А-П

П-Я

 наматрасники 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Здесь выложена электронная книга Ведьма автора по имени Лейбер Фриц Ройтер. На этой вкладке сайта web-lit.net вы можете скачать бесплатно или прочитать онлайн электронную книгу Лейбер Фриц Ройтер - Ведьма.

Размер архива с книгой Ведьма равняется 282.47 KB

Ведьма - Лейбер Фриц Ройтер => скачать бесплатную электронную книгу


VadikV

61
Фриц Лейбер: «Ведьма»


Фриц Лейбер
Ведьма




«Ведьма»: АСТ, Terra fantastica; Москва; 2002
ISBN 5-17-011579-2, 5-7921-0476-X

Аннотация

Кто не знает Фрица Лейбера Ч а
втора ехидно-озорных «Серебряных яйцеглавов»и мрачно-эпического рома
на-катастрофы «Странник»?
Все так. Но… многие ли знают ДРУГОГО Фрица Лейбера? Тонкого, по-хорошему «
старомодного» создателя прозы «ужасов», восходящей еще к классической
«черной мистике» 20 Ч х Ч 30 Ч х гг. XX столетия? Великолепного проводника в м
ир Тьмы и Кошмара, магии и чернокнижия, подлинного знатока тайн древних о
ккультных практик?
Поверьте, ТАКОГО Лейбера вы еще не читали!

Фриц Лейбер
Ведьма

Глава 1

Не в привычках Нормана Сейлора было заглядывать в комнату жены в ее отсу
тствие. Быть может, отчасти именно потому он и поступил так. Он был уверен,
что подобный пустяк никак не повлияет на их с Тэнси отношения.
Разумеется, он помнил, что случилось с чересчур любопытной женой Синей Б
ороды. Как-то он даже попробовал подойти к этой странной сказке о повешен
ных женщинах с психоаналитической меркой. Впрочем, Синяя Борода жил в да
леком прошлом, и с тех пор много воды утекло. Неужели за дверью комнаты Тэн
си его ожидает с полдюжины висящих на крючьях красоток? Норман насмешлив
о фыркнул. Однако женщины есть женщины, и разве не доказательство тому ег
о собственные исследования по женской психологии и параллелизму перво
бытного суеверия и современного невроза, которые принесли ему известно
сть в профессиональных кругах?
Внешне Норман Сейлор ничуть не походил на знаменитого этнолога Ч он пре
жде всего был слишком молод и выглядел вовсе не так, как подобает професс
ору социологии колледжа Хемпнелл. У него начисто отсутствовали поджаты
е губы, испуганный взгляд и квадратная челюсть типичного преподавателя
этого маленького, но гордящегося собой и своими традициями учебного зав
едения.
По правде сказать, в Нормане не было того духа, какой присущ истинному хем
пнеллианцу, Ч за что сегодня он был благодарен судьбе.
День выдался погожим и теплым; солнечные лучи, проникавшие в кабинет скв
озь оконное стекло, падали на локоть Нормана. Допечатав заключительную ф
разу своей статьи «Социальные основы современного ведьмовства», након
ец-то законченной он откинулся в кресле и облегченно вздохнул. Он осозна
л вдруг, что наступило одно из тех мгновений в непрерывном чередовании у
спехов и неудач, когда совесть засыпает и все видится в розовом свете. Для
невротика или подростка такое состояние означало бы, что приближается н
еминуемое падение в пучину отчаяния, однако Норман давно уже научился со
хранять равновесие: он принимался за новое дело в тот самый миг, когда пер
ед ним возникал край обрыва.
Поэтому он беззаботно наслаждался минутной передышкой, старался испит
ь ее очарование до дна. Он вышел из кабинета, взял было книжку с яркой обло
жкой, но тут же отложил ее, взглянул на две маски китайских бесов на стене
и, минуя дверь спальни, перевел взгляд на бар, где, по образному хемпнеллов
скому выражению, «на задворках» стояла бутылка ликера, улыбнулся и напра
вился в спальню.
В доме было очень тихо. В этот весенний полдень было что-то успокаивающее
в скромных размерах, неброской, но удобной обстановке и даже в почтенном
возрасте жилища Сейлоров. Оно как будто примирилось со своей участью Ч
быть прибежищем обычной профессорской семьи с ее книгами, гравюрами и пл
астинками, с тем, что лепные украшения прошлого века покрыты слоем свеже
й краски.
Признаки интеллектуальной свободы и любви к живому соседствовали и ужи
вались с приметами тяжеловесного преподавательского достоинства.
Норман выглянул в окно спальни. Знакомый мальчишка катил по улице тележк
у, доверху заполненную газетами. На противоположной стороне мостовой ка
кой-то старик подстригал кусты, осторожно ступая по молодой траве. С гром
ыханием промчался грузовик. Норман нахмурился, но тут показалась парочк
а студенток в брюках и рубашках навыпуск.
Являться в подобных нарядах на занятия строго запрещалось тем не менее д
евушки, судя по всему, шли из колледжа. Норман улыбнулся. Он был в том настр
оении, когда человек радуется всякой мелочи и готов приветствовать даже
субкультуру улицы, так непохожую на порядки колледжа, где табу Ч откров
енность и секс, где наивысшими из талантов почитаются способность вынос
ить унылое однообразие работы и умение следовать пыльным ритуалам, подд
ерживающим видимость жизни в мертвых идеях. В этом последнем современны
е колдуны, что скрывались за каменными стенами Хемпнелла, едва ли знали с
ебе равных.
Странно, подумалось ему, и как только им с Тэнси удалось не поддаться губи
тельному воздействию атмосферы маленького колледжа? Ведь поначалу Тэн
си приводило в исступление буквально все: соперничество между профессо
рами, сплетни и пересуды, требование, которое заставило бы взбелениться
любого, Ч чтобы жены преподавателей трудились на благо колледжа, не пол
учая за свой труд ни гроша, утонченный этикет и надоедливое внимание сту
дентов. Хемпнелл был одним из тех колледжей, которые предлагали обеспоко
енным родителям альтернативу буйной вольнице крупных университетов,
Ч местный политик, вспомнил Норман, назвал их «рассадниками коммунизма
и свободной любви».
Если судить по первым дням их пребывания в Хемпнелле, то они с Тэнси должн
ы были скоро сбежать в один из «рассадников» или бунтовать исподтишка, п
однимая вопрос то об академической свободе, то об изменении жалованья, и
ли уйти в себя и сделаться писателями. Но, словно питаемая силой из неведо
мого источника, Тэнси сумела выстоять, не поступившись своими убеждения
ми.
Она сражалась с Хемпнеллом на его поле, она взваливала на себя гораздо бо
льше обязанностей, чем полагалось, и тем самым как будто очертила вокруг
Нормана магический круг, в пределах которого он мог заниматься своими ис
следованиями, которые когда-нибудь позволят им вырваться из зависимост
и от Хемпнелла и от того, что Хемпнелл думает и говорит. И час этот близитс
я! Отставка Реддинга означает, что главой факультета социологии будет не
кто иной, как Норман Сейлор, а через несколько месяцев наверняка поступи
т приглашение от какого-нибудь университета.
Нет, Тэнси нельзя не восхищаться. Черт побери, она столько сделала для нег
о и так ненавязчиво! Она была его неизменным секретарем, и он никогда не сл
ышал от нее ни единой жалобы, хотя в молодые года был отнюдь не ангелом: ле
нивый, временами остроумный преподаватель, презирающий размеренность
существования, находящий, как студент-первокурсник, удовольствие в том,
чтобы шокировать степенных коллег, с самоубийственной склонностью ска
ндалить по пустякам с деканами и президентами.
Не раз и не два он балансировал на грани увольнения после очередной разм
олвки с власть предержащими, но всегда каким-то образом выкручивался, и, к
ак он теперь понимал, не без помощи Тэнси. С тех самых пор, как они поженили
сь, он не ведал поражений и неудач.
И как только у нее это получалось Ч у нее, мечтательной и безответственн
ой девицы, дочери незадачливого сельского священника, избалованной, неп
окорной, обладавшей дерзким воображением, наличие которого в зашоренно
м, обывательском Хемпнелле считалось чуть ли не смертным грехом?
Так или иначе, у нее получилось, а потому Ч вот парадокс! Ч к нему относил
ись как к «истому хемпнеллианцу», «украшению колледжа», «творцу великих
свершений», «другу декана Ганнисона»Ч надо признать, при близком знако
мстве тот оказался неплохим парнем, Ч о Нормане заговорили как о челове
ке, от которого «зависит» бесцветный президент Поллард, гиганте мысли в
сравнении со вторым профессором социологии, издерганным и скудоумным Х
арви Соутеллом. Будучи по натуре иконоборцем, Норман постепенно преврат
ился в икону, не пожертвовав при этом, как ни удивительно, своими воззрени
ями, и одновременно приобрел авторитет среди реакционеров, не став одним
из них.
Он по-прежнему пребывал в благодушном, подогретом весенним солнцем наст
роении. Неожиданно у него мелькнула мысль, что в его успехе есть что-то не
обычное и пугающее. Он вдруг вообразил себя молодым индейским воином, ко
торый вместе со своей скво добрался до краев, где обитают духи предков, и у
бедил суровых прародителей, что погребен по обычаю и достоин разделить б
ремя сверхъестественной власти; он счастливо избегнул многочисленных
ловушек благодаря тому, что Тэнси знала нужные защитные заклинания. Разу
меется, оба они люди взрослые, умеющие обуздывать фантазию. Всякий, кто не
хочет потерпеть в жизни крах из-за причуд детского эго, должен уметь спра
вляться с ним. Однако…
Солнечный свет стал чуточку ярче и золотистее, словно некий космический
электрик перебросил рубильник еще на одно деление. В тот же миг девушки в
рубашках навыпуск, исчезая за углом соседнего дома, звонко рассмеялись.
Норман отвернулся от окна. Кот по кличке Тотем поднялся с наложенного ме
ста на коврике и сладко потянулся, так что захрустели все косточки его ги
бкого тела.
Норман не удержался и последовал примеру животного, решив, правда, не про
верять свой костяк на прочность. Да, сегодня чудесный денек, из разряда те
х, когда действительность оборачивается чередой таких светлых и отчетл
ивых образов, что поневоле начинаешь опасаться, что вот-вот проткнешь св
еркающую завесу и увидишь безграничный и непроглядный мрак, который она
скрывает; когда все представляется верным и исполненным дружелюбия и бо
ишься, что внезапное прозрение откроет тебе ужас, ненависть, жестокость
и невежество, на которых покоится жизнь.
Потянувшись и сладко зевнув, Норман понял, что радость жизни пока не поки
нула его.
И тут его взгляд остановился на двери в комнату Тэнси.
Он сообразил, что ему хочется, прежде чем вернуться к работе, сделать кое-
что еще, просто так, из развлечения и праздного любопытства, для того, быть
может, чтобы потом чувствовать себя слегка виноватым.
Конечно, если бы Тэнси была дома… Но раз ее нет, почему бы не заглянуть в ко
мнату, которая может так много рассказать о ней?
Приоткрытая дверь словно манила переступить порог.
Из-за нее виднелся тонконогий стул, со спинки которого сползала на пол ко
мбинация, почти полностью скрывая меховые домашние туфли. За стулом прос
тупал из полумрака край столешницы из слоновой кости, на которой поблеск
ивал какой-то флакон. Комната Тэнси была совсем крохотной, немногим боль
ше чулана, и дневной свет в нее не проникал, поскольку проникать было неот
куда.
Норман никогда не следил за Тэнси, ему даже в голову такое не приходило, и
Тэнси относилась к этому как к чему-то само собой разумеющемуся.
Но соблазн, который потихоньку одолевал его, никак не мог называться сле
жкой или подсматриванием. Скорее то было проявлением любви, желанием ощу
тить себя хотя бы на миг партнером по браку.
Кроме того, ни один человек не может считать себя совершенством и даже по-
настоящему взрослым и всерьез уверять, будто совладал со всеми дурными п
обуждениями.
И потом, Тэнси задала ему загадку. Откуда взялись в ней те сила и увереннос
ть, с какими она отражает нападки вечно недовольного Хемпнелла? Конечно,
едва ли ответ найдется именно здесь, но все же, все же…
Он заколебался.
Тотем, черный от головы до хвоста, за исключением белых «чулочек» на лапа
х, пристально глядел на него.
Он вошел в комнату Тэнси.
Тотем устремился следом.
Норман включил лампу под розовым абажуром и уставился на шкаф с платьями
и подставку для обуви.
В комнате царил легкий беспорядок, такой милый и знакомый. Слабый аромат
духов навевал приятные воспоминания.
Он бросил взгляд на фотографии вокруг настенного зеркала. Одна изобража
ла их с Тэнси в индейских костюмах. Это было три года назад, когда он изуча
л племенные обряды и обычаи юма. Вид у них несколько напыщенный, словно он
и изо всех сил старались выглядеть настоящими индейцами. На другом, уже п
облекшем снимке они, облаченные в купальные костюмы 1928 года, стояли на ста
ром причале, щурясь от яркого солнца. Норман припомнил Бейпорт и лето пер
ед свадьбой. На третьем фото запечатлено было крещение негров в реке. Да, в
ту пору он был членом совета колледжа Хейзелтон и собирал материалы для
своих работ «Социальные структуры афроамериканцев в южных штатах»и «Ж
енский элемент в суевериях»
Помощь Тэнси в те полгода, когда он завоевывал себе репутацию, была прост
о неоценимой. Она сопровождала его в полевых экспедициях, записывала изо
биловавшие преувеличениями рассказы стариков и старух, что помнили еще
времена рабства, ибо сами были рабами.
Тем летом они оставили колледж Горэма, решив перебраться в Хемпнелл, и Тэ
нси была тогда по-мальчишески любознательной, иногда даже чрезмерно. Вп
рочем, с годами она научилась сдерживать себя.
С четвертой фотографии смотрел древний чернокожий колдун с морщинисты
м лицом и высоким лбом, которого не могла скрыть фетровая шляпа с широким
и полями. Плечи его были расправлены, глаза горели странным огнем, всем св
оим видом он будто отвергал культуру белых, ибо обладал иными, куда более
серьезными познаниями. Плюмаж из страусовых перьев и многочисленные шр
амы на щеках, однако, не придавали ему внушительности. Норман хорошо помн
ил его: колдун упорно отмалчивался и разговорился лишь перед самым концо
м экспедиции.
Норман поглядел на туалетный столик, заставленный разнообразной косме
тикой. Тэнси первая из профессорских жен в Хемпнелле начала красить губы
и ногти. Пошли было разговоры о «примере, который мы подаем студентам», од
нако она не обращала на них внимания, а потом на одной из вечеринок придир
чивые наблюдатели заметили на губах Хульды Ганнисон бледный красноват
ый след. Большего для победы не требовалось.
Перед окруженной флаконами с кремом его собственной фотографией лежал
а кучка мелочи, медяков и серебра, Ч десятицентовиков и четвертаков.
Норман мысленно обозвал себя олухом. Зачем он сюда пришел, любоваться на
снимки? Он выдвинул наугад ящик, торопливо покопался в заполнявших его ч
улках, задвинул и взялся за ручку другого.
И замер.
Какие же глупости я творю, подумалось вдруг ему.
Одновременно он осознал, что радостное возбуждение улетучилось. Как и в
тот миг, когда он отвернулся от окна, мир словно застыл в неподвижности, бу
дто выхваченный из чернильного мрака вспышкой молнии. В ушах зазвенело.

Норман знал это ощущение: все было слишком реально.
От двери на него внимательно взирал Тотем.
Что толку доискиваться смысла там, где его нет и быть не может?
А потому он потянул за ручку.
Ящик застрял в пазах. Норман выдернул его одним рывком.
В глубине ящика, у задней стенки, примостилась большая картонная коробка
. Норман приподнял ее крышку и извлек одну из множества крохотных бутыло
чек со стеклянной пробкой. Это что, тоже косметика? Для пудры чересчур тем
ная. Похоже, скорее, на геологический образец почвы. Какой-нибудь из бесчи
сленных кремов? Навряд ли.
Может, земля из садика Тэнси?
Норман повертел бутылочку в руках. Послышался звук, напоминавший шелест
песка в песочных часах. Он заметил наклейку. На той четким почерком Тэнси
было выведено: «Джулия Трок, Роузленд». Какая такая Джулия Трок? И почему с
лово «Роузленд» вызывает отвращение? Норман откинул крышку коробки и сх
ватил второй флакон. Его содержимое было чуть покраснее, чем содержимое
первого. Надпись гласила: «Филип Ласситер, Хилл». На третьем, чье содержим
ое вроде бы не отличалось по цвету от первого, было написано «Дж. П. Торнда
йк, Роузленд». Далее следовали «Эмлин Скэттердей, Роузленд», «Мортимер П
оуп, Хилл», «Преп. Бафорт Эймс, Роузленд». Цвет был, соответственно, коричн
евым, красновато-бурым и снова коричневым.
Тишина в доме сделалась оглушительной, даже солнечный свет как будто пот
ускнел. Роузленд и Хилл, Роузленд и Хилл, мы идем на Роузленд и Хилл… Слова
эти прозвучали у него в голове, и он с трудом подавил желание разбить стек
лянные флаконы, раздавить как пауков Ч столь отвратительными они вдруг
ему оказались… а обратно дороги нет…
Ну конечно!
Местные кладбища.
Значит, земля с могил.
Ну да, образцы почвы. Земля с могил. Основной элемент негритянского колдо
вства.
Тотем вспрыгнул на столик и принялся обнюхивать флаконы. Норман запусти
л руку в ящик, нащупал за большой коробкой маленькие Ч и вывалил все добр
о на пол.
В одной коробочке лежали ржавые и гнутые железные стержни Ч гвозди из к
онских подков. В другой находились конверты для визитных карточек с пряд
ями волос внутри. На каждом из конвертов значилось, кому эти волосы прина
длежат. Норман увидел знакомые имена: Харви Соутелл, Грейсин Поллард, Хул
ьда Ганнисон… А в конверте с надписью «Ивлин Соутелл» были обрезки покры
тых красным лаком ногтей.
В третьем ящике не оказалось ничего интересного, зато в четвертом Норман
обнаружил прямо-таки клад. Пакетики сухих листьев и истолченных в порош
ок овощей Ч вот, выходит, для чего нужен Тэнси ее садик? Вербена, вьюнок, по
вилика, кусочки магнитного железняка с прилипшими к ним металлическими
опилками, гусиные перья, с которых, когда он их потряс, закапала ртуть, лос
кутки фланели того сорта, какой используют негритянские колдуны для сво
их «ловушек» или «ладошек», коробка со старинными серебряными монетами
и серебряными же опилками Ч сильнодействующее защитное волшебство; те
перь понятно, что кучка монет перед его фотографией лежит там не просто т
ак.
Но Тэнси всегда потешалась над хиромантией, астрологией, нумерологией и
прочими суевериями! Она всегда оставалась типичной рассудительной аме
риканкой! Работая вместе с ним, она столько узнала о психологических осн
овах предрассудков и первобытного колдовства, столько, что…
Он понял вдруг, что листает замусоленный экземпляр своей статьи «Паралл
елизм суеверий и неврозов», тот самый, что запропастился куда-то лет восе
мь тому назад.
На полях рядом с одним из заклинаний рукой Тэнси было написано: «Не сраба
тывает. Заменить медные опилки на латунные. Попробовать в новолуние вмес
то полнолуния».
Ч Норман…
На пороге комнаты стояла Тэнси.

Глава 2

Люди, которых мы лучше всего знаем, кажутся нам порой существами из потус
тороннего мира. На мгновение знакомое лицо представляется нам случайны
м сочетанием цветовых поверхностей, лишенным даже той мимолетной значи
мости, какой мы наделяем черты встреченного на улице незнакомца.
Норману Сейлору почудилось, будто он глядит не на свою жену, а на ее портре
т кисти некоего новоявленного Ренуара или Тулуз-Лотрека: лицо Ч четкий
овал розового с едва заметным оттенком зеленого; маленький, гордо выпяче
нный подбородок, алое пятно губ, насмешливый взгляд серовато-зеленых гл
аз, выщипанные низкие брови, между которыми залегла вертикальная морщин
ка, иссиня-черные волосы, белая кожа шеи, бордовое платье; локоть прижимал
к боку коробку с очередным нарядом, руки словно застыли на полпути к шляп
ке, которая была того же цвета, что и платье, а световой блик на ней перелив
ался и сверкал этаким осколком зеркала.
Норман был уверен, что, протяни он руку, этот портрет растворится в воздух
е, а потому стоял, не шевелясь. Он не произнес ни слова, однако у него почему
-то возникло такое ощущение, что, если бы он заговорил, собственный голос
показался бы ему голосом постороннего Ч какого-нибудь бестолкового пр
офессора.
Изображение Тэнси, эта невесть откуда взявшаяся родственница портрета
Дориана Грея, молча повернулось к Норману спиной. Коробка с нарядом упал
а на пол. Норман словно очнулся.
Он догнал Тэнси в гостиной. Увидев, что жена направляется прямиком к выхо
ду, он попытался обнять ее, чтобы остановить. Она забилась в его объятиях,
точно пойманное животное, избегая смотреть ему в глаза; однако руки ее бе
звольно, будто привязанные, висели вдоль тела.
Ч Не прикасайся ко мне! Ч прошептала она сквозь зубы.
Норман пошире расставил ноги, чтобы случайно не потерять равновесие. Был
о что-то ужасное в том, как Тэнси металась из стороны в сторону, норовя выр
ваться из плена его рук. Она вела себя, как буйно помешанная в смирительно
й рубашке.
Ч Не прикасайся ко мне Ч твердила она яростно.
Ч Тэнси! Ч воскликнул Норман.
Внезапно она успокоилась. Норман отступил на шаг.
Глаза Тэнси были крепко зажмурены, губы плотно сжаты. К сердцу Нормана по
дкатила жалость.
Ч Милая! Ч проговорил он. Ч Мне очень стыдно. Я виноват перед тобой. Но…

Ч Дело не в этом!
Норман помолчал, прежде чем продолжить:
Ч Выходит, ты рассердилась на меня за то, что я нашел в твоем столе?
Никакого ответа.
Ч Тэнси, нам нужно поговорить.
Она вновь никак не откликнулась. Норман беспомощно всплеснул руками:
Ч Поверь мне, все будет в полном порядке. Если ты поделишься со мной… Ну п
ожалуйста, Тэнси…
Губы ее слегка разошлись, и она произнесла, как выплюнула:
Ч Почему бы тебе не привязать меня к стулу и не загнать пару иголок мне п
од ногти? Или ты незнаком с техникой допроса?
Ч Милая, я скорее умру, чем причиню тебе боль! Но мы должны поговорить отк
ровенно.
Ч Не могу. Если ты скажешь еще хоть слово, я закричу.
Ч Милая, мы должны, понимаешь, должны.
Ч Я никому ничего не должна.
Ч Мне! Ч поправил Норман, сбиваясь на крик, Ч Мне, твоему мужу!
На миг он испугался, что Тэнси упадет в обморок, и кинулся к ней, чтобы подх
ватить. Но его услуги не понадобились. Тэнси, швырнув шляпу на столик, тяже
ло опустилась на ближайший стул, Ч Ладно, Ч сказала она. Ч Давай погово
рим.

18 часов 37 минут. Заходящее солнце отражалось в стеклах книжного шкафа, в ег
о лучах левая китайская маска жутковато оскалилась. Тэнси сидела на одно
м конце кушетки, Норман, опираясь коленом на подушку, расположился на дру
гом.
Тэнси тряхнула головой, словно разгоняя словесный дым, от которого уже п
ершило в горле.
Ч Ну что ж, будь по-твоему. Я всерьез занималась ведьмовством. Я забыла, чт
о являюсь образованной женщиной.
Я накладывала заклятья на людей и на вещи. Я стремилась изменить будущее.
Я… в общем, все, что угодно!
Норман кивнул. Такие вот кивки он раздаривал обычно на студенческих конф
еренциях, когда после многочасового бесплодного обсуждения какой-нибу
дь подающий надежды юноша начинал наконец догадываться, о чем идет речь.
Он наклонился к Тэнси:
Ч Но зачем?
Ч Чтобы уберечь тебя от неприятностей, Ч ответила она, глядя себе под н
оги.
Ч Зная все то, что тебе известно о суевериях, ты решилась…
В голосе Нормана послышались прокурорские нотки.
Тэнси пожала плечами:
Ч Так вышло. Конечно, это смешно и нелепо… Но когда ты всей душой желаешь,
чтобы с тем, кого ты любишь, что-то произошло или ничего не случилось… Я де
лала лишь то, чем занимались и занимаются миллионы женщин.
И веришь ли, Норм… мои заклинания… они вроде бы срабатывали… по крайней м
ере, в большинстве случаев.
Ч Мне кажется, Ч возразил он, Ч что успехи, которых ты добивалась, всего
только нечаянные совпадения. И то, что у тебя получалось не всегда, подтве
рждает мою догадку.
Ч Может быть, может быть, Ч проговорила она. Ч Но вдруг мне кто-то проти
водействовал? Ч Она порывисто повернулась к нему. Ч Я не знаю, чему вери
ть. Я творила заклинания, а сама терзалась сомнениями, но, однажды начав, у
же не смела останавливаться.
Ч И ты занималась этим все те годы, которые мы провели в Хемпнелле?
Тэнси кивнула:
Ч Да, с тех пор, как мы сюда приехали.
Норман воззрился на жену, стараясь разобраться в своих ощущениях. Ему бы
ло очень трудно свыкнуться с мыслью, что в сознании той, кого он, как ему мн
илось, познал до мельчайших подробностей, обнаружился укромный закуток,
о котором он и не подозревал, закуток, где потихоньку копились сведения, к
оторые он приводил в своих статьях и книгах, закуток, принадлежащий каме
нному веку, погруженный во мрак, питаемый предрассудками и страхами. Он п
опытался вообразить себе Тэнси, что бормочет заклинания, сшивает при све
те свечи лоскутки фланели, навещает в поисках необходимых ингредиентов
кладбища и прочие не менее отвратительные места. Воображение отказывал
о. Подумать только, и все это творилось под самым его носом!
Единственным, что в поведении Тэнси вызывало подозрение, была, насколько
он мог припомнить, ее склонность к прогулкам в одиночестве. Если он когда
и задумывался об отношении Тэнси к суевериям, то неизменно приходил к ус
покоительному заключению, что уж кто-кто, а его жена совершенно не испыты
вает тяги к иррациональному.
Ч О, Норм, я совсем запуталась, мне так плохо, Ч перебила его размышления
Тэнси. Ч Я не в силах сообразить, что мне говорить и с чего начинать.
У него имелся готовый ответ Ч ответ ученого:
Ч Расскажи мне обо всем по порядку.

19 часов 54 минуты. Они по-прежнему сидели на кушетке. В комнате царил полумр
ак. Бесовские маски на стене проступали из него двумя не правильными ова
лами. Лицо Тэнси казалось белесым пятном. Норман не мог разглядеть его вы
ражения, однако голос жены выдавал ее возбуждение.
Ч Подожди-ка, Ч сказал он, Ч не торопись. Ты говоришь, что была страшно н
апугана, когда мы впервые приехали в Хемпнелл, чтобы узнать насчет вакан
сии?
Ч Да, Норм, да. Хемпнелл привел меня в ужас. Все кругом смотрели на нас с не
приязнью и были такими чопорными! Мне чуть ли не в глаза заявили, что профе
ссорская жена из меня никудышная. Я не знаю, кто был хуже, Ч то ли Хульда Га
ннисон, которая, когда черт меня дернул посоветоваться с ней, оглядела ме
ня с головы до ног и буркнула: «По-моему, вы нам подходите», Ч то ли старая
миссис Карр, что погладила меня по руке со словами: «Вы и ваш муж найдете в
Хемпнелле свое счастье. Вы молоды, но в Хемпнелле любят молодежь!» Рядом с
этими женщинами я чувствовала себя беззащитной, и мне почудилось, что ты
тоже в опасности.
Ч Понятно. Значит, когда я повез тебя на юг, в этот заповедник суеверий, ты
преследовала свои цели.
Тэнси невесело рассмеялась:
Ч Сказать по правде, да. Я схватывала все на лету.
Меня не отпускала мысль, что когда-нибудь мои познания мне пригодятся. Та
к что, возвратившись осенью в Хемпнелл, я сумела совладать с некоторыми с
воими страхами.
Норман кивнул. Ну разумеется! Недаром тихий энтузиазм Тэнси, с каким она в
ыполняла скучные секретарские обязанности, представлялся ему довольно
-таки неестественным.
Ч Но к колдовству ты не прибегала, Ч с нажимом произнес он, Ч пока я не з
аболел зимой воспалением легких?
Ч Ты прав. До того я словно играла в игрушки Ч твердила, просыпаясь по но
чам, обрывки заклинаний, бессознательно избегала делать то или другое, п
отому что это сулило беду, например, не подметала крыльцо в темноте и не кл
ала крест-накрест ножи и вилки. Когда же ты заболел… Если любимый человек
умирает, чтобы спасти его, годятся любые средства.
В голосе Нормана прозвучало сочувствие:
Ч Конечно, конечно. Ч Впрочем, он тут же спохватился и вновь заговорил н
аставительно, как учитель с учеником:
Ч Но, сдается мне, ты уверовала в то, что твое колдовство действует, лишь п
осле моей стычки с Поллардом по поводу сексуального образования, котора
я обошлась для меня без последствий, и в особенности после того, как моя кн
ига в 1931 году получила хорошую прессу.
Ч Верно.
Норман откинулся на подушки.
Ч Господи, Ч пробормотал он.
Ч Что с тобой, милый? Надеюсь, ты не думаешь, что я пытаюсь отнять у тебя ча
стичку твоей славы?
Ч Господи боже, нет. Ч Смешок Нормана больше походил на всхлип. Ч Но… Ч
Он запнулся. Ч Ладно, раз так, начинай с тысяча девятьсот тридцатого.
20 часов 58 минут. Норман протянул руку, включил свет и сощурил глаза. Тэнси н
аклонила голову.
Норман встал и потер тыльную часть шеи.
Ч Меня беспокоит то, Ч сказал он, Ч что постепенно ты стала полагаться
на колдовство во всем и не предпринимала ничего, вернее, не позволяла мне
что-либо предпринимать, без подходящих к случаю защитных заклинаний.
Это напоминает мне…
Он собирался сказать «разновидность шизофрении», но вовремя остановил
ся.
Ч Я даже поменяла все «молнии» на крючки, Ч хрипло прошептала Тэнси, Ч
ведь считается, что они ловят злых духов. А зеркальные украшения на моих ш
ляпках, сумочках, платьях Ч ты догадался правильно, это тибетское средс
тво от сглаза и порчи.
Норман подошел к жене:
Ч Послушай, Тэнси, но почему?
Ч Разве я не объяснила?
Ч Да нет, почему ты продолжала заниматься этим год за годом, если, как ты т
олько что призналась, сомневалась в действенности своих усилий? Я никак
не ожидал от тебя такого…
Тэнси призадумалась.
Ч Знаю, ты назовешь меня романтичной дурочкой, но я убеждена, что женщины
первобытное мужчин, ближе, чем они, к древним верованиям, »Ч проговорила
она. Ч И потом, я с детства была впечатлительной. Ведал бы ты, какие дикови
нные фантазии порождали во мне проповеди моего отца, истории, которые ра
ссказывали нам старые дамы…

Ведьма - Лейбер Фриц Ройтер => читать онлайн электронную книгу дальше


Было бы хорошо, чтобы книга Ведьма автора Лейбер Фриц Ройтер дала бы вам то, что вы хотите!
Отзывы и коментарии к книге Ведьма у нас на сайте не предусмотрены. Если так и окажется, тогда вы можете порекомендовать эту книгу Ведьма своим друзьям, проставив гиперссылку на данную страницу с книгой: Лейбер Фриц Ройтер - Ведьма.
Если после завершения чтения книги Ведьма вы захотите почитать и другие книги Лейбер Фриц Ройтер, тогда зайдите на страницу писателя Лейбер Фриц Ройтер - возможно там есть книги, которые вас заинтересуют. Если вы хотите узнать больше о книге Ведьма, то воспользуйтесь поисковой системой или же зайдите в Википедию.
Биографии автора Лейбер Фриц Ройтер, написавшего книгу Ведьма, к сожалению, на данном сайте нет. Ключевые слова страницы: Ведьма; Лейбер Фриц Ройтер, скачать, бесплатно, читать, книга, электронная, онлайн
 духи noa