А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

– Не он запирал, нет… Йене – добрейшей души ребенок.
– Хватит вам, мама! – Клотар нервно махнул рукой. – Вы слишком много говорите о сугубо семейных делах. Господам скучно об этом слушать.
– А кто же запирал ее в погребе? – сочувственно спросил Шатори.
– Юци… эта сатана… – Старушка сморщилась от боли и схватилась руками за сердце.
– Перестаньте, мама.
– Ты и сейчас собираешься ее защищать! – взвизгнула старуха. – Эту змею, которая запятнала твое имя! – И, сжав старческие руки в кулаки, она погрозила кому-то в углу.
– Пойдем, дорогая. – Клотар с подчеркнутой нежностью взял мать за плечи и повел к полуоткрытой двери.
– Так кто же все-таки запирал вашу мать в подвале? – как ни в чем не бывало вновь спросил Шатори.
– Моя жена… – хриплым голосом ответил инженер, усаживая старушку в мягкое кресло. – Меня как-то трое суток не было дома, а она, чтобы мать не мешала ей развлекаться с любовником, заперла ее в подвале… Вот и все…
– Какой позор! – прошептала старуха. – Она запачкала наш дом!..
– Когда вы развелись с нею?
– Два года назад.
– Меня он на суд не взял, – с ненавистью прошипела старуха. – Уж я-то бы все рассказала суду!
В этот момент старшина нарочито покашлял, чтобы привлечь внимание начальника, но тот продолжал задавать вопросы инженеру.
– Где вы работаете?
– Я конструктор. Если это вам что-нибудь говорит – инженер-изобретатель.
– Свободный изобретатель?
– Да.
– Любите прогуливаться по воздуху?
– Это полезно для здоровья.
– И место для прогулок выбираете неподалеку?
– Где я прогуливаюсь? В городе я бываю редко.
– А лес вы любите?
– Мой сын очень любит природу. Он вырос среди деревьев и цветов, – неожиданно вмешалась в разговор старуха.
Шатори понимающе кивнул.
– Тогда, будьте добры, пойдемте с нами.
Клотар вздрогнул.
– Куда вы его поведете? Что вам от него нужно?! – визгливо закричала старуха и с удивительной для ее возраста легкостью вскочила с места. – Я не разрешаю! – В голосе ее послышалась ненависть.
– Мама! – воскликнул сын.
– Успокойтесь, мамаша… Мы хотели бы услышать мнение вашего сына, как инженера, по одному делу…
– Только не нужно кричать, уважаемая! – менее вежливо заметил старшина.
– Вы же слышали? – успокаивал ее Клотар. – Господа хотят посоветоваться со мной.
Инженер заученным жестом поправил галстук, и Шатори повел его к водораспределительному колодцу.
Тем временем полицейские вынули труп женщины и положили его на землю, накрыв простыней. Капитан пропустил инженера вперед, чтобы тот сразу же увидел труп, а сам наблюдал за выражением лица Клотара.
Инженер сначала оцепенел, а потом сделал несколько шагов назад, пошатываясь, как пьяный. Однако, придя в себя, он с возмущением спросил капитана:
– Что все это значит?
Шатори лишь пожал плечами, а когда инженер отвернулся в сторону, сказал:
– А вы взгляните на труп повнимательнее… Не узнаете?
– Откуда мне знать?…
– Вы случайно не встречались с этой женщиной во время ваших прогулок?
– Я?! – как-то слишком подозрительно спросил инженер и замолчал.
И это молчание сказало Шатори больше, чем долгая беседа. Следователю довольно часто приходится идти на риск. Так, например, подозревать невиновного человека считается серьезной и непростительной ошибкой, однако иногда приходится задавать подозреваемому и провокационные вопросы.
– Два человека видели вас вчера в половине шестого здесь, на этом месте, и сегодня утром тоже.
– М-ме-ня?! Я же… в отпуске…
– Не заикайтесь, пожалуйста.
– Больше я вообще не буду говорить!
– А кто вас об этом просит? Нам и этого достаточно… Поедете с нами в управление полиции!
– Я никуда не поеду!
– Это не только в ваших интересах, но еще и ваш гражданский долг. – И Шатори вежливо проводил инженера до машины.
Прежде чем сесть в машину, капитан ласково потрепал Кантора за ухо. Пес на сей раз не понял, за что именно его приласкал Шатори, который обычно был скуп на ласку.
Да и за что его сейчас было хвалить? Ничего особенного не произошло. Да и дело-то это было не ахти какое сложное. Просто след этого инженера очень напомнил по запаху тот след, возле машины, хотя следы эти и находились в разных местах. К сожалению, Кантор не мог объяснить этого ни капитану Шатори, ни своему хозяину.
Шатори старался вести дело так, чтобы Клотар сам признался в совершении преступления, но тот упорствовал.
На следующее утро, направляясь на работу, капитан увидел у подъезда мать Клотара. Шатори удивило, с каким подобострастием мать интересовалась судьбой сына.
– Я сожалею, – ответил старушке Шатори, – но пока ничего не могу вам сказать.
– А почему вы, собственно, думаете, господин инспектор, что ту женщину убил именно мой сын?
– А почему вы решили, что его подозревают в убийстве?
– Я пошла вслед за вами… и все видела. Мой сын не виновен! Он на такие вещи не способен! У него очень добрая, отзывчивая душа. Это сделал кто-то другой. Я в наших местах не раз видела весьма подозрительного мужчину, который бродил по окрестностям…
– Мы во всем разберемся сами.
– Я хочу помочь вам.
– Благодарю вас, – сказал капитан и прошел в здание.
В кабинете его ждал Калди.
– Удалось что-нибудь узнать о Клотаре? – спросил его Шатори.
– Год и два месяца назад Клотар заявил в полицию об исчезновении жены. Было это в мае. В течение года эта женщина числилась в списках разыскиваемых лиц. Потом мы закрыли это дело, так как стало известно, что Клотарне уехала за границу.
– А есть какие-нибудь доказательства?
– Сам Клотар заявил, что жена звонила ему из Вены и просила дать развод. После этого Клотар действительно возбудил дело о разводе.
– Был у его жены любовник?
– Пока это установить не удалось.
– Поинтересуйтесь на месте работы Клотара.
Капитан вызвал Клотара на очередной допрос. Сначала Шатори включил магнитофон с записью предыдущего допроса и дал послушать Клотару то место, где инженер несколько раз повторил одну и ту же фразу: «Я ее не душил».
– А откуда вам известно, что женщину задушили?
– Это видно по ее шее.
Инженер отвечал настолько уверенно, что надеяться на чистосердечное признание капитану уже не приходилось. Заставить Клотара признаться можно было только с помощью неоспоримых вещественных доказательств.
Преступник, задушивший женщину и девушку, действовал в перчатках. Это твердо установили медицинские эксперты. Отпечаток каблука возле машины соответствовал размеру обуви Клотара, однако в доме инженера не удалось обнаружить обуви с такой формой каблука.
Отправив подозреваемого в камеру, Шатори позвонил Кути и приказал:
– Распорядитесь обыскать дом инженера – от подвала до чердака. И сад тоже.
Когда Кути уехал проводить обыск, капитан вдруг вспомнил, как настойчиво мать Клотара предлагала ему свою помощь.
«К чему бы это? А может, она действительно знает что-то важное? Нужно обязательно поговорить с нею», – решил он.
Арестовав Клотара по подозрению в убийстве, Шатори тем самым взял на себя слишком большую ответственность. Решиться на такое мог не каждый следователь, тем более что единственным, если так можно сказать, доказательством виновности инженера был нюх Кантора. Правда, закон давал Шатори право на арест по подозрению, но по подозрению со стороны какого-то человека, а не собаки. Капитан даже своим коллегам по работе не мог признаться в том, что целиком положился на овчарку.
Приняв решение, капитан встал и попросил подать ему машину. Спускаясь вниз, он зашел за старшиной Чупати.
– Куда едем? – поинтересовался старшина.
– На виллу Клотара.
– Что мы там забыли?
Капитан промолчал. Он рассуждал так: раз Кантор дал им повод подозревать Клотара в совершении преступления, то пес должен и сейчас помочь им доказать виновность или невиновность инженера.
«И нужно же мне было целиком довериться собаке! Конечно, это не обычная служебная собака, а знаменитый Кантор! Однако вместо меня собака работать не будет, какой бы выдающейся овчаркой она ни была! Животное все же остается животным», – так думал капитан Шатори по пути к вилле инженера.
Машина остановилась перед домом, и капитан со старшиной пошли к воротам. Кантор бежал впереди. – Пес еще не успел добежать до крыльца, как на пороге появилась старуха. На этот раз она держалась очень робко. Казалось, это вовсе и не она сегодня утром поджидала Шатори у подъезда управления.
– Вам все еще мало? – спросила старуха неприятным тоном.
Не успел Шатори ничего ответить, как Кантор так рванул хозяина за рукав, что старшина чуть было не свалился на пол. Затем Кантор подбежал к старухе и, нежно (собаки и на такое способны) схватил ее за рукав, потянул к старшине.
Старуха сопротивлялась. Капитан же с удивлением смотрел на овчарку, пытаясь понять, что все это значит. Однако ничего не понимал.
– Уберите отсюда этого пса! – заорала старуха.
– Весьма сожалею, – спокойно проговорил Шатори, – по мы должны произвести у вас в доме обыск.
– Мой сын не виновен!
– Да, да, но все-таки мы хотим у вас кое-что посмотреть. Прошу вас не мешать нам.
Старуха хотела выйти в прихожую, но Кантор не пустил ее туда.
– Позови Кантора! – сказал капитан Чупати.
– Кантор, ко мне! – позвал старшина. Кантор повиновался, но без особого желания.
– Вы тоже обыскивайте! – обратился капитан к старшине.
– Где?
– Посмотрите в саду, в подвале…
Когда Чупати и Кантор вышли из дому, Шатори подошел к платяному шкафу и открыл одну дверцу.
– Если у нас хоть что-нибудь пропадет, тогда смотрите! – истерично кричала мать инженера, стоя у капитана за спиной.
– Успокойтесь, мамаша, и не мешайте мне работать!
Капитан высунулся в окошко и крикнул радисту, сидевшему в машине у рации:
– Дай-ка мне отдел!
Через несколько секунд радист, подъехав к самому дому, протянул капитану телефонную трубку в окошко:
– Пятнадцатый на проводе, товарищ капитан.
В отделе на вызов ответил Калди.
– Что нового? – спросил у него Шатори.
– На работе об инженере отзываются плохо. Говорят, что это человек очень замкнутый и особенно странно ведет себя по отношению к красивым женщинам и девушкам… Еще говорят, что он до наивности доверчив. Шутки воспринимает совершенно серьезно… А как специалист не имеет себе равных…
В этот момент Шатори увидел Кути, который, стоя за запором, жестом подзывал капитана, а затем крикнул:
– Товарищ начальник, быстро идите сюда!
Шатори махнул Кути рукой, а сам переспросил в трубку:
– Что ты сказал?… Что?… Жена ему изменяла?… Теперь понял… С инженером из института? И вместе с ним осталась в прошлом году весной в Париже… Наши уже знают об этом?… Хорошо… Продолжай допрос.
Отдав трубку радисту, Шатори пошел в сад, где его с нетерпением ждал лейтенант Кути.
– Что случилось? Нашли что-нибудь важное?
– Нашли! – ответил лейтенант и побежал по дорожке.
Капитан, ускорив шаг, пошел вслед за ним. Еще издалека он увидел в конце сада группу полицейских. Чупати что-то откапывал лопатой.
– Кантор в этом месте начал лапами разрывать землю. Вот мы и роем тут, – ответил старшина, стоя в полуметровой яме и вытирая рукой потный лоб.
– Кантор?
Пес сидел у самого края ямы и лапами скреб землю. Временами он с нетерпением и любопытством заглядывал в яму.
– Мы только начали копать, – ответил Кути, бросив на начальника вопросительный взгляд.
– Сначала Кантор нашел нейлоновый мешочек, – объяснил старшина, – в самом углу сада. От мешочка исходила страшная вонь.
Этот разорванный мешок неизвестно почему показался Чупати подозрительным, и старшина послал овчарку на поиск.
Кантор отыскал в небольшой ямке такой же мешочек, но побольше. Пес лапами стал рыть землю.
Посоветовавшись с лейтенантом Кути, Чупати принес лопату и начал копать яму. В радиусе полутора метров земля оказалась довольно рыхлой. Все это означало, что здесь, видимо, что-то зарыто.
Полицейские копали по очереди, сменяя друг друга. Через полчаса им без особого труда удалось вырыть яму глубиной около двух метров.
И вдруг один из полицейских воскликнул:
– А тут какой-то мешок!
– Копай осторожно! – Шатори наклонился над ямой. – Попробуй потянуть его руками.
Чупати ухватился за мешок и потянул его, но в этот момент в нос ему ударил такой резкий и неприятный запах, что старшина даже пошатнулся.
– Ну и вонища! – Чупати скривился.
– Помогите старшине, – сказал капитан полицейским.
Двое полицейских, взяв мешок за углы, стали вытягивать его из земли. Мешок вдруг разорвался, и из него выпала пара женских туфель.
– Прекратите работу, – распорядился Шатори, – и немедленно вызовите криминалиста и медицинского эксперта.
Шатори и старшина направились в дом. Когда они проходили мимо кухни, из окна на них с ненавистью посмотрела старуха.
– Сделаем вид, будто ничего не случилось, – сказал Шатори.
– Сейчас эта старая ведьма поднимет такой визг, что чертям тошно станет!
– Заорет так заорет, нам теперь все равно.
Сидя за письменным столом, капитан карандашом постучал по раскрытому делу. Перед Шатори сидел Клотар. Облокотившись на подоконник, стоял старшина Чупати и еще один полицейский.
– Так когда же ваша жена выехала за границу? – спросил капитан арестованного.
– Этот вопрос вы мне уже задавали по крайней мере раз двадцать. – Клотар метнул на капитана полный ненависти взгляд. Стиснув кулаки, инженер нервно заерзал на стуле.
Чупати сделал несколько шагов к Клотару и остановился у него за спиной. Кантор, который до сих пор спокойно лежал под большим столом, вылез из-под него и уставился своими умными глазами на инженера.
Шатори удивленно посмотрел на овчарку, которая, как и ее хозяин, чувствовала в Клотаре преступника.
Кантор стоял, не двигаясь, словно древнее изваяние, призванное искоренять на земле всякое зло.
– И все же ответьте на мой вопрос, – настаивал капитан.
Клотар опустил на колени сжатые в кулаки руки и упрямо молчал.
– Тогда скажите, пожалуйста, чем вы обрызгиваете деревья в саду, чтобы их не поел червь?
Вопрос был настолько неожиданным, что инженер растерялся.
– Чем обрызгиваю?…
– Да. Ведь вы так любите цветы и деревья. И сад у вас ухоженный. Ухожен каждый куст, каждое деревце. Старый дуб, что растет у вас в саду, нужно обрызгивать несколько раз в году…
– Обрызгивать?…
– Да, да… каким-нибудь химикатом. Сильным ядом, не так ли?
– Да… но растениям этот яд не вредит…
– Если не нарушены нужные пропорции?
– А почему это вас интересует? – вдруг спросил Клотар.
– Встаньте! – приказал Шатори.
В кабинет вошел старший лейтенант Калди.
– Пусть господина инженера проводят в машину. Мы едем к нему домой…
Когда арестованного увели, капитан спросил Калди:
– Экспертиза готова?
– Так точно, но, как вы и просили, труп мы пока оставили на месте. Фотографии уже в лаборатории…
– Спасибо… В остальном положимся на заключения экспертов. На место приезжайте через десять минут после меня… Дадите два гудка клаксоном, но из машины не вылезайте. И захватите с собой мать Клотара.
В этот момент в кабинет Шатори сломя голову ворвался Кути.
– Товарищ начальник!.. – начал было он, но капитан перебил его:
– Мой дорогой юрист! Если вы и впредь подобным образом будете врываться в кабинеты, то не исключена возможность, что споткнетесь где-нибудь на пороге и свернете себе шею.
– Простите меня, – проговорил молодой следователь, – я только хотел доложить вам, что соседи показали неправду.
– Ну и?…
– Просто они насплетничали. За женой Клотара ухаживал какой-то тип. Привратник из соседнего дома не раз слышал, как жена и мать инженера ругались между собой. Видимо, инженер или знал, или не хотел знать о ссорах жены и матери… Вместе они прожили пятнадцать лет…
– Ближе к делу, дружище.
– Старуха якобы изобличала невестку в измене. В начале весны, убирая двор, сосед слышал, как старуха угрожала снохе и говорила такие вещи, за что и в тюрьму угодить можно… А через несколько дней после этого разговора сосед слышал женские рыдания, которые доносились из дома…
– Так, так… – Капитан был весь внимание.
– Соседи еще говорят, что инженер боится своей матери, будто он – маленький ребенок, а не взрослый человек. Она так держит его в руках, что диктует даже, какой галстук ему надеть.
– Но однажды и он, видимо, возмутился?…
– Старуха ведет себя, как ведьма. Когда ее сажали в машину, она меня укусила за руку.
– До свадьбы заживет, – усмехнулся Шатори и по-дружески похлопал Кути по плечу: – Ну, а теперь за работу, ребята… И чтобы все было так, как договорились… Но только быстро!
Капитан Шатори был сторонником морального воздействия на подозреваемых. Он приказал привести инженера в сад к открытой яме, чтобы сразу же ошеломить преступника.
Когда Клотара подвели к яме, капитан приказал:
– Снимите простыню!
Увидев полусгнивший труп, инженер пошатнулся и упал бы, если бы Чупати не поддержал его под руку.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58