А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

А что будет еще через год, когда они начнут интересоваться девочками, да как будто они уже сейчас ими не интересуются! Математика!? Безнадежно!
Он печально усмехнулся. Боже, как он им завидовал!
Харденская современная школа для мальчиков - средняя современная школа на северо-восточном побережье Англии - занималась образованием подающих надежды детей работников угольных шахт. Пользы от этого было, правда, не слишком много: большинство мальчиков все равно вынуждены будут стать шахтерами или в лучшем случае служащими угольного управления, так же как их отцы и старшие братья. Но некоторым из них, очень немногим, все же удастся успешно сдать экзамены и получить высшее образование в академических или технических колледжах в соседних городах.
Двухэтажное здание школы, в котором первоначально располагались офисы угольного управления, было отремонтировано лет тридцать назад, когда население поселка резко возросло в связи с расширением работы угольных шахт. Окруженная низкой стеной школа стояла в миле от берега моря, находившегося к востоку и в полумиле от шахты, расположенной севернее. Гладкий старинный кирпич и квадратные окна придавали зданию оттенок суровой простоты, совершенно не гармонирующей с пышно разросшимися вокруг садами; холодная строгость никак не влияла на персонал школы, но в общем и целом это были хорошие, отдающие всех себя делу люди. Директор Говард Джемисон, один из немногих оставшихся стойких приверженцев “старой школы”, следил за тем, чтобы все его подчиненные продолжали работать в этом направлении.
Еженедельные прогулки для сбора камней совершались с тройной целью. Во-первых, они позволяли ребятам побыть на свежем воздухе и предоставляли преподавателям естественных наук редкую возможность обратить мысли учеников к чудесам природы. Во-вторых, эти прогулки обеспечивали достаточное количество строительного материала для ремонта и строительства новых перегородок на внутришкольной территории, постепенной замены старых заборов и опор, что всегда получало одобрение директора. В-третьих, они позволяли трем четвертям персонала школы один раз в месяц раньше уходить домой, передавая свои обязанности ответственным за прогулку.
Сама идея состояла в следующем: все ученики в конце дня по вторникам должны были пройти милю по равнине до берега, где собирали большие округлые плоские камни, которых там было множество.
Каждый мальчик должен был принести в школу один такой камень. По установившейся традиции, на пути к берегу учитель-мужчина (как правило, учитель физкультуры - бывший армейский тренер по физической подготовке) и две молоденькие учительницы восхваляли красоту полей, живых изгородей, полевых цветов и волшебство природы в целом. Впрочем, это не интересовало Гарри Кифа, ему просто нравилось гулять по берегу моря, а кроме того, это было все же лучше, чем теплым тихим днем сидеть в классе.
- Послушай, - обратился Джимми Коллинз к Гарри, когда они в паре шли в середине длинного строя детей, спускаясь между дюнами к морю, - ты должен быть внимательнее к старику Ханнанту. Я говорю сейчас не о получении “необходимой квалификации” - это тебе решать - но вообще на уроках. Старик Джордж не так уж плох, но может разозлиться, если вдруг решит, что ты употребляешь какую-нибудь дрянь.
Гарри уныло пожал плечами:
- Мне просто снился сон. В этом все дело. Понимаешь, когда я вот так сплю с открытыми глазами, я ничего не могу с этим поделать. Только крик Ханнанта и твой толчок вывели меня из этого состояния.
(Вытащили меня... сильные руки, опустившиеся в воду... чтобы вытащить меня, или толкнуть вниз?) Джимми кивнул.
- Я много раз видел тебя таким и раньше. Твое лицо становится довольно забавным... - Он на миг посерьезнел, " а потом хмыкнул и игриво хлопнул Гарри по плечу:
- Да это не имеет значения - твое лицо всегда забавно выглядит.
Гарри фыркнул:
- Слушай, кто бы говорил! А что ты все-таки имеешь в виду? Что значит, я забавно выгляжу?
- Ну, понимаешь, ты сидишь совершенно неподвижно, как будто не от мира сего, и выглядишь очень испуганным. Правда, не всегда. Иногда ты как будто мечтаешь. Старик Джордж прав, когда говорит, что создается впечатление, будто ты где-то не здесь. На самом деле все очень таинственно. Вот скажи, сколько у тебя друзей?
- У меня есть ты, - слабо возразил Гарри.
Он знал, что имеет в виду Джимми: он был слишком тихим, слишком погруженным в себя. Но при этом не был прилежным учеником, зубрилой. Возможно, хорошая учеба могла бы объяснить его поведение, но он учился отнюдь не блестяще. Он был достаточно умен и сообразителен (он, по крайней мере, считал себя умным), если только у него возникало желание на чем-то сосредоточиться. Но в том-то и дело, что сосредоточиться ему было очень трудно. Казалось, что иногда его мысли совершенно далеки от реальности. Запутанные мысли и сны наяву, игра воображения и видения. В его мозгу возникали какие-то фантазии, причем происходило все это не по его воле. Эти фантазии были настолько детализированы, что, скорее, походили на воспоминания. Воспоминания других людей. Людей, которых уже нет. Как будто в его голове эхом отражались мысли тех, кто уже... куда-то ушел.
- Да, я твой друг, - прервал ход его мыслей Джимми. - А еще кто?
Гарри пожал плечами и продолжал защищаться.
- Есть еще Бренда, - сказал он. - И... в любом случае друзей не должно быть много. Мне, по крайней мере, не нужно. Если люди хотят дружить, они будут дружить. Если нет - это их дело.
Джимми проигнорировал упоминание о Бренде Коуэл, великой пассии Гарри, живущей на той же улице. Его привлекал спорт, а не девушки. Он скорее повесится на стойке ворот, чем позволит себе быть застигнутым обнимающим за плечи девочку в кино, когда включают свет.
- Да, у тебя есть я, - сказал он. - Это так. Но почему ты мне нравишься, я не знаю.
- Потому что мы не соперничаем друг с другом, - Гарри был рассудителен не по годам. - Я ничего не понимаю в спорте, поэтому ты с удовольствием рассказываешь мне о нем, зная, что я не стану с тобой спорить. А ты не понимаешь, почему я всегда так, ну, скажем, спокоен...
- И рассудителен, - прервал его Джимми.
- Поэтому мы прекрасно уживаемся.
- Но неужели тебе не нужны еще друзья? Гарри вздохнул:
- Понимаешь, дело в том, что у меня как будто есть друзья. Они у меня в голове.
- Ненастоящие друзья, - Джимми беззлобно рассмеялся.
- Нет, это не так, - ответил Гарри. - Они очень хорошие друзья. Конечно, они... Я их единственный друг!
- Ну уж, - фыркнул Джимми. - Нет, ты действительно очень странный.
Шедший впереди колонны “сержант” Грэхем Лейн уже ступил из леса на освещенное солнцем пространство и оглянулся на следующих за ним парами ребят. Они находились у выхода из узкой долины, возле устья небольшой речки, протекавшей между скалами к морю. К северу и к югу от них высились скалы, состоявшие главным образом из песчаника, кое-где можно было увидеть слои сланцевой глины и камня. Вокруг лежали округлые валуна. Через речушку в этом месте был перекинут старый, шаткий деревянный мостик. Далее находилось заросшее тростником и водорослями болото, или, если хотите, соленое озеро, наполнявшееся водой только во время больших приливов или штормов. Через болотистую низину к песчаному берегу вела тропинка, а дальше плескалось серое Северное море, становившееся день ото дня все более серым из-за попадавших в него осколков пород из шурфов. Но сегодня в лучах яркого солнца оно было голубым, и то здесь, то там на его поверхности возникали белые отблески - это ныряли, охотясь за рыбой, чайки.
- Итак, - громко крикнул Лейн, стоя подбоченясь у начала мостика. Он выглядел очень внушительно в своих спортивных брюках и тенниске. - Вы все идете через мост, потом вокруг озера на берег. Там каждый находите свой камень и приносите его мне сюда, нет, лучше мисс Говер, для оценки его пригодности. У нас есть минимум полчаса, поэтому каждый, кто захочет, может быстро искупаться, после того как найдет себе камень. Если только у вас есть плавки. Никакого купания голышом, пожалуйста, помните, что на берегу есть и другие люди. Купайтесь лучше всего в водоемах, оставленных морем - вы ведь хорошо знаете, какое здесь течение, - вы слышите меня, сорванцы ?
Об этом они знали очень хорошо: течение действительно было очень коварным, особенно во время” отлива. Каждый год вдоль всего берега тонули люди, даже очень хорошие пловцы.
Мисс Говер - преподаватель религии и географии - находилась в середине колонны и оттуда прекрасно слышала громогласные, словно на военном плацу, указания Лейна. Она слегка поморщилась. Она понимала, почему именно ей поручалось оценивать камни: это обеспечивало некоторую свободу Лейну и Дороти Хартли, так что они могли немного прогуляться вдоль скал и найти укромное местечко для поспешного слияния. Чисто физического, естественно, поскольку в умственном плане они были абсолютно несовместимы.
Мисс Говер высморкалась и громко фыркнула. Мальчики, шедшие впереди, прибавили шагу, и она крикнула им вслед:
- Хорошо, дети, бегите. И не забудьте о задании на эту неделю по теме “дикая природа”. Нам нужно несколько хороших ракушек для кабинета естествознания. Но только, пожалуйста, найдите пустые. Давайте не понесем в класс гниющих моллюсков.
Далеко позади, по тропинке под деревьями, рядом с замыкавшими шествие мисс Хартли и старостами ее классов английского языка и истории, устало тащился, сунув руки в карманы, Стэнли Грин. Его незаурядный, но озлобленный ум вынашивал черные замыслы мести. Он слышал просьбу мисс Говер не приносить мертвых моллюсков. Моллюсков - нет, но он устроит так, что мертвым будет этот чертов Киф. Ну, может быть, не мертвым, но сильно покалеченным. Потому что по вине этого тихони ему придется сегодня корпеть над заданием по математике. Этот проклятый тихоня сидел сегодня словно зомби - спал с открытыми глазами! Ну ладно, верзила Стэнли еще не так откроет ему глаза - или закроет их!
- Вынь руки из карманов, Стэнли, - раздался за его спиной голос хорошенькой мисс Хартли. - До Рождества еще пять месяцев, еще не так уж холодно и нет снега. И почему ты сутулишься? Тебя что-то беспокоит?
- Нет, мисс, - опустив голову, пробормотал он в ответ.
- Приободрись, Стэнли, - слегка насмешливо произнесла мисс Хартли. - Ты еще очень молод, но если ты будешь злиться на весь свет, ты быстро состаришься.
А про себя добавила: “И станешь, как эта вечно всем недовольная сучка Гертруда Говер!..”.
* * *
Гарри Киф не был чрезмерно любопытен от природы, он был всего лишь любознательным мальчиком. В прошлый вторник здесь, на берегу, он случайно наткнулся на нечто заинтересовавшее его и сегодня надеялся увидеть это снова. Вот почему, притащив камень мисс Говер и убедившись, что за ним никто не следит, он побежал через дюны и затем по тропинке вокруг заросшего болота на другую его сторону. Уже на полпути к своей цели он заметил свежие следы на песке - мужские и женские. И, конечно, увидел “сержанта” и мисс Хартли, шедших, как он и предполагал, впереди него.
Гарри сегодня сознательно “забыл” свои плавки, что позволило ему заняться интересующим его делом, поскольку Джимми, естественно, ушел купаться с другими мальчишками. Все, что нужно было Гарри, это у кого-нибудь поучиться. Было приятно и возбуждающе, сидя в кино рядом с Брендой, прижиматься к ее колену (а если она наклонялась ближе к нему, обнимать ее за плечи, касаясь пальцами и ощущая сквозь пальто и джемпер ее маленькую грудь). Но все это не шло ни в какое сравнение с теми играми, которым здесь предавались учителя Лейн и Хартли.
Наконец Гарри, преодолев очередную дюну, припал к земле - он увидел их сидящими на песке в окружении высокого тростника, на том же месте, где обнаружил их на прошлой неделе. Гарри отполз назад и быстро нашел удобное место на гребне соседней дюны, откуда он мог подглядывать сквозь кустики ползучей сорной травы. На прошлой неделе она (мисс Хартли) играла с пенисом “сержанта”, размер которого произвел на Гарри большое впечатление. Ее свитер был задран, одна рука “сержанта” скрывалась под ее юбкой, а другая в это время гладила и мяла упругую, с крупными сосками грудь. Когда он кончил, она достала носовой платок и осторожно стерла блестящую сперму с его живота и груди. Потом она поцеловала самый кончик его пениса - она его действительно по-настоящему поцеловала - и стала приводить в порядок свою одежду, в то время как он лежал рядом словно мертвый. Гарри безуспешно пытался представить себе, как Бренда Коуэл делает то же самое с ним, но никак не мог нарисовать в воображении эту картину. Слишком уж нереальной она ему казалась.
В этот раз все было по-другому. Кажется, в этот раз должно было произойти то, что так хотел увидеть Гарри. К тому времени как он удобно устроился на животе, “сержант” уже успел снять свои спортивные брюки, а белая плиссированная коротенькая теннисная юбка мисс Хартли была задрана ей на грудь. Лейн стягивал с нее трусики, а его пенис, казалось, был еще больше, чем на прошлой неделе, если это вообще возможно, и дергался сам по себе словно марионетка на невидимой ниточке.
Гарри слышал, как далеко на берегу за дюнами кричали и смеялись мальчики, купавшиеся в одном из обширных водоемов, оставленных приливом. Солнце жгло ему шею и уши, но он лежал неподвижно, подперев ладонями подбородок, и песчаные блошки прыгали прямо у него перед носом. Но он даже не пытался их отгонять, глаза его были прикованы к тому, чем занималась парочка любовников в их тростниковом убежище.
Поначалу казалось, что она сопротивляется “сержанту”, пытается оттолкнуть его руки. Но в то же время она расстегивала кофточку, и вскоре ее груди обнажились и поднялись навстречу солнечным лучам, соски их были не правдоподобно темно-коричневыми. Гарри почувствовал, что в какой-то момент ее охватила паника, и в ответ на это в нем самом запульсировала кровь. Казалось, она была просто загипнотизирована видом огромного пениса “сержанта”, покачивавшегося, словно змея, над ее животом. В этом гипнотическом состоянии она приподнялась, давая ему возможность окончательно стянуть с нее трусики, согнула колени и развела ноги в стороны. Там у нее было темно как ночью, как будто под белыми трусиками она носила еще одни - крохотные, черные. За черным цветом показался розовый, когда она, подложив руки под бедра, раскрылась навстречу “сержанту”.
Гарри удалось увидеть только что-то розовое, белое, вьющееся, темное, коричневое - и больше ничего. Уже через мгновение невероятных размеров пенис мелькнул между ее ногами и исчез в ней. Все, что он мог увидеть дальше, - это ее ноги и ступни, а также быстро двигавшиеся тугие крепкие ягодицы учителя физкультуры, закрывавшие от его взглядов все остальное. Мальчику стало трудно дышать, и он почувствовал, что ему тесно в брюках. Он повернулся на бок, чтобы уменьшить пульсацию крови внизу живота, и вдруг заметил Стэнли Грина, идущего с угрюмым видом через дюны; его маленькие поросячьи глазки были полны злобы.
Выслеживая любовников, Гарри нашел прекрасный экземпляр моллюска с плотно закрытыми створками. Теперь он старательно разгреб песок, снова “нашел” раковину и скользнул в дюны, аккуратно зажав ее в руке. Сознавая, что наверняка покраснел, он отвернулся от Грина, делая вид, что не замечает его, пока тот не оказался практически над ним. Теперь уже встречи было не избежать, так же как и разоблачения.
- Привет, очкарик, - проревел задира, приближаясь к нему слегка наклонившись и широко расставив руки, чтобы не позволить ему убежать. - Не ожидал увидеть тебя здесь, обычно ты вертишься возле своего дружка - великой звезды футбола. Что ты здесь делаешь, неудачник? Нашел чудненькую раковину для мисс Говер, да?
- А тебе какое дело? - пробормотал в ответ Гарри, стараясь обойти противника сбоку и убежать.
Грин придвинулся ближе и выхватил раковину из рук Гарри. Она была блестящая, оливкового цвета, старая, хрупка как вафля. Как только тот сжал ее пальцами, она раскрошилась на мелкие кусочки.
- Вот так, - удовлетворенно произнес он. - Ты собираешься донести на меня?
- Нет, - задыхаясь ответил Гарри, все еще стараясь избавиться от картины, стоящей перед его глазами: двигающиеся вверх и вниз ягодицы “сержанта”... вверх и вниз... вверх и вниз... - Я не доношу на людей. И я не задираюсь.
- Задираешься? Ты? - Грину это показалось очень забавным. - Да ты только и можешь, что спать на уроках в классе и вести себя, как девка. Только это, да еще на других беду навлекать.
- Ты сам виноват! - возразил Гарри. - Нечего было хихикать.
- Хихикать? - верзила Стэнли схватил его за руку и притянул к себе. - Хихикать? Хихикают только девчонки, очкарик! Значит, ты обозвал меня девчонкой?
Гарри резко высвободился и поднял вверх согнутые пальцы. Дрожа всем телом, он произнес:
- Отвали!
Грин открыл рот.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55