А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 


- Когда гоняет на мотоцикле.
- А сейчас уже не гоняет?
- Григорий Алексеевич подарил ей "феррари".
Вероника изумленно вскинула брови.
- Месяц знакомы и сразу "феррари"?
- И коттедж.
- Коттедж? - прошептала в ужасе Вероника. - Их во всей Москве всего четыре. И один уже подарил? Мой бедный муж спятил! Что же она творит в постели?
3
Самое досадное, что президент "Артстройинвеста" не ведал, что его пассия творит в постели. За месяц знакомства она не позволила прикоснуться даже к руке. Всегда прагматичный и расчетливый, Григорий Коломенцев впервые в жизни делал женщине такие дорогие подарки и при этом не испытывал никаких угрызений. Честно говоря, он и сам не ожидал от себя такой щедрости. Но для этой девушки ему было не жалко ничего.
Она влетела в его жизнь четвертого сентября, в среду. В этот день он ждал звонка из Вашингтона, поэтому был как на иголках. До его сведения довели, что одна американская строительная фирма хочет предложить ему совместный проект. Речь шла о серийном строительстве дешевого жилого жилья в Москве. "Черт, это же бешеные инвестиции, причем безналоговые!" заволновался президент. Но в это время позвонили с первого этажа и сказали, что к нему рвется корреспондентка.
- Это ещё за каким? - удивился Коломенцев.
- Хочет предложить какую-то необычную рекламу.
- В службу по связям с общественностью, - произнес Григорий Алексеевич и хотел уже было положить трубку, но почему-то поразмыслил и неожиданно спросил, то ли от приподнятого настроения, то ли для того, чтобы скрасить тягомотину ожидания: - Красивая корреспондентка?
- О! - простонал охранник. - Я таких ещё не видел.
Это стон охранника стал решающим.
- Пропустить, - приказал коротко.
Когда она распахнула двери его кабинета, Коломенцев присвистнул. Именно присвистнул - громко и развязно, как лицо кавказской национальности, ему и сейчас за это стыдно. Перед ним стояла тонкая, длинноногая блондинка с ног до головы обтянутая в кожу. Приталенная куртка и облегающие штаны подчеркивали её молодость, независимость и какую-то немосковскую грациозность. Таких Коломенцев видел исключительно в журналах "Плейбой", но никак не в натуре, а тем более не в собственном кабинете.
Девушка сделала вид, что не услышала его свист, тонко улыбнулась и процокала к столу.
- Что будете пить? - произнес президент с шаловливой улыбкой, ещё не сообразив, что нимфа иного пошиба.
- Я за рулем, - отрезала деловито.
- Я тоже, - улыбнулся он. - Какие проблемы?
Президент поднялся с кресла и приблизился к ней. И вдруг его рука сама собой полезла под куртку и легла на её тонкую талию, излучавшую неистовый жар. К такой талии ему тоже не приходилось прикасаться. Она без особой суеты сняла его руку и более чем спокойно произнесла:
- Насчет этого мы, кажется, не договаривались.
- Какие проблемы? Давай договоримся, - произнес он, задыхаясь, и сделал попытку заключить её в объятия.
Она не шарахнулась, не испугалась и даже не сделала назад шага. Столь же спокойно сняла его руки со своей спины и посмотрела в глаза. Ее глаза были серьезны. В них не читалось и намека на куртизанскую шаловливость. В них было нечто такое, что заставило Коломенцева устыдиться и отступить.
- Извините, - произнес с кислой улыбкой и позорно сел на место. - Что вас привело?
- Я прочла рекламную статью в журнале "Деньги" о вашей корпорации. Мне показалось, что она не очень убедительна. В ней все преимущества жизни в элитных домах сводятся только к тому, что это престижно и стильно. Я предлагаю вам несколько иную интерпретацию преимуществ эксклюзивного жилья.
Девушка вынула из рукава вдвое сложенный листок и протянула президенту. Коломенцев быстро пробежался по написанному и с удивлением отметил, что заметка была действительно на три головы выше того, что опубликовали в "Деньгах". Информация была подана убедительно, умно, лаконично и не так вопиюще воняла рекламой. По существу, это были статистические данные о преступлениях, творимых подростками в подъездах московских "высоток". До семидесяти процентов всех хулиганских действий в Москве совершается в подъездах домов девяностой серии. По данным ЮНИСЕФ, проживающие в этих домах дети более агрессивны и менее талантливы, чем в каких-либо других домах. Но если даже не брать в расчет детей, из статистических данных получалось, что в высотных и многоподъездных домах люди в среднем на тридцать процентов больше страдают неврозами, чем в "сталинках" и "хрущевках", а также на сорок процентов больше болеют вирусными заболеваниями.
- Ну, насчет невроза понятно! - поднял голову Коломенцев. - Чем выше этажность, тем дискомфортней себя чувствуют старики и дети. Это факт известный! Но при чем здесь вирусные заболевания?
- Ни в одной стране мира в домах нет мусоропроводов, - ответила журналистка. - Мусорная свалка под домом - как раз и есть источник заразы.
- Логично, - согласился Коломенцев и снова уткнулся в текст, где сухо, но убедительно, с цифрами и фактами доказывалось, что однотипность строений ведет и к упадку общей культуры. В конце концов, этому пытаются противостоять лишь некоторые строительные организации во главе с их лидером "Артстройинвестом", специализирующимся на нетипичных жилых объектах. Реклама, таким образом, вытекла сама собой и очень даже ненавязчиво.
Коломенцев внимательно посмотрел на собеседницу.
- Но откуда у вас эти цифры? Я не верю, что МВД и Минздрав когда-нибудь занимались подобными исследованиями.
- Совершенно верно, - улыбнулась журналис
тка. - В России нет такой статистики. Эти данные из-за рубежа.
- А им-то зачем это нужно? - искренне удивился президент.
- Вы сомневаетесь в точности моих данных?
Президент подумал и произнес:
- Я - нет. Но серьезные люди могут усомниться. А если цифры надуманны? Вдруг статистическое управление даст опровержение?
Журналистка улыбнулась.
- Вы же сами сказали, что никто никогда не производил подобных расчетов. Так что оправергнуть эти данные практически некому. Что вас смущает? Если факты убедили вас, то убедят и других. Главное здесь - не точность в цифрах. Главное - привлечь внимание общественности к этой проблеме.
Коломенцев внимательно вгляделся в разумные глаза журналистки и сильно пожалел, что попытался взять её нахрапом. Черт, так опозориться. А ведь она предлагает дело.
- Сколько вы хотите за вашу заметку? - спросил он деловито.
- Две тысячи баксов.
Президент задумался. Деньги его не смутили. Его смутило сотрудничество с той, с которой он уже потерпел поражение.
- Мы подумаем, - холодно произнес он. - Оставьте у секретаря ваш телефон.
4
Она поймала её у дверей редакции. Вероника птичкой выпорхнула из "мерседеса" и подлетела к журналистке в тот самый момент, когда та уже занесла над мотоциклом свою стройную ножку.
- Что же вы не ездите на "феррари"? - ласково пропела Вероника, пожирая девушку прищуренными глазами.
В натуре она оказалась намного эффектней, чем на фотографии. Мотоциклистка пристально посмотрела на появившуюся перед ней даму, после чего перевела внимательный взгляд на "мерседес", в котором сидели трое мужчин, и сразу все поняла.
- Вы, вероятно, жена Григория Алексеевича, - произнесла девушка с английским спокойствием. - Можете успокоиться, "феррари" я не приняла.
- Вам не понравилась машина? - расплылась в улыбке Вероника.
- Мне не понравился барский жест вашего мужа, - презрительно ответила девушка.
- А как вам вилла на крыше элитного дома? - поинтересовалась Вероника Аркадьевна. - Надеюсь, она-то вам пришлась по вкусу?
- Виллу я тоже не приняла, - усмехнулась журналистка и завела мотоцикл. - Я не принимаю подарков от мужчин подобного рода.
- Это какого же рода? - подняла бровь "президентша".
- Которые ничего не делают бескорыстно. Можете быть спокойны: у меня с вашим мужем нет никаких отношений. И, вероятно, не будет!
Произнеся это с усмешкой, она подмигнула и лихо рванула с места, обдав Веронику ревом и выхлопной синевой. Жена президента застыла на месте, из "мерседеса" вышел телохранитель и участливо спросил:
- Она вас обидела, Вероника Аркадьевна? Догнать?
- Вы её не догоните, - выпятила челюсть "президентша" и направилась к машине.
Теперь стало ясно все. Опасность намного сильнее, чем она предполагала. Этой шлюшке действительно не нужен "феррари" и действительно не нужен эксклюзивный коттедж на крыше элитного дома. Ей нужно все.
От этой мысли Вероника Аркадьевна побледнела. Ведь только благодаря ей создана эта мощная строительная империя. Что бы делал муж без нее? Сломался после первой неудачи! Она научила его держать удар. Она научила его стойкости, упорству и мужеству. Она из дня в день внушала, что ему нет равных по силе и уму не только в Москве, но и во всей России. Она заставила его поверить, что он самый талантливый, самый удачливый, самый неординарный из всех московских строителей, хотя, если быть откровенной, его способности весьма скромны. Но мужчине главное, чтобы им восхищалась женщина. Мужчине главное - надежный тыл, и тогда он своротит горы. А сколько сил затратила Вероника, чтобы изо дня в день вдалбливать в его тупую башку, что он самый красивый, самый неотразимый, самый обаятельный из всех мужчин и в постели ему нет равных. При этом, конечно, она намекала, что и лучше её в постели не найти... Словом, без её поддержки и внушений он бы никогда не стал тем, кем был теперь. И вот сейчас молодая свиристелка придет и заберет все?
- Ни за что! - прошептала Вероника Аркадьевна и велела ехать к мужу в офис. Давно она ему не вправляла мозги.
До того как женить на себе Гришу, Вероника дважды побывала замужем. Первый муж был видным, кучерявым и стройным. Он был эталоном мужской красоты, на него заглядывались женщины. Однако для супружеских обязанностей он оказался абсолютно непригодным. Нарцисс любовался только собой, а в постели был типичным импотентом. Второй муж был высоким брюнетом, вальяжным, неторопливым, умиротворенным, с многообещающим взглядом и с таким умным лицом, что рядом с ним любому было не по себе. На таких женщины падки, но, как после выяснилось, весьма напрасно. То, что обещал взгляд, было обманом чистой воды. Поначалу за выполнение супружеских обязанностей он принялся довольно активно, но к третьему году семейной жизни довел занятие любовью до одного раза в месяц. Вот не везет так не везет! А Веронике было всего тридцать один. Пришлось расстаться и с ним. Не закапывать же себя заживо! И тогда ей сведущие люди сказали, что если ей так важна в браке постель, то пусть возьмет в мужья либо лысого, либо пацана. Лысых импотентов не бывает. Они всегда неутомимы и непредсказуемы. Недостаток лишь в том, что одной женщины им всегда мало. Что касается пацана, то лет через десять природа начнет брать свое, и в конце концев он неизбежно оставит свою стареющую супругу ради юной кокетки. Жить с таким это изо дня в день доказывать, что в постели тебе нет равных.
Лысый не подвернулся, а подвернулся двадцатидвухлетний студент Московского архитектурного института Гриша Коломенцев. Многоопытная тридцатидвухлетняя Вероника с первых же дней их знакомства принялась вытворять в постели такое, что юный муж её боготворил. Но тогда он был молод и весь в её власти. А сейчас стал уверенным в себе мужчиной, сильным, богатым, крепко стоящим на ногах и уже, возможно, не нуждающимся в опыте своей жены.
- Поворачивай домой. Я раздумала, - произнесла Вероника.
И водитель круто развернулся на полосе, нарушив все правила дорожного движения. Жена президента молчала до самой Озерковской набережной. Выйдя из машины, она поманила пальцем детектива.
- Мотоциклистка должна исчезнуть, - шепотом произнесла Вероника и шагнула в дом, но на пороге неожиданно обернулась и добавила: - Вместе с мотоциклом...
5
Почему-то после ухода этой девушки Коломенцеву стало не по себе. В девицах подобного рода ему никогда не было отказа. Это был первый случай, когда его так безапелляционно "отшили". И выпроводил он её по-глупому. Получалось одно из двух: либо это мелкая месть за то, что она его отвергла, либо ему жалко двух тысяч баксов. И то и другое сильно царапало самолюбие.
Президент перечитал заметку журналистки и вдруг подумал, что себя он может реабилитировать только в том случае, если подловит её на подтасовке фактов. В данный момент они очень выгодно говорили в пользу элитных домов, которые возводила их корпорация. Если такой проблемы, которую подняла она, не существует, будет повод отчитать её по полной программе. Пусть знает: "Артстройинвест" не использует ложь в своих меркантильных интересах.
Коломенцев позвонил бывшему главному архитектору Москвы Арнольду Глазьеву. Тот едва узнал в президенте известной корпорации своего бывшего студента.
- Какие проблемы, Гриша? Всегда рад помочь.
- Ведутся ли у нас исследования о психологическом состоянии жильцов, живущих в многоквартирных домах?
- Могу вам с полной уверенностью сказать, в России никогда подобные исследования не велись, и, насколько мне известно, не ведутся по сей день. За рубежом - да. Такие исследования проводились в Америке, Канаде и Германии. Особенно пристально шло наблюдение за русскими, живущими в домах девяностой серии. Когда в конце семидесятых Советский Союз взял стратегический курс на строительство этих многоподъездных высотных коробок, весь архитектурный мир ахнул.
- Почему? - удивился Коломенцев.
- Это долго объяснять. Лучше прочтите статью немецкого архитектора Генриха Штольца в журнале "Штерн". По-моему, четвертый номер семьдесят четвертого года... Там он много любопытного пишет о специфических особенностях конструкции этих домов. Штольц называл их "мышеловками".
- Вряд ли я прочту. О чем там речь, если в двух словах?
- В двух словах не расскажешь. Но, в частности, там есть такая любопытная фраза: "С Россией не нужно воевать. Нужно только набраться терпения. Через пару десятилетий русских раздавят жилищно-бытовые проблемы". Понимаете, о чем речь?
- Не вполне.
- Видите ли, в чем дело: я тоже выступал против многоподъездных "высоток". Во-первых, само строительство было отнюдь не дешевым. Но это пустяки по сравнению с тем, сколь колоссальные средства понадобились на их обслуживание. Ну вы же сами архитектор и знаете, что чем больше подъездов в домах, тем больше средств уходит на эксплуатацию. А недофинансирование рано или поздно приводит к деградации. Сегодня это очень актуально. Треть городского бюджета съедает жилищно-коммунальное хозяйство, но все равно нужно в десять раз больше. Эти дома уже выкачали из бюджета в двадцать раз больше, чем было затрачено на их строительство. И это только начало.
- Так вот почему проект назвали "мышеловкой", - сообразил Коломенцев.
- Догадываетесь, да? Жильцы стали заложниками своих квартир. Пожалуй, для российского бюджета будет дешевле демонтировать эти дома и построить новые жилые массивы, чем продолжать держать их на балансе. Но на это нужны колоссальные средства. Вот что значит пренебрегать зарубежным опытом.
- На Западе тоже были проблемы?
- А как же! Но, конечно, не в таких масштабах, как у нас. Опыт строительства подобных домов был. Но у них, слава богу, не было серийности. Они переболели многоподъездностью ещё в тридцатых. Но, по иронии судьбы, именно в семьдесят четвертом году, когда в Канаде на архитектурном симпозиуме весь мир взял курс на строительство либо одноподъездных, либо вообще безподъездных домов, Россия, как будто в насмешку всему миру, утвердила программу строительства "мышеловок".
- Странно, - пробормотал президент корпорации.
- В этом деле много странного, - согласился Глазьев. - Самое интересное, что сегодня ни в одной архитектурной энциклопедии вы не найдете имен проектировщиков этих домов. Как этой группе, совершенно безымянной в советской архитектуре, удалось протолкнуть такой проект на государственном уровне - просто загадка. Троих из них я знал лично. Двое сейчас в Америке, один в Израиле.
Коломенцев долго молчал, переваривая услышанное, затем неожиданно спросил:
- А может быть правдой, что люди, живущие в таких домах, более агрессивны и менее талантливы?
- Вполне, - ответил Глазьев. - Но это не ко мне. Это к Карениной Ларисе Петровне. Она занималась этими проблемами, причем с точки зрения искусствоведения. Могу дать телефон...
Буквально через минуту после того, как президент положил трубку, позвонили из Вашингтона. Разговор был краткий и деловой. На первом этапе американцы готовы инвестировать в строительство жилых домов в России полтора миллиарда долларов.
- Прислать вам проект конструкции домов? - спросили из-за океана.
"Какой к черту проект? - нетерпеливо взвизгнуло внутри. - За такие деньги он воздвигнет жилые массивы по любой конструкции".
- Пришлите, - ответил, едва сдерживая волнение.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22