А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

Леонов Николай Иванович

Гуров -. След оборотня


 

Здесь выложена электронная книга Гуров -. След оборотня автора по имени Леонов Николай Иванович. На этой вкладке сайта web-lit.net вы можете скачать бесплатно или прочитать онлайн электронную книгу Леонов Николай Иванович - Гуров -. След оборотня.

Размер архива с книгой Гуров -. След оборотня равняется 159.42 KB

Гуров -. След оборотня - Леонов Николай Иванович => скачать бесплатную электронную книгу





Алексей Макеев Николай Иванович Леонов
След оборотня


Гуров Ц




«Идеальная афера. След оборотня»: Эксмо; Москва; 2004
ISBN 5-699-08061-9
Николай Леонов, Алексей Макеев
След оборотня

Пролог

Квартира была небольшой, двухкомнатной, с крошечной кухней. Однако располагалась она в центре Москвы и была обставлена так, что с первого взгляда становилось понятным: ее владелец мало в чем нуждается! Евроремонт, смесь антиквариата с модерном, дорогие ковры и дешевые постеры на стенах. В общем, безвкусица. Но – дорогая безвкусица!
В квартире находились два парня и две девушки. Все четверо сидели в гостиной около стеклянного столика, уставленного шикарной закуской, дорогими винами и тропическими фруктами. Один из парней, крепкий невысокий брюнет, оккупировал глубокое кресло почти в углу комнаты. На вид ему было не больше двадцати пяти лет. Если не смотреть парню в глаза! В противном случае становилось жутко, поскольку вас встречал взгляд пустых глаз полоумного старца. Парень держал в одной руке бутылку вина, а другой небрежно обхватывал за талию черноволосую девушку, расположившуюся у него на коленях. Брюнет глуповато улыбался, глядя на то, что происходит в противоположном углу комнаты.
Напротив него, через стол с угощением, сидел высокий голубоглазый парень с длинными вьющимися белокурыми волосами. Он был ровесником брюнету, и хотя с его губ не исчезала легкая, презрительная усмешка, глядел он почти дружелюбно. Блондин, как и брюнет, расположился в глубоком антикварном кресле. Но, в отличие от последнего, держал в руке не бутылку вина, а папиросу, наполняющую комнату терпким запахом анаши. И еще: подружка блондина не сидела у него на коленях, а плавно извивалась в центре комнаты, безошибочно попадая в такт мягкому, тягучему и завораживающему ритму песни.
Каждое движение стройной танцовщицы, каждый жест, каждое покачивание бедер и любой поворот головы были насквозь пропитаны эротикой. От нее исходила такая мощная волна флюидов сексуального влечения, что казалось, будто в комнате скоро станет нечем дышать. Блондин внимательно наблюдал за девушкой. Его грудь тяжело вздымалась, однако это было единственным признаком охватившего его волнения. На губах парня застыла все та же ироничная улыбка, а папироса с анашой спокойно покачивалась в пальцах, размеренно следуя за музыкальными пассами.
Неожиданно в комнате все изменилось. Мелодия, лившаяся из CD-проигрывателя, неуловимо ускорила ритм. Вместе с ритмом преобразовались и движения танцовщицы. Она стала двигаться быстрей и резче, умудрившись не нарушить ничего в прежней сексуальной привлекательности танца. В какой-то момент она стала волной, набегавшей на песок, солнечным бликом, брызгами шампанского. Открыв рты, парни смотрели, как в этой феерии танца девушка теряла один предмет одежды за другим, оставшись под конец лишь в узеньких трусиках и чулках. Блондин не шевелился, а брюнет, бросив бутылку, схватил фотоаппарат и принялся снимать, отщелкивая кадр за кадром.
Затем музыка вновь вернулась к плавному, завораживающему ритму, и, повинуясь ей, танцовщица мягко опустилась на пол. Парни заулюлюкали и засвистели, восхищаясь блестящим стриптизом, но это был еще не конец! На секунду застыв на полу, девушка, изгибаясь совершенно невообразимым образом, подползла к блондину и, вскинув руки вверх, принялась тереться голым животом о его ногу. Глаза блондина заблестели, а грудь стала вздыматься еще чаще, но он остался недвижим, давая танцовщице закончить представление.
Призывно глядя ему в глаза и загадочно улыбаясь, девушка поползла выше, забираясь ладошками под кипенно-белую рубашку блондина. Брюнет коротко хохотнул, но тут же забыл о приятеле, почувствовав у себя на теле жадные ручки подруги. Теперь ему было не до фотоаппарата. Он откликнулся на ласку, перестав обращать внимание на то, что происходит в другой части комнаты. Его руки умелым движением сорвали с плеч подруги почти прозрачный топ. Еще секунда, и девушка должна была лишиться последних остатков наряда, но в этот момент зазвонил телефон. Брюнет вздрогнул и поднял глаза на приятеля. Тот тоже застыл, глядя на аппарат. В воздухе повисла гнетущая пауза.
– Возьми трубку, – наконец нарушив ее, сказал блондин.
Брюнет отрицательно покачал головой.
– Это твой дом, ты и отвечай на звонки, – коротко хмыкнул он. – И, вообще, пошли все на хрен! Мы свое сегодня уже отработали.
– Возьми, я сказал, – блондин не повышал тона, но что-то в его голосе говорило, что второй раз лучше не отказываться.
Брюнет фыркнул, несколько мгновений сверлил приятеля взглядом, а затем демонстративно небрежно ответил на звонок. Несколько секунд он вслушивался в то, что говорилось на том конце провода, потом обменялся с собеседником парой коротких, ничего не значащих фраз и, выдержав паузу, со злостью швырнул телефонную трубку на рычаг. Она не удержалась в пазах и соскользнула вниз, плавно закачавшись на витом амортизирующем шнуре.
– Твою мать!.. – выругался брюнет. – Это босс. Приказал срочно приехать. Псих, говорил я тебе…
– Помолчи, Масон, – отрезал блондин и поднялся с кресла, оттолкнув от себя танцовщицу, все еще стоявшую на коленях. – Вечеринка отменяется. Девушки, собирайтесь по домам. Да поживее!..
Подруги удивленно переглянулись и открыли рты, собираясь если не выразить возмущение столь бесцеремонным обращением с собой, то хотя бы потребовать объяснения от блондина. Танцовщица резко повернулась к нему и застыла, чувствуя, как холодок страха завязывает узлом мышцы живота: вполне миролюбивая физиономия блондина, названного приятелем Психом, преобразилась до неузнаваемости. Звериная злоба исказила черты его лица, а бездонные голубые глаза вдруг превратились в колючие осколки, хранившие в себе отражение выстуженного январского неба.
Несколько мгновений танцовщица стояла, словно кролик перед удавом, и не могла оторвать глаз от лица блондина, завороженная его ледяным взглядом, и лишь затем, с трудом проглотив комок, невесть откуда взявшийся в горле, резко развернулась и бросилась подбирать с пола разбросанные предметы своего туалета. Одевалась она уже на ходу, опрометью выскочив в коридор. Подруга проводила ее удивленным взглядом, но последовать примеру товарки явно не собиралась. Она была готова возмутиться, но ледяной взгляд Психа мгновенно проделал с упрямицей ту же метаморфозу. Девушка не решилась произнести ни звука и, пятясь, выскочила из комнаты. Блондин усмехнулся.
– Сучки. Все они продажные сучки! – зло сказал он, а затем повернулся к брюнету. – Пошли, Масон. Машину я поведу.
– Как хочешь, – равнодушно пожал плечами тот и без дальнейших слов направился к двери.
В машине оба друга и напарника преобразились. На лице у блондина вновь появилась мягкая, дружелюбная улыбка, и лишь лихорадочный, жгучий блеск опаленных яростью глаз говорил о том, что творится в его душе. А Масон, казалось, полностью погрузился в себя. Он достал из кармана пиджака упаковку мятной жевательной резинки и, забросив в рот сразу несколько подушечек, принялся меланхолично жевать, пытаясь хоть как-то перебить запах алкоголя. Со стороны могло показаться, что он абсолютно спокоен и безразличен ко всему, что происходит вокруг, но его, как и Психа, выдавали глаза. Впрочем, в них некому было смотреть.
Эту метаморфозу, происшедшую с друзьями, можно было легко объяснить. Оба служили телохранителями у взбалмошной жены бизнесмена Ширяева. И оба были в достаточной степени профессионалами, чтобы уметь не показывать своих эмоций в то время, когда они на работе.
Вот это и являлось главной причиной негодования напарников. С боссом сейчас парни были не на короткой ноге. Но до того, как тот женился в третий раз, часто выполняли его иногда весьма щекотливые поручения и были у него на хорошем счету. А вот теперь приходится целыми днями и ночами таскаться по Москве с высокомерной сучкой, выполнять все ее капризы и молчать в тряпочку.
Более того, назначая парней на эту должность, Ширяев обещал, что они в «шестерках» долго не задержатся и вскоре получат повышение. Но время шло. Пролетело уже четыре месяца, а ничего не менялось. И вдобавок ко всему последние три недели у напарников не было ни одного выходного. И даже этого твердо обещанного свободного вечера босс их лишил, потому что его поганой сучке, видите ли, приспичило посетить презентацию какого-то слащавого попсового певца!
– Убью я когда-нибудь эту тварь и Ширяева вместе с ней, – процедил Псих, не убирая с лица дружелюбной улыбочки, от чего фраза прозвучала жутковато. – Зажрался, козел. Забыл, как на зоне вместе баланду хлебали. Большим боссом себя чувствует.
– А он и есть босс, – ледяным голосом констатировал Масон и выбрался из «Мерседеса». – А ты слишком мелко плаваешь.
– Ничего. Будем и мы когда-нибудь конфеты трескать, – процедил блондин ему вслед. – Ненавижу всех этих зажравшихся сук с толстыми кошельками!
Они вышли через пять минут. Жена босса, молодая, большегрудая и длинноногая конфетка, едва завернутая в вызывающе короткое серебристое облегающее платье с глубоким декольте, и Масон с неизменным в таких случаях выражением безразличия на лице. По не известным никому причинам девушка никогда не представлялась собственным именем. Она просила звать ее Литой, а в отношении телохранителей это была не просьба, а приказ. Масон попытался пройти в дверь первым, как этого требовали обязанности телохранителя, но Лита, что-то резко сказав парню, дернула его за рукав и раньше его оказалась на улице. Псих тихо выругался и скрипнул зубами. Но когда Лита плавно втекла на переднее сиденье, на губах блондина уже вновь играла неизменная улыбка.
– Перестань щериться и заводи мотор, – в голосе женщины было столько презрения, что им, казалось, можно было спалить весь ближайший квартал. – Или ты здесь всю ночь сидеть собрался?
– Нет, мэм, – улыбнулся в ответ Псих, едва сдерживая рвущуюся наружу злость. – Куда прикажете?
– Похами мне еще, щенок, – процедила Лита сквозь зубы. – Распустил вас Виктор. Гнать давно пора весь ваш сброд и нормальных людей нанимать… – А затем снова повысила голос: – Долго еще стоять будем? Вези меня в «Арс», да поторапливайся. Если хоть на минуту опоздаю к началу, вы у меня зарплату хрен увидите!
Все с той же скользкой улыбкой на лице Псих плавно выжал педаль сцепления и, переключив передачу, вдавил газ до полика. «Мерседес» завизжал шинами и, оставив за собой след покрышек, рванул с места так, что Литу откинуло назад, и она ударилась затылком о подголовник. Женщина ойкнула и заорала:
– Ты что делаешь, скотина? А ну, сбавь скорость. – Не переставая улыбаться, блондин уменьшил обороты двигателя, а Лита, наклонившись к нему, прошипела в самое ухо, злобно кривя ярко накрашенные губы: – Я тебе этого так не оставлю, мальчик. Ты завтра же вылетишь на улицу да еще и туфли мне лизать станешь, чтобы тебя хоть кто-то на работу принял. Понял?
Блондин коротко кивнул. Ему пришлось на мгновение закрыть глаза, чтобы удержать злость внутри себя, но улыбку на губах он сохранил. Лита презрительно фыркнула, пару секунд испепеляюще сверлила глазами Психа, а затем отвернулась к окну, не замечая того, что Масон смотрит ей в затылок, почти не мигая и не отводя взгляда. Дальше все трое ехали молча. Ровно семь минут. Затем Лита нервно посмотрела на часы.
– Все, лапонька, опоздали, – голосом, полным сарказма и злости, произнесла она. – Это тебе тоже зачтется. Только завтра. Все-е завтра. А пока поворачивай-ка. Поедем в… – Женщина запнулась на полуслове и, подозрительно поведя носом, обернулась назад. – Это от тебя, что ли, винищем прет? Ты что, урод, пьяный на работу приезжаешь?.. Да, я посмотрю, вы вконец оборзели, мальчики, – Лита злорадно рассмеялась. – Попали вы. Оба попали.
– Так куда едем? – перебив ее, совершенно спокойным голосом поинтересовался Псих.
– Ты еще и глухой? – взвилась стерва. – Я тебе русским языком сказала, чтобы ты поворачивал обратно. Поедем в «Дели» на Красную Пресню. И пошевеливайся!
Псих снова кивнул головой, но ничего не сказал, пристраиваясь в крайний ряд, чтобы выбраться на Садовое кольцо. Под действием наркотика контролировать эмоции было крайне трудно, и он еле сдерживал себя, чтобы не влепить наглой стерве увесистую оплеуху. Четыре месяца блондин терпел подобное отношение от зарвавшейся шлюхи, но сейчас она переходила все границы, видимо, предварительно хорошенько повздорив с мужем. Псих просто кипел, совершенно не представляя, как удастся держать себя в рамках целую ночь. Но когда впереди показалась Триумфальная площадь, все изменилось.
– Разворачивайся. Поедем в «Пхеньян», – вновь подала голос Лита прямо посреди Садово-Триумфальной.
Блондин не пошевелился.
– Ты оглох, что ли? – взвилась женщина. – Поворачивай, я тебе сказала!
– Здесь нельзя, – коротко бросил блондин. – Знак висит…
– Че-е?! Кому нельзя? Мне нельзя? – Лита захлебнулась от возмущения. – Поворачивай, козел! Спорить со мной вздумал? Пидор тупорылый, чмо, петух, сосунок!..
В голове Психа словно взорвалась бомба. На мгновение все поплыло у него перед глазами, как бывало всегда, когда кто-то по отношению к нему переступал определенную черту. Ярость выплеснулась наружу буйным пламенем, сметая все на своем пути, а наркотики зашипели в крови, подхлестывая огонь безумства.
Совершенно не думая о том, что он делает, блондин оторвал правую руку от руля и почти без замаха ударил женщину по губам внешней стороной ладони, одновременно резко сворачивая в Воротниковский переулок. Псих теперь плевать хотел на правила дорожного движения. Он подрезал «десятку» и едва увернулся от несущейся навстречу «Ауди». Он уже не видел, не слышал и не чувствовал ничего, кроме безумной ярости, затмившей разум.
Лита после удара сначала на секунду замолкла, недоуменно глядя на своего телохранителя, а затем завизжала и попыталась выпрыгнуть из «Мерседеса» на ходу. Она уже распахнула дверцу, но в этот момент сильные руки Масона схватили ее сзади и вжали в кресло. Лита попробовала вырваться, но безуспешно. Она просто не могла разорвать железное кольцо его рук.
– Козлы, отпустите! – завопила она, пытаясь достать зубами до предплечья Масона. – Вы трупы! Муж прибьет вас.
Псих ударил ее еще раз, но уже сильнее. Лита захлебнулась криком и схватилась за лицо, размазывая текущую по подбородку кровь, а блондин, перегнувшись через нее, захлопнул свободной рукой дверку и свернул в ближайший двор. Женщина снова попыталась закричать, но новый удар мучителя заставил ее проглотить крик. Псих остановил машину.
– Ну что, сучка, допрыгалась? – зло поинтересовался он и, повернувшись к Лите, принялся наносить удар за ударом.
Женщина уже не пыталась кричать. Удерживаемая Масоном на месте, она лишь тихо стонала и всхлипывала, когда кулак Психа в очередной раз опускался на нее. Чтобы как-то защититься, Лита поджала к телу ноги. От этого движения и без того короткое платье задралось до пояса, выставив напоказ великолепные ноги. Псих рванул их вниз, чтобы открыть корпус для ударов, но тут же замер.
– Сейчас, шлюха, я тебе покажу, где твое место! – зашипел он и, резко дернув за резинку трусиков, сорвал их с женщины. Почти одновременно с этим Псих нажал кнопку на панели, автоматически раскладывая пассажирское сиденье. Масон отодвинулся назад и, поддернув к себе женщину, прижал ее, удерживая тело в неподвижности…
Когда Псих вошел в нее, Лита дернулась и попыталась помешать, но два чувствительных удара по печени окончательно сломили ее способность к сопротивлению. Женщина застыла, совершенно не противясь действиям насильника, и, когда он кончил, так же безропотно позволила Масону взять себя. Через пару минут он дернулся и, приподнявшись, спихнул Литу на пол между сиденьями. Распрямившись, он посмотрел прямо в глаза Психу и увидел в них тот же испуг, какой скрутил его самого.
– Все? Попали? – еле слышно поинтересовался он у друга, однако вместо него ответила Лита:
– Еще как попали, – разбитыми губами просипела она. – Конец вам. До завтра не доживете.
– Вот именно, – кивнул головой Псих и, встретившись взглядом с напарником, достал из заплечной кобуры пистолет, а затем трижды выстрелил женщине в голову…

Глава 1

Нельзя сказать, что старший оперуполномоченный по особо важным делам полковник Лев Иванович Гуров не любил лето, но особых восторгов оно у него тоже не вызывало. В первую очередь, конечно, из-за жары. Может быть, где-нибудь на Кубани лето, особенно в июне, и было привлекательным, но в Москве, когда из-за испарений разогретого асфальта, смога и раскаленных бетонных стен улицы превращались в настоящую духовку, вести оперативные мероприятия становилось невыносимо. А отдохнуть от жары даже в кабинете было невозможно, поскольку старенький кондиционер постоянно тек и скорее нагревал воздух, чем охлаждал его.
Ну а второй причиной нелюбви Гурова к лету было появление на улицах невозможного количества старых разваливающихся легковушек с «чайниками» за рулем. «Копейки», «двойки» и «четыреста двенадцатые» «Москвичи», волшебным образом исчезавшие с московских улиц зимой, с наступлением дачного сезона вновь возрождались к жизни и забивали все дороги, делая любую поездку мукой и смертельно опасным мероприятием.
Как раз сегодня, когда Гуров на своем пусть и не новом, но вполне дееспособном «Пежо» ехал на работу, один из таких «чайников», торопясь черт знает куда, подрезал его машину прямо на светофоре, и только отличная реакция полковника спасла его от аварии. Гурова это выбило из колеи. А если учесть, что ему нужно было дописать месячный отчет и сдать его Орлову, то можно было понять, отчего полковник, больше всего на свете не любивший бумажную волокиту, сегодня был особенно раздражительным.
Все попытки Станислава Крячко поднять настроение другу и напарнику успехом не увенчались. Гуров если и реагировал на шутки, то лишь недовольным ворчанием, а большинство реплик Стаса и вовсе игнорировал. В итоге Крячко плюнул на душевные терзания полковника и постарался не обращать на него внимания. А когда позвонил Орлов и попросил кого-нибудь съездить по вызову, Станислав с радостью вызвался добровольцем. И не успел еще Гуров закончить объяснять генерал-лейтенанту, что они «не мальчики по вызову, чтобы каждую утопленницу обслуживать», и что лично его, полковника Гурова, «не волнует, что все другие оперативники с утра делами занимаются», как Станислав схватил со стола серую бейсболку, сунул в нагрудный карман цветастой рубашки солнцезащитные очки и пошел к двери.
– Ты куда? – резко повернулся к нему полковник.
– Съезжу, «утопленницу обслужу», как вы изволили выразиться, ваша светлость, – расшаркался Крячко. – Уж лучше я на ее синюшную физиономию полюбуюсь, чем твою недовольную морду буду весь день наблюдать.
Что-то добавлять к этой речи, как и выслушивать возможный ответ друга, Станислав не пожелал и вышел из кабинета, оставив Гурова наедине с плохим настроением, листами отчета и духотой. Полковник посмотрел ему вслед и хмыкнул. Крячко был прав! Своим брюзжанием Гуров проблем не решит, и отчет из-за этого быстрее не напишется. А вот окончательно испоганить день таким поведением сыщику вполне удастся.
«Видно, старый совсем становлюсь. На пенсию, что ли, уйти? А скоро докачусь до того, что буду, как ветеран Первой Конной, дни буйной молодости вспоминать и ворчать, что нынче молодежь мелкая пошла!» – мысленно поставил себе диагноз Гуров. Упоминание о пенсии еще больше испортило сыщику настроение, но уже через минуту он разозлился на себя и взялся за работу с утроенной энергией. А к тому времени, когда вернулся Крячко, и вовсе смог вернуть бодрое расположение духа, утраченное утром после лихого маневра «копеечного» «чайника».
– Ну как? Рассказывай, что нарыть удалось, – принялся теребить полковник Стаса, едва тот переступил через порог.
– Батюшки-светы! Вы только посмотрите, он улыбается, – театрально завопил Крячко, обращаясь, видимо, к парочке тараканов, живших за плинтусами. – Это же просто чудо! Улыбнитесь еще, ваша светлость, и я в благоговейном трепете на колени упаду.
– Охолони, – урезонил друга Гуров, но не улыбнуться не смог. – Я тебя серьезно спрашиваю, куда тебя Орлов гонял? Что там с утопленницей?
– Висяк, – ответил Крячко, садясь на край своего стола и доставая из кармана сигареты. – В Измайловском лесопарке бабу пацаны на удочку выловили. У одного мальчонки крючок за что-то зацепился недалеко от берега, он полез отцеплять да на труп и наткнулся. Только не утопленница это. Если, конечно, она не сама, после того как утонула, башку себе разнесла и весь ливер выпотрошила. Мерзкое зрелище, надо заметить.
Гуров хмыкнул. За долгие годы службы он навидался всякого, но с подобным ему еще не приходилось сталкиваться. И поражало сыщика не то, каким способом убили женщину, а как убийцы попытались скрыть труп. Судя по всему, убийца прекрасно знал, что у любого трупа в первую очередь начинают гнить внутренности. При гниении образуется газ, который заставляет тело всплывать. Конечно, проще всего в таких случаях привязывать к трупу тяжелый груз, но, видимо, у убийцы такой возможности не было. Вот и пришлось потрошить жертву, чтобы не дать ей слишком быстро всплыть. Вывод напрашивался сам собой – убийство вряд ли было запланировано. Скорее всего, произошло оно в результате случайной ссоры. Может быть, прямо на том же берегу, возле которого нашли труп… Хотя это вряд ли! Не так уж часто случается, что человек идет на свидание с пистолетом.
– Место, где труп потрошили, нашли? – поинтересовался сыщик у друга.
– Нет, – покачал головой Крячко. – Только следы машины. Думаю, убили женщину внутри, а уже потом пытались придумать, куда тело спрятать.
– Пытались? – переспросил Гуров.
– Ага, – кивнул Станислав. – Берег, конечно, здорово затоптали, но у самой воды нашлись-таки отпечатки двух пар обуви. Похоже на то, как будто двое мужчин тащили что-то тяжелое. И если этим тяжелым был не труп, то можете перевести меня в участковые, ваше высокоблагородие!
– Легкой жизни захотелось? – фыркнул Гуров. – Документы какие-нибудь у тела нашли?
– Нет, – вновь покачал головой Крячко. – Хитрые сволочи попались. Они с нее даже нижнее белье сняли и кожу с пальцев срезали. В общем, судя по всему, висяк! Но я все же попробую, покопаюсь.
– Копайся. Только ко мне с этой ерундой не приставай и отчет не мешай составлять, – буркнул в ответ сыщик и вновь уткнулся в бумаги.
Крячко на секунду оторопел. Все-таки не Станислав начал рассказывать Гурову о своей поездке в Измайловский парк, а совсем наоборот – полковник первым завел разговор об утопленнице. Поэтому последняя фраза Гурова была, по крайней мере, несправедлива. Крячко хмыкнул, хотел обидеться, но затем махнул на Гурова рукой. Все-таки знал полковника он уже не первый год и понимал, что обижаться на Гурова бессмысленно. Тот, даже если и заметит обиду друга, ничего предпринимать не станет. Причем исключительно из врожденного упрямства. Как говорится, горбатого могила исправит.
Переместившись наконец со стола на стул, Крячко погрузился в изучение протокола досмотра места происшествия, ожидая, когда эксперты пришлют ему свои отчеты. На многое он не рассчитывал. Эксперты главка хоть и были кудесниками своего дела, но далеко не богами, и вытащить многое из того, что удалось найти на берегу и, может быть, удастся найти под ногтями трупа, у экспертов вряд ли получится.
Крячко бросил мимолетный взгляд на Гурова, корпевшего над отчетом, и вновь собрался заняться анализом информации, но в этот момент на столе у Гурова зазвонил телефон. Старенький аппарат, бог весть сколько лет стоявший в кабинете, был единственным средством связи сыщиков с остальным миром. Обычно на звонки отвечал Гуров, но в этот раз он даже не пошевелился. Станислав удивленно посмотрел на сыщика.
– Трубочку будете снимать, ваше сиятельство? – ехидно поинтересовался у друга Станислав.
Гуров и бровью не повел. Крячко хмыкнул и демонстративно отвернулся к окну. Несколько секунд телефон продолжал звонить, взывая к совести сыщиков, которые эти звонки игнорировали, а затем Гуров не выдержал.
– Стас, может быть, поднимешь трубку? – сердито поинтересовался он, продолжая что-то писать в отчете. – Не видишь, я занят?!
– А я, по-твоему, совершенно свободен? – удивился Станислав. – Штаны тут просиживаю и тебе трудиться на благо Отечества не даю? Лева, тебе не кажется, что сегодня ты явно перебрал с барскими замашками?
Несколько мгновений Гуров недоумевающе смотрел на Станислава, не обращая внимания на трезвонящий телефон. Крячко выдержал строгий взгляд давнего друга, собираясь сказать в ответ какую-то гадость, но в этот момент полковник широко улыбнулся.
– Извини, Стас. Действительно, что-то я сегодня не в своей тарелке. Но что выросло, то выросло. Жара, наверное, доконала, – проговорил сыщик и поднял трубку. – Полковник Гуров. Слушаю вас…
Крячко машинально кивнул, зная, что дальнейших извинений от друга и напарника не дождется, а затем прислушался к телефонному разговору, пытаясь понять, кто звонит. На определение личности собеседника Станиславу потребовались считаные секунды. И хотя разобрать, что именно говорит звонивший, было невозможно, его голос Крячко спутать с другим просто не мог. Густой рокочущий бас, льющийся из трубки, принадлежал генерал-лейтенанту Орлову, начальнику главка. Ну а тот факт, что слышно генерала было даже с места Крячко, добавлял еще одну маленькую подробность – Орлов был жутко недоволен. Что, впрочем, вполне объяснимо! Поскольку на белом свете найдется очень мало начальников, спокойно относящихся к тому, что их подчиненные, находясь на рабочем месте, не желают отвечать на телефонные звонки.
Гуров что-то неразборчиво пробормотал в трубку в ответ на реплики генерала, затем послушал еще несколько секунд вопли начальника и положил трубку на аппарат. Станислав вопросительно посмотрел на друга, и Гуров пожал плечами.
– К себе требует. Срочно, – ответил сыщик на немой вопрос Станислава. – Обоих. Но что ему нужно, не спрашивай. Мне он ничего не объяснил. Только орал так, будто его бешеная вошь за причинное место укусила. Хотя пусть себе орет. Не буду размахивать шашкой, мы еще поборемся!
Крячко хмыкнул и поднялся со стула. Может быть, кому-то немного беспардонное обращение Гурова с непосредственным начальником и показалось бы странным, но и Станислав, и Гуров, и сам Орлов к этому давно привыкли. Крячко с Гуровым, еще будучи в МУРе, работали под началом Орлова, и тот, пойдя на повышение в главк, перетащил обоих сыщиков с собой. Все трое коллег по сыскному делу дружили давно и крепко, позволяя себе обращаться друг к другу на «ты». Если, конечно, поблизости не было посторонних. Сегодня случай был не такой.
– У Петра в кабинете, похоже, кто-то из прокурорских сидит, – предположил Гуров, поднимаясь со своего места.
– Почему именно «прокурорский»? – поинтересовался Станислав.
– Была бы обычная проверка, Петр от нас не требовал бы пулей в его кабинет лететь, – пожал плечами полковник. – Судя по всему, Стас, сейчас наш начальничек снова какую-нибудь гадость на наши головы вывалит.
Крячко криво усмехнулся. Слова полковника казались вполне достоверными. Им обоим уже не раз приходилось сталкиваться с так называемыми «срочными делами». В этих разных «делах» общим было то, что они сваливались на головы сыщиков сверху, от начальства, сидевшего выше Орлова. Генералу подобные задания нравились не больше, чем Гурову и Крячко, но если своевольный Лев Иванович Гуров мог и послать непосредственного начальника подальше, грозя уйти в отставку, то Орлов за свое кресло держался крепко, аргументируя свою позицию тем, что ему внуков поднимать на ноги нужно, и с вышестоящим руководством не спорил.
Верочка, очаровательная секретарша начальника главка, встретила сыщиков дружелюбной улыбкой. Ловелас и позер Крячко тут же бросился с театральной галантностью целовать девушке руку, Гуров сдержанно поздоровался и, вопросительно посмотрев на Верочку, кивнул головой на дверь.
– Не знаю, – пожала плечами девушка. – Злой, как сатана, а почему, понятия не имею. Как только пришел Соболев, так генерал места себе не находит…
Гуров невольно поморщился. Дмитрий Николаевич Соболев был одним из новых следователей Московской городской прокуратуры. Приняли его на работу едва ли не пару месяцев назад, но в главке уже не было человека, кто ничего не знал бы о Соболеве. Следователь слыл жутко дотошным и мелочным человеком. Те оперативники, которые уже успели поработать под его руководством, кляли Соболева на все лады, и каждый раз, когда узнавали, что от прокуратуры дело будет вести молодой «следак», старались сбежать с работы, не брезгуя даже такими грязными способами, как уведомления о внезапно умерших родственниках.
В общем, Соболева в главке не любили и старались как можно меньше с ним контактировать. Орлов, несомненно, об этом знал. Может быть, именно из-за репутации молодого следователя он и старался держать его подальше от вспыльчивого и своенравного Гурова.

Гуров -. След оборотня - Леонов Николай Иванович => читать онлайн электронную книгу дальше


Было бы хорошо, чтобы книга Гуров -. След оборотня автора Леонов Николай Иванович дала бы вам то, что вы хотите!
Отзывы и коментарии к книге Гуров -. След оборотня у нас на сайте не предусмотрены. Если так и окажется, тогда вы можете порекомендовать эту книгу Гуров -. След оборотня своим друзьям, проставив гиперссылку на данную страницу с книгой: Леонов Николай Иванович - Гуров -. След оборотня.
Если после завершения чтения книги Гуров -. След оборотня вы захотите почитать и другие книги Леонов Николай Иванович, тогда зайдите на страницу писателя Леонов Николай Иванович - возможно там есть книги, которые вас заинтересуют. Если вы хотите узнать больше о книге Гуров -. След оборотня, то воспользуйтесь поисковой системой или же зайдите в Википедию.
Биографии автора Леонов Николай Иванович, написавшего книгу Гуров -. След оборотня, к сожалению, на данном сайте нет. Ключевые слова страницы: Гуров -. След оборотня; Леонов Николай Иванович, скачать, бесплатно, читать, книга, электронная, онлайн