А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Сама понимаешь, какая жизнь с алкоголиком... А у меня сын растет. Вот я и подумала - зачем ему брать пример с Гриши?.. Чем такой отец, лучше никакого. Трудно было поначалу одной с сыном. Еле перебивались. Теперь-то у меня хорошая работа, интересная. К тому же среди друзей, все в нашей фирмы - наши сокурсники. И платят хорошо. Копейки, как раньше, не считаю, кое-что купила и в дом, и себе, и сыну. На жизнь хватает. Может, перейдешь к нам?
- Спасибо, Томочка. Но работой я довольна, зарабатываю прилично. Одно плохо - коллектив женский. Вредничают, сплетничают, подсиживают друг друга. Может, я бы другого мужчину нашла, чтобы поскорее забыть своего мужа, да не из кого - или женаты, или слишком молоды, или беспутные шалопаи и бабники. Просто переспать мне не интересно.
- Понимаю, - посочувствовала Тамара. - Тут я ничем тебе помочь не могу, у нас работают одни женщины, а наш руководитель, Мотвей Лопаткин, старый холостяк. Со студенческих лет влюблен в Аллу, другие женщины для него не существуют. Ты видела её, она стояла возле красной машины, когда ты меня окликнула. Высокая такая, очень красивая.
- Вначале я обратила внимание на неё - яркая женщина, - а потом уже тебя заметила.
- Это Алла организовала нашу фирму "Самаритянин". Она обеспечивает нас заказами и помогает заработать.
- А сама она с вами работает?
- Нет, у неё своя фирма. Алла нам просто помогает. И другим ребятам с нашего курса тоже. Хороший она человек, хоть и ругается иногда, как сапожник. Но это не со зла, так что мы не обращаем внимания на её брань.
- А ты кого сегодня хоронила?
- Аллиного жениха. Его застрелили.
- Ужас какой! - всплеснула руками Зоя. - А ты говоришь - у вас хорошая фирма! Что ж хорошего, когда убивают?
- Виктор в другой фирме работал. А мы расследовали, кто его убил.
- Ты - расследовала? - удивилась Зоя.
- И я в том числе, - гордо подтвердила Тамара. - И другие наши девочки тоже. А руководила всем Алла.
- Так ты теперь частный детектив?
- Вроде того. Правда, мы ещё только учимся, но уже несколько дел расследовали. Так что, если надумаешь, переходи к нам. У нас интересно, коллектив дружный, хоть и женский. Свар и бабьих склок нет. Наши девочки совсем без бабства. Да и Алла никогда такого не допустит. У нее, если она узнает, что кто-то склочничает или сплетничает, разговор короткий, - так отматерит, что мало не покажется, закаешься впредь.
- Спасибо, Томусик. Если уж станет совсем невмоготу среди нашего бабья, может, перейду к вам. Только я ничего не умею по вашей части.
- Научим, - заверила Тамара. - Мы тоже ничего не умели. Алла нас учит, раньше она сама многие дела расследовала.
- А зачем ей это нужно, раз у неё своя фирма?
- Я её не спрашивала, но думаю, она просто хотела помочь друзьям. Алла ещё с юности всех защищала, характер у неё такой, бойцовский. Мы зовем её верной боевой подругой. Хоть и ругается похуже некоторых мужиков, а своих в обиду никогда не даст. И не продаст, и не подставит. С ней легко. Это сейчас она потерянная и печальная, а вообще-то Алла очень веселая. Хохмит, шуточки отпускает, любого может рассмешить. Ей все нипочем. Поговоришь с ней, и на душе легче.
- А вы нашли, кто убил её жениха?
- Пока нет. Всего четыре дня расследуем, а сегодня день пропал из-за похорон.
- Думаешь, найдете?
- Найдем, - уверенно заявила Тамара.
- Томусь, ты завтра поможешь мне забрать Валю из морга?
- Обязательно. Приду с утра и наших "самаритянок" с собой возьму, они тоже помогут. С похоронами дел много, по себе знаю, недавно маму схоронила.
- Многих-то не приводи, - предупредила Зоя. - Не отвлекай их от дела, пусть ищут того, кто убил Аллиного жениха.
- Ладно, я с ней посоветуюсь, кто из девочек сейчас не занят в расследовании.
- А я поищу Валину записную книжку. Там наверняка есть телефоны её знакомых. Я-то их ни разу не видела. Их тоже приглашу. Если и не помогут, то пусть хоть на похороны придут...
Зоя опять всхлипнула, и Тамара решила её отвлечь.
- А давай сейчас вместе съездим на Валину квартиру и вместе поищем её записную книжку.
Ей не хотелось ещё раз напоминать Зое про погибшую сестру, но она боялась, что если та поедет одна, то в пустой квартире на неё опять нахлынут воспоминания и тягостные мысли. Вдвоем ей все же будет легче перебирать вещи сестры.
- Давай, - согласилась Зоя.
В душе все ещё была пустота. Хотя Алла говорила и вела себя уже в своей привычной манере, но больше по инерции.
В первый момент, когда Светлана позвонила и сообщила, что Виктор убит, Алла не могла в это поверить, как и любой человек, на которого внезапно обрушилась страшная весть. "Этого не может быть, - бормотала она. - Этого просто не может быть... Ведь ещё вчера мы были вместе...". Потом она сидела в тупом оцепенении, пытаясь переварить новость. Потом стояла у окна и опять твердила себе, что это неправда, что Света что-то перепутала, и с Виктором ничего не случилось. Потом внезапно пришло осознание: его больше нет. Не рядом с ней, а вообще в этом мире. На неё сразу навалились тоска и отчаяние. "Я хочу быть с ним, я хочу его видеть, - беззвучно шептала Алла. - Это несправедливо, ведь я наконец-то нашла настоящего мужчину, которого смогла полюбить". Тогда она не думала, кто его убил и за что. А потом пришла злость, и Аллу будто подбросило. Она быстро переоделась в дорожный костюм и решила немедленно лететь в Москву. Найти убийцу и наказать его. "Отнял чужую жизнь - отдай свою" - таким был её девиз.
И вот теперь, когда все закончилось, Алла ощущала опустошенность. Виктора больше нет, её второй любовник причастен к его гибели, и хотя позавчера она решила, что они с Николаем прекрасная пара, но такова была её реакция на тот момент. А сейчас, после похорон любимого человека, Алла не могла понять себя и решить, что делать дальше.
Эти дни после возвращения из Италии у неё совершенно не было времени на анализ своего состояния и воспоминания - встречалась со многими людьми, давала задания "самаритянам", анализировала вместе с ними результаты их сыщицких изысканий, строила план расследования.
А когда узнала правду, у неё появилось ощущение, будто она мчалась-мчалась во весь опор и вдруг натолкнулась на невидимую стену. И рухнула в пустоту.
Вчера Алла впервые провела целый день дома. Одна, в полном бездействии. Позавчерашнюю ночь она была с Николаем, а утром он ушел на работу. После его ухода Алла вдруг почувствовала, что ей не хочется работать, не хочется видеть людей, разговаривать с ними, заниматься делами. Ничего не хочется. Она бродила по квартире, пыталась читать, чтобы отвлечься, но лишь тупо пялилась в страницу, не воспринимая черных букв на белом фоне. Пробовала посмотреть какой-нибудь фильм. Ставила и крутые боевики, и психологические детективы, и комедии, но все фильмы казались ей скучными, сюжеты - надуманными, и она с раздражением вытаскивала видеокассету и заменяла её следующей. Потом отказалась от этого бесполезного занятия. Включила магнитофон, сидела в кресле с бокалом коньяка и бездумно слушала музыку. Но даже любимая "Гусарская рулетка", против обыкновения, не подняла ей настроения. "Вся жизнь - игра, - с усмешкой процитировала она самой себе. - Вся моя жизнь - игра. То игра со смертью, то с самой собой, то для кого-то". Вспомнила слова своего психиатра Лидии Петровны: "Вы постоянно носите маску, Алла и играете роль бесшабашной бой-бабы. Она вам не к лицу, это всего лишь бравада, игра на публику". И Алла поняла - и в самом деле, многое, что она делала в последние годы, всего лишь игра.
Зачем она играла?..
Впервые оставшись надолго наедине с собой, Алла посмотрела на себя будто со стороны и увидела тридцатишестилетнюю женщину, всю жизнь игравшую разные роли и уставшую от этого. Любимую мужчинами и при этом одинокую.
Что уж теперь-то притворяться перед собой! - и в самом деле, одинокую.
Множество мужчин, которые за ней увивались, и даже те многие, с которыми она спала, ничуть не затронули её душу. Она их просто-напросто использовала. Равно, как и они использовали её, - как темпераментную, сексуально раскованную любовницу, как яркую, экстравагантную женщину, как остроумную и порой циничную собеседницу, с которой не соскучишься.
И вот, после многих лет, когда через её постель прошла череда ничего не значащих в её жизни партнеров, она встретила человека, которого смогла полюбить. И что самое печальное - любит до сих пор.
Любят не только хороших, любят всяких, даже мерзавцев. Для женщин определенного психологического склада в мерзавцах есть особая притягательность. Алла не относила себя к такому типажу женщин, но - как знать?..
Как оказалось, она мало знала об этой даме по имени Алла. Лидия Петровна на многое открыла ей глаза. Но может быть, что-то ускользнуло даже от любимого психиатра? Может быть, у неё тоже есть задатки психологии жертвы? Но Алла этого не осознавала и бессознательно боролась сама с собой, не позволяя себе привязываться к мужчинам и выбирая неподходящих партнеров - лишь для секса, - но не пускала их к себе в душу.
Она полюбила Виктора, хотя подсознательно чувствовала, - он не совсем тот, за кого себя выдает. Интуитивно чувствовала, но гнала от себя эти мысли. Закрыла какую-то шторку в своем сознании, не позволяя себе анализировать ни любовника, ни свое отношение к нему. Порой, узнав что-то, гневно вскидывалась, обрушиваясь на него со всей присущей ей экспрессией, злилась, обзывала его "гэбистом" и "шпионом". Потом, выслушав его, остывала и опять улыбалась.
Обманывала себя?..
Разумеется. Как и все любящие женщины, Алла обманывалась, не видя того, чего не хотела видеть, и идеализируя любимого.
Ни ум, ни прежний опыт ничего не значат, когда женщина любит. И что самое удивительное, - мало значит даже личность любимого. Ей хочется, чтобы он был таким, каким она его воспринимает, каким придумала, и женщина видит то, что согласуется с её представлениями о нем, и отбрасывает то, что им противоречит.
И даже узнав, что её любимый - законченный мерзавец, женщина не способна разлюбить. Может разочароваться, возненавидеть его и даже презирать. Но не может сознательно заставить себя разлюбить.
Недаром говорят, что любовь и ненависть зачастую идут рука об руку. "Ненавижу!" - яростно говорит женщина мужчине, но уже через минуту готова пасть в его объятия, все забыть и все простить. До следующего раза, когда ненависть и презрение вспыхнут с новой силой, и опять она повторит те же слова. Порой, чем больше женщина ненавидит мужчину, тем больше привязывается к нему. Сильные эмоции, даже отрицательные, рождают другие сильные эмоции. И так, ненавидя и любя, она может мучиться долго, не в силах разорвать этот порочный круг и страдая от собственного бессилия.
Пресные мужчины, у которых все по правилам, с ними все заранее предсказуемо и в чем-то даже обыденно, - сама Алла называла такие отношения "сю-сю в розовой глазури", - не могут вызвать сильных ответных чувств. По крайней мере, у такой женщины, как она, которую многие называли тигрицей, не только из-за её сексуального темперамента, но и из-за характера.
А такой сильный мужчина, как Виктор, как раз ей под стать. Проницательный, с прекрасной интуицией, хороший психолог, любовник будто читал её мысли, и с ним нужно было постоянно держать ухо востро. Их любовь - поединок двух сильных натур, постоянное перетягивание каната, - кто кого?
Он и она - как лед и пламя. Он - внешне холодноватый, сдержанный, замкнутый. Она - экспрессивная, эмоциональная, взрывная, все у неё на большом накале. Противоположности притягиваются, не так ли? Вот и её влекло к нему именно то, что Виктор так не похож на нее.
Со свойственной ей властностью, Алла пыталась подчинить его себе, так она поступала со всеми, и никто не мог ей противостоять, - характером верная боевая подруга сильнее многих сильных мужчин, - и Виктор подыгрывал ей. Но - лишь подыгрывал. Делал вид, что подчиняется, выполнял её капризы, соглашался с ней. Но в мелочах. А в целом оставался таким же закрытым и недоступным, как всегда. А она из всех сил раскачивала и его, и себя эмоционально, пытаясь пробиться сквозь его защитную броню. И чем больше выплескивала на него экспрессивных эмоций, тем больше увязала сама.
И вот наконец Алла осознала, что любит его, а не просто играет в привычную ей игру с мужчиной.
Да, Виктор не такой, как другие, да, ей претят многие черты его характера и многие его дела. Да, да, да! Но что поделать - вот такого мужчину она полюбила. И может быть, полюбила именно потому, что он не сдался под её неукротимым натиском, не пожелал полностью играть по её правилам, а играл по своим.
И даже узнав, что он мерзавец, она сейчас не в силах приказать себе: "Я должна его разлюбить!"
Как можно заставить себя разлюбить?! Логические доводы тут не помогают. Чувства разуму не подвластны. По крайней мере, у женщины. И даже у такой, как Алла Дмитриевна Королева, сильной женщины с мужским характером и логическим складом ума.
А если женщина способна укротить свои чувства с помощью разума, - то значит, это не женщина, или это не настоящее чувство.
Алла не только потеряла Виктора, но и потеряла себя.
И что теперь делать? Играть привычную роль? Эта роль ей самой уже кажется фальшивой. Тем не менее, час назад Алла опять прибегла к привычной дурашливой манере и будет использовать ерничанье и впредь, чтобы никто не догадался, как она изменилась, ощущая себя потерянной и незащищенной, будто с неё сдернули маску.
На самом деле этого пока никто, кроме неё самой, не осознает. Выразительные взгляды друзей не остались ею незамеченными, и Алла мысленно усмехалась, понимая, что они говорят друг другу своими взглядами, радуясь, что верная боевая подруга уже понемногу оттаивает и опять ведет себя в свойственной ей цинично-ернической манере.
Ей придется носить эту маску и впредь.
Скрытная Алла никого не пускала себе в душу, ограждая свою личную жизнь и собственные переживания, придерживаясь одного из провозглашенных ею принципов: "Свой голый зад нельзя показывать никому". А уж своей слабости и растерянности Алла тем более не желала никому демонстрировать.
И все же - как быть, как жить дальше? Виктора уже нет, бороться теперь не с кем. Да и любить некого.
Любить покойного? Носить горестную маску печали не в её характере. Хотя есть и печаль, и ощущение утраты, и никуда от этого не деться. Но этого она никому не покажет. Да, потеряла любимого, и сейчас уже неважно, каким он был. Уже ничего не изменишь, не исправишь.
Любить свои воспоминания, призрак ушедшего из жизни любовника? Слабое утешение и неравноценная замена для нее, человека действия, архитектора собственной судьбы, женщины, привыкшей к активной жизни.
Утешиться с другим мужчиной? В общем-то, самый оптимальный вариант. Но её второй любовник Николай, с которым Алла позавчера провела бурную ночь, не заполнил пустоты в душе. Она его не любит, хотя в постели с ним хорошо. Да и подспудно давило то, что он причастен к смерти Виктора. Пусть Николай ни в чем не виноват, пусть он все сделал правильно, - быть может, она бы и сама так же поступила, окажись на его месте, - но что есть, - то есть: именно Николай повинен в том, что любимого сейчас нет рядом с ней. И уже не будет никогда. Ей трудно об этом забыть. И трудно его простить.
Завести нового любовника? С этим проблем нет. Можно и не одного. Но что это даст? Временное расслабление, но в душе по-прежнему будет пустота.
Самое удивительное - за всю свою жизнь Алла любила лишь двоих мужчин, и оба её предали. Первый, её бывший жених Саша, предал её восемнадцать лет назад. И вот спустя многие годы её предал Виктор - второй мужчина, которого она полюбила.
Все остальные, ничего не значащие в её жизни мужчины, приходили и уходили, и ни один из них не доставил ей огорчений. Когда они ей надоедали, Алла их бросала, вот и все. Или оставляла в качестве приятелей, используя, если возникала необходимость.
И только двое любимых ею мужчин причинили ей такую боль, по сравнению с которой все зло, которое она сама причинила брошенным ею мужчинам, не шло ни в какое сравнение.
"Может быть, это закономерно? - подумала Алла, сворачивая во двор своего дома и притормаживая у подъезда. - Мужчина, который тебе безразличен, не способен ранить, потому что ты сильнее его, - тем, что не любишь, - а сделать больно может только любимый, перед которым ты беззащитна".
И когда эта очевидная мысль пришла ей в голову, Алла сразу успокоилась.
"Пусть так, - решила она. - Больше никто никогда меня не ранит. Я никого никогда не полюблю, а значит, не дам слабину. Отставим прошлое в прошлом. Отряхнем прах с ног своих".
Тамара опять вела машину, боясь доверить руль Зое. Доехали быстро сестры жили в получасе езды друг от друга, что по московским понятиям считается рядом.
Въехав в свой старый двор, с которым были связаны воспоминания детства, Тамара зажмурилась. Как они тогда были веселы и беспечны.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37