А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 



Текст предоставлен изд-вом
«Убийство в балларатском поезде»: Книжный Клуб «36.6»; Москва; 2007
ISBN 978-5-98697-055-4
Аннотация
Досточтимая Фрина Фишер планировала погостить несколько дней у своих родственников в Балларате, куда и направилась поездом вместе со своей верной служанкой и компаньонкой Дот. Но не тут-то было. Уже в пути она сталкивается с целой вереницей тайн. К счастью, расследуя дело об убийстве пожилой дамы и участвуя в поимке белых работорговцев, изящная аристократка по-прежнему находит время для любовных утех.

Керри Гринвуд
Убийство в балларатском поезде
Стивену Д’Арси
Благодарности
Джин Гринвуд – за исследования, любовь и кожу для туфель.
И Сью Роджер-Уитерс – за джазовые песни.
Глава первая
Рядом с Козлом сидел Жук (это был очень странный вагон, битком набитый пассажирами).
Льюис Кэрролл «Алиса в Зазеркалье»
К счастью, у досточтимой Фрины Фишер был чуткий сон. Она дремала почти всю дорогу, но когда ей в нос ударил тошнотворный запах хлороформа, у нее хватило рассудка понять: что-то стряслось, и присутствия духа, чтобы немедленно отреагировать.
Фрина перегнулась через тело спящей служанки и компаньонки Дот и нашарила свою сумку. Чтобы ее открыть, ей пришлось потянуть изо всех сил – движения давались ей с трудом, словно она находилась под водой на глубине пяти морских саженей. Замок сумочки показался ей слишком замысловатым, и в конце концов она, ругаясь вполголоса и хватая ртом воздух, разорвала ее зубами и извлекла пистолет «Беретта» калибра.32, с которым путешествовала всегда, неверной рукой навела его на цель и выстрелом разбила окно.
Оно разлетелось вдребезги, засыпав Фрину и Дот осколками стекла и впустив поток холодного воздуха.
Фрина закашлялась и, шатаясь, поднялась на ноги. Она высунулась из окна и подождала, пока придет в чувство, а потом разбила еще одно окно. Поезд по-прежнему мчался вперед. В лицо ей летел дым. Что происходит? Фрина дотянулась до корзинки для пикников, нашла бутылку с холодным чаем и сделала освежающий глоток. Дот без сознания лежала на дорожной сумке, ее длинные косы растрепались. Фрина внимательно, с замиранием сердца, прислушалась к дыханию компаньонки. Но та дышала ровно, и казалось, просто крепко спала.
Фрина намочила носовой платок остатками холодного чая и открыла дверь купе. В нос ударила волна хлороформа, так что ей пришлось отпрянуть. Она набрала побольше воздуха в легкие и задержала дыхание, а затем выбежала в коридор, потянула вниз окно и высунулась наружу. В поезде не было слышно ни шума, ни людских голосов. Фрина снова сделала глубокий вдох и кинулась к следующему окну – и так до тех пор, пока все окна не были раскрыты настолько широко, насколько это позволялось в поезде.
В вагоне первого класса было четыре купе. Пока Фрина фланировала по коридору перед ужином, она успела разглядеть всех пассажиров: в первом купе – пожилая леди и ее компаньонка, издерганная дама с тремя сорванцами во втором и молодая пара в третьем. Фрина и Дот занимали четвертое купе, и это, возможно, объясняло, почему они пострадали меньше других, поскольку у первого купе запах казался еще сильнее и насыщеннее.
Поезд остановился. Фрина услышала свисток и странный звук в начале вагона первого класса. Но вот взметнулись клубы пара, и поезд снова тронулся, причем так резко, что Фрина, еще нетвердо державшаяся на ногах, едва не упала на колени. Все еще кашляя и испытывая тошноту, она открыла окно в купе, где ехала молодая пара, потом в том, где расположилась дама с детьми. Наконец она добралась до первого купе, там запах был таким сильным, что резало глаза. Фрина снова закрыла нос мокрым платком, отчего на лице остались пятна чая, проскользнула внутрь и огляделась.
Компаньонка лежала, распростертая на полу, сжимая в руке разбитую чашку, окно было уже раскрыто, а старая дама исчезла.
И тогда Фрина сделала то, о чем давно мечтала. Она изо всех сил потянула за шнур стоп-крана. Поезд со скрипом остановился. Тут же из вагона-ресторана прибежал проводник и сразу закашлялся.
– Это вы потянули шнур, мисс? – спросил он. – Ради всего святого, что тут стряслось?
– Хлороформ, – объяснила Фрина. – Помогите мне вынести их на свежий воздух.
Проводник позвал подмогу, и в вагон набилось еще несколько людей в форме, но они сразу же принялись кашлять и даже попытались сбежать.
– Идиоты! – с трудом проговорила Фрина. – Закройте ваши дурацкие рожи мокрыми платками и помогите мне.
– Я тут все улажу, мисс, – пообещал высокий симпатичный проводник. – Вы бы лучше сами вышли на воздух, пусть здесь хоть немного проветрится. Дайте мне руку, мисс, я помогу вам спуститься.
Фрина чувствовала себя неважно, так что позволила снести себя по ступенькам и усадить в сторонке. Она в изнеможении опустилась на мокрую траву и была рада оказаться на свежем воздухе. Обстановка здесь казалась более реальной, чем в жаркой удушливой темноте вагона.
Высокий проводник положил рядом с Фриной Дот, а потом и компаньонку старой дамы. Дот, не просыпаясь, повернулась, прижалась лицом к шее Фрины, почувствовала запах «Ночи любви», чихнула и открыла глаза.
– Лежи спокойно, дорогуша, произошло странное событие. С нами все в порядке, а скоро станет еще лучше. Ага! Наконец-то догадались! – Фрина взяла из рук смышленого проводника чашку горячего чаю с сахаром и поднесла ее к губам Дот.
– Вот, моя дорогая, сделай несколько глотков и снова будешь как огурчик.
– О мисс, у меня такая слабость! Я что, лишилась чувств? – Дот отпила немного чая, и ей стало лучше, так что она смогла сесть и сама держать чашку.
– Пожалуй, Дот, это можно сказать о каждом из нас. Кто-то, невесть почему, усыпил нас всех хлороформом. Мы-то с тобой были в последнем купе, и нам досталось меньше других, хотя, думаю, ты согласишься, что и это было сверх меры. Вот я доберусь до тех, кто все это подстроил, – продолжила Фрина, допивая чай и поднимаясь на ноги, – и они пожалеют, что родились на свет! Ну, тебе теперь лучше, Дот? Можно тебя оставить ненадолго? Хочу немного осмотреться.
– Хорошо, мисс, – кивнула Дот и легла на влажную траву в надежде, что голова перестанет кружиться.
Поезд остановился в кромешной тьме где-то на пути в Балларат. Вокруг простирались ровные, холодные и мокрые пастбища, стояла середина зимы. Фрина подошла к вагону, когда охранники выносили последнего пассажира – безжизненное жалкое тельце какого-то ребенка.
– Такой остановки в расписании не было! – крикнула она стоявшему поблизости проводнику. – Что стряслось? Кто все это устроил?
– Я думал, может, вы что заметили, мисс, ведь вы единственная не уснули. Хотя, похоже, и вы порядком наглотались этой гадости, – добавил он. – Вы уверены, что с вами все в порядке, мисс?
Фрина с благодарностью ухватилась за предложенную руку.
– Со мной все в порядке, просто я не очень твердо стою на ногах. Что будем делать?
– Начальник поезда думает, что, когда пассажиры придут в себя, лучше поскорее загрузить всех обратно в вагон и доехать до ближайшего города. Там есть полицейский, и можно будет послать за доктором. Некоторым детишкам здорово досталось.
– Что ж, пожалуй, это самый лучший план. Пойду посмотрю, не нужна ли моя помощь. Не подадите мне руку? Вы умеете делать искусственное дыхание?
– Да, мисс, – ответил человек средних лет, любуясь бледным личиком под шляпкой клоше. – Я учился оказывать первую помощь.
– Тогда пойдемте, нам есть кого спасать. В первую очередь следует позаботиться о детях и беременной женщине.
При ближайшем осмотре Фрина обнаружила, что больше всех пострадал младший ребенок – самый отъявленный чертенок лет трех, которого она кляла весь прошлый день. Лицо мальчугана раскраснелось, казалось, он не дышал. Она взяла малыша на руки и слегка его сжала.
– Дыши же, маленькое чудовище! – умоляла она. – Тогда я позволю тебе протанцевать на всех моих шляпах и выкинуть в окно туфли Дот. Дыши, наказание ты Господне, или я никогда себе этого не прощу! Ну же, малыш, дыши!
Грудь слегка приподнялась и опустилась. Ребенок втянул воздух, закашлялся и снова примолк. Фрина еще раз надавила ему на грудь, и мальчик еще раз вдохнул. Между каждым вдохом повисала тревожная пауза, во время которой до мисс Фишер доносились стоны других пассажиров, приходивших в себя. Беременная женщина не могла унять рвоту и тщетно пыталась добудиться своего мужа. Маленькая ручка больно сжала Фрине нос, а сильные ножки задергались из стороны в сторону, то и дело лягая ее. Ребенок словно весь собрался для последнего усилия. Фрина затаила дыхание. Не предсмертная ли это судорога? Джонни сделал первый самостоятельный вдох.
– А-а-а-а-а-а-а-а! – заорал он.
Фрина рассмеялась.
– Вот, возьмите его, – сказала она ближайшему проводнику. – Но будьте осторожны – его вот-вот вырвет.
Проводник оказался человеком семейным и отреагировал на воспоследовавшее философски. Теперь все проснулись: женщина с детьми, беременная дама, ее муж и Дот. Все, кроме компаньонки пожилой дамы: у той была обожжена кожа вокруг носа и рта, и она, видимо, надышалась больше других, но ее сердце уверенно билось под рукой Фрины.
– Прошу всех вернуться в вагон, – объявил проводник. – Сюда, дамы и господа, скоро мы вас всех устроим наилучшим образом. Это какая-то дурацкая шутка, и железная дорога берет на себя ответственность за все неприятные последствия. Позвольте предложить вам руку, мисс э-э…
– Фишер. Досточтимая Фрина Фишер, – подсказала Фрина, опираясь на предложенную руку. – Я и в самом деле неважно себя чувствую. А как далеко до Баллана?
– Минут десять, мисс, извините, что придется разместить вас в служебном вагоне, но во всем поезде не оказалось свободных мест.
Фрина и Дот уселись рядышком прямо на полу возле пса на цепи и клетки со спящими цыплятами. Около них положили компаньонку старой дамы, остальные пассажиры вагона первого класса, смущенно поглядывая друг на друга, расселись вдоль стен.
– Знаешь, старушка, ты выглядишь так, словно тебя за ноги протащили сквозь живую изгородь, – попробовал было пошутить молодой муж, но его попытка вызвала у жены настоящую истерику.
Все десять минут, пока они ехали до Баллана, Фрина пыталась как-то урезонить дамочку, но в конце концов сама вымоталась до предела.
– Если у вас в запасе есть еще подобные шуточки, я попрошу вас держать их при себе! – рявкнула она на мужа и как бы невзначай пнула его по ноге. – Мне есть чем заняться, вместо того чтобы успокаивать всяких психопаток. Ну вот, Дот, мы и добрались до Баллана, надеюсь, нас разместят здесь на ночлег, поскольку нам всем необходимо принять горячую ванну и переодеться, иначе мы долго не протянем.
– В Баллане есть гостиница, – сказала мать сорванцов, ловя малыша Джонни, который вполне поправился и теперь тыкал пальцами в клетку с цыплятами. – Пойдем же, Джонни!
– Пусть железная дорога за нас заплатит, – заявил молодой человек, покосившись на Фрину. – У меня нет наличных, чтобы расплатиться за ночлег.
– Я могу вам ссудить, – предложила Фрина. – Не волнуйтесь. Вот идет наш замечательный проводник, чтобы освободить нас из заточения.
Проводник и впрямь умел совершать чудеса за удивительно короткое время.
– Если дамы и господа согласятся на время прервать свое путешествие, то смогут принять ванну и переодеться в гостинице, – возвестил он. – Проводники доставят багаж. Гостиница всего в сотне метров отсюда, мы отнесем туда больную даму.
Фрина взяла одного ребенка, Дот другого, и они побрели по дороге к отелю «Баллан» – несколько претенциозной гостинице. На пороге их встретила дородная взволнованная хозяйка. Увидев, в каком состоянии пассажиры, она запричитала и сразу же приняла на себя заботу о детях.
– Вторая комната, дамы, ванна для вас уже готова. Я велю посыльному отнести багаж в ваш номер, как только его доставят. Чай поспеет вскорости. За доктором я уже послала, он будет с минуты на минуту.
Дот и Фрина заняли свою комнату, и мисс Фишер сразу же принялась стаскивать с себя влажную одежду. Дот отыскала ванну и указала на нее хозяйке.
– Ты первая, тебе больше досталось, – распорядилась Фрина, и девушка поняла, что спорить бесполезно.
Она сняла одежду и погрузилась в ванну, чувствуя, как мучительный холод покидает ее кости. Пока Дот нежилась, закрыв глаза, она слышала, как открывалась и закрывалась дверь номера, а потом раздался голос Фрины:
– Поторопись-ка, дорогуша, а то еще заснешь! Я раздобыла чай и одежду.
– Сейчас, – пообещала Дот и уступила ванну хозяйке.
Они уже надели чистую одежду и как следует согрелись, когда пришел проводник и сообщил, что хлороформ весь выветрился и они, если желают, могут продолжить путешествие. Фрина была готова снова двинуться в путь, но ее попросили помочь привести в чувство компаньонку старой дамы.
У молодой женщины были серьезные ожоги вокруг носа и рта, и доктора, похоже, беспокоило ее состояние. Девушка никак не просыпалась. Когда ей сделали инъекцию камфары, она вдруг открыла глаза, услышала голос Фрины и спросила:
– А где мама?
Но мама исчезла.
Стало ясно, что им уже не попасть в Балларат, и Фрина обратилась к хозяйке гостиницы:
– В поезде была еще одна дама, она пропала. Надо позвать полицию: возможно, она выпала из окна. В Баллане есть полицейский участок?
– Да, мисс, я сейчас же пошлю мальчишку. Какое ужасное несчастье! Надо бы снарядить мужчин, чтобы обыскали пути.
– Дот, тебе лучше? – спросила Фрина свою компаньонку.
– Слабость еще не прошла, мисс, – призналась та. – А о чем вы хотите меня попросить?
– Пойди завари чай.
– Ну, с этим я справлюсь, – кивнула Дот и вышла.
Доктор смазал пораженные участки на лице молодой женщины успокаивающим кремом.
– Отчего эти ожоги? От хлороформа? – поинтересовалась Фрина. Она взяла из рук доктора банку и держала ее так, чтобы ему удобнее было брать оттуда крем.
– Конечно. Ей на лицо положили тряпку, пропитанную хлороформом. Если бы вы их всех не разбудили и не вывели из вагона, этой женщины сейчас уже не было бы в живых, да и теперь я не исключаю, что у нее поражена печень.
– А как остальные пассажиры? Мы что, все надышались хлороформа, распространявшегося из первого купе?
– Нет. Это тяжелый газ, намного тяжелее воздуха. Кто-то пустил его в вентиляцию. Видимо, хотел, чтобы вы все уснули, не знаю почему. Можете теперь закрыть банку, мисс Фишер. Бедная девушка, какое ужасное пробуждение! Но, кажется, она снова заснула. Не могли бы вы последить за ней часок? Мне надо пойти осмотреть детей.
– Конечно, – согласилась Фрина, она все еще волновалась за маленького Джонни. – Я побуду здесь. Если она проснется, могу я дать ей чаю?
– Если она проснется, мисс Фишер, можете дать ей все что угодно, – ответил доктор и понес свой черный саквояж в детскую комнату.
Час спустя, в три утра, женщина проснулась. Фрина заметила, как она пошевелилась и что-то пробормотала, и приподняла ее, чтобы смочить ей губы водой.
– Что случилось? Где мама? – спросила больная надтреснутым голосом, который лишь из-за общей слабости не срывался на крик.
– Успокойтесь, вы в безопасности, а вашу маму уже ищут.
– Кто вы? – неуверенно спросила девушка. Она оглядела дорогой, отороченный лисьим мехом халат Фрины, ее рыжевато-коричневые юфтевые ботинки, гордое бледное утонченное лицо, обрамленное аккуратно подстриженными черными волосами, и проницательные зеленые глаза. А рядом с этим образцом изысканности маячила невзрачная девушка в платье из синели, похожем на покрывало.
– Я Фрина Фишер, а это Дот Уильямс, моя компаньонка. А кто вы?
– Юнис Хендерсон, – проговорила женщина. – Очень приятно познакомиться. А где мама? Что случилось? И что со мной? Я не могла потерять сознание. Я никогда не падала в обморок.
– Нет, вы не теряли сознание. А находимся мы в гостинице «Баллан». Дело в том, что кто-то всех нас усыпил хлороформом – весь вагон первого класса. Конечно, мне следовало поехать в Балларат на автомобиле, но я так люблю поезда.
Впрочем, кажется, от моей любви скоро не останется и следа. К счастью, я была в последнем купе, к тому же у меня очень чуткий сон. Я разбила окно в своем купе, а потом открыла все остальные и вытащила всех пассажиров из вагона. Вас я нашла на полу в вашем купе, рядом валялись осколки чашки, но больше там никого не было, могу вас заверить. Окно было раскрыто – не могла ваша мама из него выпасть?
– Возможно, она ведь такая худенькая и маленькая. Но я почти ничего не помню. Я спала, потом услышала удар, почувствовала дурноту и встала, чтобы налить воды… больше я ничего не помню.
– Ну, пока и этого достаточно. Мы все равно ничего не можем предпринять до тех пор, пока не вернутся те, кто отправился на поиски. Они подняли на ноги всех железнодорожников, и те идут назад по путям. Вашу маму обязательно отыщут. Постарайтесь-ка снова заснуть.
1 2 3