А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 


Туричин Илья Афроимович
Крайний случай
Туричин Илья Афроимович
Крайний случай
Повесть-сказка про солдата
(р.1921 - ???)
Русский советский прозаик, драматург, журналист, театральный актер, более известный произведениями детской литературы. Родился в Петрограде, с начала Великой Отечественной войны ушел на фронт, был тяжело ранен; после демобилизации окончил Ленинградский театральный институт, работал актером Нижне-Тагильского и Калининского драматических театров, в ленинградских газетах "Ленинские искры" и "Искорка". Печататься начал с 1943 г. Член СП. Живет в СПБ.
Оглавление:
* Пролог
* Глава первая, в которой рассказывается о том, как Иван "жар-птицу" поймал
* Глава вторая, в которой появляется Фриц - Рыжий лис
* Глава третья, в которой фашистские танки идут в наступление, а Иван попадает в беду
* Глава четвёртая, в которой Фриц - Рыжий лис рано радуется
* Глава пятая, в которой и колючая проволока не преграда
* Глава шестая, в которой у Ивана появляются новые друзья
* Глава седьмая, в которой мы будем радоваться вместе с Иваном
* Глава восьмая, в которой Иван и Фриц - Рыжий лис побывают у Фельдмаршала
* Глава девятая, в которой Фельдмаршал просыпается
* Глава десятая, в которой Фриц - Рыжий лис видит хвост улетающего самолёта
* Глава одиннадцатая, в которой из двух самолётов долетает только один
* Глава двенадцатая, в которой Иван спасает Генерала
* Глава тринадцатая, в которой Иван получает посылку
* Глава четырнадцатая, в которой снова появляется Фриц - Рыжий лис
* Глава пятнадцатая, в которой Фельдмаршалу приходит конец
* Глава шестнадцатая, суровая и скорбная, в которой смерть превращается в бессмертие
Пролог
Не в тридесятом царстве, тридесятом государстве, а на нашей советской земле жила простая женщина Мария Ивановна. Была она сильною и статною. Глаза синие, как речная вода на заре; коса длинная, будто сплетена из спелой пшеницы; а руки такие работящие, что все вещи их слушаются. Замесит тесто оно в квашне на глазах подымается. Склонится над грядкой - сорная трава сама прочь из земли вылезает. Сядет на трактор - трактор так и заурчит от удовольствия.
Мужа Марии Ивановны кулаки убили. И вырастила она одна троих сыновей: Степана, Алёшу и Иванушку. Росли братья дружно, не ссорились, матери помогали. А к тому часу, с которого наш рассказ начнётся, старший, Степан, уже на границе стал служить, родную землю оберегать.
Средний - Алёша - хлеборобом, знатным комбайнёром стал.
А младший, Иванушка, - хоть в сказках Иванушек и дурачками называют, самым способным в семье был, самым умным. Мечтал учёным стать.
Так бы счастливо и жила Мария Ивановна со своими сыновьями, если бы не война.
Светлым солнечным утром напали на нашу Родину фашисты. Солнце заволокло дымом. Засыпало пеплом поля. Реки помутились от крови и слез.
Первым встретил фашистов пограничник Степан. Он тогда на посту с товарищем стоял. Видят: идут несметные полчища фашистов, будто тучи саранчи.
Залегли Степан с товарищем за камень и давай по фашистам стрелять. Стреляли, пока патроны не вышли. А потом поднялись во весь рост и ну штыками колоть! И погибли в неравном бою как богатыри.
Узнала мать о гибели Степана, засеребрилась в её косе седина, поблёкли глаза от слез.
Снарядила она на войну второго сына - Алёшу. Стал Алёша танкистом. Храбро дрался. Но удалось фашистам поджечь Алёшин танк. Бросились наши солдаты к горящему танку, чтобы Алёшу спасти, а танк - пустой. Нет там Алёши. И куда делся - неизвестно.
Пришло матери письмо, что пропал её второй сын без вести.
Совсем серебряной стала её коса. Совсем блёклыми глаза, будто вся их синева слезами вышла.
Собрался на войну младший, Иванушка, - его черёд.
До зорьки поднялась мать, хлопотала у печи, испекла из ржаной муки каравай хлеба. А как надел Иванушка солдатскую шинель и стал прощаться с матерью, подала она ему каравай и сказала:
- Народ тебя, Иванушка, и оденет, и накормит. А всё ж возьми материнский хлеб. На самый крайний случай.
Взял Иванушка в руки каравай, бережно разломил пополам. Одну половину матери вернул, вторую обернул в чистую холстину и положил в свой мешок. Поцеловал мать и шагнул за порог.
С этого-то места и начинается рассказ про солдата Ивана.
Глава первая,
в которой рассказывается о том, как Иван "жар-птицу" поймал
Однажды Ивана вызвал к себе Генерал.
Начистил Иван сапоги, поправил ремень на гимнастёрке. Хоть и война, а солдат всегда должен быть аккуратным, подтянутым. Явился к Генералу.
- Здравия желаю, товарищ Генерал.
- Здравствуй, Иван. Слышал я о твоём старшем брате, пограничнике Степане. Героем был Степан. Воевал я вместе с твоим средним братом, танкистом Алёшей. Героем был Алёша. Теперь и для тебя есть дело трудное и опасное. Скоро начинаем наступление. Нужно "языка" добыть. Только не простого фашиста, а "жар-птицу" - фашистского офицера, чтобы побольше знал, побольше рассказать мог.
- Слушаюсь, товарищ Генерал.
- А ты не спеши с ответом, Иван. Подумай. Может, на смерть идёшь.
- На то я и солдат, своим старшим братьям брат, - ответил Иван.
Стал он готовиться к походу в фашистский тыл. Попросил у старшины мешок, положил туда верёвку, четыре десятка гвоздей да четыре дощечки. Удивился старшина такому снаряжению, но что зачем спрашивать не стал - сам Генерал приказал выдать Ивану, что ни попросит.
Надел Иван пёстрый маскировочный халат, чтобы не так заметным быть. Взял автомат. Положил краюшку материнского хлеба за пазуху и, как солнышко село, попрощался с товарищами.
Через линию фронта нелегко пробираться. Всюду фашистские глаза да фашистские уши. Пули свистят. Мины рвутся. Надо то ползти как ящерица, то взлетать по-птичьи, то падать на землю камнем, то замирать деревом. Но прошёл Иван через фронт невидимым, неслышимым, будто тень облачка через поле.
К рассвету на дорогу вышел. Огляделся. Кругом ели могучие стоят. Глушь. А дорога наезжена. Самое подходящее место для засады.
Достал Иван из мешка гвозди, дощечки да верёвочку. Набил гвоздей в дощечки так, что дощечки колючими, как ёжики, стали. Связал "ёжиков" верёвочкой в цепочку. Грязью вымазал, чтобы не белели. Разложил аккуратно в траве на обочине. Верёвочку через дорогу протянул, а сам спрятался в кустах. Сидит. Ждёт. Конец верёвочки в руках держит.
Загремел на дороге фашистский танк.
Пропустил его Иван мимо. "Не про меня добыча".
Протарахтел тяжёлый грузовик с брёвнами. "И эта не про меня".
Показалась из-за поворота легковая машина. Чёрным лаком блестит.
Насторожился Иван. Уж не в этой ли машине "жар-птица" сидит? Потянул за верёвочку. Из травы послушно выползли четыре "ёжика" и легли поперёк дороги.
Наехал на них автомобиль.
Трах-трах... Лопнула шина.
Выскочили из автомобиля двое фашистов. По-своему, по-фашистски, ругаются. За ними третий показался. Над губами тонкие усики. Фуражка высокая. Погоны блестят."
Ты-то мне, господин "жар-птица", и нужен", - подумал Иван. Выскочил из кустов, поднял автомат.
Та-та-та-та!..
Два фашиста свалились как подкошенные.
Скомандовал Иван офицеру:
- Хенде хох! Руки вверх!
Офицер побледнел, залопотал что-то, схватился за кобуру, стал пистолет вытаскивать.
Нахмурился Иван:
- Нехорошо, господин "жар-птица"!
Стукнул офицера легонько по голове кулаком. Тот и рухнул на землю без памяти.
Сунул Иван офицера в мешок, завязал верёвкой. Машину поджёг, чтобы больше на ней фашисты не катались. Взвалил мешок на плечо и скрылся в лесу.
Ночью линию фронта перешёл. Явился к Генералу чуть живой от усталости. Положил перед ним мешок, развязал.
- Ваше приказание выполнил, товарищ Генерал. Раздобыл "жар-птицу".
Вылез фашистский офицер из мешка злой, как собака побитая. На Ивана не глядит.
Похвалил Генерал Ивана:
- Проси, - говорит, - любую награду за подвиг.
Вытянул Иван руки по швам. Отдал Генералу честь.
- За доброе слово спасибо, товарищ Генерал. А награды мне никакой не надо. Я для народа, для Родины жизни не пожалею. Служу Советскому Союзу!
Вернулся Иван к своим товарищам. А те глядят на него и головами качают.
- Чего вы на меня так смотрите?
- Да вроде бы ты вырос. Длиннее стал.
- Чепуха, - говорит Иван. - Это только в сказках не по дням, а по часам растут.
- А ну-ка, давай померяемся, - предложил один из солдат, Николай. - Мы с тобой в строю рядом стоим, вроде одного роста.
Стали Иван и Николай спинами друг к другу. Что за чудеса! Иван на целую голову выше.
- Вот так да! Выходит, ты не по дням, а по делам растёшь! - засмеялся Николай. - А может, ты и есть Иванушка из сказки?
- Нет, - сказал Иван. - Я не из сказки, я - обыкновенный Иванушка.
Достал он из-за пазухи холстину с краюшкой материнского хлеба, развернул, а краюшка свежая, будто сейчас из печи. Подивился Иван. Задумался. Мать вспомнил. А товарищам ничего не сказал про хлеб. Ещё засмеют, что краюшка вдруг свежей показалась!
Глава вторая,
в которой появляется Фриц - Рыжий лис
А в это время у фашистов началась паника. Тревожно звенели телефоны. Мчались во все стороны связные. Искали пропавшего офицера.
Офицер-то и в самом деле оказался не простым, а самым любимым адъютантом фашистского Фельдмаршала.
Сам Фельдмаршал лежал на походном диване в своём походном кабинете, то и дело хватался за обмотанную мокрым полотенцем голову и визгливым бабьим голосом причитал:
- Где мой любимый адъютант? Найдите сейчас же моего любимого адъютанта! Я не могу воевать, когда пропадают мои любимые адъютанты!
Тут возник возле его походного дивана Начальник разведки и контрразведки. Он всегда появлялся и исчезал бесшумно, как змея.
Фельдмаршал вздрогнул.
- Опять вы меня напугали!
Начальник разведки и контрразведки согнулся пополам:
- Прошу прощения.
- Ну, нашли, наконец, моего любимого адъютанта?
Начальник разведки и контрразведки свернулся в клубок, только голова его, длинная и лысая, осталась торчать из воротника мундира.
- Нашли, - ответил он печально. - Но, господин Фельдмаршал, вашего любимого адъютанта не вернуть - он у русских.
- Что-о-о?! - завизжал Фельдмаршал так, что звякнули стёкла.
Начальник разведки и контрразведки спрятал голову в воротник мундира.
- Его захватил русский солдат, по имени Иван.
Фельдмаршал вскочил, затопал ногами:
- Поймать! Расстрелять! Повесить!
Начальник разведки и контрразведки вытянулся и стал похож на длинного-длинного червяка.
- Слушаюсь, господин Фельдмаршал!
Он хлопнул в ладоши, и в комнату вошёл рыжий солдат, похожий на обезьяну. У солдата были кривые ноги и длинные руки, заросшие шерстью.
Обычно у рыжих людей много веснушек. Это солнышко метит их за то, что волосы у них золотые, как солнечные лучи.
А у этого рыжего фашиста лицо было бледным, без единой веснушки: солнце не любило его.
Звали фашиста Фрицем. Но за то, что он был очень жестоким, хитрым и коварным, его прозвали Фриц - Рыжий лис.
- Фриц! - важно сказал Начальник разведки и контрразведки. - Сам господин Фельдмаршал приказывает тебе не знать покоя ни днём ни ночью. Изловить, расстрелять, повесить русского солдата Ивана!
Фриц - Рыжий лис топнул ногой, поднял руку и крикнул:
- Хайль!
- Вперёд, мой любимый, храбрый Фриц! - с чувством сказал Фельдмаршал.
И Фриц отправился ловить Ивана.
Глава третья,
в которой фашистские танки идут в наступление, а Иван попадает в беду
Целую неделю Фриц - Рыжий лис околачивался на передовой. Сидел в окопах. Лежал в воронках. Ползал по кустам. Всё высматривал да вынюхивал, всё прикидывал, как бы заманить Ивана в ловушку!
А через неделю пришёл к Начальнику разведки и контрразведки:
- Придумал, господин Начальник. Бросим в наступление танки и побольше автоматчиков. Пусть они прорвутся к русским в тыл. И я с ними пойду. Окружим русских - поймаем Ивана.
Так они и сделали.
Перед рассветом двинулись танки в атаку. Залязгали гусеницами, загремели пушками, защёлкали пулемётами. На танках - автоматчики и Фриц - Рыжий лис с ними.
А Иван и его товарищи в это время спали.
Вдруг:
- Тревога!
Вскочили солдаты.
Секунда - и надеты сапоги.
Вторая - шинели и каски.
Третья - автоматы в руках!
А Иван - впереди всех.
- Та-анки! - протяжно крикнул наблюдатель.
- Задержать их надо, ребята, - сказал лейтенант - командир взвода.
- Давайте гранаты, - обернулся Иван к товарищам.
Взял протянутые ему гранаты, связал вместе и со связкой гранат пополз навстречу первому танку.
Страх живёт в любом человеческом сердце. Даже в сердце храбреца. Но трус поддаётся страху, а храбрец - никогда!
Злобно, будто зубы чудовища, лязгали гусеницы танка, фашистские пули расклёвывали землю, но, когда до фашистского танка осталось всего несколько метров, Иван приподнялся и бросил под его гусеницу связку гранат.
Танк завыл, завертелся в бессильной ярости и вспыхнул. Спрыгнули с танка автоматчики, а с ними и Фриц - Рыжий лис.
- Вперёд! - закричал он. - Вперёд! - А сам заметался между танками в поисках Ивана. Он был уверен, что Иван где-то здесь, среди самых храбрых храбрецов.
А Иван распластался на земле, раненный осколком. Силы его убывали. Он с трудом поднял голову, чтобы попрощаться с голубеющим небом и с зелёной травой. Увидел товарищей, которые ползли навстречу другому танку. Прижал слабеющей рукой к сердцу краюшку материнского хлеба и уронил голову на сырую от утренней росы землю.
Уже второй танк вспыхнул, третий, четвёртый... Несколько раненых солдат лежали на земле.
Фриц - Рыжий лис приказал схватить их всех. Если даже Ивана и не окажется среди пленных, можно выпытать у раненых, где Иван, где его искать.
Автоматчики схватили раненых солдат и уволокли в свои окопы. Так Иван и четверо его товарищей попали в беду.
Глава четвёртая,
в которой Фриц - Рыжий лис рано радуется
Заперли пленных в подвале разрушенного дома. У дверей и окон поставили часовых. И даже наверху, в комнате с выбитыми рамами, посадили автоматчика. Он стучал на сквозняке зубами. Боялись, что раненые советские солдаты как-нибудь умудрятся разобрать потолок и убежать.
А Иван, Николай и трое других раненых разорвали рубашки на полосы, перевязали друг другу раны. Потом тесно прижались друг к другу, чтобы было теплее, и стали думать, как бы вырваться из плена.
Очень хотелось пить и есть. Иван нащупал за пазухой краюху материнского хлеба. Снова хлеб показался ему мягким."
Может, это и есть крайний случай? - подумал Иван. - Может, время разделить краюшку на пять долек и съесть?
Но тут пришли за ними автоматчики и повели на допрос.
В углу пустой комнаты за кухонным столом сидел Фриц - Рыжий лис. Он немного трусил, поэтому вдоль стен поставил автоматчиков. Они готовы были в любое мгновение поднять стрельбу.
- Гляди, ребята, сколько почёту, - усмехнулся Иван.
- Молчать! Не разговаривать! - крикнул Фриц - Рыжий лис. - Кто есть из вас Иван?
Пленные не отвечали.
Фриц - Рыжий лис нахмурился.
- Я спрашиваю: кто есть Иван?
- Мало ли что ты спрашиваешь. А мы отвечать не будем. Ты сперва нас накорми и напои. А потом уж спрашивай, - спокойно сказал Иван и подмигнул товарищам, которые поддерживали его под руки.
Если бы Иван твердо стоял на ногах, Фриц - Рыжий лис сразу угадал бы, что он и есть Иван. По росту. Ведь когда Иван подбил фашистский танк, он стал ещё выше.
- Накормить? Напоить? - выпучил глаза Фриц - Рыжий лис.
- А что? - сказал Николай. - Не худо бы сейчас похлебать щей.
- И помять ложкой кашу, - продолжал его сосед.
- И запить чайком, - откликнулся третий, с перевязанной головой.
- Вприкуску или внакладку? - спросил Иван.
- Впри-ку-ку-ску, - закончил четвёртый, который заикался от контузии.
Они были слабы и голодны, но у них ещё хватало сил поиздеваться над сытым Фрицем.
А Фриц - Рыжий лис был жестоким, хитрым и коварным, но не отличался умом. Он не понял, что раненые пленные издеваются над ним. "Иван глуп, - подумал он. - Накормлю его, напою, он и раскиснет. Тут я его и схвачу, и повешу".
И Фриц - Рыжий лис велел принести пленным поесть.
Щей, конечно, фашисты варить не умели. Каша у них была сухая. Из краденого пшена. Вместо чая - чуть тёпленькая водичка. Но голодные солдаты не торопясь принялись за кашу.
- Давно не видел такого дурака, как этот рыжий, - сказал Иван товарищам, облизав ложку.
- Что ты там бормочешь? - спросил Фриц - Рыжий лис из своего угла.
- Спасибо, говорю, за угощение.
- А-а-а-а... Ну, поели, попили, теперь отвечайте: который из вас Иван?
- А после обеда у нас тихий час полагается, - сказал Иван.
Фриц - Рыжий лис чуть не подавился собственным языком. Понял, что провели его русские. Не надо было их кормить, надо было голодом морить!
- Всех по одному повешу! - заорал он. Ткнул пальцем в Ивана, как в самого слабого. - Хватайте этого!
Бросились автоматчики к Ивану. Схватили. Поволокли к двери.
- Стой! - крикнул Николай. - Погоди! Так всех и перевешаешь?
- Так всех и перевешаю, - сказал Фриц - Рыжий лис.
1 2 3 4