А-П

П-Я

 https://1st-original.ru/goods/dior-j-adore-264/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

Стейга Миермилис

Последняя индульгенция


 

Здесь выложена электронная книга Последняя индульгенция автора по имени Стейга Миермилис. На этой вкладке сайта web-lit.net вы можете скачать бесплатно или прочитать онлайн электронную книгу Стейга Миермилис - Последняя индульгенция.

Размер архива с книгой Последняя индульгенция равняется 134.72 KB

Последняя индульгенция - Стейга Миермилис => скачать бесплатную электронную книгу



OCR Busya
««Латышский детектив», том I»: Лиесма; Рига; 1990
ISBN 5-410-00684-4
Аннотация
Повесть М. Стейги «Последняя индульгенция», занимательная и остросюжетная, касается важных нравственных и социологических проблем. Книга основана на документальном материале и погружает в атмосферу безнадежной фатальности, царившей в советской торговле
Миермилис Стейга
Последняя индульгенция
I
В этот поздний час пассажиров в электричке было мало. Сезон кончился, ездили теперь только местные и, пожалуй, еще те, кого звали совсем уж неотложные дела.
Сидя у окна, Ольга Зиедкалнс пыталась вязать, тщательно подсчитывая петли сложного узора; так она надеялась унять волнение. Но тревога не отступала, петли путались, узор нарушался. Вздохнув, она сложила вязанье и подняла глаза.
Сидевшая напротив модно одетая женщина читала, хотя при тусклом свете это казалось почти невозможным. Ольга следила за движением пальцев, перелистывающих страницы. Хотелось заговорить, облегчить душу, может быть, даже попросить совета. Но ей казалось неудобным беспокоить чужого человека.
Отвернувшись, Ольга стала смотреть в окно. Там была ночь; капли дождя разбивались о стекло и бессильно стекали, сырость, казалось, сочилась из всех щелей. По телу прошла дрожь. «А может быть, не надо ехать? Сойти на первой же остановке и вернуться в Ригу? И в самом деле, зачем она едет?»
Она заранее знала ответ: ради сына. Ради Ромуальда она готова пуститься не только в Пиекрастес, но хоть на край света… Интересно, что он делает сейчас? Занимается, наверное. Если только не пришла Дана. Милая девушка, но слишком уж легкомысленна. Отвлекает его от учебы…
Скоро Пиекрастес. С ним связаны и другие воспоминания: печально улыбавшееся лицо в окне вагона. Последняя встреча…
– Не грустите, – услышала она. – Мужчины того не стоят. – На Ольгу глядели понимающие, темные глаза. – Кажется, мы знакомы?
Где-то Ольга уже встречала эту женщину. Да, много лет назад. Четвертая палата. Эта лежала у стены. Тогда она была совсем молоденькой… Нить мыслей оборвалась.
– Извините, пожалуйста! – Ольга, преодолев робость, обратилась к соседке.
А о чем спрашивать, собственно? Что может посоветовать в таком деле чужой человек? Глупости. Решать надо самой…
– Извините, пожалуйста, – повторила она уже спокойно. – Вы не скажете, который час?
– Без семнадцати двенадцать.
– Спасибо, – Ольга взглянула на часы. – Мои спешат.
Да и некогда уже разговаривать. Через десять минут станция.
Ольга открыла сумочку, причесалась. Потуже стянула шарфик на шее, застегнула плащ.
За окном резко прогудел локомотив. Мимо с грохотом промчался встречный состав.
* * *
Щетки стеклоочистителя неторопливо скользили туда-сюда по лобовому стеклу машины; так, припав к земле, шевелит хвостом подстерегающая воробья кошка.
Водитель, наклонившись вперед, неотрывно смотрел в очищенный от капель сектор стекла.
В тусклом свете фонаря виднелось одинокое здание станции, обшитое тесом. Стена была зеленого цвета, но сейчас дождь и полумрак делали ее серо-желтой. На перроне не было ни души. Вокруг лежала тяжелая тишина.
Вдали возникло светлое пятнышко. Оно становилось все ярче, и вскоре прожектор поезда вырвал из мглы широкую площадь перед вокзалом. Машина осталась в темноте; ее скрывала стена складского помещения.
Поезд остановился у перрона. Несколько пассажиров, спасаясь от дождя, поспешили к вокзалу. Молодая парочка собралась было пересечь рельсы перед поездом, но свисток локомотива удержал их. На перроне осталась лишь одна женщина. Она растерянно оглядывалась и, казалось, не замечала дождя, хлеставшего по волосам, лицу, льющего за воротник. Наконец она, словно очнувшись, вынула из сумки складной зонтик, раскрыла его и, торопливо миновав станцию, зашагала по направлению к морю.
«Одна», – отметил водитель и повернул ключ зажигания.
Мотор заворчал. Машина с выключенными фарами медленно объехала склад и, выехав на дорогу, резко набрала скорость.
* * *
Сразу промокли ноги.
«Отвратительная погода, – подумала Ольга. – Надо было послушать сына и надеть сапоги».
Ее пробирала неудержимая дрожь. От холода или от волнения? Но идти предстояло недалеко, каких-нибудь двести метров.
Ольга оглянулась. Никого. Идти надо до первого дома, там свернуть вправо. В такой поздний час близ моря вряд ли повстречается кто-нибудь.
Освещенные окна станции остались позади. Впереди темнела дорога меж высоких сосен. Ольге стало страшно. Она ускорила шаг.
Внезапно сквозь монотонный шум дождя прорвался рев мотора. Ольга инстинктивно метнулась в сторону. Но не успела.
Мощный удар швырнул ее в воздух. Потом голова ударилась о булыжник, и все померкло навсегда.
II
Валдис Розниекс поглядел на часы и повернулся на другой бок. Нет, сон его прервал не будильник. «И часу не поспал», – сердито подумал он. Звонок повторился. Ну конечно – телефон. Злейший враг Валдиса стоял у самой постели. Инта мягко опустила ладонь на плечо мужа. Она еще не проснулась по-настоящему. Валдис всегда точно определял, спит она или нет.
– Спи, – прошептал он и снял трубку.
Голос Улдиса Стабиньша прозвучал, как и всегда, бодро и чересчур громко для ночной тишины.
– Мигом прыгай в брюки, да не забудь застегнуть пуговицы! – скомандовал он. – Мы сейчас подъедем.
– Что стряслось? – хмуро спросил Валдис. Шутки Улдиса ему никогда не нравились: они чаще бывали банальными, чем остроумными, и нередко звучали не к месту. Вот и сейчас шутка не рассмешила, скорее разозлила. – Где горит?
– Следы горят! – заявил Улдис. – Следы, понятно? Или еще дремлешь? Недалеко от станции Пиекрастес машина сбила женщину. Шофер скрылся. Шефу можешь не звонить, я ему все уже изложил.
Послышались короткие гудки: Улдис положил трубку.
«Черт бы взял Улдиса со всем его Пиекрастес!» – сердито сопя, Валдис стал набирать номер. Уж больно обнаглел Улдис. Дорожные происшествия должны расследовать милиция с автоинспекцией, а вовсе не прокуратура. Послать его подальше и уснуть.
Он опустил трубку. А если случай и вправду сложный? Так или иначе, потом придется разбираться с ним. А что упустишь на месте происшествия, потом не возместишь, веди следствие хоть год, хоть два. Как было, например, когда за мостом автобус налетел на мотоциклиста. Автоинспектор Заланс с дружинниками так все испортили, что потом пришлось расхлебывать кашу всем скопом, но и после этого в деле осталось много неясностей.
Инта зажгла ночник, откинула одеяло и встала с постели. Сквозь тонкий шелк ночной рубашки Валдис видел ее тело. И остро почувствовал, что не хочет никуда ехать, а остаться в теплой постели… Инта натянула цветастый халатик, не сказав ни слова, пригладила перед зеркалом волосы и вышла из комнаты.
Желание не покидать постель понемногу отступало под натиском недремлющего чувства долга. Розниекс вскочил, быстро оделся. Инта уже орудовала на кухне. Она давно знала, что делать в таких случаях. Стоя у стола, обжигаясь, Валдис глотал крепкий кофе. То был лучший способ войти в рабочее состояние. Он помедлил еще мгновение, прикидывая, не забыл ли впопыхах что-нибудь нужное. Потом на цыпочках подошел к детской. Так он делал всегда перед выездом. Детей приходилось чаще видеть спящими, чем бодрствующими.
Натянув плащ, он спустился по лестнице, спиной ощущая взгляд Инты. Вот она прощально кивнула; это он тоже почувствовал, не оглядываясь. Валдис поднял руку, беззаботно помахал. Слишком часто приходилось так прощаться среди ночи.
Дождь только что перестал. Капли, словно в нерешительности, еще держались на краю крыши, потом отрывались и тяжело падали, звонко разбиваясь об асфальт. Тело охватил неприятный озноб. Розниекс передернул плечами и сгорбился. За эту привычку сутулиться Инта постоянно корила: «Выглядишь, словно горилла, рядом стыдно идти. И Андрис стал уже подражать». Инта была права, но он каждый раз обижался: «Не нравится – иди передо мной или сзади!» – и все же приосанивался.
Широкими шагами следователь пересек улицу.
Дверца черной «Волги» была распахнута, из нее валил дым. Розниекс не курил и не переносил дыма, теперь вот придется лезть в прокуренную машину… Он заглянул внутрь:
– Фу, какой дрянью вы забиваете легкие!
– Дряни не употребляем! – бодро откликнулся Улдис Стабиньш, инспектор угрозыска. – К твоему сведению, «Кент»! Пробовал? Хотя где же прокуратуре достать такое.
«Мы с Улдисом почти сверстники, и до такой степени непохожи. На чем, собственно, держится наша дружба? Я не такой прыткий, как он, мне не хватает его моментальной реакции, способности мгновенно ориентироваться в любой обстановке. А ему, наверное, все же нравится мое, как он острит, быстрое, как улитка, но обстоятельное мышление».
Валдис попытался ладонью хоть немного разогнать дым. Затем уселся рядом с медицинским экспертом доктором Яункалныньшем. «Просто наказание, как трудно уместиться с моими габаритами.» Плащ подвернулся и не позволял расправить плечи, трудно было пристроить и ноги.
– Мне все равно, смолите вы американские или турецкие, – проворчал он. – Не понимаю только, к чему отравлять наш прекрасный ионизированный морской воздух.
– Не ворчи, старик, – отозвался Улдис, – это невежливо. Мы же так давно не встречались.
– Давненько, – подтвердил доктор Яункалныньш. – Не понимаю только, как Стабиньш решился выехать на место происшествия без своего мыслительного устройства – без головы, попросту говоря.
– Правильно! – оживился Валдис, довольный возможностью отыграться. – Ты же вчера оставил свою голову в залог Кубулису!
Все они расстались лишь несколько часов назад, после импровизированного шахматного турнира дома у прокурора Кубулиса. Стабиньш поручился головой, что Кубулиса никому не обыграть. Однако Яункалныньш выиграл у прокурора две партии.
– Зачем мне голова? – Стабиньш многозначительно покосился на форменную фуражку Розниекса, которую Инта заставила его надеть из-за дождя и которая ему совершенно не шла. – Я же фуражек не ношу.
Технический эксперт майор Ваболе, откинувшись на сиденье и опустив веки, устало добавил:
– Стабиньш прав. Для него голова не обязательна, он пользуется по большей части головой Розниекса. Другое дело – ноги. Ноги у него главный инструмент.
Подобные выпады Улдис Стабиньш никогда не оставлял без ответа, но нападения со стороны воспитанного и неизменно вежливого майора он не ожидал и на сей раз промолчал. Наверное, Улдис успел уже надоесть майору: обычно все его остроты Ваболе пропускал мимо ушей.
«Волга» заворчала и, словно черный гладкий доберман, учуявший след преступника, устремилась вперед. Яркие лучи фар рассекали плотную мглу, выхватывая из нее здания, заборы, деревья, столбы, и все это, кружась в странном танце, все быстрее проносилось мимо. Улицы были пусты. Изредка виднелось освещенное окно. Может быть, кто-то зачитался, а может быть, мучился от бессонницы, одолеваемый тяжкими раздумьями. «Мы – те, кто охраняет их спокойствие и безопасность, – подумал Розниекс. – И вот, снова не уберегли…»
Майор Ваболе словно подслушал его мысль:
– С первого сентября у нас сократили число патрульных групп. Людей не хватает. Сезон кончился – справимся, мол, и так.
Валдис вдруг понял, что сидящий рядом пожилой человек бесконечно устал. То было не утомление одного дня, но та усталость, что въедается в кости и не проходит, как продолжительная, неизлечимая болезнь. Карл Ваболе незадолго до войны поступил на химический факультет. Защищал Лиепаю, был тяжело ранен под Нарвой, а закончил войну в Курземе. Демобилизовавшись, по призыву партии пошел работать в милицию и был назначен начальником милиции Пиекрастского уезда. Ваболе был хорошим, дисциплинированным солдатом, но настоящего начальника из него не получилось. Спокойный и доброжелательный характер не позволял ему командовать, мешал повышать голос, когда требовалось. И когда в министерстве создали научно-техническую лабораторию, Ваболе попросился туда.
– Весь этот район патрулируют лишь три группы. Как же им за всем уследить? Зона за станцией вообще остается без присмотра. Нашли отговорку: на станции дежурит железнодорожная милиция. Один милиционер на четыре станции! И дорога плохо освещена, – продолжал Ваболе с досадой. – Сколько раз говорили об этом на заседаниях исполкома! Надо экономить энергию, видите ли. Летом, мол, и так светло, а после сезона здесь никто не ходит и не ездит. Вот и погиб человек…
Сидевший впереди Улдис повернулся к ним:
– И что она, бедняга, искала здесь среди ночи?
– И шофер тоже, – прибавил Розниекс и смолк.
Действительно, странно. Сезон миновал, ходят тут редко, проезжают и того реже. И вдруг на дороге одновременно оказались и пешеход, и машина. Откуда? Куда? Случайное совпадение? По теории вероятности – возможно, а по логике?…
Шоссе кончилось, и машина запрыгала по грейдеру.
«И ночь, как назло – хоть глаз выколи. Что мы разглядим?» Настроение у следователя было не из лучших. Он пригнулся:
– Хоть личность потерпевшей установлена?
Похоже было, что вопрос Улдису не понравился.
– Документов при ней не обнаружено, – хмуро ответил он.
Ровный рокот мотора временами прерывался дробью резких ударов: щебень из-под колес барабанил по днищу машины.
– Надо надеяться, кто-то видел происходившее? – снова заговорил Валдис.
– Очевидцев нет, – пожал плечами Улдис. – Дежурный по станции услышал крик, выскочил и увидел удиравший грузовик без огней. Марку и номер в темноте не разглядел.
– Больше никого вблизи не было?
– В зале ожидания – несколько пассажиров. Участковый Карклс уже говорил с ними, но, к сожалению, и они ничего не знают.
– Не слишком-то много информации для успешного расследования.
– Что верно, то верно, – согласился Улдис. – В темном месте дождливой ночью неопознанная машина сбивает неизвестную женщину по неустановленным причинам. Свидетелей нет, а следы дождь наверняка уже смыл.
– Сколько у тебя сейчас нераскрытых преступлений? – снова подался вперед Валдис.
Улдис понял.
– Типун тебе на язык!
– Это тебя от строгача не спасет.
– Для этого, что ли, я тебя позвал?
– А я это специально. Думаешь, кроме дорожных происшествий, мне и заняться нечем?
– Претензии предъявляй своему шефу. Он приказал тебя поднять. Счет за сверхурочные и за вредность адресуй ему.
– Шеф, шеф… – проворчал Валдис. Он знал, что так или иначе пришлось бы ехать и вместе с Улдисом заниматься расследованием. Однако злость на весь свет заставляла огрызаться. Наверное, организм требовал передышки. «Инта третий год строит разные планы на отпуск, начиная с Черного моря до поездок на Урал, Байкал, даже за границу, – не к месту пришло ему в голову. – Все теперь ездят, – упрекает она, – только у нас никак не получается…» Да и сам Валдис давно уже надеялся достать путевку на Кавказ и подлечить проклятую язву, особенно донимавшую, когда он, захваченный работой, забывал поесть вовремя. Вот и сейчас она беспокоила.
«Волга» замедлила ход. В лучах фар на сизом фоне дороги показалось несколько предметов, с приближением машины они становились все больше. У обочины стояла «скорая», дальше – газик участкового Карклса и мотоцикл автоинспектора. «Волга» остановилась, скрипнув тормозами. Оперативники выскочили одновременно из всех дверец и заспешили на место происшествия. Там несколько человек уже стояло полукругом подле распростертой на земле женщины.
От них отделилась врач в белом халате.
– Переломы черепа и позвоночника, – ответила она на немой вопрос Розниекса. – Смерть наступила мгновенно.
Розниекс поздоровался с участковым инспектором лейтенантом Карклсом, невысоким худощавым человеком, и с широкоплечим автоинспектором, старшим лейтенантом Залансом.
– После происшествия здесь никто не проезжал? – спросил следователь, не обращаясь ни к кому в частности.
Заланс, казалось, обиделся.
– Мы сразу же перекрыли дорогу. Вы что, не видели знака?
III
Пятитонный ЗИЛ-130 мчался по ухабистой дороге. Шофер не искал, где ровнее – гнал по прямой. Колеса били по выбоинам, рессоры стонали под непрерывной серией ударов. Мотор натужно выл. Дождь уже стих, но множество луж со всех сторон обдавало машину глинистой грязью. Серебристые стволы берез выскакивали из мрака и, ослепленные фарами, бросались машине наперерез, потом отскакивали, уступая дорогу, и, волоча за собой длинные тени, скрывались в темноте.
Сжимая потными ладонями баранку, Антс Уступс жал на газ. Спидометр показывал под девяносто.
«Еще два километра – и шоссе, – подумал Антс. – Там можно будет разогнаться и до ста, показать, на что эта телега способна».
Лобовое стекло снова покрылось мелкими каплями дождя, вскоре слившимися в туманную пелену. Антс включил стеклоочиститель.
Машина наконец вырвалась на шоссе и увеличила скорость. Вдали уже светились огни города. Они приближались. Вот и неоновое табло: «Рига – 10 километров». В этом месте обычно дежурили автоинспекторы.
Антс попытался отогнать мрачные мысли.
«Путевка и командировочное у меня в порядке. Правда, вернуться надо было днем, но кто это знает? Если бы они что-нибудь пронюхали, меня бы тут ждали. А так – кто станет ни с того ни с сего перетряхивать всю машину?…»
И все же по спине бегали мурашки страха, ноги словно онемели, под ложечкой сосало. «Ну, старик, только без паники, – успокоил себя Антс. – Это просто нервишки, держись, иначе всему конец».
Машина приближалась к городу. Колонны встречных автомобилей казались бесконечно длинными. Там и сям из темноты показывался пешеход, поднимая руку. Брать пассажиров было нельзя. Иди знай, что они за птицы. Зато свидетели из них всегда – первый сорт. Кто ехал, во сколько, откуда, куда – все изложат, да еще и присочинят.
Антс миновал пост автоинспекции. Будка была закрыта, никто не дежурил. Антс облегченно вздохнул.
Придорожные деревья больше не бежали строем, а выскакивали навстречу поодиночке, все реже. Показались первые заборы, дома, улица. Антс снизил скорость и переключил свет.
За большим мостом он резко притормозил. Позади взвизгнули тормоза другой машины.
Мгновение Антс колебался. Посмотрел на часы. Было без двадцати десять. Он пропустил встречную «Волгу», повернул налево и пересек центр города. В переулке остановил машину под большим вязом. Вокруг спали темные каменные дома. Лишь одно окно, на пятом этаже, голубовато светилось.
Лиесма ждала. На сердце потеплело. Антс заглушил мотор и по привычке включил вторую передачу, чтобы машина стояла надежно. Из-под сиденья вытащил небольшой пакетик, сунул в карман и вылез. Сделав несколько шагов, перемахнул через невысокий заборчик, пересек двор и вышел в другой переулок. Повернув за угол, вошел в подъезд шестиэтажного дома. В лифте поднялся на пятый этаж. Выйдя, настороженно огляделся.
На лестнице никого не было. Он нажал кнопку звонка. Видимо, здесь его ждали. Послышались быстрые шаги, звякнул замок, и дверь приотворилась.
– Тебя никто не видел? – прошептал женский голос, потом дверь за Антсом захлопнулась.
IV
В желтоватом свете фар женщина на булыжнике выглядела маленькой и жалкой. Светлые волосы вымокли в крови, в широко раскрытых глазах застыли удивление и ужас.
Валдис подошел к ней порывисто, словно кто-то подталкивал его сзади. «И когда я только научусь преодолевать себя и видеть в происшедшем только материал, с которым предстоит работать! – упрекал он сам себя. – Лишние эмоции никому не нужны. – В горле стоял комок. – Но кому нужна такая бессмысленная смерть?» Розниекс пожал плечами, сжимая и разжимая потные пальцы.
Подошел Яункалныньш, уже натянувший халат и перчатки. Он что-то говорил, но Розниекс все еще стоял неподвижно. Наконец он спохватился: пора было начать осмотр места происшествия.
– Ну за дело, – словно со стороны услышал он свой невыразительный голос. А сам в этот миг боролся с неожиданным желанием протянуть женщине руку, чтобы помочь ей встать. Он никогда не мог примириться с такой смертью. Не зря психологи уверяют, что подсознание сильнее нас самих. Значит, и такие странные характеры тоже естественны.
Доктор Яункалныньш был совершенно спокоен. Он нагнулся, заглянул женщине в глаза, деловито ощупал череп, проверил окоченелость рук и ног.
– Смерть наступила около двенадцати, – заключил он. Следователь тоже нагнулся, опустился на колени. Было неудобно. Впрочем, женщине куда неудобнее лежать на камнях. Подстелить что-нибудь?… – Он отогнал лишние мысли. Попытался сосредоточиться, но не удалось. В молодости Розниекс хотел стать врачом, спасать людей от смерти. А стал следователем. И его удел – уже совершившиеся факты. Умершей не поможешь, можно лишь найти виновного, чтобы он не причинил зла и другим.
Розниекс встал, подозвал Карклса и попросил поставить машины так, чтобы лучше осветить фарами место происшествия. Наконец он совладал с собой, и все в его восприятии изменилось. Теперь он видел бездыханное тело, обмякшее, как воздушный шар, из которого выпустили воздух. «Наверное, поэтому в старину и считали, что после смерти душа покидает тело, – мелькнуло в голове. – К сожалению, ей в душу уже не заглянешь. А может быть, именно там нашелся бы ключ к непонятному происшествию».
Майор Ваболе, увешанный, как корреспондент, кинокамерой и несколькими фотоаппаратами, сумками и коробками, чьи ремни скрещивались на его шее, двигался словно в некоем танце – вперед, назад, в стороны, снимая на фото– и кинопленку место происшествия с разных сторон. Лампа-вспышка бросала на лица окружающих зеленовато-золотые пятна света.
Моторы смолкли, лучи света с трех сторон скрестились на неподвижном теле. Розниекс тоже оказался в центре освещенного пятачка. Свет порождал ощущение тревоги, предметы в нем выглядели искусственными. Следователь снова опустился на колени, словно для молитвы. Напротив него в той же позе склонился майор Ваболе.
Женщина была одета по-городскому, косметикой пользовалась умеренно, со вкусом. У нее были светло-каштановые волосы, чуть подкрашенные там, где проступала седина. На шее – морщинки; женщины обычно стараются замаскировать их при помощи косметических средств. Ей можно было дать около сорока. Карманы плаща оказались пустыми – ни. единой бумажки, хотя бы старого трамвайного или троллейбусного билета; это было странно. Самый большой хаос царит обычно в женских сумочках, и по их содержимому можно прочитать, самое малое, половину биографии и многое об особенностях характера их владелиц. Но на этот раз сумочки не было, как и документов и денег.
Розниекс снова подозвал Карклса, тем временем осматривавшего вместе со Стабиньшем и автоинспектором дорогу и ее обочины.
– Сумочки не нашли. Только это, – инспектор протянул сломанный зонтик, напоминавший подстреленную птицу.
Майор Ваболе поднял голову.
– Далековато залетел он от удара, – заметил он и продолжал изучать при помощи сильной лупы одежду погибшей.
– Ни один преступник еще не исчезал, не оставив следов, – негромко, словно самому себе проговорил он. Пинцетом извлек из кружева блузки застрявшие в петельках частицы, затем ножницами отрезал прядь волос погибшей, вырезал несколько круглых лоскутов из ее одежды. Все это он разложил по коробочкам и пробиркам, которые тут же запечатал в присутствии понятых.
– Теперь у нас есть цвет машины и старая грязь с ее передка, отскочившая при ударе, а также небольшой отпечаток протектора на ногах потерпевшей. – Майор выпрямился, ободряюще глянул на Розниекса и подмигнул, как бы давая понять, что дело вовсе не такое уж безнадежное.
Следователь промолчал. У оптимистов, говорят, гибнет меньше нервных клеток. Ладно, пусть старик утешает себя.
Розниекс немного прошел по дороге. Об отпечатках шин нечего и думать: дождь все смыл. Но в месте наезда могла пролиться капля-другая масла. Пригнувшись, он всматривался в каждый камень. Так и есть! Свет фонарика позволил разглядеть небольшое темное отблескивавшее пятно. Здесь, видимо, машина и налетела на человека. Да, женщину отбросило далеко. Сейчас установим, на сколько метров…
Следователь вынул рулетку и поискал глазами кого-нибудь, кто мог бы придержать конец. У машины Улдис Стабиньш разговаривал с обступившими его свидетелями. Он умел располагать к себе людей. Ему рассказывали даже и то, что другому не удавалось бы и выспросить. Зато он терпеть не мог копаться на месте происшествия, и еще менее – возиться с бумагами. Это было не в его вкусе; и он всегда старался этого избежать. И – самое интересное – ему всегда удавалось делать то, что ему нравилось, и не заниматься тем, чего он не хотел.
«Оформлять материалы все равно придется мне, – заключил про себя Розниекс. – На Улдиса рассчитывать не приходится».
Подошел майор. Увидел масляное пятно и понял намерения Валдиса. Они измерили расстояние, потом майор набрал масла в пробирку.
– Это нам пригодится.
Ветер донес до них голос, звучавший из радиоприемника. Это автоинспектор Заланс сел в «Волгу» и теперь переговаривался со своими коллегами.
– Все дороги давно перекрыты, – сообщал голос – Проскочить он никак не мог. Рижане пришли на помощь. Проверяют всех въезжающих.
Стабиньш, прервав разговор со свидетелями, взял микрофон.
– Стяните кольцо оцепления туже, – прокричал он, – прочешите пляж, все переулки и рощи! Наверное, машину угнал какой-нибудь пьяный тип, а то и подросток. Он далеко не уйдет. Угодит в канаву или застрянет в песке и бросит машину. Проверьте, не угнан ли где-нибудь грузовик.
Пьяный или подросток? Розниексу в это не верилось. Откуда такому взяться поздним осенним вечером? Все кафе уже закрылись. Хотя, пожалуй, одно-другое еще работает, и стоит поинтересоваться, что там были за посетители… Возможно, водитель приехавшего откуда-то грузовика и заглянул в злачное место, и его могли заметить… Вынув блокнот, Розниекс записал: проверить забегаловки. Так… Если машина угнана, хозяин ее утром объявится, если же виноват он сам – предстоят долгие поиски… Следователь никак не мог избавиться от ощущения беспокойства. Странно все же: машина и пешеход одновременно оказываются на пустынной темной дороге. Совпадение? Куда спешили они в такой час? Впереди, у моря – только санаторий да еще пара хуторов… Он записал в блокнот: выяснить, к кому могла направляться женщина.
Розниекс приблизился к машине Карклса. Участковый вместе с Залансом рисовал схему места происшествия.
– Альберт, – не по-служебному обратился к Карклсу Розниекс. – Куда ведет эта дорога?
Карклс, всегда аккуратный до педантичности, вынул из сумки карту, развернул ее на капотe машины, зажег фонарик.
– Гляди, – он указал пальцем. – За станцией развилка, значит, машина могла попасть сюда или из города, через переезд, или с Каюрского торфяника. Раньше, когда еще не было железнодорожной ветки на Каюры, торф на станцию возили оттуда машинами.
– Спасибо.
В хаотической мешанине вопросов, роившихся в голове, стало возникать какое-то подобие системы.
– На переезде автоматический шлагбаум?
– Да, – ответил Карклс, поняв ход мыслей Розниекса.
– В момент происшествия поезд, надо полагать, находился еще на станции, – попытался Розниекс нащупать вывод. – Значит, переезд должен был быть закрыт?
– Не обязательно, – возразил Карклс. – Дежурный услышал крик, когда поезд был уже далеко. Это надо проверить.
Следователь сделал еще одну отметку в блокноте.
– Кроме этого переезда, где еще можно переехать через полотно?
– Других таких мест нет.
– Так… Пьяниц в Каюрах много?
– Грех жаловаться, – откровенно признался Карклс. – Кое-кто из шоферов поддает основательно.
– Осмотрели все дороги?
– Мы с Залансом проехали. От города до переезда идет асфальт, там искать следы – пустое дело. На Каюрской грунтовке тоже ничего не заметили. Да много ли углядишь в такой темноте?
Розниекс вспомнил слова майора Ваболе: «Давно пришла пора снабдить нас сильными портативными прожекторами, чтобы не приходилось шарить в темноте». Вслух он сказал:
– Давай-ка, друг, запусти свой экипаж, съездите со Стабиньшем на торфяник. Проверьте, все ли машины дома, может, кто-нибудь вернулся недавно, под газом. Если заметите подозрительное – один останется там, другой быстро сюда.
Карклс аккуратно сложил карту, свернул лист ватмана, на котором начал быстро рисовать схему, спрятал то и другое и запустил мотор. Розниекс вернулся к телу.
Куда направлялась она в такой поздний час? Где ее сумочка, деньги, документы? Даже билета не осталось. Ограбил кто-нибудь? Никто из свидетелей, людей со станции, на вора не похож. Шофер? Нет, машина не останавливалась. Значит, возникает треугольник: машина, женщина, вор. В одно и то же время. А может, сумочка от толчка улетела так далеко, что мы ее просто не нашли, и лежит где-то тут, в кустах?
Следователь прошел вдоль обочины, заглядывая в канаву, осматривая кусты. Нет, при таком фонарике придется подождать до утра. Из головы не выходил железнодорожный переезд. Был ли он действительно закрыт перед происшествием? И в какое время точно была сбита женщина? Задача со многими неизвестными. Но решить ее все равно придется. Путник вышел из пункта А и движется к пункту Б. Машина движется… Исходные данные: время, скорость, расстояние. Кто сказал, что юрист может обойтись без математики? Расстояние между А и Б, допустим, сорок пять километров. Сколько лет бабушке путешественника? Похоже звучит и вопрос: был ли открыт переезд незадолго до происшествия…
Розниекс подбежал к машине Карклса, медленно огибавшей в тот миг место происшествия:
– Стойте, ребята… Измерьте по спидометру расстояние до станции и оттуда – до переезда. Не мешкая!
Улдис промолчал: наверное, устал говорить. Он вынул блокнот и записал показания спидометра.
– Будет исполнено! – кивнул Карклс, и они уехали.
Вдалеке, за пеленой дождя, возникли огни фар. В голове Розниекса промелькнуло: может быть, возвращается та самая машина? Ее преследуют, и сейчас она врежется во все то, что находится тут, на проезжей части. Может быть, водитель – душевнобольной?… – Розниексу сделалось не по себе, однако он промолчал: вряд ли стоит становиться всеобщим посмешищем.
Доктор Яункалныньш стянул перчатки. Свое дело он сделал. Огни приближались. Это за погибшей приехала специальная машина.
На часах было без четверти три.

Последняя индульгенция - Стейга Миермилис => читать онлайн электронную книгу дальше


Было бы хорошо, чтобы книга Последняя индульгенция автора Стейга Миермилис дала бы вам то, что вы хотите!
Отзывы и коментарии к книге Последняя индульгенция у нас на сайте не предусмотрены. Если так и окажется, тогда вы можете порекомендовать эту книгу Последняя индульгенция своим друзьям, проставив гиперссылку на данную страницу с книгой: Стейга Миермилис - Последняя индульгенция.
Если после завершения чтения книги Последняя индульгенция вы захотите почитать и другие книги Стейга Миермилис, тогда зайдите на страницу писателя Стейга Миермилис - возможно там есть книги, которые вас заинтересуют. Если вы хотите узнать больше о книге Последняя индульгенция, то воспользуйтесь поисковой системой или же зайдите в Википедию.
Биографии автора Стейга Миермилис, написавшего книгу Последняя индульгенция, к сожалению, на данном сайте нет. Ключевые слова страницы: Последняя индульгенция; Стейга Миермилис, скачать, бесплатно, читать, книга, электронная, онлайн
 Lagavulin distillers edition 2018 0.7 л в интернет-магазине Декантер