мне очень жаль, Хьюго, что тебе пришлось проделать такой утомительный путь для того лишь, чтобы присматривать за Хью. Судя по всему, такое занятие тебе не очень-то по душе, а?
Хьюго добродушно пожал плечами.
– Если за ним не пригляжу я, кто еще это сделает? И разве я мог отказать милой Розалин, которая в своем письме так ласково просила меня постараться уберечь нашего импульсивного братца от всяческих переделок и передряг и следить за его поведением?
– Мудрая женщина, – пробормотал Джастин, краешком глаза наблюдая за Хью, на лице которого появилась недовольная гримаса.
– Иногда моя жена становится беспокойной, как наседка, – с негодованием огрызнулся хозяин Сира. – Понятия не имею, с чего ей взбрело в голову, будто за мной нужен присмотр, как за ребенком.
– Весьма мудрая женщина, – повторил Джастин, приблизился к столу и опустил на него кубок. – Если вы двое до сих пор так и не сумели ни о чем договориться, я предлагаю освободить мою жену немедленно.
– Мы нападем на замок завтра, с первыми лучами солнца, – ответил ему Александр.
– Нет, мы нападем на замок сейчас, – твердо возразил Джастин. – Я готов был ждать до тех пор, пока Джон не снабдит нас всеми необходимыми сведениями, однако долее ждать я не желаю.
– Ну а как же дождь?.. – начал было Хью.
– Скорее всего, он будет лить и завтра утром тоже, – парировал Джастин. – Нас вшестеро больше, чем солдат, охраняющих замок. К тому же он вот-вот рухнет и до того прогнил, что если по два человека навалятся на каждые ворота, то они поддадутся. Ты, Алекс, примешь на себя командование войском с южной стороны, а ты, Хью, – с северной, тогда Крис, мои ребята и я постараемся прорваться с востока.
– Я согласен с Джастином, – ответил сэр Кристиан. – Лес вокруг замка такой густой, что нет необходимости заранее занимать позиции. Как бы мы ни начали боевые действия, на нашей стороне все равно будет внезапность. Не забывайте, что каждое мгновение, которое леди Изабель вынуждена проводить в этой заплесневелой развалине, лишь увеличивает ее страдания.
– Нет, – возмущенно заявил хозяин Сира. – Так не годится. Нам необходимо разработать стратегию. Мне не по душе подобная поспешность.
– Алекс прав, – подтвердил Хью. – Еще ни одно сражение не было выиграно только потому, что его решили начать без подготовки. Мы должны перехитрить противника всеми доступными нам средствами, включая тщательную разработку боевых действий.
Хьюго выпрямился, натягивая на себя еще одно одеяло, и ничего не ответил, а лишь издал невнятное:
– Хмм.
– В таком случае я с моими ребятами готов освободить Изабель и без вашей помощи. Крис, ты ведь на моей стороне?
– И я, и все мое войско, – торжественно ответил Кристиан.
– Проклятие! – Сэр Александр изо всех сил грохнул кулаком по хлипкому столику и чуть не опрокинул его. – Я не позволю вам обоим так глупо рисковать головой. Садитесь и помолчите, – он указал на два походных табурета, стоявших по обеим сторонам от него и Хью.
– Алекс, – предостерегающе сказал ему Хью, – будь так добр, успокойся. Нечего изображать перед нами грозного тирана. Джастин, Крис, а ведь Алекс прав: присаживайтесь и давайте потолкуем спокойно. Хьюго, принеси нам, пожалуйста, еще вина.
Джастин прищурился.
– Поверьте, я от всей души благодарен вам обоим за помощь и все, что вы готовы сделать ради освобождения Изабель. Могу сказать, что благодарность моя не знает границ. Однако если вы полагаете, будто я намерен праздно сидеть и распивать с вами винцо, прикидывая так и сяк, пока моя законная супруга томится в плену и терпит лишения в лапах своего дядюшки, – в таком случае, дорогие мои братцы, можете отправляться прямиком в преисподнюю.
Сэр Александр медленно поднялся на ноги. Лицо его побагровело.
– Господи, Создатель наш, спаси нас и помилуй, – пробормотал Хью и, закрыв глаза, стал отчаянно тереть переносицу, словно собирался чихнуть. – Джастин, неужели ты никогда не научишься выражаться помягче?
– Я не потерплю от тебя подобных слов, – по слогам произнес сэр Александр, устремив на младшего брата пристальный взгляд горящих гневом глаз.
– Да что ты говоришь? – так же не спеша ответствовал Джастин. – Хватит, с меня довольно: я не желаю, чтобы вы двое и дальше помыкали мною. Сначала вы, оклеветав меня, добились, чтобы мне запретили участвовать в турнирах, затем принудили вступить в брак…
– Вот уж за это, – прервал его сэр Александр, – ты должен быть нам только благодарен, иначе ты бы ни за что не женился на Изабель.
– Ха! – взорвался Джастин. – Да ведь по вашей вине я чуть было не потерял ее! Вам не терпелось видеть меня мужем убийцы и отравительницы Мерзкой, коварной ведьмы, которая с радостью прикончила бы меня во сне, если бы только ей после моей смерти досталось мое…
– Братья, успокойтесь, – громко потребовал Хьюго, высоко поднимая обе руки и встав между ними. – Мне кажется, ваша перебранка едва ли поможет нам быстрее освободить леди Изабель. Алекс, Хью, попытайтесь хоть на минуту представить, что творилось бы в вашем сердце, если бы в этом замке томилась не Изабель, а, скажем, Лиллис или Розалин! Неужели и тогда вы могли бы торчать в палатке и препираться, зная, что ваша добрая супруга упрятана в столь гнусную, грязную развалину и находится в полной власти человека, подобного сэру Майлзу?
Наступила тишина. Все, кто был в палатке, ошеломленно уставились на Хьюго, а он преспокойно вернулся к своему тюфяку и вновь забрался под одеяло. Александр и Хью обменялись понимающими взглядами, а Хью вскочил и проверил, легко ли вынимается из ножен его меч.
– Пошли, – сказал он, на что Александр ответил лаконичным:
– Согласен!
Четверо мужчин покинули палатку и быстро разошлись в разные стороны, каждый к своему отряду.
Глава двадцать восьмая
Изабель понимала, что видит сон. Ей снилось все, что творилось в доме ее дяди в ту ночь, когда Джастин похитил ее. Ей мерещилось, будто он входит в комнату и смотрит на нее, спящую, и глаза его светятся любовью, а затем медленно приближается, держа в руке великолепный меч, когда-то принадлежавший отцу Изабель, и она видит, что красивое лицо Джастина покрыто каплями пота и крови.
Изабель моргала, стараясь прогнать остатки сна, но ничего не изменилось. Видение не пропало. Джастин медленно приблизился к ней, ласково произнося ее имя и сжимая меч ее отца в руке. Изабель отчетливо видела, что его бесконечно дорогое, любимое лицо покрыто потом и кровью.
– Джастин… – сонно пробормотала она и приподнялась на локте, пытаясь получше рассмотреть его в полумраке каморки. Все перед глазами Изабель плыло и началось. Нет, это невероятно! Такое просто невозможно! Должно быть, она потеряла рассудок от навязчивого, страстного желания увидеть его. Джастин все приближался и приближался. Он подошел совсем близко и, наконец, остановился прямо перед ней. Медленно-медленно опустился на колени, не отрывая взгляда от ее широко раскрытых глаз.
– Леди, – произнес он, – я ищу жену. Согласны ли вы уехать со мной и стать моей невестой?
Изабель не успела понять, как это произошло, но какая-то неведомая сила толкнула ее прямо в объятия мужа. Она обвила его руками и разрыдалась.
– Джастин… – всхлипывала она, вздрагивая всем телом. – Ты здесь… Ты нашел меня.
Он обнял ее, обнял так крепко, что Изабель решила, он жаждет, чтобы тела их слились в единую плоть.
– Нашел, – подтвердил он, осыпая поцелуями ее волосы. – Неужели ты думала, что я могу не приехать? Не последую за тобой, в какую бы даль тебя ни увезли?
– Да, – сквозь слезы ответила она. – Я так решила. После всего, что я наговорила тебе, после того, как усомнилась в тебе, я думала, ты не захочешь больше меня видеть.
– Я забыл об этом, как и о тех словах, что сам обрушил на тебя перед тем, как бросил тебя в Тальваре одну. Забудем навсегда. Я люблю тебя, Изабель, и мне необходимо, чтобы ты была со мной. Мне все равно, сможешь ли ты когда-нибудь полюбить меня и довериться мне. Мне жаль, если сама ты этого не хочешь, но я не смогу жить в разлуке с тобой. Жизнь моя без тебя стала бессмысленной. Я приехал, чтобы снова похитить тебя, – понизив голос, закончил он, обхватив ладонями ее залитое слезами лицо и заставив поднять голову, – похитить и навеки сделать моей пленницей.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35