А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 



«Любовь без башни»: Эксмо; Москва; 2008
ISBN 978-5-699-2864
Аннотация
Судьба и на печке найдет. Подруги Василиса и Людмила без особых хлопот, сидя у компьютера, обзавелись перспективными в смысле замужества поклонниками. А соседка Аннушка устроилась выгуливать собак к одинокому состоятельному господину Филиппу Ясину, с дальним прицелом, разумеется. Дамы фосфоресцировали от счастья, пока не случилась беда. Василиса так и не дождалась свадьбы: ее суженого убили, причем в доме Ясина. Загадочно и мрачно, ничего не скажешь! Но Люся на пару с Василисой разгадывала и не такие детективные шарады, справится и с этой. Тем более что здесь замешаны их сердечные дела…
Маргарита Южина
Любовь без башни
Глава 1 Куда уводят мыши…
— Аня, ну дай, дай мне мышку!
— Да погоди ты, видишь… Черт! Ну опять куда-то все пропало!
— Отдай мышь!! Ты ее замучила, и она померла!
— Да зачем тебе мышь? Мы тебе уже нашли жениха! Дай и другим!
— А тебе!.. А тебе мы нашли… о-го-го!! Убери руку от мышки, а то сейчас зубами вцеплюсь!
Две женщины далеко не юного возраста, Василиса Олеговна Курицына и ее соседка с первого этажа Аня, толкались возле монитора компьютера, вырывали друг у друга мышку, выдергивали крутящийся стульчик и вообще — вели себя не совсем достойно. Их нервное поведение объяснялось просто: Анечка ухнула целую кучу денег и купила сынишке Максиму компьютер на Новый год. И все бы ничего, если бы Анюте, даме хронически незамужней, кто-то не ляпнул, что через Интернет можно запросто найти кавалера и даже вполне приличного спутника жизни. Приятная новость и двинула Анну дальше по пути прогресса. Она срочно записалась на курсы компьютерных умельцев, потратив оставшиеся от покупки компьютера деньги, и весьма сносно научилась нажимать на нужные кнопки. Об этом тут же было доложено ее соседкам — Василисе и Люсе, дамочкам также катастрофически незамужним. Люся и Василиса вырастили детей и поселились вместе у Василисы, чтобы Люсину площадь сдавать в аренду и украсить свою пенсию внушительным дополнением. Теперь же обе дамы прочно обосновались у Ани возле письменного стола забытого всеми Максима. Они выходили в Интернет! И у них это даже получалось! Правда, неопытность Ани сказывалась — в самый неподходящий момент на мониторе вдруг начинали прыгать различные таблицы с непонятными вопросами, а потом и вовсе — Интернет самопроизвольно вышвыривал дамочку из своего лона, а вместе с ней и двух подружек. И все же им удалось в конце концов выудить из капризной машины по мужичку. Мужчины оказались довольно приличные, неженатые и вроде бы в этом плане перспективные. Возникло, правда, одно маленькое НО, которое не совсем устраивало Аню, и касалось оно хозяйки компьютера — Василисе и Люсе отчего-то достались самые настоящие кавалеры, которые бурно стремились к встрече и длительным теплым отношениям, правда, они были немножко не обременены финансами, как это обычно и случается с доброй половиной мужского неженатого населения. А вот ей, Ане, достался Ясин Филипп Карлович, совершенно обеспеченный мужчина, но только он вовсе не собирался знакомиться с Аней для супружества, а настоятельно звал ее к себе горничной. И даже не горничной, а так — псов выгуливать!
— А потому что ты, дурочка такая, сразу написала, что мужчина в твоем понимании — кобель! Но ты, дескать, по этому поводу не кручинишься, потому что собак обожаешь, и даже выгуливаешь соседского черного терьера! Ну что, не так? И кто после этого с тобой захочет строить нежные отношения? — выговаривала ей соседка — маленькая, остроносенькая Люся, хозяйка того самого терьера.
— Ну и что?! Ты вот тоже любишь этих… как их… кобелей, так тебе — с любовью! А не с половой тряпко-о-ой! — ныла расстроенная Аня.
— Понимаешь, у меня уже есть один… пес, — успокаивала ее, как могла, подруга. — Мужчины сразу поняли — больше нельзя, уже перебор получится.
— Нет, Анечка, я тебя совсем не понимаю, — фыркала длинная и тощая Василиса, не отрываясь от зеркала. — И чем ты не довольна? Сколько таких случаев известно, когда он — олигарх, а она — никто! Пыль! Убогость! И пожалуйста! Становилась его женой!
Про убогость Ане как-то не слишком понравилось, но про жену слушать было приятно.
— И что вы думаете? — напряженно спросила она. — Он может меня… полюбить? И позвать замуж?
— А почему нет-то?!! — в один голос воскликнули подруги.
— Мне так и вообще этот мужчина внушает больше доверия, — гнала ложь во имя спасения Василиса. — Этот Ясин сначала решил тебя на собаках проверить, а уж пото-о-о-м…
— Точно, что-то типа Павлова, — подтвердила Люся. — Опыт поставит, а уж потом… И к тому же он обещает тебе такие деньги, какие ты за полгода не заработаешь!
— Да, Анечка, это нельзя сбрасывать со счетов, там и делать-то ничего не надо, а какие деньги! — мудро качнула кукишем на голове Василиса. — В конце концов, ты сможешь потом себе и другого воздыхателя найти.
Как бы там ни было, а Аню уговорили. Анна на месяц сдала свою торговую палатку в аренду дальней родственнице и уже несколько раз выходила на работу. За такую зарплату, какую ей пообещали, она и впрямь сильно не перерабатывалась — всего-то и делов, что два раза в день по полтора часа выгуливала трех здоровенных догов. Собачки были жутко породистые, невозможно ухоженные и на удивление прекрасно воспитаны, поэтому никаких сложностей не возникло. Правда, самого работодателя Анна видела только в первый день. Им оказался довольно угрюмый мужчина, весьма подходящего возраста, но страшно занятой. И этот мужчина даже не окинул женщину взглядом, хотя та самая женщина специально для него посетила парикмахерскую, где оставила полторы тысячи за покраску, стрижку и укладку. И все, простите, псу под хвост!
У соседок же дела продвигались лучше. Люся со своим ухажером встретилась уже трижды, и в данный момент вместе со своим дружком уехала покупать новую стиральную машину, а Василиса, дважды бегавшая на свидания, сегодня собиралась на третье. Но встреча была намечена на вечер, а сейчас, после того как Аня вернулась с первой собачьей прогулки, они сидели вместе с Василисой возле компьютера и выискивали себе кавалеров для ассортимента.
Правда, очень не хватало второй мышки, и по этому поводу возник небольшой спор, но его прервал звонок в дверь.
Люся ворвалась к Ане, точно маленький смерч — шумно, быстро и без предупреждения. И сразу же накинулась на Василису:
— Вася! Ты мне ответь! Ну кто сказал моему Белкину, что каждая морщина на лбу означает ребенка?! — женщина подскочила к зеркалу, прилипла носом к своему отражению и ужаснулась. — С ум-ма сойти! Это сколько ж раз я получаюсь мать-героиня?! Нет, ну кто сказал-то?!
— Люся! Когда ты так орешь, ты… ты должна помнить… Белкина могут дети и вовсе не испугать, а вот твой рев! — одернула подругу Василиса и подправила помаду, вытягивая губы бубликом и сжимая их потеснее. — Я и вообще подозреваю, что он просто хочет тебя бросить, ты уж прости, конечно. Но… я просто не понимаю — чем уж таким ты могла его зацепить? Господи боже мой, ни кожи, что называется, ни рожи. Люсенька, я в хорошем смысле этого слова.
— Да уж куда лучше! — рявкнула Люся. — Просто ты завидуешь! А он… он зацепился!.. Мы с ним переговорили, я… я достойно себя описала, и оказалось… оказалось, что ему ужасно нравятся высокие молодые длинноногие блондинки! Ну и… мне пришлось сознаться, что я такая блондинка и есть!
— Ты-ы-ы?! — не удержалась Вася и ошарашенно уставилась на подругу.
Девушки, что называется, пребывали в поре загадочного возраста, то есть — им недавно стукнуло… сколько-то там больше пятидесяти, и поэтому они смело считали себя молодыми, однако ж маленькая, черная, как вороненок, Люсенька, с длинным носиком и взъерошенными волосами, при самой необузданной фантазии на длинноногую блондинку не тянула.
— Люся, ну как не совестно? — благочестиво сложила губки клизмочкой Василиса. — Я вот, например, никогда своим мущ-щинам не лгу.
— Так у тебя их сроду не бывало! А я и не врала, я просто та самая блондинка и есть, только внутри… умственно, то есть мысленно, так сказать, — отбивалась Люся.
— То есть… ты совсем без мозгов, что ли?
— Вот, и он так же спросил! — окончательно вышла из себя Люся. — Это я про внутренний мир! Что я молодая! Светлая! И даже… да! И даже жутко красивая!
— Да кто тебе…
— А я говорю — да!!! — топала ножкой Люся. — И он поверил!! И мы встретились! И он… он очаровался! А тут вы со своими морщинами!!! Вася! Ну кто тебя за язык вечно тянет?!!
Этот крик уже смахивал на истерику, а такого никак нельзя было допустить.
— Люся!! — рявкнула Василиса. — Ты чего голосишь, как пьяный лось?!! Тебе совсем нельзя орать!!! Мне можно, а тебе нет! Нельзя! Совсем!
— Да! — тут же поддакнула Аня и обернулась к Василисе. — А почему?
— Да потому что она своим криком нам всякие неприятности привлекает! — нервно объяснила Василиса Олеговна. — У нас тогда сразу проблемы получаются — то кто-нибудь скончается, то мы в подозреваемых окажемся! Ну что тебе объяснять, сама ж знаешь!
Аня с вытаращенными глазами покачала головой. Она знала. Да весь подъезд знал, что подруги Вася и Люся тем и занимаются, что свадьбы проводят, юбилеи всякие и еще расследуют всякие непонятные происшествия, возомнили себя Агатами Кристями, идиотки!
— Люся, — тихо, но зловеще прошипела Аня. — Еще раз вякнешь…
И в нос маленькой Люси уперся здоровенный кулак подружки.
— Господи, какой позор, — тяжко вздохнула Людмила Ефимовна. — И кого она может воспитать из этих славных породистых псов? Нет, Вася, давай ей в Интернете лучше какого-нибудь тракториста подыщем.
Дамы не стали капризничать и снова уткнулись в монитор. Но посидеть им опять не дали — едва они мирно расположились возле экрана, как в прихожей раздался звонок.
— Максим, что ли? — переглянулись подруги.
— Ну какой Максим, он же сейчас у мамы! — пожала плечами Аня и подалась в прихожую.
Максима Анечка и в самом деле отправила к матери, чтобы паренек некоторое время побыл под неусыпным контролем, пока его матушка работает и устраивает личную жизнь, а потому было совершенно неясно — кого это могло принести к Анечке в такое время. Подруги поспешили за ней, Аня распахнула дверь и… онемела.
На пороге стоял незнакомец. Аня, завидев его, едва не вскрикнула — так жутко и зловеще он выглядел. Возраст у мужчины не просматривался, зато сразу же било в глаза длинное, до пят, черное пальто, застегнутое по самые уши, губы растягивались в злобном оскале, и при этом выпирали желтые лошадиные зубы с огромными клыками. Но самым страшным были его глаза — вместо зрачков горели лишь две длинные полоски, на кошачий манер. Ни тебе радужки, как всех учили в восьмом классе на анатомии, ни тебе кругленького зрачка, ничего! Только белое глазное яблоко и кошачьи полоски.
— Люсь… к тебе вампир… — заикаясь, проговорила Аня и поспешно отошла в глубь коридора. — Наорала, теперь разбирайся сама!
Голос у незнакомца тоже оставлял желать лучшего, то есть его и вовсе не было, а вместо этого слышалось лишь шипенье.
— Мне нуж-ж-ж-жна Анна Семеновна Николаева. — Жег Аню страшными зрачками незнакомец. — Это вам, распиш-ш-ш-шитес-с-с-сь…
— А чего это мне-то сразу? — не торопилась расписываться та.
— Пос-с-с-сылка для вас-с-с… — просвистел незнакомец и протянул Ане обычный обрывок газеты. — Распиш-ш-ш-шитес-с-сь…
Аня растерянно смотрела на обрывок, и неизвестный гость сунул ей в руки небольшую яркую коробочку, заботливо перевязанную черной ленточкой.
— Это меня поздравляют, что ли? — не поняла Аня, но коробочку взяла и чирканула свою подпись на клочке газеты. — Вообще-то у вас довольно интересная служба доставки, вот так ночью откроешь…
Мужчина не стал слушать, что там случится ночью, он просто склонил голову и стал медленно пятиться вниз по лестнице.
— Вы бы нормально шли, лицом вперед! — крикнула ему вдогонку Аня. — Так и навернуться недолго!
Мужчина, казалось, ее совсем не слушал. Аня захлопнула двери и тут же услышала, как в подъезде раздался возмущенный крик:
— Да что ж это такое?! В своем подъезде прям пройти нельзя!! Прям так и кидаются на бедных красивых женщин!!!
— А я предупреждала, — с сожалением вздохнула Аня.
Наверняка таинственный посыльный наткнулся на кого-то своим непонятным задом.
— Какой страшный, да? — вертела в руках коробочку Аня и посматривала на подруг. — Я, конечно, люблю посылки, но… не могли, что ли, нормального человека прислать?
— Это тебе кара небесная, — тут же сунулась к ней Люся. — Зачем ты сказала моему Белкину, что у меня куча детей?! Нет, не куча, но… он теперь так и лезет своим пальцем мне в лоб — морщины считает!
— Люся, а можно сейчас на некоторое время Белкина забыть? — дернула губой Василиса. — Прямо стыдно за тебя, честное слово, можно подумать, я тебе никогда не показывала мужчин! Между прочим, твой Таракашин почти такой же!
Таракашина Люся в далекой молодости так любила, что даже отважилась родить от него свою единственную дочку Олечку, которая совсем недавно подарила маме внука. Но только любовь осталась в далеком прошлом, а сам Таракашин теперь назойливо раздражал Люсю своим трепетным вниманием. Но предательства Люся простить ему не могла и слышать о нем ничего не желала.
Пока Люся соображала, как бы поспокойнее, без крика отстоять Белкина от сравнения с предателем, Аня выставила на стол подарочную коробочку.
— Интересно, и кто бы это мог прислать? И к чему?
Подруги тут же забыли про разборки и, захлебываясь, стали бурно предполагать.
— Это Ясин послал, вот я прям чувствую! — прижимала большие руки к хлипкой груди Василиса. — Он такой… такой…
— Точно, это он, — задумчиво подтвердила Люся, все еще думая о Белкине. — Это Ясин. Бомбу прислал. А что? У него денег много, может себе позволить!
— Он, между прочим, и украшения себе позволить может, — поджала губки Аня и потянула за ленточку.
В коробке были не украшения и уж конечно не бомба.
— Хм… это что — мне? — с недоумением вытащила Анна черный шерстяной платок с яркими расписными цветами. — Ничего не понимаю. Это что, гуманитарная помощь, что ли?
Все уставились на самый обычный платок, и даже, кажется, не совсем новый.
— У меня такой же в молодости был, — вспомнила Василиса. — Только там цветочки помельче. Я была ужасная кокетка в молодости, просто ужасная! И этот платок, он буквально снился всем мужчинам нашего города!
— И у меня был, — проговорила Аня. — Я не помню про цветочки, но почти такой же.
Люся поддела пальчиком уголок платка и невыносимо звонко пропела:
— … Скажи нам, Ясин, господи помилуй, какую блажь имеешь ты в виду?
— Главней всего! Погода в доме!! — тут же грянула Василиса, поддерживая подругу. У дамочки от волнения взыграл условный рефлекс — на всех свадьбах, едва Люся запевала, Василиса обязана была подпевать.
— Ну давайте сейчас караоке устроим! — рявкнула Аня на подруг.
Те смущенно крякнули, но голосить прекратили.
— И все же — кто мне подарил такую прелесть? — мучилась вопросом Аня.
— Я думаю, все же Ясин, — поджала губки Василиса. — Вероятно, ты к его собачкам в таком непотребном виде ходишь, что он решил тебя… облагородить. Ну хоть платочком тебя прикрыть, что ли!
— Тоже мне — облагородил! — фыркнула Аня. — Вот если бы он мне колечко подарил, с бриллиантиком!
— Вот это ему сегодня и выскажи, а сейчас нам некогда, — заторопилась Василиса, у нее родилась умопомрачительная идея, да к тому же она сегодня должна была встретиться со своим другом — робким и застенчивым Игнатием Петровичем.
Игнатий Петрович самый первый клюнул на компьютерных охотниц и достался Василисе. Вернее, она его просто отвоевала, забрала себе. И не прогадала, потому что мужчина выдался на редкость вежливый, длинненький, худысенький, безостановочно сдабривал свою речь всякими красивыми оборотами, типа «позвольте вам не позволить», «не откажите в любезности», «не сочтите за труд», «простите великодушно», а также постоянно прикладывался к ручке, а заодно и к рюмочке тоже. Но с рюмочкой Василиса решила покончить в первую же декаду их знакомства. И следовало ожидать, что она своего добьется, потому что уже на втором свидании она вертела кавалером, как хулахупом.
А вот кто не поддавался воспитанию совершенно, так это Люсенькин знакомый. И на кой черт она его вообще выцепила?! Егор Игоревич Белкин с первой же минуты сообщил, что командовать парадом будет именно он, и сразу же предложил Василисе освободить квартиру от ее вещей. С большим трудом мужчине удалось разъяснить, что квартира принадлежит, собственно, Василисе, а Люсины хоромы сдаются в аренду. Однако такой расклад нисколько кавалера не обрадовал, и всякий раз, когда он приходил на свидание к Людмиле Ефимовне, то таким выразительным взглядом одаривал Василису, что той хотелось собрать свои вещи по доброй воле.
1 2 3 4