А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

«Крест-2» пока держался в стороне.
Возле Перри Родана за исчезновением крепости наблюдали арконид Атлан и халютер Ихо Толот, гигантская фигура которого неподвижно застыла в центре помещения. У пультов управления спокойно сидели офицеры, управляющие гигантским кораблём.
Перри Родан почувствовал облегчение. Он в первый раз смог выиграть чудовищный бой в космическом пространстве. Противник бежал. А бежавший противник означает победу.
Или, может быть, нет?..
Мысли роились у него в голове. Что, если крепость покинула поле боя по тактическим соображениям? Что, если метанцы, движимые тайными соображениями, на самом деле не бежали, а всего лишь прибегли к новому варианту нападения?
Он не успел обдумать это.
Халютер Ихо Толот издал трубный крик. С внезапностью, которой никто не мог ожидать от его массивного тела, он пришёл в движение и ринулся к главному пульту управления, за которым следил за приборами Карт Рудо. Действия Ихо Толота были неожиданными для всех, кроме Перри Родана. На ступенях, ведущих к главному пульту управления, стояли два офицера. Халютер одной из могучих рук отмёл их в сторону, прежде чем они успели осознать опасность. Ихо Толот ринулся вверх по ступеням. Карт Рудо, увидев его приближение, вскочил. Он хотел что-то сказать, но первые слова ещё не слетели с его языка, когда халютер схватил его и поставил по другую сторону пульта, словно он был игрушкой. Ихо Толот с неописуемой скоростью начал манипулировать рычажками и кнопками. Взревели сирены предупреждения. Голос робота, включённого Ихо, проревел из динамика:
— Внимание, тревога высшей степени! Максимальное ускорение. Всем людям по местам боевой готовности…
На все это понадобилась лишь пара секунд. Никто, кроме Перри Родана, не понял, что произошло. Родан осознал опасность в ту же секунду, что и халютер, но у Ихо Толота была более быстрая реакция.
Бой при Кахало позволил землянам взять трансмиттер в свои руки. Вектор трансмиттера был зафиксирован непосредственно на системе Твин. Тело, оказавшееся между солнцами этой системы в поле действия трансмиттера, могло материализоваться лишь в одном месте.
Над Кахало.
Аллан Д. Меркант устроил свою штаб-квартиру на Кахало. Он был одним из самых талантливых членов руководства Солнечной империи. Но против этой крепости Меркант был бессилен. Даже если бы против этого чудовищного вражеского корабля существовала защита, неожиданность появления крепости в первые секунды настолько ослабит соединения флота Мерканта, что нечего будет думать об успешном сопротивлении.
Существовала только одна возможность. «Крест» должен был как можно быстрее последовать за крепостью. Ихо Толот понял это. Повинуясь его действиям, двигатели корабля заработали на полных оборотах и направили огромный флагман в центр поля трансмиттера. Через несколько секунд «Крест» достигнет точки переноса и одним гигантским прыжком в гиперпространство покроет девятьсот тысяч световых лет, отделяющих его от Кахало. Шок от переноса будет намного сильнее, чем могло бы выдержать незащищённое тело человека.
Перри Родан бросился к ближайшему пульту. По внутренней связи он поднял по тревоге медицинский отдел. Начало разворачиваться то, что должно было развернуться при катастрофических ситуациях. Каждый человек получил указание сделать себе инъекцию из приготовленных на этот случаи медикаментов и лечь на ближайшую койку или в кресло. Через пять минут, повинуясь приказу Перри Родана, более половины экипажа уже лежало в искусственном анабиосне. Другие уже держали инъекторы наготове, ложась и делая последнее движение рукой. Единственным, кто хотел перенести этот страшный прыжок в полном сознании, был халютер Ихо Толот. В результате своей способности изменять молекулярную структуру клеток тела по своему желанию, он почти без труда мог переносить любые неудобства.
Перри Родан коротко переговорил с Юлианом Тиффлором и объяснил значение неожиданного манёвра. Тиффлору было приказано ждать, заняв место командира эскадры флота в системе Твин, пока не поступят дальнейшие указания.
Тем временем «Крест» с постоянно увеличивающейся скоростью мчался в центр между двумя солнцами. Один из пылающих протуберанцев выстрелил далеко в космос, словно хотел слизнуть чужой корабль, который в своём сумасшедшем полёте приближался к центру равновесия двух звёзд.
Перри Родан знал действие медикаментов. Он тянул время до тех пор, пока на экране не осталась лишь одна пылающая газовая масса. Потом он сделал себе инъекцию.
Результат был почти мгновенным. Главный администратор Солнечной империи почти без перехода погрузился в анабиосон, подобный потере сознания.
Он не видел крошечных образований, которые вынырнули из кипящего ядра трансмиттера почти в то мгновение, когда «Крест» совершил свой прыжок. Они были слишком малы и скорость их была слишком высока, чтобы даже исключительное зрение Ихо Толота могло заметить их.
«Крест» исчез в бесструктурной дали гиперпространства за ярко вспыхнувшим световым занавесом трансмиттера.

* * *
Юлиан Тиффлор пару минут отвечал на запросы капитанов кораблей соединения. Каждый из них хотел знать, куда это так внезапно отправился «Крест». Тем временем пылающее поле трансмиттера, находящееся между двух солнц, поглотило гтангский корабль.
Маршалу Тиффлору удалось успокоить своих офицеров. В состоящем примерно из четырех тысяч семисот кораблей соединении флота снова воцарилось спокойствие.
Юлиан Тиффлор на борту своего флагманского корабля «Распутин» собирался передать командование своему первому офицеру. В системе Твин все было спокойно. Противника прогнали, и незапланированная активность могла возникнуть только в том случае, если Перри Родан найдёт время разработать новый план и передаст дальнейшие указания. Юлиан Тиффлор находился на ногах в течение более чем тридцати часов. Ему нужно было отдохнуть хотя бы пару часов.
Но их у него не оказалось. Первый офицер все ещё держал руку поднятой, отдавая честь, когда загудел интерком. Юлиан включил аппарат. На экране появилось лицо офицера, который нёс вахту за кольцевым пультом в централи управления.
— Мы уловили серию странных отражений, сэр, — произнёс спокойный голос. — Больше тысячи очень маленьких объектов, которые движутся от двух солнц сюда по планетарной орбите.
Тиффлор подавил зевок.
— Спасибо, — устало ответил он. — Держите меня в курсе всего происходящего!
Он отключился и со слабой усмешкой повернулся к первому офицеру.
— Займите своё место, — сказал он ему. — Похоже, что с отдыхом мне придётся подождать ещё некоторое время.
С возвышения перед главным пультом централь управления была великолепно видна во всех направлениях. Большинство офицеров у кольцевого пульта уже узнали о том, что неожиданно обнаружил пеленгационный отдел. Юлиан Тиффлор ощутил все возрастающее напряжение людей, находящихся в централи.
Он чувствовал себя слабым и разбитым и был убеждён, что отдых-то он заслужил. Он разозлился на эти маленькие предметы, которые летали там, снаружи. Он не поверит в противника, пока не увидит его собственными глазами. Он чувствовал себя неуверенно, потому что не знал, что присходит.
Только через десять минут он получил от пеленгаторов следующее сообщение:
— Там примерно пять тысяч объектов, сэр. Они движутся с общей скоростью двадцать тысяч метров в секунду. Движение их веерообразное, начинается от центра трансмиттера. Величина объектов точно ещё не определена, однако в среднем размеры каждого из них около десяти метров.
У Юлиана возник вопрос:
— Есть ли какие-нибудь признаки того, что их движение управляемо?
— Нет, сэр. Объекты движутся по инерции. Их скорость уменьшается под воздействием притяжения двух солнц.
Юлиан перевёл переключатель вверх, на пару секунд положил голову на руки, потом снова переключил на интеркоме. Мужчина, появившийся на экране, был вахтенным офицером шлюза ангара. Юлиан приказал ему подготовить один из головастиков. Затем мимоходом приказал первому офицеру «Распутина» взять на себя командование соединением флота.
— Я хочу собственными глазами увидеть, что это там летит, снаружи, — коротко сказал он. Через несколько секунд он покинул централь управления и пустя десять минут уже находился в кабине подготовленного головастика, а пятьдесят человек набранного экипажа стояли по ту сторону люка шлюза «Распутина».
Он никогда не любил вида системы Твин, а теперь, когда он сидел в тесной кабинке головастика, он нравился ему ещё меньше. Он привык к безграничной, усеянной звёздами дали открытого пространства. Два пылающих глаза двойной звезды раздражали его. Он подсчитал, и оказалось, что его корабль находится недалеко от фокуса системы, как если бы, находясь в Солнечной системе, он двигался между орбитами Меркурия и Венеры. Пространства для манёвров у него почти не было.
К счастью, крошечные неизвестные объекты двигались в противоположном направлении и казались безобидными. Вскоре Юлиану показалось, что они, должно быть, были обломками, возникшими в результате какого-то несчастного случая. Для носителей даже конкретного плана они двигались слишком медленно и беспомощно.
Несмотря на это, он был осторожен. Хотя маленькие летающие объекты двигались в разных направлениях, все они находились почти на одном и том же уровне. Юлиан отыскал одно из немногих, которое вылетело из общей плоскости и двигалось на высоте около десяти миллионов километров над уровнем плоскости орбиты.
Осторожно маневрируя, головастик направился к незнакомому объекту. Юлиан сам управлял ботом. Он напряжённо вглядывался в передний экран, на котором пару секунд назад в первый раз появилась блестящая точка. В течение нескольких минут она обрела форму. В телескоп бота был виден сигарообразный предмет, который, по крайней мере, частично, состоял из полированного металла и был менее четырех метров длины. Диаметр его был около двух метров. Это была, как заметил один из офицеров, довольно толстая сигара.
Юлиан уравнял скорость бота со скоростью летящего тела, сохраняя расстояние в сто метров. Телескоп теперь позволял изучить неизвестный объект во всех подробностях. Экипаж головастика с каждой секундой чувствовал себя все увереннее. Если бы сигара представляла какую-то опасность, они давно заметили бы это. Летающее тело проявляло лишь слабые следы энергетической активности. Это было такое же рассеянное поле, какое порождали малые термоядерные реакторы.
Тело медленно вращалось вокруг продольной оси. Как сообщили Юлиану, каждый оборот оно совершало за двадцать минут. В телескоп теперь видна была лишь половина его поверхности. В настоящее время в поле зрения с почти невыносимой медлительностью вплывала другая половина. Казалось, что другая сигара находится прямо перед камерой большого переднего экрана.
Конструкция продолжала медленно вращаться. На слое блестящего металла были крошечные, едва заметные следы, которые и позволяли наблюдать за вращением. Вероятно, это были царапины от микрометеоритов, с которыми сигара столкнулась на своём пути через космос.
На верхнем крае изображения появилась тень. Бормотание людей рядом с Тиффлором стихло. Все, затаив дыхание, стали наблюдать за большим экраном.
Миллиметр за миллиметром тень спускалась вниз. Она была похожа на кусок тёмного материала, вделанный в блестящую оболочку; кусок этот казался впаянным в металл, около тридцати сантиметров длиной и пока ещё неизвестной ширины.
Тиффлор ломал голову, пытаясь найти решение этой загадки. Для чего предназначена эта сигара? Как она и её спутницы попали в трансмиттер? Случайно или намеренно появились они в системе Твин?
Тёмная поверхность внезапно озарилась яркой вспышкой. Юлиан мгновенно пригнулся, но ничего не произошло. Он смущённо выпрямился и в то же мгновение получил ответ на свой вопрос. Эта вспышка была ни чем иным, как отражением. Тёмное пятно на металлической поверхности было куском стекла, казавшегося тёмным потому, что оно пропускало и поглощало больше света, чем полированный металл. А кусок стекла в металлической обшивке… Было только одно логическое объяснение. Верхняя часть стеклянного диска теперь оказалась в поле зрения. В течение двух или трех минут стекло было расположено перпендикулярно по отношению к камерам. Стекловидная субстанция затеняла то, что находилось внутри сигары, защищая его от яростного излучения обоих солнц. Окно казалось тёмным отверстием. Из темноты наружу, в линзы камер, смотрели два больших, лишённых выражения, глаза. Юлиан Тиффлор почувствовал, как по спине у него побежали мурашки.

* * *
Минуту спустя они исчезли внутри сигары. Это был космический скафандр, в задней части которого находился термоядерный генератор, дюзы и механизмы управления полётом. Конструкция эта была несложная, той безошибочной простоты, какую может создать только высокоразвитая технология. Внутри скафандра поддерживалось давление в восемьдесят три атмосферы. Юлиан побоялся просто так открыть этот летающий скафандр. Он дал указание подготовить шлюзовую камеру с соответствующим давлением и тем самым газовым составом, которым был наполнен скафандр. Анализаторы сообщили, что это была смесь метана, аммиака, водорода и гелия.
Неподвижное тело чужака поместили в подготовленную для него шлюзовую камеру. В ней, на борту своего собственного корабля, люди вынуждены были надеть скафандры, чтобы находиться в чужой, смертоносной атмосфере. Неизвестный был извлечён из скафандра и помещён на временное ложе. У единственного врача на борту головастика было слишком мало инструментов и приборов, при помощи которых он мог бы исследовать это серо-синее тело. Юлиан Тиффлор вместе с двумя офицерами транспорта внимательно наблюдал за чужаком. Врач наконец выпрямился и посмотрел на Тиффлора.
— Я никогда ещё не слышал о таких существах, — прозвучал его сухой голос в динамиках шлемов. — Но я почти уверен, что чужак мёртв.
Юлиан Тиффлор подошёл к ложу. Тело чужака было человекоподобным, по крайней мере до некоторой степени. У него были две руки и две ноги. Общая длина его была больше двух метров. В странной пропорции к нему находилась ширина плеч. Она была около полутора метров. Тело было необычно длинным. Ноги были короткими, но толстыми и заканчивались четырехпалыми ступнями. По сравнению с ними руки были чрезмерно длинными. Сильные и толстые, они отходили от плеч. Они, очевидно, не имели суставов и оканчивались воронкообразными ладонями, из которых выступали шесть пальцев. Руки чужака, должно быть, доходили до колен.
Но самой необычной была голова. Лишённая шеи, она, как полусферический нарост, сидела прямо на плечах. Край этой полусферы был узким и ровным. Высшая точка этого полусферического серпа находилась примерно в пятнадцати сантиметрах над уровнем плеч. При этом края серпа шли от края правого плеча до края левого. Глаза, которые Юлиан видел через стекло шлема, имели шесть сантиметров в диаметре. Зрачки были полукруглыми. Своеобразие их заключалось в том, что они были расположены поперёк выпуклости головы. На задней её части тоже находились глаза, так что чужак мог одновременно смотреть и вперёд, и назад; это компенсировало неподвижность его головы.
Юлиан вспомнил короткое описание арконидом Атланом одного из метанцев. Десять тысяч лет назад, когда империя Аркон находилась в апогее своего развития, раса мааков поставила арконидов на грань исчезновения. Теперь, спустя десять тысяч лет, потомки этого ужасного противника появились снова и во второй раз вторглись в Галактику.
Юлиан не смог сдержать дрожь. Он наконец оторвал взгляд от серого, покрытого чешуёй тела и повернулся к выходу из шлюзовой камеры. Врач и оба офицера последовали за ним. По другую сторону люка они со вздохом облегчения открыли шлемы и откинули их на плечи.
Юлиан вытер вспотевший лоб.
— У чужака четыре глаза, — с трудом произнёс он. — Два спереди и два сзади. Почему же тогда у скафандра только одно стекло?
На это никто не обратил внимания. Врач смущённо посмотрел на остальных. Оба офицера, похоже, тоже глубоко задумались над этим,
— Сэр, — наконец, произнёс один из них, — это, должно быть, скафандр высокого давления. Стекло уменьшает прочность стенок скафандра. Будь он больше по размерам или будь у него два стекла, он не смог бы выдержать этого чудовищного давления.
Он выжидательно посмотрел на Юлиана Тиффлора. Тот согласно кивнул.
— Я думаю, вы правы. Другого объяснения просто нет. Противник отказался от использования двух своих глаз из четырех, потому что это было связано с ненужным риском нарушения прочности транспортного скафандра. Впрочем, этот недостаток компенсировался тем, что скафандр был очень маневрен.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11